Плазменный Варвар: Термоядерный Разлом

Нейтон Патчер

Плазменный Варвар: Термоядерный Разлом

НЕЙТОН ПАТЧЕР

ПЛАЗМЕННЫЙ ВАРВАР: ТЕРМОЯДЕРНЫЙ РАЗЛОМ

Серия «Плазменный Варвар» • Книга 2

Глава 1. Начало Великого Замораживания: орбитальные лучи Картеля сковывают пустыню льдом.

Небо над Великой Стеклянной Пустыней не просто треснуло — оно остекленело.

Звук пришел с опозданием на три секунды: не громовой раскат, не вой разрываемой атмосферы, а чудовищный, скрежещущий визг умирающей кинетической энергии. Воздух, раскаленный вековыми ветрами до шестидесяти градусов по Цельсию, вдруг потерял право на движение. Молекулы замерли, словно скованные невидимыми кандалами квантовой статики.

В зените, сквозь ядовито-оранжевую дымку стратосферы, проступили тяжелые многокилометровые силуэты. Шестнадцать орбитальных суперинтендантов Картеля Нулевого Кельвина развернули боевой строй «Алмазная Сеть». Их полигональные корпуса из эндотермического карбида не отражали свет — они жадно впитывали его, оставляя вокруг себя ореолы абсолютной тьмы.

А затем с орбиты сорвались лучи.

Они не имели ничего общего с привычным лазерным или плазменным оружием. Это были когерентные потоки антитермической эманации — чистая отрицательная энтропия, сфокусированная гравитационными линзами шестого технологического уклада. Тонкие, словно иглы паука-ткача, лучи цвета бледного мертвого ультрамарина вонзились в пылающие барханы.

Земля не взорвалась. Она мгновенно капитулировала.

[ВНИМАНИЕ: Зафиксировано планетарное вторжение класса «Суб-Абсолют»!]

[Активирован протокол Картеля: «Великое Замораживание: Окончательный Расчет».]

[Текущая температура окружающей среды в секторе 44-Омега: -140°C... -195°C... -268.4°C...]

[Статус поверхности: Сверхпроводимость грунта повышена на 14 000%.]

[Внимание: Фазовый переход кремнезема. Песок преобразован в «Стеклянный Хрупкий Монолит».]

Там, куда падали орбитальные копья, кипящие кварцевые дюны в долю мгновения превращались в гладкий, непроницаемо-синий лед. Он не таял от оставшегося в воздухе тепла — он хищно высасывал калории из всего, к чему прикасался. Воздушные потоки рушились вниз ледяными водопадами, сжиженный азот и кислород стекали по склонам новорожденных криогенных хребтов мерцающими ядовитыми ручьями. Картель не просто уничтожал ландшафт — он форматировал реальность, вымораживая саму возможность термодинамического сопротивления.

Но истинной целью этой орбитальной кастрации был не песок.

Впереди, на стыке замерзающей пустыни и древнего разлома тектонических плит, вздымалась Полярная Цитадель Архитекторов.

Колоссальное сооружение из белого хребтового сплава и фрактального обсидиана напоминало вывернутый наизнанку горный хребет, ощетинившийся тысячами циклопических обелисков. Вокруг Цитадели висели защитные геометрии — многомерные силовые барьеры, пульсирующие холодным хроно-серебром. Архитекторы знали о приходе Картеля. Они ждали удара. Их автоматоны и пустотные жрецы стояли на внешних стелах, сплетая метрику пространства в непробиваемый панцирь.

Картель пытался заморозить цитадель снаружи, превратив её накопители в хрупкую кристаллическую пыль. Архитекторы встречали холод искажением геометрии, заставляя лучи зацикливаться в бесконечных топологических тупиках.

Две бездушные космические силы — стерилизаторы энтропии и строители мертвых миров — сошлись в схватке за планетарное ядро.

И обоим было глубоко плевать на то, что находилось прямо между ними.

На вершине обледеневшего бархана, в самом эпицентре скрещения шестнадцати орбитальных лучей, неподвижно стоял человек.

Руслан Громов ненавидел холод.

На сто шестьдесят шестом томе его бесконечной, залитой кровью и раскаленным металлом одиссеи по просторам Системы, этот холод казался ему персональным оскорблением.

