Прикосновение

- Как твоя душа желает – улыбнулся Константин и я в очередной раз засмотрелась. Ему чертовски шла улыбка

Выйдя из душа. Обнаружила сервированный стол.

- С таким завтраком и обеда не нужно

- Есть поговорка…

- Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу?

- Да – рассмеялся Константин

- Знаю, она для тех, кто сидит на диетах. Я к их числу не отношусь. Вот что-что, а покушать я люблю. Правда потом приходиться в спортзале все сгонять, но…оно того стоит.

Константин лишь покачал головой с улыбкой, наблюдая, как я с энтузиазмом набросилась на яичницу с беконом. Аромат кофе ударил в нос, возвращая окончательно в реальность. За окном вдалеке виднелись заснеженные верхушки гор, а яркое солнце заливало комнату. Настроение, несмотря на ранний подъем, было прекрасным.

После завтрака мы быстро собрались. Константин был немногословен, но я чувствовала его волнение. Меня тоже начинало грызть любопытство, но я решила не приставать с расспросами. «Узнаю чуть позже», - его слова крутились в голове. Что же такое он от меня скрывает?

Работа кипела. Анна Сергеевна оказалась вполне милой женщиной, но что-то в ее взгляде заставляло меня напрячься. Она постоянно поглядывала на Константина, и это меня немного раздражало. Я старалась не показывать своих эмоций, помогала мужу с документами и отвечала на звонки. Время пролетело незаметно, и вот уже Константин объявляет, что пора выдвигаться в аэропорт.

В аэропорту нас ждал частный самолет. Я снова, как и в прошлый раз, на борт поднялась с трясущимися руками и ногами.

Константин поздоровался с пилотом, сделал пару звонков и сел напротив меня.

- Ну, рассказывай, куда мы летим? И что это за секретная миссия? – не выдержала я, как только самолет начал движение по полосе. – И…можешь сесть рядом? Мне страшно.

Константин, сел рядом со мной, взял мою руку в свою и поцеловал.

- Все данные я передал службе безопасности. Ренат разберется с этими делишками, а мы полетим в горы. Мне нужно посетить одно селение, и…и дальше сама все увидишь.

- Опять секреты? – вздохнула я

- Я тебе обещаю, все секреты скоро раскроются, просто дай мне время

- Почему? Почему нужно давать время?

- Иначе…боюсь ты сбежишь от меня

- Ты убийца? Насильник?...

- Боже, Тая, нет конечно

- Ну тогда не сбегу. Блин, мы вещи не забрали из гостиницы.

- Их привезут, не переживай.

- А Ренат, который должен все разрулить, он кто?

- Он глава моей службы безопасности.

Откинулась на спинку кресла, пытаясь переварить услышанное. Горы…селение…служба безопасности… моя жизнь за последние дни превратилась в какой-то шпионский роман. А ведь еще неделю назад я спокойно работала в офисе и мечтала о тихом семейном счастье.

В полете Константин был задумчив и молчалив. Он смотрел в окно, на проплывающие внизу вершины, и казалось, был где-то далеко, в своих мыслях. Я старалась не мешать ему, хотя любопытство разрывало меня на части. Мне хотелось знать все, прямо сейчас. Но я держала себя в руках, понимая, что Константин сам расскажет, когда придет время.

Самолет летел ровно. Я совсем уже расслабилась. Сняла туфли и закинула ноги на Константина, подложив себе под голову плед. Я смотрела на этого загадочного, но такого притягательного и интересного мужчину.

Я видела, как он сегодня разговаривал со своими подчиненными, они одного его взгляда боялись, да и мне, если честно, было в такие моменты не по себе. Константин просто излучал властность, строгость. Его аура казалась такой тяжелой. Но как только он переводил взгляд на меня. Мне сразу становилось легче. Его взгляд теплел, голос становился мягче. Я видела, как он старается не затронуть меня своей властностью.

Константин откинул голову назад и прикрыл глаза. Большим пальцем он гладил мою голую ступню. А у меня в голове зарождалась просто дикая идея.

Я спустила ноги на пол, встала. А потом присела возле его ног и начала расстегивать его ремень

- Что ты…

- Тшшш – я приложила палец к его губам – закрой глаза, прошу – сердце колотилось как ненормальное. Если он сейчас меня остановит, то я просто умру от стыда.

Константин смотрел внимательно. А потом прикрыл глаза и снова откинул голову на спинку кресла.

Аккуратно я расстегнула ремень его брюк, ширинку. И о Господи…такой экземпляр мне попался впервые. Я провела рукой по готовому бугру, сквозь ткань его нижнего белья я чувствовала, как его плоть немного пульсирует.

