Недотрога для босса 2

И это отрезвило.

— Нет! — Люда резко оттолкнула его. — Серёга, нет.

Он замер, тяжело дыша. В глазах — огонь, разочарование, непонимание.

— Почему? — выдохнул он. — Ты же чувствуешь... я же вижу, что тебе нравится...

— Нравится, — Люда поправила одежду, отдышалась. — Но до свадьбы — нет.

Серёга вытаращил глаза.

— Чего?

— Ты слышал. — Она посмотрела на него строго. — У меня уже был брак. И еще отношения : сначала чувства, потом секс, а потом фигня. Я так больше не хочу. Если у нас с тобой что-то серьёзное — только после ЗАГСа. Если нет — то даже не начинай.

Серёга моргнул. Потом ещё раз. А потом вдруг расхохотался.

— Люда, ты... ты серьёзно? — он схватился за голову, но смех не прекращался. — Двадцать первый век на дворе, а ты как барышня из девятнадцатого!

— Я такая, — отрезала она. — Не нравится — не надо.

— Да нравится, нравится! — он перестал смеяться, подошёл ближе, но руку не протянул. — Просто... ты необычная. Я таких не встречал.

— Вот поэтому я тебе и нравлюсь, наверное, — усмехнулась Люда.

Серёга вздохнул, присел на корточки, погладил котёнка, который уже наелся корма и теперь тёрся о его ноги.

— Люда, — сказал он тихо. — Я тебя сделаю счастливой. Честно. Я молодой, сильный, могу долго, много и очень любя. Не то что твой старый Эдуард. У нас с тобой всё будет по-другому. По-настоящему.

— Мальчик мой, — Люда вздохнула. — Ты ещё так мало понимаешь в отношениях. Скоро у тебя появится молодая девочка, и с ней ты будешь долго, и много, и любя. И она с тобой будет так же. И детки у вас будут красивые, и счастье. А со мной — только дружить, если хочешь.

— Не хочу дружить, — насупился он.

— Хочешь, — улыбнулась Люда. — Потому что даже если я сейчас совсем отобью себе голову и соглашусь выйти за тебя, детей я тебе родить не смогу. А ты через пять лет захочешь. Обязательно захочешь.

— Не захочу, — упрямо сказал Серёга. — Мне никто не нужен, кроме тебя.

— Это пока, — тихо сказала Люда. — А потом будешь смотреть на чужих детей и жалеть. Я не хочу тебе такой судьбы.

Серёга замолчал. Долго смотрел на неё. Потом вздохнул и улыбнулся своей солнечной улыбкой.

— Ладно, — сказал он. — Уговорила. Пока дружим. Но я всё равно буду рядом.

— Договорились, — улыбнулась Люда.

Котёнок, которому надоело, что на него не обращают внимания, взобрался Люде на колени и требовательно мяукнул.

— А это кто у нас? — Люда подхватила малышку. — Как же тебя назвать?

— Ночка, — предложил Серёга. — Чёрная же.

— Ночка, — повторила Люда. — Красиво, а глаза желтые, давай Луна, с ударением на последний слог. Серега улыбнулся и кивнул.

Луна довольно зажмурилась и замурчала.

А в это время в доме Эдуарда было тревожно.

Он вернулся с работы и сразу понял: что-то не так. Катя сидела в гостиной с несчастным видом, сжимая в руках записку.

— Пап, Люда уехала, — сказала она дрожащим голосом. — Она написала записку и ушла. А я даже не попрощалась.

Эдуард взял записку, прочитал. Скупо, сухо, без объяснений.

Он набрал её номер.

— Люда, ты где? — голос был спокойным, но внутри всё кипело.

— Эдуард, я дома, у Клавдии, — голос у неё был виноватый. — Прости, что не попрощалась. Серёжа заехал, ну и... я соскучилась по дому.

— Понял, — коротко ответил он. — Как себя чувствуешь?

— Лучше. Кашель ещё есть, но ничего.

— Выздоравливай. Катя скучает.

— Я позвоню ей завтра. Обещаю.

