Начать сначала 8. Аттестат зрелости

- Потому что национальный вопрос у нас муссируется, а это глупость. Вкладывать нужно в РСФСР средства, чтобы республики знали, что могут потерять если выйдут из состава СССР. Я молчу о глупом финансировании стран Варшавского договора. Зачем мы финансируем развитие производства там, когда это нужно делать у нас? Отставание СССР от Западных стран следует сокращать, иначе нас ждёт экономический кризис, лет через десять. Мы Прибалтику делаем фасадной картинкой. Спрашивается зачем? Я вообще считаю, что Сталин недоработал с Прибалтикой, надо было их в состав РСФСР вводить. Я даже не сомневаюсь, что лет за пятнадцать, там Запад проведёт соответствующую политику и оторвёт от нас Прибалтику, - всё больше распалялся Яковлев.

Говорили долго не меньше трёх часов. Поговорили о религии в СССР, о национальном вопросе.

- Вероисповедование должно быть свободным в стране, иначе недовольство народа только нарастать будет. Неужели, Лёня, ты считаешь, что среди попов все антисоветчики? Да ничуть. А чтобы таковых не было, под контроль следует Епархию взять, взаимодействовать с ними.

- А как же утверждение, что бога нет? – в очередной раз ухмыльнулся Брежнев.

- А это никто подтвердить и опровергнуть не может. Вернусь к экономике. В страну следует привлекать иностранный капитал. В той же Америке, капитал имеет огромное влияние на политику. Будут капиталисты вкладывать в нашу страну деньги, они сами не позволят своем властям строить интриги против СССР. Пора открываться на международной арене. А что касается моей вербовки, то я никаких секретов не выдавал, да и не собирался. Хочешь верь, а хочешь не верь, - как-то устало произнёс Яковлев.

Брежнев молчал минут пять, видимо решал для себя, что делать с Яковлевым. Пауза затянулась, но Яковлев тоже молчал.

- Ты остаёшься пока под домашним арестом, никуда не выезжай, языком с домашними не болтай. А я подумаю, как с тобой быть, - подвёл итог беседы генсек.

Позже Брежнев несколько раз вызывал к себе Яковлева, они беседовали по несколько часов. Многое, что пересмотрел после таких разговоров Леонид Ильич. Была правда в словах Яковлева. Страна скатывалась к упадку. И если сейчас не начать форсировать, то потом будет поздно. Ну и приемников готовить, желательно из молодой поросли.

Леонид Ильич вернулся из воспоминаний, взявшись за просмотр, уже в который раз, статей Конституции. На черновике Ильич указывал многопартийность, но всё же решил отказаться. Оппозиция полезна, если она в малом количестве, ну и желательно вне закона. Узаконить такое, только для себя и всех коммунистов, начало конца подписать. Тем не менее оппозиция полезна, как в поговорке «на то и щука в реке, чтобы карась не дремал». Брежнев перешёл к следующим правкам, которые потребуется утвердить на Политбюро ЦК КПСС. Необходимо увеличить срок полномочий Верховных Советов, пять лет будет в самый раз, вместо четырёх. Леонид Брежнев, немного подумав, решил, что и местным Советам срок полномочий в пять лет, совсем не будет лишним. А то проводи выборы каждые два с половиной года, как это делается сейчас, лишние траты бюджета. Снизить возраст избирательного права до восемнадцати лет, а в Верховный Совет – до двадцати одного года, вместо раннего двадцатитрехлетнего возраста. Будущая Конституция, 5-я главе основного закона страны, закрепит положения о высших органах государственной власти – Верховном Совете и Совете Министров СССР. Генсек вернулся к листам с текстом, которые уже просматривал. Вчитался ещё раз. Первый раздел Конституции закрепляет общие принципы социалистического строя и основные черты социалистического общества. Статья 6-я Конституции закрепляла руководящую и направляющую роль КПСС, являвшейся политическим ядром СССР. Закрепляется важная роль в политической системе профсоюзов, комсомола и других общественных организаций. Чего, кстати, не было в конституциях 1924-го года и 1936-го года. Конституция закрепляет все виды бесплатного образования, как и бесплатное медицинское обслуживание. Просматривая следующие документы, Брежнев задержал своё внимание на 3-ем разделе Конституции о Государственном устройстве. Предложение из текста «…право республик Союза на свободный выход из состава СССР…». Продолжая держать в руках лист с текстом, Леонид Ильич задумался над глубоким смыслом этой фразы. Вспомнился молодой писатель Егоров, который как-то в беседах, с самим генсеком, простодушно произнёс, что могут сложиться обстоятельства, когда республики пожелают выйти из состава Союза, а потому следует укреплять в первую очередь РСФСР. Сейчас Леонид Ильич даже не смог бы сказать, осознавал ли молодой юноша то, что мимолётом приметил в разговоре. А ведь смысл в этом есть. По сути, Союз развалить наверняка несложно, стоит только захотеть и объединить мнения республик. Брежнев взял красный карандаш и перечеркнул фразу «свободный выход». Совсем запретить выход республик нельзя, может вызвать негативную реакцию, а государственный переворот ему не нужен. Генеральный секретарь подумал с минуту, а потом написал «выход возможен, но после утверждения Верховного Совета СССР». Поставил знак вопроса, решив, что по этому поводу стоит посоветоваться с товарищами по Политбюро. Отложив документ, Брежнев решил сделать себе перерыв. Вновь захотелось покурить, генсек достал пачку сигарет из своего стола, некоторое время смотрел на табак, а потом бросил в стол обратно. Он уже больше трёх месяцев не курит совсем, хотя раньше по одной сигарете в день выкуривал. Не каждый день, а только тогда, когда назойливая мысль о курении совсем не покидала голову. Открылась входная дверь в кабинет, тихо вошёл секретарь Дебилов.