Танго Огня и Воды. Книга 3. Танцы на грани.

Кира в сон провалилась почти мгновенно. Сны ей вообще снились не очень часто, но если уж случалось такое чудо, их можно было хоть записывать и потом превращать в сценарии для фильмов или целые книги. Сегодня в ее голове было слишком много новых знаний, которые она получила во время чистки. Ей снился Огонь Очага, как она проходит сквозь него и оказывается в мире мертвых, разделенном на бесчисленное множество отдельных доменов, каждый из которых принадлежал тому или иному богу. Тут был и классический подземный мир, и место для наказания… Где-то в небе этого места Кира видела парящий остров с торчащей из него радугой Бифрёста. Не признать в этом острове чертог Вальхаллы Кира просто не могла. Она пыталась найти Герхарда там, но не получалось. Кажется, прошла целая вечность безуспешных попыток, пока Пламя не выпустило ее обратно в Избушку. Эти воспоминания начали стремительно стираться. А после она осознала себя в зале “Тельца” напротив Берга, который не выглядел каким-то ужасным монстром. Грудь не жгла ненависть, а пятки не горели в желании куда-то мчаться. Потом был танец под дождем, только сейчас она, совершенно счастливая и беззаботная, кружилась с Рудольфом в чувственном танго под непонятно откуда взявшуюся музыку, а вспышки молний словно акцентировались на нужных точках, выхватывая в темноте сильного, уверенного в себе, надежного, как скала, Берга, который прижимал ее к себе ровно настолько, чтобы помогать двигаться.

Но после внутри все похолодело. Она видела Рудольфа ночью под дождем на каком-то поле, залитом грязью, которую намесили тысячи сапог. Вспышка молнии высветила бесчисленные мертвые тела солдат, тело женщины на руках вампира, в которой она без труда узнала саму себя, и длинное древко копья, которое насквозь проходило через них обоих. А потом все вокруг начало затапливать кровью. Внутри Киры все похолодело, потому что в следующий миг она наконец-то смотрела своими глазами на вполне современного Руди, распластанного на мраморных плитах какого-то замка. Вокруг него стояла ненавистная ей троица и пировала его кровью, что текла из огромной дыры в его груди.

- За наше возвышение! За Джа… - произносили они тосты, и на этом моменте Кира проснулась в холодном поту. Руки дрожали, и она вспомнила, что такое страх. Вспомнила, насколько мерзкий у него вкус и липкие ощущения по всему телу. Будто проваливаешься в замерзающую воду, похожую на ледяное желе. Она с трудом удержала крик и едва не сорвавшееся с рук огненное заклинание…

Страх и гнев выплескивались из нее через край. Не думая сейчас ни о чем другом, Ведьма стремительным ураганом ворвалась в спальню Рудольфа. Она должна была удостовериться, что это действительно был всего лишь дурной сон. Фонариком зеркофона она посветила на лежащего без движения Рудольфа. И еще больше подлил масла в огонь тот факт, что вампир не дышал, обнимая подушку. Она медленно подошла ближе. Кажется, она сама забыла, как дышать сейчас. Кира медленно приподняла одеяло, чтобы проверить его грудь, ведь последняя картина была еще слишком жива в памяти после ночного кошмара. Следов крови не было, а сонный мозг отказывался давать ей осмысленные подсказки.

Рудольфу снова почудилось прикосновение Киры. Он нехотя отпустил сон и с трудом разлепил глаза, потому что уже знал, что ничего нового не увидит: полумрак и стена встанут перед ним. Он весьма удивился, когда увидел стоявшую перед ним ведьму, которая заглядывала под одеяло. Сначала он хотел на автомате отпустить что-то привычно колкое, но потом заметил, что она была белее снега.

- Кира? - он приподнял голову и спросил шепотом. - Что случилось?

Свет из коридора бил прямо в глаза, так что спросонья было сложно сконцентрироваться на фигуре девушки, поэтому он все еще не был уверен, что ему не мерещится.

- Живой, - с явным облегчением выдохнула она тихо. Порыв непонятно откуда взявшегося ветра закрыл дверь, а сама Ведьма погасила фонарь.

Рудольф уселся на кровати:

- Ну как… живой. Не мертвый. Что случилось-то? - недоуменно проморгался Рудольф и смог уже более четко в темноте ее разглядеть. Он убедился, что ему не снится и не мерещится.

- Уже не важно, - с трудом улыбнулась она.

Рудольф прикоснулся к ее руке:

- Да ты вся дрожишь. Иди сюда, - он пододвинулся на кровати, освобождая для ведьмы место, похлопал ладонью рядом с собой, приглашая ее. - Поспи тут. Страшный сон?

- Угу, - едва слышно ответила она, и без малейших сомнений улеглась на предложенное ей место. Рыжая уткнулась лицом в грудь Берга и крепче прижалась к нему, словно пыталась спрятаться сейчас от всего мира.

Рудольф вздохнул, обнял ее, погладил по волосам и прижал к себе. Единственное, что сейчас казалось странным и непривычным, это запах страха, который витал в воздухе, и которого он раньше не ощущал от нее. При этом, он понимал, что девушка без сомнений улеглась рядом. Что же ее так напугало, если в первую их встречу не напугало его присутствие в ее лавке и потом в “Тельце”, и еще в многие дни после этого? Даже в том клятом подвале этого не было.

- Постарайся поспать, два часа до рассвета, - шепнул он ей.