Он положил трубку и долго сидел в кресле, глядя в одну точку.

Серёжа. Опять этот мальчишка. Заехал. Увёз.

Эдуард встал, подошёл к окну. У ворот висела камера, и он знал, что есть запись. Он набрал номер своего человека.

— Привет. Нужна помощь. Пробить машину. И того, кто на ней ездит. Всё, что можно. И подумать, как сделать, чтобы человек этот на определённую территорию больше не совался. Без криминала, аккуратно, но чтобы понял.

Он отключился и посмотрел на небо.

В душе боролись два чувства. Одно — злость, глухая, собственническая, почти звериная. Второе — вина перед Богом. Он же в храм ходит, свечи ставит, а сам сейчас замышляет... что?

Но тут же внутри зазвучал другой голос, спокойный и уверенный.

Бог послал ему Люду. Одинокую, никому не нужную, без кола без двора, без детей и без возможности их родить. Чтобы он о ней заботился. Чтобы направлял. Потому что он старше, мудрее, опытнее. Он знает, как сделать её счастливой.

А те, кто будут стоять на пути... они просто подвинутся. Нежно, аккуратно, без криминала. Но подвинутся. Потому что это его женщина. Его и Катина.

Эдуард перекрестился на икону в углу кабинета и пошёл к дочке — утешать.

От автора:Друзья мои, ну как вам котёнок? А сцена с Серёгой? А холодный расчёт Эдуарда? Пишите в комментариях, жду ваши мысли! И не забывайте подписываться на автора, ставить звёздочку и добавлять книгу в библиотеку ❤️

Глава 15. Луна

Луна поселилась в доме на Полевой и очень быстро стала его полноправной хозяйкой.

Она была идеальной — чёрная шёрстка с лёгким шоколадным отливом переливалась на солнце, круглые жёлтые глаза смотрели на мир с любопытством и доверием, а пушистый хвост трубой гордо реял над спиной, когда она носилась по комнатам, Люда не могла налюбоваться.

С первых дней котёнок прикипел к ней невероятно. Луна ходила за Людой по пятам, как привязанная. Спала только у неё на подушке, уткнувшись носом в шею. Когда Люда работала за ноутбуком, Луна забиралась ей на колени и мурчала, требуя, чтобы её гладили. Когда Люда уходила в душ, Луна сидела под дверью и жалобно мяукала.

— Ты моя навязчивая, — смеялась Люда, подхватывая котёнка на руки. — Ты ж без меня не можешь?

Луна довольно жмурилась и мурчала ещё громче.

Клавдия поначалу отнеслась к появлению нового жильца настороженно. Но уже через пару дней поддалась всеобщему кошачьему гипнозу.

— Ну, зараза, — ворчала она, когда Луна запрыгивала к ней на колени и начинала топтаться, перебирая лапками. — И чего тебе надо? Мурчишь тут... — и сама же гладила котёнка по мягкой шёрстке.

Семён, старый рыжий кот, первое время делал вид, что Луны не существует. Он демонстративно уходил в другой угол, когда она приближалась, и смотрел сквозь неё с оскорблённым видом. Но Люда замечала, как он украдкой принюхивается к новому запаху, как следит за ней краем глаза, когда Луна резвится. Старый кот делал вид, что ему всё равно, но на самом деле изучал нового члена прайда.

— Семён, не будь букой, — уговаривала его Люда. — Она ж маленькая. Посмотри, какая хорошая.

Семён отворачивался и демонстративно засыпал.

Серёга теперь приезжал к ним как на работу.

У него появился официальный повод — проверять "их общего ребёнка", как он в шутку называл Луну. Он привозил котёнку вкусняшки, игрушки, новые мисочки. Луна встречала его радостным писком и лезла на руки, вылизывая нос и щёки.

— Видишь, она меня любит, — довольно говорил Серёга. — Потому что я папка.

— Папка, — смеялась Люда. — Ты хоть знаешь, чем кормить британского котёнка?

