Книга памяти ANAMA: Карабах это Азербайджан!

Книга памяти ANAMA: Карабах это Азербайджан!

Глава 1.

Книга памяти ANAMA: Карабах-это Азербайджан!

Глава 1. Утро на минном поле: как начинается путь сотрудника ANAMA

Тишину утренних гор Карабаха нарушает не пение птиц. Первым звуком здесь становится щелчок карабина на защитном жилете. Потом — шорох кевлара, писк металлоискателя и спокойный голос командира: «Всем доброе утро. Начинаем».

Так начинается обычный рабочий день людей, которых дети в освобожденных селах называют «героями без оружия». Это сотрудники ANAMA — Национального Агентства по разминированию территорий Азербайджана. Их задача кажется простой только на словах: сделать землю безопасной. На деле это тысячи шагов, каждый из которых может стать последним, если сделать его неправильно.

Эта книга расскажет, как они работают. А первая глава — о том, как они сюда приходят.

1. С чего начинается путь: не с мины, а с карты

Ни один сапер ANAMA не выходит в поле в первый же день. Дорога на минное поле начинается за партой. И часто — с истории.

Эльвина, ей 24 года, пришла в ANAMA два года назад. До этого она была учителем географии в Баку. В 2020 году, когда закончилась Вторая Карабахская война, она смотрела репортаж из Агдама. Журналист показывал разрушенный город, а на заднем плане мальчик лет десяти играл с ярким предметом, похожим на игрушку.

«Я закричала на экран: “Не трогай!” — вспоминает Эльвин. — Это была противопехотная мина-“бабочка”. Дети думают, что она красивая. А она убивает».

В тот день Эльвин решила, что её карты и глобусы нужны в другом месте. Она подала заявку в Учебный центр ANAMA в Горадизе.

Учебный центр — это первый дом сапера.

Курс длится 6 недель. 6 недель без права на ошибку даже в теории. Будущие саперы живут в казармах, встают в 6:00 и учатся по 10 часов в день.

Вот что они изучают:

Типы мин и боеприпасов. Их больше 200. Мины, которые хоронят в землю. Мины-растяжки, которые вешают на кустах. Кассетные бомбы, которые разлетаются на десятки мелких «сюрпризов». Сапер должен узнавать их с закрытыми глазами, на ощупь. Потому что в тумане или пыли глаза не помогут.

История минных войн. Инструкторы ANAMA показывают карты Первой Карабахской войны 1990-х и Второй войны 2020 года. Где шли бои — там остались мины. Где отступали — там ставили минные поля, чтобы задержать противника. Сапер должен думать как тот, кто минировал 30 лет назад.

Медицина. Главное правило: «Сапер ошибается один раз». Поэтому каждый учится оказывать первую помощь себе и товарищу. Остановить кровь, наложить жгут, сделать искусственное дыхание. У каждого в жилете — индивидуальная аптечка.

Психология. Страх — главный враг. Инструктор по имени Рашад, он разминирует с 1996 года, говорит новичкам: «Бояться нормально. Кто не боится — тот не живет. Но страх должен быть в кармане. Достал, посмотрел, убрал. А руки должны работать спокойно».

Самый сложный экзамен — «Сад». Так называют полигон. Это настоящее поле, куда инструкторы заранее закапывают учебные мины без взрывчатки. Внутри только краска. Ошибся — получил красное пятно на костюме. В реальной жизни это была бы смерть. Курсант должен найти и обезвредить 10 мин за 2 часа. Если не сдал — на пересдачу. Третьего шанса нет.

Эльвин сдала «Сад» с первого раза. В день выпуска ей вручили синий жилет с эмблемой ANAMA и личный номер. «С этого дня земля, которую ты очистишь, — говорит командир на выпуске, — станет чьим-то домом. Помни об этом».

2. Утро в команде: что входит в обязанности сапера

После учебы Эльвин попала в Оперативную группу 12. Сейчас она — «нон-техникл сервейер». Звучит сложно. На деле это значит «разведчик».

5:30. База ANAMA в Физули.

Пока город спит, база уже гудит. Саперы — не одиночки. Они работают командами по 8-10 человек. В команде есть все:

Командир группы. Он отвечает за всех. Его слово — закон.

Саперы-разминеры. Те, кто идет с металлоискателем. Самая опасная работа.

Медик. Никогда не выходит в поле без огромного оранжевого рюкзака.

Нон-техникл сервейер — как Эльвин. Она идет первой. Без металлоискателя.