Прикасаюсь губами и чувствую, как он задерживает дыхание, как его тело становится напряженным, а потом он резко выдыхает, так как я почти полностью погрузила его плоть в свой рот. Все идет просто отлично. Он полностью в моей власти. Он держит свою руку на моем затылке, но не надавливает и не направляет. Просто держит руку, немного сдавив мои волосы. Я сама задаю темп, сама задаю ритм. Его стон просто музыка для моих ушей. Вот так мой властный муж, теперь ты полностью в моем подчинении. И никаких «только на моих условиях». Ты уже капитулировал.

Его член резко набухает. Константин отстраняет меня и бурно кончает себе на брюки.

- Я планировала закончить – улыбаюсь ему

Он подхватил меня и впился в мои губы. Он терзал их, так сильно, так страстно, что ноги перестали меня слушаться.

- Подумал, что тебе может быть неприятно. Но в следующий раз не буду тебя останавливать – Константин уткнулся своим лбом в мой – спасибо

В этот прекрасный момент раздался хлопок, из в иллюминаторе показался черный дым.

- Чччто это?

Константин быстро привел себя в порядок, посадил меня в кресло и пристегнул, а потом быстрым шагом направился в кабину пилота.

Паника подкатывала к горлу. Я вцепилась в подлокотники кресла, пытаясь сдержать дрожь. Что происходит? Неужели мы падаем? Сердце колотилось, как сумасшедшее, а в голове проносились обрывки мыслей. Горы… служба безопасности… падение самолета… все это казалось бредом.

Константин вернулся, его лицо было серьезным и сосредоточенным.

- Все в порядке, Тая. Небольшие технические неполадки. Сейчас приземлимся.

- Где? Как? Что случилось? – вопросы вылетали из меня, как пулеметная очередь.

- Отказал один из двигателей. Пилот сажает самолет на ближайшей площадке. Все будет хорошо, я рядом.

Самолет резко пошел на снижение. Земля приближалась с ужасающей скоростью. Я закрыла глаза, ожидая неминуемого удара. В этот момент раздался второй хлопок.

Константин снова скрылся в кабине пилота. Я поджала ноги и обхватила голову руками.

Внезапно самолет резко дернулся. Мое сердце замерло. Паника охватила меня. Я судорожно вцепилась в подлокотники кресла, пытаясь удержаться. Самолет продолжало трясти, и с каждой секундой чувство беспомощности становилось все сильнее.

Мысли пронеслись вихрем – яркие кадры из жизни, улыбки друзей, объятия родных. Неужели это конец? Я хотела закричать, заплакать, но горло перехватило от страха. В ушах стоял оглушительный рев мотора, переходящий в зловещий вой. Земля, казалось, неслась нам навстречу с неумолимой скоростью.

Последнее, что я помню – яркий свет, оглушительный грохот и ощущение невыносимой боли. А потом – темнота. Тишина. И пустота.

Глава 7

Очнулась резко, как от толчка. Вскинула голову и утонула в серых глазах.

Константин громко выдохнул.

- Ты очнулась…

Он держал перед моим носом ватку, смоченную видимо нашатырным спиртом.

- Ты цел? – я попыталась принять положение сидя и вскрикнула от боли

- У тебя вывих ноги. Я наложил шину на всякий случай.

- Пилот? – мой голос дрожал

В салоне было все разбросано и темно.

- Он мертв

- Что случилось?

- Нас пытались убить, взрывчатка была в обоих двигателях. Мы упали в горах.

Мой взгляд метался по салону самолета, мозг пытался анализировать, но получалось плохо.

- Таисия, посмотри на меня – Константин был серьезен – мы живы, слышишь, живы. Мы выберемся, обязательно.

Слезы текли, я вытирала их, но они не останавливались.

- Все будет хорошо, сейчас ночь, надо разложить кресла и попробовать поспать.

Слова Константина, хоть и звучали уверенно, не могли развеять подступающий страх. Я посмотрела на него, пытаясь найти в его глазах ту самую уверенность, которой он так старался меня успокоить. Тело болело, каждая клетка кричала от боли, но мысль о том, что мы остались живы, придавала сил. Он был рядом, и это было самое главное.

Тишина, нарушаемая лишь моим собственным дыханием и редкими всхлипами, сгущалась с каждой минутой. Словно сон, но сон дурной, полный ужаса и боли. Я чувствовала, как Константин осторожно поддерживал мою ногу, предотвращая лишние движения. Его прикосновения были нежными, но твердыми, словно он пытался передать мне не только физическую, но и внутреннюю опору.

- Мы выберемся отсюда, — повторил он, и в его голосе появилась едва уловимая нотка надежды. Он огляделся, пытаясь оценить обстановку. Темнота салона только усиливала гнетущее ощущение, но я видела, как его глаза ищут выход, как он просчитывает каждый шаг, даже находясь в таком состоянии. Я знала, что он не сдастся, и эта мысль давала мне силы.

