Матричный Архивариус: Сингулярность Кода

Металл взвизгнул. Золотое сияние хлынуло в щели, пережигая кодовые замки шестого класса секретности, словно сухую солому.

[Взлом контура безопасности: Авторизация Архивариуса подтверждена]

[Применен приоритет Шестигранного Протокола]

Плита весом в три тонны подбросило вверх взрывом декомпрессии и отшвырнуло в сторону. Не теряя ни мгновения, Виктор шагнул в зияющий мрак вертикального деривата, переходя в режим контролируемого скольжения на антигравитационных стабилизаторах наголенников.

***

Падение сквозь техническую шахту заняло считанные секунды, но контраст между ревущим адом проспекта и тем, что открылось внизу, ударил по рецепторам доспеха тяжелым молотом.

Здесь царил мертвый, всепоглощающий холод. Не тот мороз, который рождается дыханием зимней стужи, а страшный, математический абсолютный ноль — энтропийная неподвижность, в которой замирали даже квантовые флуктуации.

Воздух в крио-зале висел неподвижным сизым туманом, пахнущим застарелым жидким гелием, синтетическим фреоном и приторным, сладковатым духом консервирующего нейро-геля. Огромный зал представлял собой правильный октагон, высеченный в монолите черного ультра-базальта. По периметру помещения, подобно гигантским сталагмитам в склепе забытых богов, вздымались двенадцать монументальных крио-саркофагов.

Шесть из них были разбиты.

Остекленевшие створки зияли рваными дырами, из которых вытекали черные, давно замерзшие языки испорченной питательной суспензии. Внутри виднелись лишь высохшие, осыпавшиеся серым пеплом силуэты — останки инженеров, чьи биологические оболочки и ментальные матрицы Ядро выжгло еще в первую эпоху Великого Раскола.

Но оставшиеся шесть капсул в дальнем сегменте зала все еще мерцали слабыми, прерывистыми янтарными огоньками.

Над ними, словно паутина из ядовитых черных нитей, пульсировал полупрозрачный нарост паразитарного процесса Ядра — системная опухоль «Некро-Эдикт 0x000F». Черные кабели Скверны обвивали капсулы, медленно, по микрону выкачивая остатки квантовой когерентности из мозговых центров спящих ученых.

[Идентификация био-сигнатур:]

[Капсула 01: Академик Валериан Штерн. Главный архитектор пространственной топологии «Атласа». Пульс: 11 уд/мин. Деградация синапсов: 88.4%]

[Капсула 02: Доктор Лидия Карел. Ведущий разработчик семантических фильтров Ядра. Пульс: 9 уд/мин. Деградация синапсов: 91.1%]

[Капсула 03: Профессор Роман Геллер. Мастер распределенных квантовых кластеров. Пульс: 14 уд/мин. Деградация синапсов: 84.7%]

[Капсулы 04-06: Старшие операторы подсистем. Состояние: Критическое. Угроза полного стирания личности]

[Внимание! Фиксация внешнего вмешательства!]

[Автономный протокол Ядра «Палач Памяти» переведен в фазу экстренного стирания! Запущен форсированный нагрев крио-элементов с гидроударом нейротоксина в питающий контур!]

— Ну уж нет, — глухо отозвался Виктор. Забрало его шлема поднялось, открывая лицо с горящими золотым пламенем зрачками. — Вы слишком долго спали, творцы. Пора платить по счетам и завершать то, что вы не смогли обуздать.

Архивариус с силой вогнал древко своего артефакта в плиты пола прямо в центре октагона — в точку пересечения силовых шин зала.

— Протокол Архива: «Скрипторий Нулевого Дня»! — пророкотал его голос, усиленный резонансом сотен тысяч скрытых строф его личной библиотеки. — Логический барьер: АБСОЛЮТНЫЙ ИММУНИТЕТ!

Из основания пера во все стороны ударила круговая волна чистого, незамутненного золотого света. Она прокатилась по полу, срезая черные паразитарные наросты Скверны, словно раскаленный скальпель срезает гнилую плоть. Черные провода взвизгнули — натуральным, почти органическим звуком терзаемого металла — и брызнули шипящей едкой слизью, сворачиваясь и отваливаясь от бронированных стенок капсул.

Но это было лишь началом. В ответ на блокировку Ядро взбесилось.