Два с половиной метра живого титанического веса. Мышцы, плотность которых давно превзошла нейтронное вещество карликовых звезд, вздувались под кожей, испещренной тысячами рунических шрамов. На Руслане не было тяжелых доспехов — лишь тяжелые полосы адамантовой брони на бедрах и предплечьях, скованные из остывших шлаков разрушенных им миров-кузниц. На его широкой, бугрящейся груди пульсировало клеймо: древний знак Первородного Токамака.

Криогенный луч хлестнул прямо по его правому плечу. Синий огонь абсолютного нуля зашипел, пытаясь превратить живую плоть в хрусталь.

[ВНИМАНИЕ! Получен урон холодом: 48 900 000 ед. (Энтропийное вычитание).]

[Активирован пассивный навык: «Плотность Солнечного Вещества» (Ранг: Космос-IX).]

[Сопротивление холоду: 99.8%.]

[Поглощено энергии: 0%. Холод не имеет энергии. Холод — это трусость материи.]

[Гнев Варвара увеличен на: 12.4%. Текущий уровень: 89.9%.]

— Картель... — голос Руслана прозвучал как скрежет сминаемых бронелистов дредноута. Пар, вырвавшийся из его приоткрытого рта, не успел замерзнуть: он вспыхнул ослепительной дугой ионизированного водорода, прожег в наступающем квантовом льду дыру глубиной в пять метров. — Архитекторы... Чертовы бухгалтеры и пустотные геометры. Решили поделить мой мир, пока я спал?

Он медленно опустил взгляд на свои кулаки. Пальцы сжались. Фаланги хрустнули с силой артиллерийского залпа.

Под кожей Руслана не текла кровь в обычном понимании смертных. Там бурлила сверхкритическая дейтерий-тритиевая плазма. Его сердце — реликт ушедшей эпохи, ядро термоядерной звезды, насильно вживленное в грудную клетку безумными алхимиками Бездны на сороковом томе его пути, — пропустило один медленный, тяжелый такт.

*БУМ.*

Ударная волна прокатилась по замерзшему бархану. Синий лед под его босыми ногами мгновенно испарился, минуя жидкую фазу. Сверкнул фиолетовый купол сублимации.

*БУМ.*

Второй такт. В глазах Варвара, где еще секунду назад тлела тяжелая усталость вечного скитальца, разгорелись протуберанцы. Зрачки исчезли, сменившись бешеным вращением двух миниатюрных аккреционных дисков.

[Статус персонажа: Руслан Громов.]

[Класс: Плазменный Варвар (Истинный Патриарх Сверхновых, Ступень 166).]

[Здоровье: 8 450 000 000 / 8 450 000 000]

[Магнитное Удержание Ядра: 100% -> СНЯТИЕ ПРЕДОХРАНИТЕЛЕЙ.]

[ВНИМАНИЕ! Обнаружена попытка теплового коллапса в масштабе континента.]

[Системный вердикт: Недопустимо низкая температура для ведения Яростной Войны.]

[Доступен ультимативный протокол: «ТЕРМОЯДЕРНЫЙ РАЗЛОМ: ПЕРВОРОДНЫЙ СИНТЕЗ».]

— Вы хотели тишины? — прорычал Руслан, запрокидывая голову к чернеющему небу, где на высоте двухсот километров маневровые дюзы суперинтендантов Картеля корректировали огонь. — Вы хотели, чтобы всё остановилось?! Чтобы никто не двигался, никто не дышал, никто не жег эту проклятую вселенную?!

Он расставил ноги шире, вбивая пятки в сверхпрочный ледяной монолит. Трещины побежали во все стороны на десятки километров, светясь зловещим рубиновым светом.

— СМОТРИТЕ СЮДА, ТВАРИ! ВОТ ВАМ МОЯ ЭНТРОПИЯ!

Руслан ударил себя кулаком в центр груди — прямо по клейму Токамака.

Глухой механический щелчок раздался где-то в самой ткани пространства. Магнитные поля, сдерживавшие чудовищное давление внутри его энергетического тела, распахнулись, словно шлюзы переполненной плотины.

В ту же секунду мир потерял цвет.

Ослепительная, абсолютная белизна поглотила Великую Пустыню. Это не был обычный огонь. Это был первородный ядерный синтез — реакция слияния легких ядер, запущенная прямо в открытой атмосфере силой чистой воли Варвара. Температура в радиусе трехсот метров мгновенно подскочила до пятидесяти миллионов градусов.