Кинолог с собакой. Собаки чуют взрывчатку лучше любого прибора.

Водитель-механик специальной машины. Бронированный экскаватор или машина для разминирования.

6:00. Брифинг.

Командир раскладывает на столе карту. Сегодня группа Эльвин работает у села, которое 30 лет было под оккупацией. Скоро сюда вернутся люди. Но сначала — ANAMA.

«Задача, — говорит командир. — Квадрат B-4. По данным 1993 года, здесь был опорный пункт. Значит, минирование круговое. Ищем растяжки в кустах, “противопехотки” на тропах. Всем понятно?»

Все кивают. На брифинге не бывает «глупых вопросов». Не понял — переспроси. Лучше выглядеть глупо здесь, чем мертво в поле.

6:30. Проверка снаряжения.

Это ритуал. Каждый проверяет себя и товарища.

Жилет весит 8 кг. Он не спасет от взрыва мины под ногами. Но спасет от осколков, если сработает мина у соседа в 20 метрах. Каска — еще 1,5 кг. Забрало из толстого пластика — чтобы лицо не посекло.

Главный инструмент — щуп и металлоискатель. Щупом протыкают землю под углом 30 градусов. Нежно, как будто гладят. Если попал на твердое — стоп. Это может быть камень. А может быть — мина.

Эльвин проверяет свой планшет. Её работа начинается до того, как сапер включит металлоискатель.

3. «Нон-техникл сервей»: как найти мину без миноискателя

«Нон-техникл» значит «без технических средств». Эльвин — глаза и уши группы. Её обязанность — опросить всех и понять, где может быть опасно, еще до начала работ.

8:00. Команда приехала на окраину села.

Дальше машины не идут. Тут начинается «красная зона».

Первое, что делает Эльвин — говорит с местными. Сегодня это дядя Ильгар. Ему 65. Он вернулся в село первым, чтобы посмотреть на свой дом.

«Дядя Ильгар, вы тут до войны жили?» — спрашивает Эльвин. Она говорит спокойно, по-домашнему. Люди, пережившие войну, боятся людей в форме.

«Жил, дочка. Вон мой дом был. Там...» — он машет рукой в сторону развалин.

«А военные где стояли? Где воду брали? Где скот пасли? Дети где играли?»

Это не праздные вопросы. Это карта минного поля.

Военные минируют подходы к позициям. Тропинки к роднику — там ставят растяжки. Пастбища — там могут быть противопехотные мины, чтобы не прошла разведка. А в заброшенных домах любят делать «сюрпризы» — мину, которая взрывается, когда открываешь дверь.

Дядя Ильгар вспоминает: «Тут, у ореха, солдаты всегда сидели. Курили». Эльвин ставит точку на карте в планшете. «Спасибо, дядя Ильгар. Вы нам очень помогли. Сюда пока не ходите, хорошо?»

Второй источник — старые карты и снимки со спутника. ANAMA хранит все данные с 1990-х. Эльвин сравнивает снимок 1992 года и 2024 года. Вот была тропинка. А вот — свежая воронка. Значит, кто-то уже подорвался. Это место — опасное.

Третий источник — сама земля. Эльвин учит подростков: земля помнит.

Она смотрит на траву. Если трава слишком зеленая на одном квадрате — возможно, там воронка, которую засыпали. В ней скапливается вода. Если куст растет странно, ровно в ряд — возможно, его посадили, чтобы скрыть растяжку.

Вся эта работа называется «Нетехническое обследование». По её итогам Эльвин рисует карту: «зеленые» участки — безопасно, «желтые» — подозрительно, «красные» — точно мины.

Только после её карты в «желтую» и «красную» зону заходят саперы с металлоискателями. Эльвин своей работой спасает им часы, а иногда — жизни. Потому что искать мины на 100 гектарах вслепую — это как искать иголку в стоге сена. А с её картой — это уже поиск иголки на столе.

4. «Техникл»: метр за метром к жизни

10:00. Жара. Начинается работа саперов-разминеров.

Фарид, напарник Эльвин, надевает каску и встает на границу «красной зоны». Перед ним — 50 метров травы, кустов и тишины. Его задача — сделать их безопасными.

Правило 1: один метр в день — это хорошая скорость. Спешить нельзя.

Фарид ставит перед собой красную палочку. Это его граница на сегодня. Он работает на коленях. В левой руке — щуп. В правой — металлоискатель.

Пи-пи-пи... Металлоискатель запищал. Стоп. Сердце у Фарида бьется ровно. Паника — смерть.

