Квест на отцовство для олигарха

И заладил одно и тоже на одной волне. И громко. Вот же ж…

Пока пернатый испытывает на прочность мои барабанные перепонки, я осматриваю всю комнату. И не нахожу искомое.

Условно разделяю комнату на две части. Взрослую и детскую. Вторая определяется очень легко по характерным предметам интерьера и игрушкам. И хоть порядком, но хаотичным.

Все это принадлежит девочке. Дочка, значит.

Хм... Совпадение ли?

А вот в первой половине все упорядочено. А еще, к моему несчастью, куча стопок из книжек, документов, просто предметов, расставленных плотно друг к другу в одном из углов. А все полки, как закрытые так и открытые, девственно пусты. И чисты. На сверкающем журнальном столике покоится тряпочка, которой, видимо, протирали пыль.

Как же не вовремя устроили тут генеральную уборку.

Перелопачивать вещи в плотных стопках?

Сколько это времени займет, прежде чем найду какие-нибудь фотографии? Если они вообще есть. Вдруг только в памяти телефона?

К тому же раскидаю вещи. А так аккуратно сложить обратно не получится.

Осмотр детских вещей тоже ничего не дает. Кроме рисунка. Больше схематичного, но со всем старанием. На нем изображена, по всей видимости, сама девочка, ее мама, которую держит на руках огромный накаченный мужик.

Сверху даже подписано корявенько: «Я», «МАМА», «ПАПА».

Как-то в груди некомфортно становится. Почему-то представляется, как девочка грустит и мечтает, чтобы у нее появился папа. Самый лучший и сильный папа на свете.

Отчего-то в образе дочки предстает Алена. Даже мотаю, пытаясь сбросить наваждение.

Ладно, сначала займусь официальной причиной, почему я здесь оказался. Поменяю смеситель.

А там, может, и хозяйка квартиры придет. И я ее, наконец, увижу.

Так… Ванная комната. На стене, отделанной пластиковыми панелями, побелевший от налета старый смеситель. Вижу и следы течи. Смеситель и сейчас капает. Прямо в месте, где соединяется с трубами.

На полу лежит коробка с новым смесителем. Очень дешевеньким. Достаю, держу в руках и боюсь повредить. То ли из пластика сделан, то ли из жести толщиной с фольгу.

Видели бы меня сейчас бизнес партнеры и привычная тусовка. В потертой рабочей одежде, с гаечным ключом в руках. К тому же, успешно меняющего смеситель. И все это под ор неумолкающего попугая.

Несмотря на то, что у моего бати всегда были деньги, и в немалом количестве, я был белой вороной среди детей его корешей. Мне всегда нужно было что-то делать самому. И интересно, и хотелось доказывать, что сильнее, умнее, умелей и просто лучше всех.

Перло все это изнутри наружу с небывалой силой. Я интересовался всем. Ко всему тянул свои руки. Хотелось все попробовать, покрутить, прикрепить, разделать, решить интеллектуальную задачу или выйти на борцовский мат.

Во что только не влезал по юности. Подростком возглавил крупную группу парней, с которыми пытались в том возрасте наладить бизнес ремонту и тюнингу байков и велосипедов. Чем помешали другой группе. Которых возглавлял такой же отмороженный и безбашенный, как я.

Это был Глеб (герой романа «Папа олигарх для маленькой принцессы»). Чуть ли не войну устроили. Покалечили немного друг друга. А потом стали лучшими друзьями. Если можно дать такое определение людям нашего уровня и нашим деловым взаимоотношениям.

Сам я смеситель до этого ни разу не менял. Но сложно ли это, если всегда что-то делал сам руками?

Ни капли. Плюс, на всякий случай подсмотрел в интернете. В итоге, новый смеситель стоит на месте старого. Работает, и ни течет там, где не должен.

К этому времени попугай меняет репертуар.

– Прррынц! Жррать дай! Жррра-а-ать! Жррра-а-ать!

Решаю все же ему ответить пока мою руки.

– Как найду свою прррынцесу, так сразу накормлю.

В ответ доносится:

– Ессть прррынцесса! Ессть! Тут! Тут! Жрррать!

И зачем-то попугай добавляет:

– Ба-а-абе цсссветы! Детям моррроженое!