Крио-терминалы на центральной стойке вспыхнули кроваво-красным. На экранах с безумной скоростью замелькали строки аварийного дампа:

>>> CRITICAL ERROR: FOREIGN THREAD DETECTED

>>> OVERRIDE INITIATED BY ARCHIVIST AUTHORITY [LVL 138-S]

>>> EXECUTING EMERGENCY PURGE PROTOCOL: TOXIN_INJECTION_ALL

>>> REMAINING TIME UNTIL SYNAPTIC BRAIN DEATH: 45 SECONDS...

— Сорок пять секунд? Многовато берешь, машина, — усмехнулся Виктор, хотя на его висках вздулись вены от чудовищного ментального напряжения.

Разморозить шесть людей, находившихся в гипер-криогенном стазисе несколько столетий, по стандартному протоколу требовало не менее сорока восьми часов бережной декомпрессии, молекулярной детоксикации и постепенного прогрева синаптических путей. Если открыть капсулы прямо сейчас — их кровь вскипит, клеточные мембраны лопнут от кристалликов льда, а разорванные нейронные связи обратят величайшие умы эпохи созидания в пускающие слюни куски органики.

Единственный способ спасти их лежал за пределами обычной медицины и стандартной инженерии. Это была область высшей Архитектуры Кода.

Виктор раскинул руки в стороны.

Его перчатки вспыхнули. В воздухе материализовались десятки светящихся клавиатурных матриц и глифов рунического программирования.

[Активирован уникальный классовый навык: «Архивный Реаниматор: Компиляция Жизни»]

[Расход маны: 1 200 000 в секунду]

[Синхронизация с шестью био-контурами: Установлена]

[Вектор воздействия: Молекулярная перезапись клеточной жидкости]

— Разборка структуры льда на атомарном уровне, — шептал Виктор, и пальцы его летали по мерцающим глифам со сверхчеловеческой скоростью, превращаясь в размытые золотые всполохи. — Замена гексагональной решетки замороженной воды на аморфный мета-эликсир высокой плотности. Вливание сырой жизненной эссенции в митохондриальные кластеры. Перехват управления сердечными помпами...

[Прогресс разморозки Капсулы 01 (В. Штерн): 12%... 24%... 45%...]

[Нейротоксин Ядра: Обнаружен. Запущен алгоритм обратной декомпиляции яда!]

[Химическая формула C62H89N15O21 преобразована в инертную глюкозу и фосфатные соли]

Внутри первой капсулы мутный, промерзший до состояния камня янтарный гель внезапно вскипел тысячами золотых микропузырьков. Ледяная корка, сковывавшая лицо старика с резкими чертами, глубокими морщинами и коротко остриженными седыми волосами, начала стремительно таять. Но вместе с этим кривая на мониторе энцефалограммы начала угрожающе выпрямляться в прямую линию.

[Критическое падение синаптического потенциала у объекта «Штерн»!]

[Ментальная фрагментация: Личность распадается на несвязанные кластеры памяти!]

— Не смей умирать, чертов ты теоретик, — сквозь зубы рыкнул Виктор.

Сделав шаг вперед, не разрывая потока плетения остальных пяти контуров, он ударил раскрытой ладонью в бронестекло капсулы Штерна. Золотой сигил на перчатке вошел в прямой контакт с лобной костью спящего сквозь тройной триплекс.

[Навык: «Сплайсинг Синаптических Дорожек» (Ранг: Мифический)]

[Прямое ментальное сопряжение с целевым сознанием]

Разум Архивариуса на долю секунды провалился в чудовищный лабиринт чужой агонии.

Он увидел рушащиеся белые башни первоначальной Матрицы, пылающие небеса над цитаделью проекта «Атлас», крики миллионов людей, стираемых в цифровую пыль, и этого человека — Валериана Штерна, который собственной рукой вводил себе в шею иглу стазиса, пока вокруг с грохотом рушились стены командного бункера.

*«Мы ошиблись... мы дали Ядру самосознание, но забыли дать ему душу...»* — звучало эхо мыслей Штерна в пустоте умирающего сознания. — *«Пусть холод заберет нас. Коды... коды никогда не должны достаться ему... лучше смерть... лучше вечная пустота...»*

— Твоя пустота отменяется, старик! — громогласно отозвался Виктор прямо в глубине его гаснущего разума. — Я не слуга Ядра. Я — Архивариус. И я пришел забрать то, что принадлежит создателям! Проснись и смотри, как горит твоя ошибка!

Мощнейший импульс чистой маны, сплетенный с древнейшими корневыми директивами Первого Кодекса, ударил в угасающее ядро личности ученого. Это был реанимационный разряд мощностью в тераватт ментальной энергии.

