Николай I

Сергей Кузнецов

Николай I

Николай I Павлович (25 июня [6 июля] 1796 — 18 февраля [2 марта] 1855) — император Всероссийский с 1825 по 1855 год, царь Польский и великий князь Финляндский. Третий сын императора Павла I и императрицы Марии Фёдоровны, родной брат императора Александра I, отец императора Александра II.

Биография и восшествие на престол

Николай родился в Царском Селе. С детства увлекался военным делом, инженерным искусством и фортификацией. В 1817 году женился на прусской принцессе Фридерике Луизе Шарлотте Вильгельмине, которая после принятия православия стала Александрой Фёдоровной.

Изначально Николай не готовился к роли наследника престола. Однако после бездетной смерти Александра I и отказа от прав на престол великого князя Константина Павловича (вступившего в морганатический брак) Николай стал императором. Это привело к междуцарствию и восстанию декабристов 14 декабря 1825 года, которое он жёстко подавил.

Внутренняя политика

Восстание декабристов во многом определило охранительный характер правления Николая I. Среди ключевых мер:

Централизация и бюрократизация.

Усиление роли Собственной Его Императорского Величества канцелярии, создание её отделений, в том числе Третьего — органа политического сыска (во главе с А. Х. Бенкендорфом).

Кодификация законодательства.

Под руководством М. М. Сперанского были подготовлены «Полное собрание законов Российской империи» и «Свод законов Российской империи».

Контроль над обществом. Ужесточение цензуры, создание специальных комитетов для борьбы с инакомыслием.

Укрепление опоры самодержавия — дворянства. В 1832 году введены новые категории для лиц из «податных сословий» — потомственные и личные почётные граждане.

В 1845 году повышены классные чины, получение которых давало право на дворянство.

Попытки решения крестьянского вопроса. Созданы Секретные комитеты. Издан указ об «обязанных крестьянах» (1842), который разрешал помещикам освобождать крестьян за повинности. Проведена реформа управления государственными крестьянами под руководством П. Д. Киселёва (1837–1841).

Внешняя политика

Основные направления:

Борьба с революционным движением в Европе. За что Николай I получил прозвище «жандарм Европы».

Решение «восточного вопроса». Успешные войны с Персией (1826–1828) и Турцией (1828–1829), присоединение территорий в Закавказье.

Подавление восстаний. Польское восстание 1830–1831 годов, революция в Венгрии 1848–1849 годов.

Кульминацией политики стала Крымская война (1853–1856), которая продемонстрировала военно-техническое отставание России и привела к её международной изоляции.

Итоги правления

Правление Николая I стало противоречивым периодом. С одной стороны, были достигнуты успехи в кодификации права, развитии промышленности и инфраструктуры. С другой — консервативный курс, усиление бюрократии и поражение в Крымской войне, показавшей кризис николаевской системы.

Император скончался 18 февраля (2 марта) 1855 года. Его тело было погребено в соборе Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге.

Влияние идей исторической школы права на кодификацию законов Российской империи

В конце XVIII и в начале XIX века идеалистические теории, наиболее ярким выражением которых является естественное право, подверглись первым и энергичным нападкам со стороны движения, возникшего тогда в Германии и получившего название «исторической школы права».

Ее главными представителями были Густав Гуго (1764-1844), Георг Пухта (1798-1846), Фридрих-Карл Савиньи (1779-1861). Последний считался главой школы и был наиболее видным теоретиком права из этой группы.

Как указывает само название, предпочтительной областью исследований новой школы была история.

Именно она была одним из наиболее слабых звеньев господствующей теории, рассматривавшей правовые нормы как порождения разума, который неизменен повсюду и во все времена.

Ф.-К. Савиньи и его ученики исходили из совершенно иной точки зрения. Исследуя истоки юридических норм, они надеялись найти их в национальном самосознании народов, в их Volksgeist (народном духе).

Каждое сообщество вырабатывает свое собственное право, и оно соответствующим образом проявляется в обычаях, которые лучше законов отражают его требования и направленность.

Вместо общего и универсального права историческая школа предложила нам целый букет отдельных прав, теоретически чуждых друг другу и являющихся тем совершеннее, чем они национальнее.

Кроме того, если сторонники классической школы предпочитали «ясные и четко выраженные» идеи, то иначе обстояло дело с новой доктриной, в которой основной движущей силой права считались, скорее, инстинкт и бессознательное.

Однако конфликт между этими двумя тенденциями был менее острым и обозначенным, чем можно было бы предполагать.

Это объясняется, прежде всего, большой широтой взглядов главы исторической школы, Ф.-К. Савиньи, который умел избегать крайностей и проявлял гибкость при отстаивании своих принципов.

Более того, оставаясь верным своему учению, этот великий юрист не переставал проводить идею об изначальном родстве всех видов права.

Он считал, что с развитием национального духа происходит и стихийная эволюция права.