– Я тебя услышал.

И тут слышу звук отворяемой двери и незнакомый хрипловатый мужской голос:

– О-оль! Встречай гостей! – наглый тон, и уверенный топот по прихожей. – Я тебе тут букетик принес. И Аленке… Ха! Аленку! Ах-хаха!

Сам сказал, сам поржал.

Ухожер в мои планы совершенно не входит.

Ну что же? Пойду встречу этого гостя. Где там паяльник был?

Глава 4

Влад

Пока выхожу из санузла, мой мозг что-то «царапает». Что-то я упускаю. Что-то в словах этого «ловеласа».

– О-оленька-а? – видимо, никак не может найти здесь ту, которой тут и нет. – Олюньчи-и-ик?

Когда появляюсь в прихожей, «кавалер» оказывается спиной ко мне, входит в комнату.

А там и без меня есть кому встретить гостя вопросом.

– Пррры-ынц?

– Че? – ошарашено тупит «жених» с цветами.

Мне отсюда видно, что он их сорвал с какой-то местной клумбы.

– Прррынц? – повторяет Гриша.

– Ты за кого меня принимаешь? – оскорбленно и очень возмущенно воспринимает вопрос гость.

Я бы сказал болезненно.

– Значит бррродяга?

– Ну, – разговор с попугаем обескураживает «жениха», – это авторитетней.

– Бррродяга, – повеселевшим тоном обращается к нему Гриша, – жррррать дай!

Почесав затылок гость зло сплевывает:

– Суп из тебя сделать надо! Вот и будет пожрать.

– Грррубиян!

Гость разворачивается и собирается, по всей видимости, уходить. Но натыкается на меня.

А я злой. Очень злой. Не знаю почему, но выбесил меня этот «ловелас». И взгляд у меня сейчас, соответственно… соответсвующий.

Отшатывается гость, когда неожиданно для себя в темном коридоре натыкается на высокую мужскую фигуру с недобрым взглядом. С паяльником в руках.

– А ты кто? – больше с испуга спрашивает «ловелас», чем от любопытства.

Отвечает за меня пернатый.

– Пррры-ынц!

– Ты чего тут делаешь? – с каждой секундой «кавалер» набирает очков уверенности.

Наверное, это что-то природное. Считать, что ты можешь задавать любому вопросы и требовать, а эти любые обязаны тебе отвечать.

Показываю правую руку с ящиком под инструменты.

– Георгий попросил смесить поменять, – решаю начать пока со слов.

Нужно дать человеку шанс. Вдруг, мое мнение об этом индивиде крайне неверное?

– А, понятно, – немного выдыхает гость, расслабляясь. Но берет себя в руки и уже через мгновение строит из себя крутого авторитета. Даже тон меняет. На того самого крутого авторитета, наглого и уверенного, что ему все дозволено. – Ясно, Ясно.

Даже цыкает с ленцой через зубы.

– Это дело хорошее, – соблаговоляет меня своей похвалой. – Для нормальных пацанов.

Пацанов?

– Меня пацаном могли лет двадцать назад называть, – выдаю, надвигаясь на гостя. Хорошо иметь высокий рост и крепкое сложение. – И то смельчакам зубы выбивал. А сейчас так назвать меня никому и в голову не придет.

Не знаю, что там напридумывал себе «кавалер», глядя мне в глаза, но его тон меняется.

– Ну, это… Звиняй. Попутал малясь. Понял, ты из уважаемых. А это…

Тут он начинает внимательно вглядываться в мою левую руку.

– Там у тебя чего?

Только сейчас разглядел паяльник?

– А это аргумент, – многозначительно поднимаю предмет к его лицу. – Знаешь, как его можно применить?

– Да, говорю же… – гость осторожно обходит меня вдоль по стеночки прихожей. Оказывается ближе к двери. И даже выходит в подъезд, загораживая проход. – Осознал все. Ты из уважаемых. Я исправлюсь. О!

И тут внимание «кавалера» снова возвращается к моей руке.

– Вот это котлы! – восхищается. – Зачетные!

Черт! Часы мои спалил!

– Где такие взял? – во взгляде подозрительность.

– Там их уже нет, – не очень добрым тоном отвечаю на вопрос.