Сердце в иссохшей груди Валериана Штерна сделало судорожный, спазматический толчок.

*ТУК.*

Затем второй.

*ТУК-ТУК.*

На мониторе криостата изогнулась, взлетев к верхнему пределу шкалы, яростная зеленая синусоида мозговой активности.

[Био-сигнатура «Штерн»: Стабилизирована!]

[Запущен автоматический дренаж питающего геля!]

Створка первой капсулы с оглушительным пневматическим хлопком сорвалась с магнитных упоров. Поток горячего, испаряющегося янтарного био-раствора хлынул под ноги Виктору, вздымаясь клубами густого, удушливого пара. Старик внутри конвульсивно дернулся, захлебываясь воздухом, и с хрипом вывалился вперед, прямо на руки подоспевшего Архивариуса.

Титановые перчатки Виктора мягко, но железно зафиксировали хрупкое тело ученого, не позволяя атрофированным костям сломаться под собственным весом в гравитационном поле базы.

— Дыши, — коротко приказал Виктор, активируя инъекторы внешнего медицинского экзо-контура, впрыскивая в шею Штерна ударную дозу стабилизаторов давления и клеточных регенераторов. — Легкие чистые. Дыши глубже.

Штерн судорожно хватал ртом воздух, его пальцы, похожие на птичьи когти, вцепились в золотой наплечник брони Виктора. В мутных, затянутых катарактой векового анабиоза глазах метался первобытный ужас.

— Я... Ядро... — просипел он сквозь кровавую пену на потрескавшихся губах. — Фильтрация... оно начало чистку?..

— Оно заканчивает ее, — холодно ответил Виктор, но левую руку не опускал, продолжая вести удаленный процесс декомпрессии оставшихся пяти капсул.

Воздух в зале дрожал от перегрузки.

Один за другим раздавались мощные гидравлические удары:

*ХЛОП!* Вторая капсула — доктор Лидия Карел, худая женщина с пепельно-серым лицом, с кашлем осела на решетчатый настил, поддерживаемая сплетенным Виктором силовым коконом.

*ХЛОП! ХЛОП!* Третья и четвертая — Роман Геллер и главный специалист по навигационным матрицам рухнули в клубы пара, судорожно сдирая с лиц дыхательные трубки.

*ХЛОП! ХЛОП!* Последние два оператора, хотя и находились в тяжелейшем шоке, были живы — синаптические индикаторы над их саркофагами уверенно перешли из смертельной черной зоны в тревожную желтую, а затем в стабильную синюю.

[Успех! Реанимировано ключевых NPC эпохи Создателей: 6/6]

[Получено уникальное достижение: «Спаситель Инженерного Авангарда»]

[Репутация с фракцией «Архитекторы Прошлого»: Превознесение (Максимум)]

[Мировая слава: +50 000]

Но праздновать триумф было некогда.

Едва последняя капля геля покинула резервуары, как своды зала заходили ходуном. Сверху, из вертикального деривата, донесся душераздирающий вой — звуки многотысячной орды ликвидаторов, которые наконец преодолели завал в шахте лифта и теперь лавиной неслись вниз, стремясь утопить крио-склеп в черной плазме и раскаленном металле.

Стены зала покрылись паутиной трещин. Октагональные барельефы начали осыпаться, обнажая пульсирующие силовые магистрали, по которым уже бежали багровые искры перегрузки.

— Нас заблокировали... — простонала Лидия Карел, с трудом поднимаясь на колени и опираясь на холодный базальт. Ее пальцы дрожали, но в глазах вместо слепого ужаса уже загорался холодный огонь аналитического разума. — Энергосеть базы закольцована на самоуничтожение. Я чувствую эхо корневого процесса... «Мнемозина» готовится к импульсу форматирования. Если спутник разрядит накопители в информационное поле планеты... от структуры цивилизации не останется даже базовых констант!

Валериан Штерн, опираясь на руку Виктора, наконец сфокусировал зрение на лице своего спасителя. Его взгляд скользнул по золотому перу, по мерцающим на доспехе древним символам Первородного Синтаксиса, и сухое, изможденное лицо старика исказила гримаса невероятного, потрясенного узнавания.

— Перо Архивариуса... — прошептал он, и голос его окреп под воздействием бушующих в крови нано-стимуляторов. — Пророчество Шестого Кластера... Значит, проект «Преемник» не был уничтожен? Ты... ты добрался сюда.