— Знаю! — Серёга доставал из пакета корм. — Элитный, для котят британской породы. И ламинарию для чёрной шерсти!

— Откуда ты знаешь про ламинарию?

— Интернет изучил, — гордо заявлял он. — Я же ответственный отец.

Клавдия, глядя на их возню, только головой качала:

— Ох, Серёга, ты б лучше за Людой так ухаживал, как за котёнком.

— А я и ухаживаю! — Серёга тут же подскакивал к Люде, пытаясь её обнять. — Люда, дай я тебя поцелую.

— Отстань! — отбивалась Люда, но беззлобно.

Он не воспринимал её угрозы всерьёз. Люда сказала тогда, что перестанет с ним общаться, если он не прекратит свои домогательства. Но Серёга знал: не перестанет. Во-первых, он чувствовал, что ей нравится — хоть она и сопротивляется. Во-вторых, у них теперь Луна. Куда она денется с "общим ребёнком"?

Он был неугомонным. Всё время норовил прикоснуться, обнять, огладить по спине, задержать руку на талии. Люда отбивалась, но как-то вяло. Рядом с ним действительно было легко и солнечно, и эти его прикосновения — лёгкие, тёплые, ненавязчивые — она ловила себя на мысли, что ждёт их.

А он вживался в роль. Ездил с ней к ветеринару на первую прививку, вёл себя как заправский глава семейства. В клинике заполнял документы, на вопрос "кем приходитесь" отвечал: "отец, в кавычках, но временно". И подмигивал Люде.

— Серёга, перестань! — шипела она.

— А что? — делал он круглые глаза. — Я ж правду говорю. Мы ж семья: мама Люда, папа Серёга и дочка Луна.

Врач — молодая женщина — смотрела на них с умилением и, кажется, верила.

После прививки Серёга повёз их домой, заехал по дороге в зоомагазин и купил Луне новый домик — мягкий, уютный, с подушечкой.

— Зачем? — удивилась Люда. — У неё уже есть домик, который ты дарил.

— Это старый, — отмахнулся Серёга. — А этот новый. Пусть у девочки будет выбор.

Люда смотрела на него и не знала, что думать. Он был таким... настоящим. Таким живым. С ним не нужно было ничего из себя строить. Можно было просто быть.

Антон.

Имя всплывало в голове каждый раз, когда Люда пыталась понять, что происходит. Антон не выбрал её. Не захотел жениться. А Серёга — хочет. Серьёзно, по-настоящему, каждый день ей об этом напоминая.

— Люда, давай съедемся, — сказал он однажды, когда они сидели в машине после очередного визита к ветеринару. — Ты же хотела снять студию на побережье. Давай снимем вместе? Я буду платить, а вы с Луной будете меня любить.

— Серёга, — вздохнула она. — Ты серьёзно?

— Абсолютно. — Он повернулся к ней, глаза горели. — Я хочу жить с тобой. Каждый день просыпаться и видеть тебя. И Луну. Я уже привык, что вы мои.

— Но у нас же не может быть детей, — тихо сказала Люда. — Я тебе говорила. Ты через пять лет захочешь...

— Не захочу. — Он взял её за руку. — Люда, мне никто не нужен, кроме тебя. Я не знаю, как это объяснить, но я никогда никого так не хотел. Не для секса, а просто... быть рядом. Ты как солнце, понимаешь? Рядом с тобой тепло.

Люда молчала. Она запуталась. Рядом с ним хорошо. Тепло. Солнечно. Но внутри, глубоко-глубоко, всё ещё ныл Антон. Тот, другой. Тяжёлый, тёмный, собственнический. Тот, от которого захватывало дух и подгибались колени.

Где хорошо, а где плохо — она уже не понимала.

— Я подумаю, — ответила она.

Серёга улыбнулся своей солнечной улыбкой и завёл мотор.

Глава 15. 2 часть

Эдуард скучал.

Люда по-прежнему приходила заниматься с Катей, и эти занятия были для него единственной отдушиной. Он ловил каждое её движение, каждый взгляд, каждую улыбку. Она рассказывала Кате про Луну, показывала фотографии на телефоне. Катя была в восторге.

