Он мне больше не муж, или Чужая жена для миллиардера

— Вы имеете право на копии документов и независимую оценку.

— От вас?

— Нет. От человека, которому доверяете.

— Я доверяла мужу. Как видите, выбор так себе.

— Тогда не доверяйте. Проверяйте.

Фраза была холодной.

Но почему-то не жестокой.

Арина отвела взгляд.

— Зачем вы мне это говорите?

— Потому что Кирилл Андреевич будет убеждать вас подписать новые бумаги.

Она резко посмотрела на него.

— Какие?

— Любые, которые помогут ему выиграть время. Не подписывайте ничего, пока не поймёте, что именно вам предлагают.

— Это забота?

— Нет.

— Тогда что?

— Предупреждение человека, который не любит, когда в его сделках используют тех, кто не понимает правил.

— Вы не любите нечестность?

— Я не люблю хаос.

Арина усмехнулась.

— Очень по-миллиардерски.

— А вы ожидали другую причину?

— Я уже ничего не ожидаю. Это, кажется, полезная стадия.

Он внимательно посмотрел на неё.

— Осторожнее с этой стадией. На ней часто подписывают худшие решения, потому что уже всё равно.

Арина не сразу ответила.

Эта фраза попала неожиданно точно.

Ей действительно на секунды становилось всё равно. На себя, на документы, на дом, на будущее. Только Миша держал её на поверхности.

— Мне не всё равно, — сказала она. — У меня сын.

— Тогда начните с него. И с документов.

— Вы отдаёте мне советы?

— Нет. Даю последовательность.

Настя тихо сказала:

— У богатых мужчин даже сочувствие выглядит как планёрка.

Арина резко повернулась к ней:

— Настя.

Орлов посмотрел на подругу.

— Возможно, поэтому оно иногда работает.

Настя прищурилась.

— А вы опасный.

— Это тоже чаще всего работает.

— Прекрасно. Арин, забираем документы и уходим от опасного человека, пока он не начал мотивировать нас графиком.

Арина неожиданно почувствовала, как напряжение внутри чуть ослабло. Совсем немного. Не смех даже, а возможность не развалиться прямо здесь, между стеклянной стеной и лифтом.

Орлов перевёл взгляд обратно на неё.

— Мария отправит материалы. Я также попрошу выделить отдельно страницы с вашей подписью.

— Почему?

— Чтобы вы наконец увидели, где именно вас сделали участником.

Грубовато.

Точно.

Слишком точно.

— Я сама тоже виновата, — сказала Арина.

— Да.

Она вздрогнула.

Не ожидала.

Люди обычно либо утешали, либо обвиняли. Орлов сделал что-то третье: признал факт без попытки добить.

— Вы подписали, не прочитав, — продолжил он. — Это ваша ответственность. Но если вас намеренно вводили в заблуждение — это уже ответственность другого человека. Не смешивайте.

Арина молчала.

За последние сутки все вокруг пытались смешать всё в одну грязную массу: её обиду, измену Кирилла, ребёнка, деньги, дом, документы, гордость, страх. Орлов вдруг разделил.

Жёстко.

По пунктам.

И от этого стало легче понять, где боль, а где задача.

— Спасибо, — сказала она неохотно.

— Не за что. Это не услуга.

— Конечно. Вы же не добрый.

— Нет.

— Удобно, когда человек не притворяется.

Он задержал на ней взгляд.

— Да.

Слишком короткое слово.

Но почему-то Арина почувствовала, что в нём было больше, чем подтверждение.

Лифт открылся.

Настя первой шагнула внутрь. Арина — следом. Перед тем как двери закрылись, она увидела, как из переговорной вышел Кирилл. Лицо у него было белое от злости.

Он увидел её рядом с Орловым.

И в этом взгляде впервые мелькнул страх не за документы.

За то, что Арина больше не была одна в коридоре его власти.

Двери лифта закрылись.

На первом этаже Мария догнала их у выхода.

В руках у неё был тонкий конверт.

— Арина Сергеевна.

Арина обернулась.

— Уже?

— Это не все материалы. Только копия одного документа, который Демид Викторович просил передать сразу. Остальное будет на почте.

Настя тихо пробормотала:

— Быстрый хищник.

Арина взяла конверт.

— Спасибо.

Мария кивнула и ушла.

Они вышли на улицу. Ветер с набережной был холодным, резким, живым. Арина остановилась возле машины Насти и открыла конверт.

Внутри лежало три листа.

Копия договора.

На втором листе жёлтым маркером были выделены строки.

Лебедева Арина Сергеевна подтверждает согласие на использование принадлежащей ей доли в качестве обеспечения обязательств по инвестиционному договору…

Ниже — ещё один выделенный фрагмент:

В случае нарушения сроков реализации проекта участник обязуется не препятствовать передаче доли…

И внизу.

Её подпись.

А рядом подпись Кирилла.

Но была ещё одна строка, которую она не заметила в переговорной.

Поручитель подтверждает, что ознакомлен с финансовыми рисками и получил полные разъяснения условий сделки.

Арина смотрела на эту фразу.

Получил полные разъяснения.

Полные.

Разъяснения.

Она вспомнила кухню. Мишины учебники. Кирилла, который положил перед ней бумаги и сказал: «Подпиши, я всё проверил».

Вот и всё её полное разъяснение.

Настя заглянула в лист.

— Арин?

Арина не ответила.

Потому что увидела внизу ещё одну отметку. Мелкую. На копии последней страницы.

Контактное лицо по согласованию: К. А. Лебедев.

Подтверждение участия А. С. Лебедевой получено со слов К. А. Лебедева.

Со слов Кирилла.

Арина медленно подняла глаза на стеклянное здание, где наверху её муж, наверное, сейчас объяснял Демиду Орлову, как всё держит под контролем.

Только контроль впервые дал трещину.

Потому что теперь у Арины в руках была бумага, где чёрным по белому значилось: Кирилл не просто скрывал от неё долг.

Он говорил за неё там, где она сама даже не знала, что должна была говорить.

Глава 4. Не трогай моего сына