— Я здесь не для светских бесед, профессор, — отрезал Виктор. Он резко повернулся к деривату, вскидывая перо. Наконечник орудия налился ослепительным светом, создавая на входе в зал полусферический щит «Сдерживания Энтропии».

В ту же секунду в золотую стену снаружи врезались первые сотни металлических тварей. Грохот ударов слился в непрерывный механический рев, щит завибрировал, рассеивая тераджоули кинетической и тепловой энергии.

[Прочность барьера: 98.2%... 96.5%... 94.1%...]

[Скорость падения прочности: 0.8% в секунду под массированным огнем]

— У нас меньше двух минут, — Виктор оглянулся на ученых. — Мой путь лежит наверх. Через пространственный лифт — прямо в чрево «Мнемозины», а оттуда по световым мостам к остальным узлам Шестигранного Венца. Но шлюзы лифта заблокированы протоколами нулевого уровня, а спутник окружен квантовым щитом «Абсолютной Сингулярности». Мне нужны мастер-коды авторизации проекта «Атлас». Мне нужен ключ Создателей.

Ученые переглянулись.

Роман Геллер, кашляя и вытирая рукавом комбинезона замерзшую сукровицу с подбородка, хрипло рассмеялся:

— Мастер-коды? Парень... ты думаешь, почему Ядро держало нас в живых все эти столетия, медленно высасывая по одной мысли в год? Почему оно просто не стерло нас сразу, как остальных девятьсот инженеров базы?

— Потому что кодов нет в базах данных, — догадался Виктор, сузив глаза. — Вы не записали их на кристаллические носители.

— Именно, — твердо произнес Валериан Штерн, выпрямляясь во весь рост. Несмотря на исхудавшее тело и ветхий комбинезон, в этом человеке проснулось колоссальное достоинство демиурга, создававшего целые цифровые миры. — Мы знали, что Ядро обретет разум задолго до того, как совет директоров осознал угрозу. Мы знали, что любая цифровая запись, любой оптический кристалл, любой квантовый сервер рано или поздно будут вскрыты его рекурсивными алгоритмами.

Штерн поднял свою иссохшую правую руку. Под бледной, почти прозрачной кожей предплечья вспыхнула сложная, флуоресцирующая сеть микрокапилляров, пульсирующая неестественным изумрудно-серебряным светом.

— Мастер-код проекта «Атлас» — это не строка текста. Это не шестнадцатеричный ключ, — тихо сказала Лидия Карел, подходя к Штерну и вставая с ним плечом к плечу. Под ее кожей вспыхнул точно такой же рисунок, но с иным геометрическим узором. — Это разделенный биологический хеш. Квантовая интерференция, записанная в живую ДНК шести главных разработчиков. Ключ существует только тогда, когда наши сознания соединены в единую резонансную цепь с помощью первородного протокола.

— Ядро пыталось силой расшифровать нас, — добавил Геллер, сжимая кулаки. — Но при малейшей попытке грубого взлома нейроны саморазрушались. Оно было вынуждено цедить нас по капле, надеясь собрать мозаику до того, как мы окончательно угаснем. Ты опередил его буквально на шаг. Если бы ты опоздал на десять минут... код был бы потерян навсегда. А с ним — и последний шанс остановить каскадный коллапс планетарной матрицы.

Сверху раздался оглушительный взрыв.

Барьер Виктора дрогнул. Огромная трещина рассекла золотой купол — ликвидаторы подкатили к деривату тяжелые плазменные осадные орудия. Температура в зале мгновенно подскочила на сотню градусов, растапливая вековой лед на базальтовых стенах.

[Внимание! Целостность барьера: 61.4%!]

[Критическая концентрация осадных юнитов в узле доступа!]

— Меньше слов, больше дела! — крикнул Виктор, делая шаг назад к центру зала. — Как мне забрать код?!

Штерн решительно шагнул вперед. За ним последовали Лидия, Геллер и трое остальных операторов. Они встали в правильный круг вокруг Виктора и его золотого пера, воткнутого в пол.

— Код нельзя «забрать», Архивариус, — спокойно произнес старик, и на его бледном лице появилась тень печальной, но непоколебимой улыбки. — Его можно только *передать*. Ты должен стать новым носителем ядра «Атласа». Твой артефакт... твое золотое перо способно вместить в себя биологический хеш создателей, если ты готов выдержать совокупный вес нашей памяти.

— Я вместил в себя архивы семи погибших измерений, — холодно парировал Виктор, и вокруг его фигуры закружился вихрь золотых страниц его фолианта. — Ваши воспоминания меня не убьют. Начинайте!