— Пап, а можно мы съездим к Люде посмотреть на котёнка? — просила она каждый день.

Эдуард сдался.

В субботу после обеда они приехали на Полевую. Эдуард впервые был в этом маленьком домике. Тесно, бедно по сравнению с его хоромами, но уютно. Клавдия встретила их радушно, напоила чаем с пирогами. Катя сразу затискала Луну, которая, кажется, была рада новым зрителям.

Люда сидела напротив Эдуарда, и он смотрел на неё. Домашняя, в мягком свитере, с распущенными волосами, с Луной на руках — она была такой... своей. Желанной. Родной.

Он уже начал расслабляться, наслаждаться этим тихим семейным чаепитием, когда дверь распахнулась без стука.

— Люда! Я привёз Луне вкусняшки! — в комнату влетел Серёга с пакетом в руках и замер, увидев Эдуарда.

Повисла тишина.

Эдуард сидел с каменным лицом, только желваки ходили на скулах. Серёга стоял в дверях с пакетом, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Он ничуть не смутился.

— О, гости, — сказал он спокойно. — А я к своим. Луна, иди к папке!

Котёнок, услышав знакомый голос, спрыгнул с Людиных колен и понёсся к Серёге. Тот подхватил его на руки, чмокнул в нос и, не обращая внимания на Эдуарда, прошёл к столу.

— Клавдия Петровна, здравствуйте. А это, наверное, Катя? Люда рассказывала. Красивая какая, вся в папу. — Он поставил пакет на стол. — Тут вкусняшки для Луны, разрешённые ветеринаром. И для людей тоже кое-что есть.

Он сел рядом с Людой, положил руку на спинку её стула — почти обнимая. Луна устроилась у него на коленях и замурчала.

— Мы сегодня с Луной к ветеринару ездили, — сообщил он Кате. — Прививки ставили. Она у нас такая смелая, даже не пискнула.

Катя смотрела на него круглыми глазами. Клавдия делала вид, что очень занята чаем. Люда покраснела и не знала, куда деваться.

Эдуард медленно поставил чашку на стол.

— Простите, — сказал он ледяным тоном. — Катя, нам пора.

— Пап, но мы только приехали! — захныкала Катя.

— Пора, — повторил он, вставая.

Катя поняла, что спорить бесполезно. Попрощалась с Людой, погладила Луну и, бросив обиженный взгляд на Серёгу, пошла к выходу.

Эдуард вышел, даже не обернувшись. Только в дверях бросил короткий взгляд на Серёгу — такой, что у нормального человека поджилки бы затряслись. Но Серёга только улыбнулся в ответ и помахал рукой:

— Приезжайте ещё! Всегда рады!

Когда машина Эдуарда отъехала, Клавдия перевела дух.

— Ну, Серёга, ты даёшь, — покачала она головой. — Не боишься?

— А чего бояться? — Серёга пожал плечами. — Он человек, я человек. Он хочет Люду, я хочу Люду. Пусть победит сильнейший.

— Дурак ты, — вздохнула Клавдия. — Он такие вещи не прощает.

— А я и не прошу прощения, — усмехнулся Серёга. — Люда, ну чего ты молчишь? Тебе понравилось?

Люда посмотрела на него. С одной стороны — неловко, стыдно перед Эдуардом. С другой — внутри росло какое-то странное, тёплое чувство. Серёга не испугался. Пришёл, сел, обнял. Как будто так и надо.

— Ты невозможный, — сказала она.

— Я знаю, — улыбнулся он. — Но ты меня уже любишь.

— С чего ты взял?

— По глазам вижу, — он чмокнул её в нос. — Ладно, поехал я. Выйдешь проводить?

А в это время Эдуард вëз Катю домой и едва сдерживал бешенство.

Этот мальчишка. Этот щенок. Он в его присутствии позволял себе так с ней сидеть, так на неё смотреть, так называть котёнка "нашим". Это был вызов. Открытый, наглый, беспардонный.

