В нашем бестиарии - 1. Суженая для дракона

— Угощайся, — сторож подвинул ко мне вазочку.

Я, не стесняясь, выбрала самый большой пряник. Сладкое тесто с пряностями и какао просто таяло во рту, внутри была чуть кисловатая вишневая начинка. Интересно, где он такие купил? Я что-то не видела ничего подобного в магазинах. Обжигаясь, запила вкуснятину чаем.

— Так что, Розочка, ты хотела?

— Ларон Палиевич, а что здесь ночью было?

Сторож покашлял, сделал большой глоток чая. Если они на пару с драконом самогон хлещут, что ему какой-то кипяток?!

— Сначала-то все хорошо было. Угостил яголубчика, посидели мы, поговорили по душам. Все разошлись. Я пошел территорию обходить, а Жиробасеньке скучно что ли стало. Он подвывать начал. И все старался тот тюк достать, что вы к ограде прикрутили. Подостает-подостает — повоет. Да так жалобно и громко, что всех зверей переполошил. Вот они всю ночь и орали. Люди приходили, ругались. А к утру полиция приехала. Но я не пускал никого, не положено. Только директору позвонил.

Я представила себе эту ночь в джунглях. Жителям из окрестных домов остается только посочувствовать.

— А никого не видели ночью?

— Нет. Всю ночь не спал, бродил. Все голубчика моего пытался успокоить.

— Ничего не понятно.

— Не дело затеяли. Не дело!

Я только согласно покивала.

ГЛАВА 5

День до вечера прошел спокойно. Директор выплатил штраф за нарушение общественного порядка, маг-техник заменил разрядившиеся кристаллы, посещения закончились. Я доделала свои рабочие дела и отправилась домой. Завтра конец десятидневья, выходной день, посетителей будет гораздо больше, чем обычно. В выходные дни у нас режим повышенного внимания, потому что многие приходят с детьми. А после всеобщего выходного, в первый день десятидневья — выходной у нас. В бестиарии остаются только три дежурных смотрителя. А все остальные могут отдохнуть. Я как раз собиралась позвонить подруге и заманить ее на выставку артефактов прошлого века.

Мама была дома, но собиралась куда-то уходить. Я, подняв бровь, оглядела вечерний наряд, макияж и прическу.

— И куда это вы? И кто это вас пригласил?

— Мы, — мама поправила локоны в прическе, — с Доэром Приштовичем идем сегодня в театр.

— А Доэр Приштович?

— Доэр Приштович — это директор нашей библиотеки. Ты что, не помнишь?

— Извини, я что-то уже запуталась в твоих кавалерах.

На улице посигналила машина. Мама чмокнула меня в щеку.

— Ну все, я пошла, не скучай. Буду не раньше полуночи.

— Как скажешь.

Мама моя была женщиной очень красивой. Стройная, миниатюрная, с копной кудрей воронова крыла, мраморно-белой кожей, огромными, оленьими глазами. Не то что я. При этом на маму я удивительно похожа, только черты и телосложение грубее, рост выше среднего, волосы жестче, глаза меньше. Мама пользовалась успехом у мужчин. Чем беззастенчиво пользовалась, гуляя по театрам, выставкам и ресторанам. Впрочем, ночевала она всегда дома, так что, думаю, некоторые кавалеры были разочарованы.

Из глубины дома вальяжно вышел пушистый, серый, с едва заметными темными полосками кот, посмотрел на дверь, потом на меня.

— Да, хозяйка сегодня гуляет. Мы с тобой вдвоем. Пошли поедим.

Пуша согласно потрусил на кухню, задрав хвост трубой, только пушистые штанишки замелькали.

Мы поужинали, попили чаю, почитали книжку, послушали музыку, я попробовала уснуть, кот мурлыкал под боком и помогал, но сон не шел. Пролежав почти до полуночи, я поднялась, чтобы водички попить. Кот полетел на кухню вперед меня. Принялся крутиться вокруг холодильника, всячески показывая, что проголодался он так, что просто сил нет, вот-вот в обморок упадет. Не поверила, еды не дала. Пуша трагически развалился на полу и закрыл глаза. Голодный обморок изображал.

Я налила чайник и поставила на плиту. Чаю попью. Стрелки часов приближались к полуночи.

— Пойдем маму встретим.

Кот был согласен.