Глядя на залитые кровью руки Константина, я поняла, насколько серьезна ситуация. Он тоже пострадал, но держался, как скала. Его забота обо мне, несмотря на собственную боль, трогала до глубины души.

- Ты ранен – я смотрела на его руки

- Нет, со мной все хорошо. Это не моя кровь. Утром надо похоронить пилота. Километров пять отсюда есть заброшенный дом. Надо двигаться туда, оттуда еще километров двадцать будет деревня. Там нам помогут.

- Откуда ты знаешь, что тут в горах?

- Поднимал дрон, пока было светло. Нужно было понять куда двигаться.

- Может лучше остаться в самолете? Нас ведь будут искать?

- Братья уже наверняка ищут. Но проблема в том, что…в общем сигнал бедствия не передан, маршрут я сменил и не сообщил им. Значит искать нас будут в другом месте. Искать будут долго. Будем выбираться сами. Я сейчас вымою руки и помогу тебе подняться.

Константин ушел в хвост самолета, прихватив бутылку с водой. Я пошевелилась и застонала.

- Тая, сиди смирно, я уже иду

Вздохнув, я затихла.

Константин вернулся, помог мне принять положение стоя и разложив кресло, уложил меня на него. А потом и сам лег рядом, укрывая нас одеялом.

- Тебе надо поспать – прошептал он мне в ухо, целуя мочку.

- Мне кажется я выспалась…

Он хохотнул и прижался своим лбом к моему затылку.

- Я так испугался, увидев тебя без сознания. Прости что так вышло.

- В следующий раз никаких самолетов, купи себе поезд.

Он хрипло рассмеялся.

- Знаешь…спать совсем не хочется, а вот кушать очень. У нас тут есть что-нибудь?

- Сейчас поищу – он включил фонарик на телефоне – связи тут нет, но телефон пока не разрядился. Так есть нарезка ветчины в термоупаковке, нарезка сыра, тосты, пять бутылок воды, три плитки шоколада и четыре яблока. Не густо…

- Нормально – я улыбнулась – когда я училась, жила очень бедно. Мы жили в общаге, так вот с соседкой мы растянули три кусочка колбасы и два кусочка сыра на два дня. Мы кидали мелко нарезанную колбасу в кипяток, туда сыр. Он плавился и получалась похлебка. Соль, перец и вот ты уже сыт. А у нас еще и хлеб есть. Не умрем с голоду.

- Я нашел набор, термос и два стакана, они из нержавеющей стали. О, я вспомнил, мы летали с братом и ему этот набор поклонница подарила, а он так и оставил его в самолете

- Поклонница? Он артист, музыкант?

- Нет, он владеет баром, в котором мы встретились. А еще он каждый год учувствует в конкурсе «Бариста года».

- О, так тот бармен твой брат?

- Да, Егор. Вот после того конкурса ему и подарили этот презент. Хотя он так и не понял зачем ему термос.

- Эх, девушка надеялась, а ее подарок закинули в самолете и забыли. Ее сердце разбито…

- Просто…мы ищем особенных… - Константин сделал мне бутерброд и протянул

- Особенных? Это каких?

- Тех, с кем чувства оживают?

- И что мне делать, когда ты такую найдешь?

- Ничего, я уже ее нашел – он наклонился и поцеловал меня в губы – Ты моя, Тая, только моя.

- И снова загадки…

- Я клянусь тебе, ты все тайны мои узнаешь, но не сейчас.

Его слова, полные таинственности, лишь подогревали мой интерес. Несмотря на боль и ужас ситуации, в его глазах я видела нечто большее, чем просто надежду на спасение. Это была уверенность, глубокое знание, которое успокаивало и одновременно волновало. Он был моей опорой, моим маяком в этой кромешной тьме, и я чувствовала, что смогу пройти через всё, пока он рядом.

Он осторожно помог мне принять более удобное положение, подложив под ногу мою сумку. Его движения были выверены, каждое прикосновение – заботливо. Казалось, он чувствовал мою боль и старался минимизировать её. Я лежала, прикрыв глаза, пытаясь собраться с мыслями, но образ его взгляда, его слов, его рук, перепачканных кровью, не давал покоя.

- Мы выберемся, – снова прошептал он, и я открыла глаза, чтобы увидеть его лицо. В полумраке оно казалось спокойным, но я чувствовала напряжение, которое он старался скрыть. Он достал телефон, включил фонарик, и тусклый свет осветил наш небольшой островок выживания среди обломков.

- Я знаю, где искать, – сказал он, и в его голосе теперь звучала решимость. Он начал описывать путь, ориентируясь по карте, которую, как оказалось, заботливо хранил в своём телефоне. Его знания гор, его способность ориентироваться в незнакомой местности поражали. Я слушала, стараясь запомнить каждую деталь, каждую команду.