Он откладывает прибор. Берет щуп. Лежа, очень медленно, он протыкает землю каждые 2 см. 5 см в глубину. Еще 5 см.

Тук.

Щуп уперся во что-то твердое. Фарид не ковыряет. Он берет кисточку и саперную лопатку. Лежа на боку, он сдувает землю. Миллиметр за миллиметром. Как археолог.

Через 20 минут показывается ржавый край. Это противопехотная мина ПМН-2. Маленькая, круглая, зеленая. Её хватит, чтобы оторвать ступню.

Фарид не трогает её. Он ставит рядом желтый флажок. Достает рацию: «Командир, у меня “плюс”. Квадрат B-4, ориентир — сухое дерево». «Плюс» на языке ANAMA значит «нашел мину».

Дальше работает команда подрывников. Они либо уничтожат мину на месте маленьким зарядом, либо, если это безопасно, обезвредят и увезут. Саперы никогда не играют в героев и не обезвреживают мины «как в кино» с кусачками. Правило ANAMA: «Не трогай. Отметь. Вызови подрывника».

За день Фарид проходит 10-15 метров. Находит 1-2 мины. Это мало? Нет. Это 10-15 метров земли, где теперь сможет играть ребенок. Где фермер посадит пшеницу. Где бабушка посадит цветы.

За 30 лет работы ANAMA очистило больше 800 тысяч гектаров земли. Это как 1 миллион футбольных полей. Найдено и уничтожено больше 1 миллиона мин и снарядов. За каждой этой цифрой — Фарид, Эльвин, Рашад и еще 700 сотрудников ANAMA.

5. Не только мины: другие обязанности ANAMA

Работа ANAMA — это не только поле.

Урок безопасности. Раз в неделю Эльвин снимает жилет и едет в школу в Физули. Её оружие — плакаты и мультики. Она показывает детям:

Никогда не трогай незнакомые предметы! Ржавая банка, красивая «игрушка», блестящий цилиндр — это может быть смерть.

Увидел — стой! Не подходи! Отойди по своим следам назад.

Позови взрослого и позвони 102 или 112.

Она рассказывает историю про мальчика Турала из Агдама. Он нашел «карандаш» — это был взрыватель. Он принес его в школу показать друзьям. Учительница увидела и вызвала ANAMA. «Карандаш» уничтожили. Если бы Турал уронил его — погибли бы все дети в классе. Теперь Турал сам помогает Эльвин и рассказывает эту историю младшим.

Помощь пострадавшим. ANAMA не только убирает мины. Оно помогает тем, кто уже пострадал. Если человек подорвался на мине и выжил, ANAMA помогает с протезами, лечением, учит новой профессии. Потому что война для этих людей не заканчивается никогда.

Машины-монстры. Иногда в поле выходят не люди, а машины. Огромные, бронированные, как танки. У них спереди — цепной молот. Он бьет по земле и взрывает мины. В кабине сидит оператор, он в безопасности. Такие машины пускают на ровные поля, где точно знают, что мин много. Это быстрее и безопаснее для людей.

---

Эпилог первой главы: Зачем?

18:00. Конец рабочего дня.

Команда 12 возвращается на базу. Все устали. Фарид сдал свой участок — 12 метров. Эльвин нанесла на карту 3 новых «красных» точки. Подрывники уничтожили 4 мины.

На базе они смывают с себя пыль. Снимают тяжелые жилеты. Становятся обычными людьми — кто-то звонит дочке, кто-то смеется над шуткой.

Эльвин смотрит на карту на стене. Вся карта Карабаха. 30 лет назад она была почти вся красная. Сейчас красного все меньше. Появляются зеленые пятна.

Вчера в село, где они работают, приехала первая семья. С двумя детьми. Дети будут ходить в школу по тропинке, которую сегодня проверил Фарид.

Командир Рашад подходит к Эльвин: «Устала?»

«Есть немного», — отвечает она.

«А помнишь мальчика из репортажа? С “бабочкой”? — спрашивает Рашад. — Мы нашли его. Он жив. Ему 15. Он хочет стать сапером, как мы».

Эльвин улыбается. Ради этого она здесь. Ради того, чтобы земля перестала убивать. Чтобы «Книга памяти» о войне закончилась, и началась новая книга — о жизни.

Завтра в 5:30 будет новый брифинг. Новая карта. Новый метр земли.

Потому что пока на земле есть хоть одна мина, работа ANAMA не закончена.