Криогенные лучи Картеля захлебнулись. Они не просто рассеялись — встречный поток фотонного излучения такой чудовищной плотности ударил обратно по траектории лучей, что на орбитальных платформах начали взрываться приемные матрицы.

[Орбитальный суперинтендант «Нуль-04»: Критический перегрев фокусных кристаллов!]

[Поглощение тепла превысило порог насыщения на 940 000%!]

[Отказ систем стабилизации. Платформа теряет высоту.]

Руслан не смотрел в небо. Его враг был на земле.

Полярная Цитадель Архитекторов среагировала мгновенно. Древние машины не испытывали страха, но их аналитические кластеры оценили вспышку как угрозу класса «Сверхновая в жилом секторе».

Огромные шестиугольные башни Цитадели с глухим стоном провернулись на шарнирах из жидкого гравитона. Из черных амбразур выдвинулись батареи пространственных деструкторов. Архитекторы не стреляли снарядами — они вырезали куски пространства, отправляя материю в небытие.

Сотни серых лучей распороли кипящую плазменную бурю вокруг Руслана.

Один из лучей срезал кусок скалы у его ног, второй распорол воздух в миллиметре от виска, со свистом выдирая кусок реальности размером с жилой дом. Пространство затрещало, пытаясь затянуть рану, возник чудовищный перепад давления.

Руслан только оскалился. Клыки, закаленные в пламени звездных ядер, сверкнули золотом.

— Мелко плаваете, чертежники!

Он сделал шаг вперед.

Каждый его шаг был стихийным бедствием. Земля под ногами прогибалась, превращаясь в ревущее море жидкого кипящего базальта. За его спиной поднялись два гигантских плазменных крыла — протуберанцы длиной в полтора километра, удерживаемые лишь титанической силой его воли и навыком [Магнитная Корона Ярости].

Варвар разогнался.

Первый шаг — преодоление звукового барьера. Воздух сжался перед ним в плотный диск ударной волны, который тут же воспламенился.

Второй шаг — гиперзвук. Десять махов. Песок, обращенный Картелем в лед, под его ногами взрывался термобарическими хлопками. Волна испарения сдирала ледяной панцирь с пустыни, обнажая кости древних титанов, покоившихся под барханами миллионы лет.

Третий шаг — релятивистский скачок.

Руслан исчез. На том месте, где он стоял, остался лишь кратер диаметром в полмили, из которого в стратосферу ударил столб ионизированного газа.

Перед внешним барьером Полярной Цитадели материализовалась фигура, сотканная из чистой солнечной ярости.

[Цель: Внешний Контур Цитадели «Хроно-Тессеракт».]

[Прочность барьера: 999 999 999 / 999 999 999]

[Тип защиты: Многомерное смещение, временная рекурсия.]

[Расчет урона Варвара... ОШИБКА: Значение превышает разрядность целочисленного регистра.]

— Ломайся, геометрия! — взревел Руслан.

Его правая рука, окутанная спиралями термоядерного распада, по локоть ушла назад. Вокруг кулака образовалась гравитационная воронка — плотность накопленной энергии была настолько велика, что свет начал искривляться, закручиваясь вокруг его пальцев в огненное кольцо.

[Применен навык: «Водородный Молот Апокалипсиса» (Ранг: Разрушитель Миров-IV)!]

Удар пришелся точно в центр серебряного силового купола.

Секунду ничего не происходило.

Время словно споткнулось. Автоматоны Архитекторов на стенах Цитадели замерли, их сенсоры судорожно пытались обработать аномалию: в точку контакта Руслан влил тепловую энергию, достаточную для обогрева целой звездной системы в течение года. Многомерное смещение барьера не справилось с объемом. Временная рекурсия захлебнулась — прошлое и будущее в точке удара расплавились, смешавшись в единую точку сингулярности.

А затем грянул ад.

Серебряный купол треснул. Сначала появилась одна тонкая, ослепительно-белая линия. Затем от нее брызнули миллионы трещин, звучащих как звон разбивающегося хрустального колокола размером с континент.

*КРАХ!*

Ударная волна сдула внешние бастионы Цитадели, словно сухие листья. Многотонные блоки из фрактального сплава испарялись еще до того, как успевали упасть на землю. Плазменный вал высотой в пятьсот метров покатился во все стороны от эпицентра.

Сзади этот вал встретился с наступающим ледяным полем Картеля.