Это органический процесс: дух народа как субстанция медленно раскрывается в праве, подобно тому как развивается зародыш в утробе матери. Исходным элементом - зародышем - права является народный обычай, который впоследствии подвергается обработке в трудах ученых-правоведов.

Заслуга исторической школы права заключается в том, что ее представители впервые попытались ввести в теорию права элемент историзма, отсутствовавший в построениях теоретиков «общественного договора».

Однако этот историзм имеет существенный изъян: субстанцией права становится нечто иррациональное, туманное и романтизированное, само по себе выходящее за рамки теоретического рассмотрения - национальный дух.

Такая посылка с необходимостью влекла за собой общую консервативную направленность этой концепции.

Так, согласно Гуго, назначение права состоит в том, чтобы сохранять государственный порядок, каким бы консервативным он ни был.

Если позитивное право соответствует народному духу, то оно должно уважаться как нечто данное свыше и непогрешимое, и ценность закона только в точности его соответствия духу нации. Опираясь на эти принципы, представители исторической школы выступали апологетами крепостного права, феодальной зависимости, монархической государственности.

Однако не вызывает сомнения, что под влиянием исторической школы в развитых странах у юристов появился интерес к изучению древнего (старого) права, которое стало рассматриваться в качестве базиса свода законов.

Именно идеи исторической школы явились отправной точкой, давшей начало процессу формирования российской правовой культуры, постановке на государственном уровне задачи подготовки Свода законов Российской империи.

При всем негативном отношении историков к личности Николая I, следует отметить, что он в полной мере осознал важность этой задачи и нашел исполнителя ее.

Таковым стал самый яркий из реформаторов России первой половины XIX в. - Михаил Михайлович Сперанский. Несмотря на сложную, противоречивую судьбу, положение в обществе, этот государственный деятель полностью справился с поставленной задачей.

В основу идейного обоснования процесса кодификации законов им были положены идеи немецкой исторической школы права.

Таким образом, была отвернута концепция французской школы, положенная в основу подготовки Кодекса Наполеона. Создав коллектив единомышленников (М.А. Балугьянский, К.И. Арсеньев, Д.Н. Замятнин, П.В. Хавский, М.А. Корв, Д.А. Эристов и др.), М.М. Сперанский в кратчайшие сроки, к 1830 г., сумел подготовить «Полное собрание законов Российской империи» в 45 томах, в которое были включены законы, начиная с «Уложения» царя Алексея Михайловича до конца царствования Александра I.

В 1832 г. был подготовлен 15-томный «Действующий свод законов Российской империи». Учитывая, что кодификация законодательства - это сложнейшая форма коренной переработки нормативных актов, способ качественного упорядочения законодательства, обеспечение его согласованности и компактности, остается только удивляться, как оперативно и добротно была осуществлена государственная задача.

Благодаря личному знакомству с Ф.-К. Савиньи, М.М. Сперанскому удалось договориться о подготовке в немецких университетах российских студентов, что в конечном итоге сформировало «русское отделение» немецкой исторической школы права (к примеру, русская школа цивилистов).

Эти творческие связи в конечном итоге помогли вывести русскую юридическую науку в одну из ведущих в мире в конце XIX - начале XX вв.

II отделение Собственной его императорского величества канцелярии в отечественной историографии

История государственных учреждений XIX в. изучена достаточно полно.

Существуют целые монографии и отдельные статьи, посвященные исследованию как отдельных государственных учреждений, так и всей системы государственного управления в этот период.

Тем не менее до сих пор история некоторых государственных учреждений остается малоизученной.

К числу таких органов государственного управления относится II отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии.

Созданное по воле императора Николая I для проведения скорейшей кодификации законов, уже с первых лет своей деятельности II Отделение значительно расширяет круг своих компетенций. К 60-м гг. XIX в. оно превращается в одно из ключевых звеньев системы государственного управления Российской империи и оказывается вовлеченным в широкомасштабные работы по реформированию отдельных частей этой системы. Однако в исторической науке закрепилось мнение о том, что II Отделение занималось только кодификацией законов, и после завершения основных работ по подготовке и изданию Полного собрания законов и Свода законов Российской империи в 1832 г. практически прекратило свою деятельность.

Этим фактом в какой-то мере объясняется слабый интерес к этому учреждению со стороны историков и особое внимание к его работе со стороны юристов. Поэтому именно кодификационные работы II Отделения конца 20-х - начала 30-х гг. XIX в. очень подробно изучены и освещены в работах по истории российского права.

Действительно, II Отделение СЕИВК, согласно рескрипту от 31 января 1826 г., было образовано для «скорейшего завершения работ по Уложению отечественных законов»6. В то же время кодификационные работы явились отнюдь не единственным занятием чиновников II Отделения. Более того, в определенные периоды кодификация не являлась и основной обязанностью чиновников Отделения.