Конец первой главы.

—

Карабах: Книга Памяти.2

Глава 2. «Собачья работа»: как нос спасает там, где бессилен металл

У сапера есть три напарника: Бог, инструкция и собака. Бог не всегда рядом. Инструкция не видит под землей. А вот собака… Собака чует смерть за 5 метров.

Так говорит Расим, кинолог ANAMA с 15-летним стажем. Его напарницу зовут Дина. Бельгийская овчарка, 4 года. Для Расима она не «служебная единица 147». Она — дочка.

1. Как собака становится сапером

Дина попала в ANAMA щенком. Но не каждый щенок может разминировать.

«Нам не нужны злые. Нам не нужны трусливые», — объясняет Расим. В 2 месяца щенков проверяют. Бросают рядом железную миску. Пугливые — убегают. Агрессивные — кидаются. Дина подошла, понюхала и села. «Любопытная, но спокойная. Это наше», — сказал тогда инструктор.

Дальше — 8 месяцев школы в Учебном центре Горадиза.

Сначала игра. Тренер прячет в коробку резиновый мячик, пахнущий тротилом. Щенок нашел — получил мяч. Поиграл. Для собаки поиск мины — это всегда игра. Она не знает, что ищет смерть. Она думает, что ищет любимую игрушку.

Потом сложнее. Запах тротила закапывают на 10 см. На 20 см. Смешивают с запахом бензина, земли, гниющей травы. Мина в реальной жизни не лежит в стерильной банке. Она пахнет всем сразу. Собака должна вычленить один нужный запах из ста.

Экзамен тот же, что у людей — «Сад». Только у собаки норматив жестче. 20 мин за час. Ошибка — отчисление. Дина сдала за 34 минуты.

В день выпуска ей не дали жилет. Ей дали красный ошейник и миску с её именем. «С этого дня ты спасаешь людей», — сказал ей Расим. Она завиляла хвостом.

2. Почему собака лучше металлоискателя

9:00. Тот же квадрат B-4. Но сегодня тут работает Расим и Дина.

Металлоискатель Фарида вчера «ослеп». В земле слишком много осколков от снарядов 90-х годов. Прибор пищит каждые 5 см. Копать каждый сигнал — жизни не хватит. А под осколками может лежать пластиковая мина ПМН. В ней металла — одна пружинка. Металлоискатель её не услышит.

А Дина — услышит.

Расим отстегивает поводок. «Дина, ищи».

Она идет медленно, носом почти касаясь травы. Хвост — вверх. Это значит «я работаю». Влево, вправо, змейкой. 10 метров. 20 метров.

Вдруг — села. Замерла. Не лает, не копает. Просто села и смотрит на Расима. Это сигнал: «Хозяин, тут оно. Моя игрушка тут».

Расим подходит, гладит её: «Молодец, девочка». Дает ей мячик. Для Дины работа закончена. Дальше — работа людей.

Саперы втыкают красный флажок в 30 см от того места, где села Дина. Почему не прямо там? Чтобы случайно не наступить на «игрушку». Дальше — щуп, кисточка. И да — под слоем земли лежит ПМН-2. Пластиковая. Металлоискатель бы её пропустил. Нога ребенка — нет.

За день Дина находит 3-4 мины. Она не устает. Она играет. Но Расим следит за ней строже, чем за собой. 20 минут работы — 10 минут отдыха в тени. Вода каждые 15 минут. Если на улице +40, как сейчас в Физули, собаки не работают после 11:00. Перегрев для них — смерть. «Она мой напарник. Я за неё отвечаю», — говорит Расим.

3. «Железные монстры» и когда они бессильны

11:30. Жара. Дину увели в машину с кондиционером.

Теперь в поле выходит «Зубр». Так саперы зовут машину разминирования MV-4. С виду — танк без пушки. Спереди — вал с цепями. Вал крутится, цепи бьют по земле 300 раз в минуту. Любая мина взрывается.

Оператор Анар сидит в бронированной кабине в 5 метрах от взрыва. Ему не страшно. «Зубр» спасает десятки жизней. За час он проходит 300 метров поля. Фарид за день — 15 метров.

Но у «Зубра» есть враги. Овраг. Кусты. Камни. Дом. «Зубр» не заедет на склон 30 градусов. Не пролезет между деревьями. Не войдет в подвал дома, где «сюрприз» ждет под ступенькой.

Поэтому формула ANAMA такая:

Машина — где ровно и чисто.

Собака — где много металла в земле.