Физика планеты окончательно сошла с ума. Миллиарды тонн льда мгновенно вступили в реакцию с плазмой, нагретой до температур ядра Юпитера. Образовался фронт сверхзвукового парового взрыва. Атмосфера с шипением сорвалась с петель, обнажая черное космическое небо даже днем. На высоте орбиты ударный фронт пара встряхнул тяжелые корабли Картеля, закручивая трехкилометровые левиафаны, как щепки в водовороте.

[Барьер Цитадели УНИЧТОЖЕН!]

[Нанесено урона: 4 210 550 000 ед. чистого термоядерного урона.]

[Уничтожено защитных конструктов Архитекторов: 142 000 ед.]

[Получен опыт: 890 000 000 000 ед.]

[Шкала Ярости: 100%! ВХОД В РЕЖИМ «БЕШЕНСТВО СВЕРХНОВОЙ»!]

Руслан стоял среди бушующего моря расплавленного металла, тяжело дыша. По его обнаженному торсу стекали капли жидкого золота — это плавились рунические инкрустации на его ключицах. Его кожа пылала багровым жаром, а от каждого выдоха в воздухе загорались шаровые молнии.

Но Цитадель не пала от одного удара. Она была слишком огромной, слишком древней.

Из разлома разрушенных врат, сквозь клубы пара и расплавленного камня, показались защитники внутреннего круга.

Это были не механические солдаты. Это были Големы Нулевой Энтропии — элитные создания Архитекторов, отлитые из темной материи и скованные крио-рунами самого Картеля. Картель и Архитекторы не просто воевали здесь — они экспериментировали, скрещивая свои технологии!

Четыре титана высотой с небоскреб каждый. У них не было лиц — лишь пульсирующие ледяные кристаллы в груди, вытягивающие жизнь из окружающего пространства. Вокруг каждого голема кружили лезвия из застывшего времени.

— Обнаружен органический агрессор, — раздался синтетический, лишенный всяких эмоций голос, вибрирующий прямо в коре головного мозга. Это заговорил центральный когитатор Цитадели. — Биологическая единица: Руслан Громов. Классификация: Неконтролируемый термоядерный катаклизм. Предписание: Абсолютная вивисекция и глубокая заморозка ядра.

Големы шагнули вперед синхронно. Земля под их ногами перестала быть жидкой — она мгновенно остекленела, затягиваясь коркой абсолютного льда, который теперь сопротивлялся даже остаточному жару удара Руслана.

В то же мгновение с орбиты, оправившись от шока, корабли Картеля скорректировали огонь.

На этот раз они не распыляли луч по площади. Все шестнадцать суперинтендантов объединили мощность своих реакторов через фазовую матрицу.

С небес ударил столб темно-синего, почти черного холода толщиной в сотню метров. Он нес в себе энтропийную массу целой ледяной луны.

Удар пришелся прямо в макушку Руслана.

*ГРОМ.*

Земля просела на тридцать метров вниз. Пространство вокруг Варвара сжалось в ледяную призму. Температура упала до абсолютного квантового штиля — состояния, при котором даже электроны перестают вращаться вокруг ядер. Свет замер. Звук умер. Руслан оказался внутри монолита из анти-материи холода, запечатанный в саркофаг, способный пережить падение в черную дыру.

Големы Архитекторов подошли вплотную, поднимая свои циклопические молоты из прессованного темного льда, чтобы разбить замерзшего титана на бесконечно малые квантовые фрагменты.

Орбитальные каналы Картеля уже начали передавать победные отчеты:

[Цель нейтрализована.]

[Термодинамическая активность цели: 0.000000%.]

[Начать операцию по извлечению Сердца Токамака...]

Но внутри ледяной призмы что-то шевельнулось.

Очень медленно. Едва заметно.

Это была мысль. Простая, грубая, варварская мысль человека, который прорубил себе дорогу сквозь сто шестьдесят пять томов системного ада, хороня богов, взламывая межпространственные казначейства и выпивая досуха пылающие солнца.

*«Заморозить меня?..»*

*«МЕНЯ?!»*

Внутри замерзшего тела Руслана, в самой глубине его наноструктурированных клеток, протоны и нейтроны начали вибрировать. Не по законам физики. По законам абсолютной, не знающей компромиссов Системной Ярости.

Если вселенная хочет остыть — он заставит её гореть ярче.