Эдуард довёз Катю, убедился, что она занята своими делами, и ушёл в кабинет. Достал телефон, набрал номер.

— Нужно кое-что сделать. Машина, номера такие-то. Чтобы хозяин на неделю забыл, как ездить. Поломка серьёзная, но без криминала. И эвакуатор чтобы подальше увёз, за город. Пусть помучается.

На том конце подтвердили.

Эдуард отключился и посмотрел на икону в углу.

— Прости, Господи, — перекрестился он. — Но это моя женщина. И я никому не позволю её отнять.

На следующее утро Серёга вышел к своей "Гранте" и обомлел. Машина стояла на приспущенных колёсах, а из-под капота торчали какие-то провода. Подошёл ближе — понял: стартёр накрылся, и не просто так, а капитально. Ремонт минимум на неделю, да ещё и эвакуатор вызывать в другой конец города, потому что ближайший сервис, который согласился взяться, оказался за пятьдесят километров.

Серёга почесал затылок и вдруг улыбнулся.

— Ну, Эдуард Петрович, — сказал он в пустоту. — Красиво работаете. Но я тоже не лыком шит.

Он позвонил Люде и, когда она взяла трубку, бодрым голосом сообщил:

— Люд, я временно безлошадный. Приеду к тебе на автобусе. Жди гостей!

— Что случилось? — встревожилась Люда.

— Да так, — усмехнулся Серёга. — Конкуренты шалят. Но я ещё поборюсь.

От автора:Друзья мои, ну как вам противостояние? Серёга догадался, чьих рук дело? А что будет дальше? Пишите в комментариях! И не забывайте подписываться на автора, ставить звёздочку и добавлять книгу в библиотеку ❤️

Глава 16. Замок Гаррибальди

Весна вступила в свои права окончательно и бесповоротно.

Снег сошел почти полностью, обнажив мокрую, дышащую землю. Дороги просохли, по обочинам побежали звонкие ручьи, а воздух наполнился тем особенным весенним запахом, от которого хочется жить, любить и куда-то ехать. Люда ловила себя на том, что всё чаще смотрит в окно и улыбается.

В субботу у ворот раздался знакомый рокот — низкий, басовитый, совсем не похожий на тарахтение Серёгиной «Гранты». Люда выглянула и замерла.

У калитки стоял мотоцикл. Красивый, стремительный, агрессивный — ярко-синий Yamaha с хищным обтекателем в стиле гоночного M1. А на нём сидел Серёга — в закрытом шлеме, чёрной мотокуртке с защитой на плечах и локтях, высоких мотоботах. Дорогая экипировка сидела на нём как влитая, подчёркивая широкие плечи, тонкую талию и длинные ноги.

Он снял шлем, тряхнул светлыми волосами и улыбнулся своей лучезарной улыбкой.

— Ну как тебе байк? — спросил он, похлопывая по бензобаку. — Ямаха, двести лошадей. Правда, красавец?

Люда смотрела на него и не могла отвести взгляд. Он был невероятно хорош — этот солнечный мальчик на хищном звере. Контраст убивал.

— Серёга... — выдохнула она. — Это же опасно.

— Опасно — это когда страшно, — подмигнул он. — А я родился на мотоцикле. Слушай, я чего приехал. Давай прокачу?

— На этом? — Люда с ужасом посмотрела на мотоцикл. — Нет, даже не думай.

— Ну, на этом я тебя и сам не повезу, — засмеялся Серёга. — Спортивный мотоцикл — это для одного. А для двоих у меня есть вариант. У друга могу взять Honda. Это такой туристический мотоцикл, настоящий «диван на колёсах» — там сиденья мягкие, ветровик, музыка, можно хоть на край света ехать и не устать.

— И куда ехать? — настороженно спросила Люда.

— А вот куда! — Серёга достал телефон, нашёл фотографии и протянул ей. — Смотри. Замок Гаррибальди. Это в Самарской области. Представляешь?