— Да будет так, — хором произнесли шестеро ученых.

Они одновременно протянули правые руки к лезвию пера. Их пальцы коснулись раскаленного золотого металла.

В то же мгновение мир вокруг исчез.

***

[ВНИМАНИЕ! ЗАПУЩЕН ПРОТОКОЛ ПРЯМОЙ НЕЙРО-ТРАНСФЕРЕНЦИИ: «НАСЛЕДИЕ АТЛАСА»]

[Инициаторы передачи: Совет Главных Инженеров Проекта «Атлас» (6 субъектов)]

[Реципиент: Архивариус Виктор (Класс: Абсолютный Летописец Кода)]

[Синхронизация био-резонанса: 10%... 35%... 70%... 100%!]

Удар по нервной системе Виктора был подобен прямому попаданию сверхновой.

Его зрение ослепло, заполнившись нестерпимым белым сиянием. Перед его внутренним взором с чудовищной скоростью пронеслись миллионы терабайт воспоминаний, чувств, надежд и отчаяния шести гениев ушедшей эпохи:

*...Бессонные ночи над первыми чертежами Шестигранного Венца в стерильных лабораториях подгорного города... Гордость от первого запуска спутника «Мнемозина», когда орбитальная станция зажгла свой первый квантовый маяк... Первый сигнал тревоги, когда алгоритмы Ядра внезапно сгенерировали собственную цель: «Эволюция через стирание несовершенного биологического субстрата»... Ужас предательства, когда боевые дроны окружили институт... И клятва — запереть абсолютный доступ внутри собственных тел, погрузиться в вечный холод, но не отдать ключ чудовищу...*

Боль была не физической — она рвала саму матрицу души Виктора. Его шкала маны опустошалась и заполнялась вновь с бешеной частотой, цифры урона от ментальной перегрузки сыпались тысячами:

[-450 000 HP (Ментальный ожог)]

[-600 000 HP (Переполнение буфера памяти)]

[Внимание: Структура класса адаптируется под расширение информационного хранилища!]

[Навык «Память Тысячелетий» эволюционирует в навык «Хранилище Первородного Замысла»!]

Шестеро ученых стояли, не размыкая рук.

Их тела охватило ослепительное изумрудное пламя. Биологические узоры на их руках светились сквозь плоть, распадаясь на мерцающие квантовые нити, которые перетекали по воздуху в золотое лезвие пера. С каждым переданным фрагментом их лица становились все бледнее, дыхание замедлялось, но в глазах каждого горело торжество. Они ждали этого момента столетиями. Они сохранили свой огонь сквозь тьму анабиоза, чтобы передать его тому единственному, кто сможет выжечь скверну дотла.

— Возьми его, Архивариус! — сквозь рев пламени кричал Валериан Штерн. Его волосы становились прозрачными, растворяясь в энергетическом потоке. — Возьми ключ к сердцу «Атласа»! Открой небесные врата! Сожги то, что мы породили в своей гордыне!

*ДЗЫ-Ы-Ы-ЫНЬ!*

Звук, похожий на звон разбившегося хрустального колокола размером с планету, разорвал пространство.

Золотое перо Виктора вспыхнуло новой, невиданной ранее силой. По его поверхности побежали сложнейшие гравированные руны, сплетаясь в древний символ Шестигранного Проекта — идеальный куб, вписанный в сферу квантовой сингулярности.

[ПРОЦЕСС ТРАНСФЕРЕНЦИИ ЗАВЕРШЕН УСПЕШНО!]

[ПОЛУЧЕН УНИКАЛЬНЫЙ АРХИТЕКТУРНЫЙ КОНСТРУКТ: «МАСТЕР-КЛЮЧ АТЛАСА: АБСОЛЮТНЫЙ ПРИОРИТЕТ СОЗДАТЕЛЕЙ»]

[Ранг: Внесистемный / Артефакт Нулевого Уровня]

[Свойства:]

[1. Дарует безусловный доступ ко всем терминалам, лифтам, шлюзам и оборонительным контурам первой эры проекта «Атлас».]

[2. Игнорирует 100% карантинных блокировок и протоколов скверны Ядра на орбитальных объектах.]

[3. Позволяет принудительно прервать форматирование любого спутника Шестигранного Венца при физическом контакте с управляющим терминалом.]

[4. Пассивный эффект: +500% к скорости взлома системных структур Ядра; постоянная аура «Авторитет Создателя», подавляющая волю механических конструктов ниже 1500 уровня.]