[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ В СИСТЕМЕ ОЦЕНКИ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ!]

[Обнаружен процесс: Принудительный Гравитационный Коллапс внутреннего резерва.]

[Активирован скрытый перк 160-го уровня: «Я ЕСТЬ СВЕРХНОВАЯ».]

[Эффект: Все полученное отрицательное воздействие инвертируется в чистую энергию деления и синтеза.]

[Коэффициент конверсии: 1 к 1 000 000.]

Внутри черного ледяного саркофага зажглась крошечная красная точка.

Она была размером с булавочную головку, но светила сквозь мрак абсолютного нуля так ярко, что оптика орбитальных спутников мгновенно ослепла. Големы замерли, занеся молоты. Их кристаллические процессоры за миллисекунду нагрелись до точки кипения.

— Вы допустили одну ошибку, инженеры хреновы, — раздался голос из монолита. Он звучал не через воздух — он звучал гравитационными грави-волнами, сотрясая саму материю мира. — Вы думали, плазма — это просто огонь.

Лед треснул. Не от удара. Он треснул от чудовищного внутреннего давления фотонного газа.

— Плазма — это свобода!

*БАБАХ!!!*

Ледяной саркофаг не просто раскололся — он сдетонировал с мощностью водородной бомбы стратегического калибра. Осколки анти-льда, разогнанные взрывом до субсветовых скоростей, прошили насквозь тела Големов Нулевой Энтропии, превращая титанов в решето из черного дыма.

Руслан стоял на дне пылающего кратера, и теперь он больше не был похож на человека.

Его волосы превратились в хлещущие языки белого пламени, вздымающиеся на десятки метров вверх. Глаза сияли ослепительной лазурью термоядерного форсажа. Вся его кожа светилась изнутри, сквозь нее был виден скелет из чистейшего гипер-адамантия, по которому струились реки звездного вещества.

Он прыгнул.

Без использования магии, без плетения заклинаний — на одной лишь безумной, первобытной физической силе, умноженной на взрывную реакцию в бедренных мышцах.

Воздух под ним сплющился в лепешку и сдетонировал. Руслан взлетел на высоту двухсот метров, оказавшись прямо на уровне «голов» исполинских големов.

Первый голем попытался поднять руку, сплетая хроно-барьер.

Руслан не стал уклоняться. Он выставил вперед локоть, объятый ревущим вихрем ионизированного водорода.

[Прием Варвара: «Локоть Сверхкритической Массы»!]

Удар снес голову чудовища вместе с плечевым поясом. Темная материя голема вступила в контакт с плазмой Руслана и с диким воем аннигилировала, породив вторичную вспышку гамма-излучения. Обезглавленная туша рухнула в кипящую лаву, мгновенно растворяясь в ней.

Второй и третий големы ударили одновременно, скрестив свои ледяные молоты прямо на груди Руслана.

Звук столкновения был слышен на другом полушарии планеты. Ударная волна срезала верхушки облаков в радиусе тысячи километров.

Руслан даже не покачнулся.

Молоты, способные дробить астероиды, расплющились о его грудные мышцы, словно были сделаны из мокрой глины. Анти-лед зашипел, испаряясь на его раскаленной коже.

— Моя очередь, — оскалился Варвар.

Он схватил двух оставшихся исполинов за их ледяные запястья. Хватка Руслана была абсолютной. Пальцы вонзились в темную материю, и по его рукам в тела конструктов хлынул первородный жар.

[Перегрузка реактора: Передача тепла через контакт! Прием «Инъекция Протуберанца»!]

[Температура цели 1: [phone]°C.]

[Температура цели 2: [phone]°C.]

Големы даже не успели закричать — у них не было голосовых связок, но их предсмертный радио-визг забил все каналы связи Цитадели. Тела колоссов изнутри озарились ветвящимися золотыми молниями, раздулись, словно перегретые паровые котлы, и лопнули, превратившись в два расширяющихся шара плазмы.

Руслан приземлился на останки врат Цитадели, впечатав ноги в обломки на добрый метр.

Перед ним открывался главный атриум Полярной Цитадели.

Это было циклопическое пространство, уходящее вглубь планетарной коры на десятки километров. В самом центре этой пропасти парил Истинный Обелиск Архитекторов — многомерный кристалл, питающий всю планетарную сеть. Вокруг него кружили тысячи колец из жидкого серебра, стабилизируя ткань пространства.