Люда посмотрела на фото и ахнула. Настоящий средневековый замок с башнями, шпилями, витражами и статуями рыцарей у входа. На фоне Волги это смотрелось нереально, сказочно.

— Там есть подъёмный мост, — с увлечением рассказывал Серёга, видя её реакцию. — Часовня, конюшни, скульптуры, кованые решётки. Внутри — рыцарские залы, камины, витражи. Мы с пацанами ездили прошлым летом, я просто офигел. Красота неземная! И прямо на берегу Волги. Хочешь, покажу?

— Хочу, — честно призналась Люда. — Но не на мотоцикле.

— Люда-а-а, — заныл Серёга. — Ну почему? На Хонде безопасно, там даже пассажирское сиденье с подогревом и подлокотники! Спинка есть! Люди на них по всей Европе ездят и не жалуются.

— Серёга, я боюсь, — твёрдо сказала Люда. — Я на машине и то не всегда уверенно, а тут мотоцикл. Давай лучше на машине?

Серёга вздохнул, помрачнел, но спорить не стал. Рассказал, что Гранта до сих пор в ремонте, и этот ремонт подозрительно затягивается. Эдуард Петрович постарался — это было понятно даже без доказательств. Но Серёга не унывал.

— Ладно, — сказал он. — Тогда я у друга тачку возьму. И поедем компанией — мои пацаны на мотоциклах, мы с тобой на машине. В воскресенье, например. Переночуем в отеле по дороге, а в понедельник погуляем по замку и обратно.

— В понедельник? — Люда задумалась. — Надо у Эдуарда отпроситься...

— Опять этот твой, — скривился Серёга, но тут же снова улыбнулся. — Ладно, отпрашивайся. А я пока забиваю поездку.

— А деньги? — спросила Люда.

— Забудь, — отмахнулся Серёга. — Я, между прочим, жених завидный. У меня не только такси, но и бизнес есть. Фильтры для мотоциклов на маркетплейсах продаю. Идёт неплохо, почти на квартиру уже скопил. Так что угощаю.

Люда улыбнулась. Рядом с ним всё было просто. Легко. Без тяжести.

В понедельник утром Люда позвонила Эдуарду.

— Эдуард, можно отпроситься в ближайший понедельник с работы? Хочу съездить с друзьями в замок Гаррибальди.

Пауза. Тишина в трубке была такой плотной, что её можно было резать ножом.

— С какими друзьями? — голос Эдуарда звучал спокойно, но Люда знала уже этот тон.

— С Серёжей и его компанией, — честно ответила она.

Ещё одна пауза. Потом ровный, деловой голос:

— Люда, к сожалению, не получится. У нас срочные заказы на глазированные сырки. Нужно делать дизайн упаковки и рекламные материалы. Очень срочно. Придётся тебе поработать в эти дни.

— Но я могу работать в поездке... — начала Люда.

— Лучше, если ты будешь на связи. Извини, но работа есть работа.

Он отключился.

Люда смотрела на телефон и чувствовала, как внутри закипает злость. Он сделал это специально. Не мог не сделать.

Вечером приехал Серёга. Выслушал, помрачнел, потом усмехнулся.

— Ну, Эдуард Петрович, — сказал он, потирая руки. — Игра началась. Ладно, Люда, не парься. Я что-нибудь придумаю.

Он сидел у неё на кухне, играл с Луной, которая уже привыкла к нему и лезла на руки, и смотрел, как Люда работает за ноутбуком. В глазах его читалась какая-то мысль — упрямая, мальчишеская, но упрямая.

— Ничего, — повторил он. — Я этого так не оставлю.

В пятницу вечером Серёга снова приехал — на такси. Люда удивилась, но он объяснил:

— Тусовка у пацанов. На мотоциклах собираются, у костра посидеть, музыку послушать. Я безлошадный пока, но меня Костик подбросит. Поехали с нами? Отвлечёшься.

Люда согласилась. Надоело сидеть в четырёх стенах, надоела работа, надоело думать о том, кто прав, кто виноват.