Я накинула на голову большую шаль, почти полностью в нее закутавшись, и вышла на крыльцо. Откуда-то издали, я сразу догадалась откуда, доносилась дикая какофония.

Сегодня звуконепроницаемый купол не то что на треть не работал, он, кажется, совсем крякнулся!

— Ууууу! — пронеслось пронзительное над городом, перекрывая все остальные звуки.

Ну Жиробасище дает! У меня аж мурашки по всему телу пробежали.

Я подхватила кота и рванула в дом. Надо бежать в бестиарий! Быстро одевшись, заперла дверь и помчалась на работу.

Жиробас всполошил не только бестий, но и домашних животных. Инфернальности обстановке добавляли воющие и лающие повсеместно собаки.

Так я не бегала на работу даже когда опаздывала. Возле главных ворот собралась приличная толпа. Люди были в ярости. Они ругались со сторожем. Болотные огоньки из стеклянных колб хорошо освещали картину. Если я попрошу меня пустить, они сметут нас вместе со стариком и ворвутся внутрь. Что же делать? Войти еще можно со стороны административного здания и складов, там, где разгружается транспорт. Но у меня не было ключей. Прямо хоть за бабкиной метлой возвращайся.

— Ууууу! — продолжал выступать скальный дракон. Здесь, вблизи, звук и вовсе мозг высверливал.

Согласными воплями поддержали другие бестии.

Сквозь весь этот рев донесся звук полицейских сирен.

— Уу... — вой резко оборвался, будто дракона чем-то заткнули.

Другие тоже начали замолкать. И утихли. Дольше всех раздавался скрипучий крик феникса.

Мне показалось, будто я оглохла. Впрочем, это исправили сирены подлетевших полицейских машин.

В этот раз дежурили другие полицейские. Люди кинулись к вылезшим из машин стражам порядка, принялись жаловаться, перебивая друг друга. Шум создали не хуже, чем бестии. А те молча сидели, будто и не было несколько минут назад жуткой какофонии.

Я что-то даже забеспокоилась о Жиробасе. Может, его удар хватил, что он так резко замолчал?

Тут подъехала еще одна машина, такси. Из нее выбрался директор.

Во мне боролись любопытство, совесть и лень. С одной стороны было интересно, что произошло с Жиробасом, с другой — давила совесть, вдруг Эмуарлю Армуровичу потребуется помощь, а лень твердила — домой иди, пока тебя не заметили. Лень победила.

Я развернулась в направлении дома и тут вдруг:

— Роза! — раздался позади голос директора.

Пришлось подойти.

— Доброй ночи, Эмуарль Армурович.

Директор скептически изогнул бровь. Да уж, ночь определенно доброй не была.

Если полицейские мне были незнакомы, то кое-кого из жителей я уже видела утром.

— Ты откуда тут? — через возмущенный ропот Армурович почти орал мне в ухо.

— Услышала вой! Защита, видимо, совсем сломалась!

— Это кто? — прервал наш разговор полицейский.

— Наша штатная ведьма. Роза, ты можешь что-нибудь сделать, чтобы включить защиту обратно?

— Только магу-технику домой позвонить.

— Вот ключ. Иди, звони! Пусть приедет. Обещай любые деньги. А то нас точно за город выселят! Так, господа, сейчас позовут мастера, чтобы восстановить защиту. А пока, что там положено делать, господа полицейские? Протокол составлять?

Понятно. Надо действовать, пока директор всю эту толпу отвлекает. Я направилась к маячившему за воротами сторожу.

— Впускайте меня скорей!

Ларон Палиевич отпер калитку. Я скользнула внутрь и задвинула засов обратно.

— Розочка?..

— Некогда!

Я побежала в администрацию, пытаясь вспомнить, где у меня записная книжка. Когда все перерыла на рабочем столе, пришлось нестись в алхимическую лабораторию, потому что она осталась там, когда я выписывала номера телефонов для заказа зелий. Хорошо, что не дома оставила.

Понеслась обратно в администрацию, плюхнулась за директорский стол, судорожно перелистала страницы, отыскивая нужный номер. Когда крутила диск, набирая цифры, то руки подрагивали, от беготни я вся взмокла, а в горле пересохло.

Ирош долго не брал трубку, потом раздался сонный женский голос.

— Алло.

— Мне Ироша Арьевича! Срочно!

— Что? Кто это? — голос проснулся, но стал очень недовольным.