И прямо сейчас у подножия этого Обелиска стояли пустотные лорды Архитекторов в своих гладких фарфоровых экзоскелетах, а над ними мерцали голографические проекторы Картеля Нулевого Кельвина.

Они наконец поняли.

Они поняли, что орбитальная бомбардировка провалилась. Что ледяной щит сломан. Что их математически выверенная, стерильная война за ресурсы внезапно превратилась в бойню против взбесившейся разумной звезды.

— Внимание, аномалия... — послышался многоголосый хор верховных жрецов Цитадели, в котором впервые за миллионы лет их существования прорезались панические обертоны. — Мы предлагаем квантовый арбитраж. Вы получите тридцать процентов энергетических реликвий этого сектора...

Руслан медленно сплюнул сгустком жидкой плазмы на сверкающий пол атриума. Пол немедленно прогорел на три этажа вниз.

В его правой руке из клубящегося огня и сгустков гравитационных полей начал материализоваться его истинный спутник — легендарное оружие, выкованное в сердце угасающей галактики на сотом томе.

[Материализация вооружения: «Топор Черного Термояда: Ревущая Сингулярность» (Ранг: Мифический Коллапс).]

[Прочность: Неразрушимо, пока во Вселенной идет хотя бы одна термоядерная реакция.]

[Пассивный эффект: Вся материя в радиусе удара считается легковоспламеняющейся.]

Тяжелое, широкое лезвие из пульсирующего черным светом нейтрония легло на его плечо. Воздух вокруг топора закручивался в микроскопические воронки, пожирая кванты света.

Руслан посмотрел в бездну атриума, прямо на дрожащий кристалл Обелиска.

А затем поднял взгляд к небесам, где сквозь пробитую крышу Цитадели и разорванную атмосферу все еще испуганно маневрировали корабли Картеля.

— Тридцать процентов? — тихо усмехнулся Варвар.

Мышцы на его спине напряглись, вздуваясь канатами раскаленной плоти. Клеймо Токамака на его груди вспыхнуло с новой, неистовой силой, требуя выхода накопленного давления. Вся планета содрогнулась, словно готовясь расколоться пополам под тяжестью его поступи.

— Заберите свои проценты себе в могилу, чертежники. Я забираю все сто. И ваше небо. И вашу Цитадель. И этот чертов лед.

Руслан Громов перехватил рукоять Топора двумя руками и сделал шаг в бездну.

Глава 1 только начиналась, но Великому Замораживанию уже пришел безоговорочный, пылающий конец.

Глава 2. Сбор объединенной армии пламенных берсерков: разжигание гигантских костров ярости.

Падение не было бегством — это была кинетическая доставка апокалипсиса.

Руслан Громов рассекал пространство атриума со скоростью падающего метеорита из чистого обедненного урана. Свист разорванного вакуума закладывал уши, но в ушах Варвара звенел лишь бешеный, аритмичный набат его собственного пульса — триста двадцать ударов в минуту, каждый толчок выбрасывал в кровеносную систему не гемоглобин, а кипящий концентрат жидкого гелия-3 и тяжелой плазмы.

[Внимание! Преодолен звуковой, гиперзвуковой и субрелятивистский барьеры свободного падения внутри замкнутого объема.]

[Трение об остаточную атмосферу Цитадели: 4 200 000 °C.]

[Поглощение экзотермической энергии Классовым Пассивным Навыком: «Шкура Нейтронного Зверя» (Ранг: Древний Титан).]

[Накоплено единиц Кинетической Ярости: [phone] / 20 000 000.]

Глубины Цитадели Заморозки встретили его не тьмой, а мертвенным ультрафиолетовым сиянием криогенных накопителей. Здесь, под фундаментом исполинского Обелиска, на сотни километров вглубь планетарной коры уходили гигантские конденсаторы Абсолютного Нуля. Трубы толщиной с трансконтинентальные тоннели качали жидкий суперохлажденный эфир, высасывая последние крохи тепла из недр планеты Селена-Криос, превращая ее ядро в мертвый кусок кристаллического льда.

В самом низу, на дне колодца глубиной в сорок километров, копошились легионы механизированных инженеров Картеля и бледных жрецов-кастратов в рясах из термоизоляционного графена. Они в панике задирали треугольные визоры кверху, пытаясь навести лучевые турели энтропийного торможения.