На поляне за городом собралось человек десять — молодые парни, мотоциклы, костёр, гитара. Люда чувствовала себя немного не в своей тарелке, но Серёга был рядом, знакомил, шутил, подливал чай из термоса.

Когда он отошёл поздороваться с подъехавшими друзьями, к Люде подошёл тот самый парень — высокий брюнет с длинными волосами, собранными в хвост, узкими губами и чёрными глазами. Тот, что так пристально смотрел на неё на первом квартирнике.

— Стас, — представился он, садясь рядом. — Мы не познакомились нормально в прошлый раз.

— Помню, — сухо ответила Люда.

Он кивнул на стоящий неподалёку мотоцикл — мощный, агрессивный, зелёный.

— Хочешь прокачу? — сказал он с лёгкой гордостью.

— Нет, спасибо, — отказалась Люда.

Стас усмехнулся, поправил волосы и посмотрел на неё с видом человека, который привык нравиться.

— Слушай, — сказал он доверительно. — А чего ты с Серёгой связалась? Он же простой парень. Тебе такой нужен, как я.

Люда чуть не поперхнулась чаем.

— В смысле?

— В прямом, — Стас откинулся назад, играя желваками. — Я женщин понимаю. Я их чувствую. Тебе нужен сложный мужчина, с глубиной, с опытом. А Серёга... — он пренебрежительно махнул рукой. — Он мальчик. С ним скучно.

Люда смотрела на него и с трудом сдерживала смех. Этот мальчишка, которому на вид было лет двадцать пять, возомнил себя умудрённым жизнью ловеласом только потому, что у него нашлись деньги на дорогой мотоцикл. Он сидел, напуская на себя важный и разочарованный вид, как будто жизнь его уже изрядно потрепала и только он один знает, что нужно такой женщине, как Люда.

— Слушай, Стас, — сказала Люда спокойно и дружелюбно. — Ты хороший парень, наверное. Но ты так смешно строишь из себя матёрого волка. Тебе сколько? Двадцать пять? Двадцать шесть? Ты ещё жизни не видел, а уже корчишь из себя умудрённого опытом дяденьку. Сними корону, а? А то смешно.

Стас замер. Открыл рот, закрыл. Потом нахмурился, явно не ожидая такого отпора.

— Ты чего... — начал он.

— Того, — улыбнулась Люда. — Иди, покатался на своём мотоцикле. А я к Серёге пойду. С ним мне просто и легко, и ничего он не строит из себя.

Она встала и пошла к Серёге, который как раз обернулся и увидел эту сцену. Глаза его загорелись торжеством.

— Что, Стас обломался? — спросил он шёпотом, обнимая Люду за плечи.

— Обломался, — улыбнулась она. — Строил из себя важного, а я ему сказала, что смешно.

— Люда, ты прелесть, — Серёга чмокнул её в висок. — Пойдём, познакомлю с остальными.

Ночью, когда они вернулись домой, Люда сидела на кухне, пила чай и смотрела на спящую Луну. Мысли путались.

Серёга был простым, солнечным, лёгким. Рядом с ним не нужно было думать о тяжёлом, не нужно было ждать подвоха. А Эдуард... он был другим. Тяжёлым, давящим, собственническим. И от этого взгляда у неё по-прежнему сжималось всё внутри.

Но где хорошо, а где плохо — она так и не поняла.

Телефон пиликнул. Сообщение от Эдуарда:

«Как прошёл вечер? Завтра приедешь к Кате? Она скучает.»

Люда посмотрела на экран. Коротко, сухо, но между строк читалось то самое — тяжёлое, давящее, собственническое.

Она вздохнула и отложила телефон.

Луна во сне дёргала лапкой, ловя невидимых мышей. Люда погладила её по чёрной шёрстке.

— Ну и как мне быть, малышка? — шепнула она. — Где правда?

Луна только мурлыкнула во сне и поджала лапки.

От автора:Друзья мои, ну как вам Стас? А упрямство Серёги? Пишите в комментариях, за кого вы болеете! И не забывайте подписываться на автора, ставить звёздочку и добавлять книгу в библиотеку ❤️