Но патом мыслено одергиваю себя. И спешу исправить ситуацию.

– Шутка, – усмехаюсь. – На маркетплейсе заказал. Реплика, качественная подделка. Вообще, недорогие. Но смотрится качественно.

Мне нужно не забывать, что играю тут простого работягу.

– Это да… – снова чешет гость затылок.

Похоже, на этот раз выпутался.

И тут меня осеняет. Не зря мозг все это время пытался анализировать и понять, что же меня «царапает». И я спрашиваю:

– Тебя как зовут?

– Леха я, – приосанивается «ловелас».

Леха… дядя Леша. Наконец обращаю внимание на деталь, что подсознательно мешала. Это шоколадка в руке горе ухажера.

Как он там сказал? Аленка для Аленки?

Вот же!

Чтобы пазл полностью сложился и для исключения простого совпадения, достаточно девочку расспросить про ее маму.

Мама же ее могла обратно в детский сад отвести. А там оградка как раз напротив двора. Выведут деток на улицу, как раз переговорю с малышкой.

– А это… снова что-то хочет спросить Леха.

И опять он набирается храбрости. И наглости. А еще встал на самом проходе. Не уходит. Все любопытствует.

Ну, правильно. Все по канонам. Я же его не бью и ничего такого не делаю. А значит что? Значит, по мнению подобных Лехе, что слабоват для этого.

На таких дипломатия действует очень плохо. Что ни говори человеку или объясняй – без толку. А вот другой метод, более действенный…

Нужно самому наезжать и всем своим видом показывать, что готов в любую минуту порвать собеседника.

– Ты долго тут будешь проход загораживать? – надвигаюсь на Леху. – Или мне поторопить тебя паяльником?

Все, все! – тут же торопится освободить коридор «кавалер», теряя уверенность и наглость. Спешит покинуть подъезд.

А я выхожу из квартиры Оли Васильковой. И стучу в дверь Георгию.

– Все сделал. Дверь закрывай, – командую ему.

А сам спешу на выход. Найду девочку, сразу же спрошу имя ее мамы. И фамилию заодно. Тем самым расставлю все точки. Над любыми буквами, где те должны стоять.

Закидываю инструменты Георгий в свою квартиру и выхожу на улицу.

К моей удаче, Алена обнаруживается на детской площадке перед домом. Там куча детей. И парочка молодых мамаш на лавочке за ними приглядывает.

– Вла-ад! – кричит девочка, завидев меня.

Почему эта малышка не в детском саду? А если с ней может что-то случится…

Ну, сейчас она мне все расскажет.

Малышка машет своими маленькими ручками, приглашая.

Когда подхожу, спрашиваю в лоб:

– Твою маму Олей зовут?

– Да, – не раздумывая кивает Алена.

Значит та девушка в подъезде… И вот эта милая и забавная девочка являются…

Пара мгновений требуется мне, чтобы свыкнуться с новой реальностью.

Но когда мыслительные процессы приходят в норму, обстановочка вокруг меняется. На меня надвигается группа детей. Лица и другие открытые участки кожи ребятни покрыты странными штуками. Начинаю ощущать себя героем фильма про нашествие каких-нибудь инфицированных, мутантов, или зомби.

– Что происходит?

Глава 5

Влад

– Мы витлянкой болеем, – хвастается самый младший из детей. Под конец фразы шмыгает носом.

– Катька, Дениска, Варя, Алиса, я и Тима, – подсказывает девочка постарше, указывая на каждого пальцем.

Ветрянкой? Так вот, что значат эти красные прыщи! Что-то краем уха слышал про такое. Вроде дети таким болеют.

Перевожу взгляд на Алену. На ней никаких признаков ветрянки нет. Тогда, почему она тут?

Вообще, теперь смотрю на девочку совершенно другими глазами.

Это же мой ребенок! Моя дочка!

– А ты тоже болеешь? – спрашиваю ее.

Присаживаюсь на корточки, чтобы быть на уровне ее лица.

К этому моменту дети окончательно «берут меня в кольцо». Рассматривают с интересом.

– Наоборот, – беззаботно качает головой… дочка. Моя дочка.

Так… Ничего не понимаю. А она что среди этих инфицированных делает?

Кто посмел заражать моего ребенка?!