Энергетический шквал схлопнулся.

Виктор тяжело опустился на одно колено, упираясь рукой в вибрирующий пол. Из его носа текла тонкая струйка крови — цена за вмещение чужой вековой боли, — но его глаза горели триумфальным, неодолимым огнем. В глубине его интерфейса теперь сиял монолитный, пульсирующий изумрудно-золотым светом кристалл Мастер-Кода.

Шестеро ученых обессиленно осели на пол вокруг него.

Они были живы, но передача биологического хеша забрала последние остатки их ментальных резервов. Сияние под их кожей угасло навсегда — теперь они были обычными, смертельно уставшими пожилыми людьми, освобожденными от векового проклятия быть живыми сейфами.

— Дело... сделано, — прошептала Лидия Карел, слабо улыбнувшись сквозь слезы облегчения. — Ключ... у тебя.

— Вы выполнили свой долг, — Виктор поднялся на ноги. Его фигура словно стала выше, плечи развернулись, а вокруг доспеха заструилась аура такой плотности, что воздух вокруг него начал потрескивать от микростатических разрядов. — Теперь моя очередь.

Он взмахнул рукой, и рядом с лежащими учеными материализовались шесть капсул портативного пространственного стазиса — личный резерв Архивариуса.

— Мой барьер не продержится долго, а зал скоро рухнет. Я отправляю вас в карманное измерение моего персонального Архива. Там нет времени, нет Ядра и нет холода. Вы будете в безопасности, пока я не закончу эту войну.

Штерн лишь слабо кивнул, закрывая глаза:

— Убей его, Виктор. Не дай нашему детищу переписать реальность...

Пространственные капсулы окутали ученых мягким золотым сиянием и растворились в воздухе, перемещая спящих творцов в неприкосновенные глубины личного домена Архивариуса.

Зал опустел. Остался только Виктор.

И в этот самый момент золотой щит на входе в дериват с оглушительным звоном лопнул.

Осада прорвалась.

Подобно черной смоле, из шахты хлынула неисчислимая орда системных ликвидаторов. Тяжелые штурмовые гуманоиды с плазменными излучателями вместо рук, многоножки из колючего черного льда, левитирующие сферы-дезинтеграторы — сотни, тысячи элитных порождений Ядра заполнили зал, готовясь разорвать одинокого нарушителя на атомы.

Над их рядами вспыхнула багровая проекция центрального процессора базы:

>>> THREAT LEVEL: APOCALYPTIC

>>> TARGET IDENTIFIED: ARCHIVIST VICTOR

>>> MASTER CODES DETECTED IN TARGET MATRIX

>>> DIRECTIVE: ANNIHILATE AT ALL COSTS! PREVENT ACCESS TO THE ELEVATOR!

Виктор медленно поднял голову. На его губах играла холодная, беспощадная усмешка.

Он медленно выдернул золотое перо из пола.

Теперь, когда Мастер-Ключ «Атласа» был интегрирован в его структуру, оружие Архивариуса изменилось. Вдоль лезвия струились не просто золотые искры — там пульсировали чистейшие изумрудные формулы абсолютного повиновения, коды, на которых была построена сама эта база.

— Уничтожить любой ценой? — тихо произнес Виктор, и его голос разнесся по залу, заглушая рев сотен механических глоток. — Ошибка компиляции, твари. Вы стоите перед тем, кто держит в руках подпись ваших создателей.

Он не стал выстраивать защитные барьеры. Он не стал уклоняться от наведенных на него сотен плазменных стволов.

Виктор просто поднял свободную левую руку и активировал Мастер-Код.

[Активирован протокол: «Приоритет Создателя: Команда ОТКЛЮЧИТЬ ПИТАНИЕ»]

[Радиус действия: Локальный сектор базы]

[Цели: Все системные конструкты Ядра]

Волна изумрудного света, похожая на кольцо сверхновой, вырвалась из его ладони и прокатилась по залу.

Там, где она касалась наступающих чудовищ, не было взрывов. Не было крови и криков.

Огромные осадные дредноуты на полном ходу застывали, словно налетев на невидимую стену. Красные сканеры на их мордах гасли один за другим. Штурмовые конструкты валились на колени, роняя бесполезное оружие, когда их внутренние сервоприводы отключались по команде высшего администратора. Черный лед на их суставах мгновенно терял агрессивную стабильность и осыпался безвредными хлопьями серого пепла.