Он закрыл глаза и позволил себе уснуть только тогда, когда Кира мирно засопела. Иногда кончики ее пальцев подергивались, она напрягалась всем телом, как будто сжималась, тогда он просыпался, снова гладил ее по волосам, она успокаивалась и расслабленно выдыхала, устраиваясь поудобнее.

Глава 4. Любовь к оружию.

Рудольф открыл глаза и по привычке собрался потянуться, но что-то было не так. Он не сразу вспомнил, что сегодня произошло. Приподняв голову, он убедился, что ему не приснилось, и прямо у него на груди действительно мирно сопела Рыжая. Он про себя отметил, что когда она спит - выглядит почти как ребенок, так и не скажешь, что когда проснется - станет грозной валькирией, мечущей фаерболы налево и направо. Пару минут он еще наслаждался тишиной, но часики безбожно тикали. Внизу, скорее всего, Лиза уже готовила кофе для Клариссы и Макса. Он вздохнул и попытался осторожно, так, чтоб не разбудить Киру, переложить ее на подушку. Но Ведьма явно не собиралась так просто расставаться с теплым и уютным боком Рудольфа: она прижалась к нему и попыталась крепче обнять.

- Ммм… еще пять минуточек… - не просыпаясь, еле разборчиво, произнесла она и накрыла их обоих одеялом.

- Ну хорошо, - шепнул он и смирился. - Но только пять минуточек.

Он действительно пролежал так еще минут десять, потом наклонился к ее уху и прошептал:

- Рыженькость, мне на работу надо, отпусти меня, а?

- Нипутю, - кажется, даже во сне она умудрилась надуться.

- Придется мне тогда тебя завернуть в одеяло, повесить на плечо и идти на работу с тобой. Всем скажу, что это новая униформа, и чтоб завтра каждый был в такой же.

- Нет, такая только у тебя есть, - она потерлась щекой о грудь Берга и на мгновение замерла. Ее сердцебиение заметно ускорилось до обычного ритма. Она осторожно, словно сама себе не веря, потрогала рукой вампира, на котором так уютно устроилась, потом извернулась и медленно подняла на него вроде бы и сонное, но крайне ошарашенное лицо. Кажется, она сейчас сама не очень понимала, как вообще оказалась в этой спальне, да еще и в одной постели с Рудольфом, а память спросонья отказывалась давать хоть малейшие подсказки. - Здрасьте… - только и смогла произнести она, не шевелясь. Вдруг пронесет, и не заметит, решит, что кому-то из них это все показалось?

- Доброе утро, - он улыбнулся, потому что понял, что сейчас девушка в таком же шоке, как был и он еще пятнадцать минут назад. - Не поверишь, я тоже немного удивлен. Поспишь еще или завтракать будешь?

Он посмотрел на часы:

- Половина восьмого, рано еще очень.

- Что ты со мной делаешь? Половина восьмого ночи… Я в это время обычно только ложусь, - вздохнула она, явно беря себя в руки. Раз натворила фигню, то делать это нужно с максимально уверенным лицом, будто так и было задумано. Но она все же с некоторой неохотой приняла сидячее положение и сладко потянулась. - Ладно, раз все равно проснулась, проще позавтракать сейчас. Дел еще полно на сегодня.

- Нет, если ты хочешь, то я могу остаться, спи, сколько нужно, ты ведь вообще не спала толком. А на эксперименты с Огнем, наверное, много сил потратила. Просто позвоню и скажу, что приду позже… - предложил Рудольф. - Ну или я пойду, а ты спи.

- После экспериментов с Огнем, как ты выразился, я, скорее, наоборот подзарядилась и отдохнула. Там больше моральная нагрузка. Надеюсь, в следующие разы так не будет. И нет, раз я уже проснулась, значит, надо вставать и идти делать важные дела. Их и так накопилось за время моей изоляции. К тому же, не могу же я всю работу по поиску лекарства скидывать на Клариссу? И пациенты еще не посещенные. Оружие не куплено. Хель не заболтана.

- Ты на больничном, очень ответственный работник, ты можешь вообще ничего не делать. Ну что ж, пойдем тогда завтракать, Лиза уже наверняка все приготовила. Или тебе сюда принести?

- Ну, если ты снова хочешь меня вытаскивать из какого-нибудь подвала, то я, конечно, посижу без дела какое-то время… - намекнула она, прекрасно зная, что от безделья буквально сойдет с ума и придумает ввязаться в очередную крайне опасную авантюру. - Пойдем. Только переоденусь и умоюсь.

- Хорошо, я подожду. Полагаю, нам изобретать велосипед и изображать, что “ничего не произошло” не имеет смысла, все уже всё равно в курсе.

- Ты про что? - не очень поняла Кира, прикидывая в голове варианты того, что именно все понимают, и кто эти самые - все, для которых нужен велосипед?

- Раннее утро - не время Киры, - улыбнулся Рудольф. - Я про то, что все уже наверняка в курсе, что ночью ты была здесь, и ты хоть на уши встань, никто не поверит, что тебе просто приснился страшный сон, и все. И ничего такого не было.

- А, ты об этом, - пришло наконец осознание. Кира на несколько долгих секунд замерла, задумчиво кусая губу, а потом беззаботно отмахнулась. - Да вообще плевать, кто и что подумает. Но сон… надо записать. На всякий случай. И проанализировать…