– Тогда чего ты тут делаешь? – спрашиваю Алену и хочу уже увести ее подальше от этих детей. – Почему мама тебя в садик не отвела?

– Так потому и не отвела, – объясняет дочка. – Мама оставила заболеть ветрянкой. За мной присматривает мама Маши и Тимы.

Маленький пальчик Алены указывает на представившую всех девочку и самого младшего ребенка. Того, кто рассказал про ветрянку. А до этого кивнула на мамашу с коляской у лавочки.

Еще больше ничего не понимаю. За красотой Оли Васильковой скрывается садисткая натура, что хочет заставить мучиться ребенка от болезни?

– А для чего болеть-то? – насколько можно коротко выражаю недоумение. Остальные красноречивые слова и фразы проглатываю.

– Чтобы взрослой потом не болеть, – пожимает Алена плечами.

– Если болеть взрослым, – пытается объяснить Маша, – то становится плохо. Очень плохо.

Что-то я такое тоже слышал. Краем уха и очень давно.

– Мама говорит, что взрослые даже умирают от ветрянки, – страшно выпучив глазки, делится новостью другая девочка.

При этом вся эта малышня меня окружила и стоит довольно близко.

– Поэтому мы болеем сейчас, – говорит мальчик постарше. Дениска, вроде. – И все хотят от нас заразиться. Круто, да?

Обводит взглядом всю детскую площадку, где играют и другие дети.

Самый мелкий пацаненок, названный Тимой, тянет ко мне свою ладошку в красных пупырках и предлагает:

– Могу плюнуть в тибя? Хотис?

– Тогда точно заболеешь, – комментирует его сестра Маша. – Лучший способ.

Обрадовали.

Как раз в этот момент Алена догадывается задать самый важный в этой ситуации вопрос:

– А ты в детстве болел ветрянкой?

А я понятия не имею, болел ли ветрянкой?

– Ну? – требует ответа Тима. – Плюнуть?

Вот же вирусные беспредельщики! Или это не вирус?

Нужно срочно свалить подальше от этой компании. И Алену забрать. Думаю, ее тут уже успели назаражать.

Отвожу ее немного в сторону. Мои действия не укрываются от мамаш на лавочке. Те и так пристально за мной наблюдали, а сейчас так и вообще привстали.

Курицы наседки, блин. Блюдут. Охраняют.

Так-то правильно делают. Но мне это сейчас не на руку.

Негромко спрашиваю девочку:

– Скажи, твоя мама жениха себе ищет?

Понятия не имею, что об этом знает девочка. Но если знает, то может выдать что-нибудь ценное.

– Не-а, – мотает малышка головой. – Они, бывает, ее ищут. А она нет.

– А почему? – удивляюсь.

Так-то не очень логично на мой взгляд. Одна, с ребенком. Тяжело же. Красивая. А денег особо нет. Молодая, любви должно хотеться. Требоваться мужское плечо… Что там девушкам еще нужно?

– Потому что все мужчины не настоящие, – отвечает на вопрос девочка.

Ну, про то, что маме нужен настоящий мужчина, я уже слышал.

Когда сюда ехал, вообще, не ожидал, что мама моего ребенка сразу мне понравится. А ехал я сюда зачем?

Правильно, за семьей. Мне очень нужна семья.

Изначально семья потребовалась для достижения очень выгодного проекта связанного с политикой и получения щедрого гос финансирования.

И моему партнеру и другу Глебу очень с этим повезло. Он сам случайно наткнулся на дочку, и ее маму, что когда-то там от него залетела. Причем девушку простую и правильную. С настоящей любовью к Глебу. А не к его влиянию и деньгам. (События из романа «Папа олигарх для маленькой принцессы»)

У меня же в окружении не было ни одной подходящей девушки, с которой можно было бы создать семью. А я не хочу ребенка от кого попало. В моих представлениях о семье, подобное не приемлемо. Мой ребенок должен жить с нормальной мамой. А не с легкомысленной девушкой, избалованной деньгами или влиянием папочки. Не с той, что решилась на малыша, ради того, чтобы остаться со мной. В особенности, с моими деньгами.

Мне нужна настояна женщина. Неизбалованная, любящая. Возможно, это все наивно с моей стороны, но…