— Это срочно! По работе! Скажите ему, что в бестиарии установка опять вышла из строя! Нас уже засыпали штрафами!

— Алло. Кто это? — похоже, Ирош забрал трубку у своей подруги или жены, не знаю, кто там у него.

— Это Роза!

— Какая Роза?! — Ирош явно был недоволен, что его потревожили ночью.

— Роза Фиррт. Ведьма из бестиария. У нас тут катастрофа! Установка сдохла! А бестии орали! Тут полицейские и местные жители! Директор просил тебя срочно приехать и отремонтировать, пока нас не разорили штрафами!

Женщина, которая, видимо, подслушивала, что-то недовольно пробормотала.

— Сейчас ночь! Какая установка?!

— Ну, пожалуйста! За отдельную плату.

У мага-техника тоже, похоже, лень боролась с совестью и жадностью.

— Хорошо. Только у меня нет двенадцати заряженных кристаллов.

— А сколько есть?

— Ну, пяток будет.

— Ну, пяток и я наскребу. А два на месте заряжу.

— Ох, Роза, толкаешь ты меня на авантюру.

— Да все будет нормально. Ждем тебя?

— Ждите, — и положил трубку.

Я тоже положила. И тут обнаружила, что рядом со столом стоит директор. Выразительно смотрит на меня.

— Приедет. Обещал.

Я выбралась из директорского кресла. Эмуарль Армурович бросил на стол листок и уселся на нагретое место.

— За две ночи профукали больше месячной выручки. Чудом удалось отговориться от компенсации жителям. Хотя, если кто-нибудь подаст в суд, что из-за бессонной ночи он не смог выполнять свои обязанности и упустил выгоду, то еще на деньги встрянем, — директор покачал головой.

Я сочувственно покивала головой.

— Что у нас происходит? — на лице Армуровича застыла несколько офигевшая улыбка, а вопрос явно был риторическим. — Может, нас сглазил кто? Ты бы проверила.

— Глупости, никто нас не сглазил. Просто какое-то роковое стечение обстоятельств.

— Давай кофе попьем, пока ждем.

— Давайте. Я сейчас воды вскипячу.

У нас в уголке стоял стол, где был чайник, хранились чай и кофе, которые мы покупали вскладчину. Также там находилась маленькая раковина с краном. И небольшой посудный шкаф с запасом тарелок. Очень часто мы отмечали на работе какое-нибудь событие: чей-нибудь День рождения, разные праздники или другие торжественные события.

Я налила в чайник воды и поставила его греться.

— Тут у жены где-то хороший кофе был, — Армурович попробовал порыться в тумбочке у бухгалтера, но там все оказалось наглухо заперто. — Нда. Придется пить общественный.

Из общественного был только «Сладкий Возлюбленный», разрекламированный моей одноклассницей. При заваривании сверху образовалась густая белая пенка. И сам кофе выглядел так, будто туда молока добавили. По всему помещению разнесся сильный, ненатуральный запах карамели. Директор отхлебнул и передернулся.

— Кто же такую дрянь купил?

— Кто-то из менеджеров, наверное.

Я тоже попробовала и поняла, что зря. Теперь приторный карамельный вкус будет преследовать меня до конца ночи.

— Вот сейчас тишина, — заметил Эмуарль Армурович. — Чего они до этого орали?

— Это все из-за покрывала, которое возле клетки привязали. С запахом самки. Дракону это не понравилось, вот он и завыл.

— Все из-за этого столичного экспериментатора! — директор подвигал листок со штрафом по столу. — Надо с него компенсацию стрясти.

— Только непонятно, почему сейчас Жиробасик молчит. И замолчал сразу резко.

— Не-по-нят-но... — Армурович отодвинул кружку с кофе на край стола и поднялся. — Предлагаю пойти проверить.

Я согласно кивнула.

Свет от городских фонарей проникал поверх ограды, собственного ночного освещения в бестиарии не было, стволы деревьев отбрасывали на дорожку черные тени. Бестии, еще не успокоившиеся после концерта в первой половине ночи, вскакивали, когда мы проходили мимо них. Вожак стада перитонов начал хлопать крыльями.

— Тихо-тихо! — я добавила к словам поток магической энергии, чтобы успокоить его. А то еще начнет трубить сейчас, опять переполошит весь бестиарий.

А дракон? А дракон сидел возле прутьев клетки и рыгал. Переставал. Потом начинал дергать животом с утробными звуками, как кот, который пытается отрыгнуть комок шерсти.

— Что с ним?

Эмуарль Армурович включил фонарь и посветил в клетку. Вокруг Жиробаса, помимо кучек полупереваренной пищи, валялись какие-то клочки.

— Подстилка! — я показала на остатки оборванной веревки на ограде. — Он умудрился ее достать. Утащил к себе, разорвал и сожрал!

Директор нецензурно выругался. Я даже обалдела немного — застыла с открытым ртом. Даже не знала, что он так умеет.

— Пошли звонить ветеринару!

— Идите. Я попробую посмотреть насколько все серьезно и успокоить его.

— Давай!

Я обошла клетку с тыла, открыла дверцу для смотрителей и вошла внутрь. Скальные драконы чистоплотные животные, но сейчас у дракона стоял такой запах, что глоток кофе попросился наружу. Ко мне повернулась голова с флуоресцирующими глазами.

— Бэ, — сказал дракон.

— Жиробасик. Бедняжечка мой. Заболел маленький, — я осторожно подошла к животному, гоня перед собой волну магической энергии. Силу на дармовщинку все любят. Магическая энергия всегда успокаивает и улучшает самочувствие. Вот и Жиробас не стал возражать, когда я стала его поглаживать по бокам, пытаясь определить, насколько ему плохо и делясь энергией напрямую. Он даже рыгать перестал, только животом подрагивал.

Я не рентген, не могу определить, сколько лоскутов съел дракон, но общее состояние энергетической оболочки было хорошим. Животное не испытывало сильной боли. Так с поглаживанием и причитаниями мы дождались Афрона Картовича.

— Что тут? — он зашел в клетку, закатывая рукава. Дракон вскинулся.

— Болей сильных нет. Но дискомфорт он испытывает, — я успокаивающе похлопала Жиробаса на шее.

— Помоги, нужно положить его на бок. Лежать!

Дальше ветеринар пытался прощупать драконий живот.

— Ну, давай, зайчик. Ну, не надувайся специально.

— Бэ, — сказал дракон, выдав зловонное облако из пасти.

Я с трудом сохранила вертикальное положение.

— Давай на другой бок. Кувырок!

Мы уговорили Жиробаса перевернуться.

— Ничего не могу прощупать. У тебя как?

— Все стабильно. Ухудшений нет.

— И ведь на рентген его не отвезешь. Чешуя, один демон, не просветится. Так, посиди с ним еще, я сейчас приду.

Ветеринар с директором привезли бочку теплой воды и большую воронку.

Дальше был аттракцион — залей в дракона воду. Мужчины держали животное, я ведрами заливала. Сумела два. Потом Жиробас вырвался и выдал все фонтаном.

Недовольного дракона снова зажали и повторили. В этот раз он вырывался активнее, с рыком. Повалил Картовича, щелкнул зубами на меня и уполз в нору. Через пару секунд оттуда высунулась шипастая голова и выдала в нашу сторону фонтан воды.

— ..., — выругался Афрон Картович, стряхивая с себя потеки. — Ладно, больше он пока не даст с собой ничего сделать. Понаблюдаем. Если будет опять блевать, или боли появятся, придется резать. Промывание, кстати, ничего не дало. Вышла одна вода. Или ткань уже в кишечнике, или он до промывания все отрыгнул. Посмотрим завтра на стул.

— Эмуарль Армурович, Роза, там маг-техник приехал. Говорит, вы его вызывали, — раздался голос сторожа. — Впустить?

— Да, — директор тяжело вздохнул. — Впускайте.

Я совсем забыла про Ироша и про то, что мне предстоит заряжать магические кристаллы. А я уже изрядно потратилась на дракона.

— Пойду за магическими кристаллами.

Армурович согласно покивал.

Находящиеся в собственности бестиария кристаллы хранились в сейфе. Там был приличный набор, но мне нужны были определенной мощности и определенной формы. Таких у меня, да еще и полностью заряженных, действительно нашлось пять штук. На всякий случай прихватила пару рангом пониже, вдруг подойдут. Кристаллы для установки купола были высшего класса. Серебристые, непрозрачные, шестисторонние призмы длиной около десяти диссетов и диаметром около двух.

Два других же были с острыми верхушками и потоньше.

Ирош уже вскрыл куб установки и копался внутри. С