Школа танцев "Поцелуй"

— Вы хорошо танцуете. — Он резко вздохнул от неожиданности, когда поток мечущихся бесполезных мыслей в его голове разогнал смущённый Алёнин голос. — Я иногда смотрю на вас с Дашей через дверь. Это так красиво.

— Смотришь? И тебе правда нравится?

— Очень! — Алёна подняла голову, оторвавшись наконец от изучения линолеума, и такой живой и возбуждённой она понравилась Кириллу больше. — Я не понимаю, как можно двигаться настолько плавно и при этом чётко. Вы с Дашей стоите очень близко, но ваши шаги не пересекаются, вы не мешаете друг другу. Это какое-то волшебство! Если вы так же танцевали на соревнованиях, становится понятно, почему у вас так много призов.

— Ну, то, что мы танцуем, не бальное танго. Это социальная разновидность, аргентинское танго, милонга. Оно гораздо проще.

Кирилл попытался беспечно отмахнуться, хотя готов был урчать от удовольствия, как белый холёный кот его матери. Когда ты с детства привык бороться и доказывать своё превосходство, любая похвала становится жизненной необходимостью, способом добавить лишний кирпичик в стену самоутверждения.

— А в чём разница?

— Разница большая. — Кирилл гордо выпрямился, приготовившись просвещать юный ум своей собеседницы. — Бальное танго в основном состоит из заученных и отработанных движений. На самом деле, многие танцоры выдают качественную базу и за это получают высокий балл от судей. У нас с Дашей были и восьмичасовые репетиции, мы отрабатывали всё до автоматизма. Когда танцуешь для жюри, нет времени думать о следующем шаге, нужно показывать эмоции, экспрессию. А в аргентинском танго важно взаимодействие партнёров. То есть танец как бы рождается у мужчины в голове, и он вовлекает в него свою партнёршу. И всё, что ты переживаешь в момент танца, остаётся только между вами двумя.

— Звучит очень романтично. — Алёна мечтательно улыбнулась впервые за вечер, а Кирилл отчего-то сделал шаг ей навстречу. Но, кажется, она не заметила его непроизвольный жест.

— Не так уж и романтично, — фыркнул он, — если учесть, что мы с Дашей учились по роликам с ютуба. Мы месяц приходили сюда, арендовали зал и разбирали технику милонги перед экраном ноутбука. Но Даше, понимаешь ли, надоели бальные танцы, она мечтала о чём-то новом, так что согласилась только на танго. К тому же, когда я привёл её сюда, в школе уже была пара бальников — Света и Антон.

— А как ты сам здесь оказался? Не по объявлению же пришёл?

— Нет. Я, как и ты, по знакомству, — с улыбкой признался Кирилл.

— Надо же! Думала, я одна такая. А кто тебя пригласил, Глеб Валентинович?

— Нет, Еся. То есть, я хотел сказать, Есения.

Кирилл стушевался, опасаясь, что теперь эта история заинтересует Алёну и, вполне вероятно, дойдёт до Анжелики. Что-то он совсем потерял бдительность, разомлел в успокаивающей атмосфере опустевшей школы.

О том, что Есения устроила его и Дашу работать в «Поцелуй», знал лишь директор. Для остальных это оставалось тайной, а он проговорился маленькой девочке, которая чуть ли не единственная из всех проявляла к нему искреннее дружелюбие. Вот он и забылся. А ведь Есения его прибьёт, если узнает, что из-за такой глупости тайна их отношений может быть раскрыта. По её мнению, служебные романы не стоят того, чтобы выносить их на всеобщий обзор. Да и его тошнило при мысли, сколько чужих языков станут обсуждать их за спиной. Пусть лучше узнают обо всём потом, когда они уедут в Сочи. И даже думать страшно, сколько яда зависти будет вылито на их головы, если Антон или светловолосая пилонщица проведают о йога-центре Есении и о том, сколько денег вложила в него семья Кирилла.

— Они с моей мамой дружат, — нашёл он правдивый и ни к чему не обязывающий ответ.

— О, вот как. — Лучезарная улыбка Алёны помрачнела, но Кирилл не понял, что же такого неприятного он сказал. Впрочем, мысли и поступки девушек всегда были для него загадкой. — Ну в любом случае я рада, что ты работаешь здесь и мы познакомились.

Она, минуту назад заглядывающая ему в глаза и рассуждающая о красоте танго, снова спрятала взгляд и коснулась распущенных волос подрагивающими пальцами, будто скрывая лицо за их полупрозрачным покрывалом. Кириллу показалось, что она слегка покраснела, словно позволила себе что-то лишнее. И это она-то, образец скромности? Ну как понять этих женщин?

— Я тоже рад, что Глеб Валентинович выбрал именно тебя на должность нашего администратора, — ответил Кирилл любезностью на любезность, понимая, что не врёт. Спокойная, миленькая девочка, всегда готовая помочь, а не строящая из себя невесть что — таких сейчас не так уж и много, особенно во втором по величине городе России.

Губы Алёны снова разошлись в улыбке настолько очаровательно и невинно, что Кириллу захотелось дёрнуть воротник рубашки. Сложно сохранять спокойствие, когда кто-то безобидный и светлый улыбается тебе. И эти её голубые глаза. То ли полумрак виной, то ли они вдруг стали темнее, глубже… Чёрт, находиться с ней наедине было смущающе и волнующе одновременно. Он иногда видел подобные выражения лиц у своих учениц, тех, что постарше, но никогда при этом у него не образовывалась в груди странная пустота, словно шарик воздуха, давящий на лёгкие. Он понял: ему нравится, что именно эта девушка смотрит на него так, будто ничего интереснее в комнате нет. С другой стороны, так себе повод для гордости — они ведь вдвоём, на кого ещё ей смотреть, если не на него?

— Соскучилась, прекрасная принцесса?

Интимность момента пошла мелкими трещинами и раскололась, как только с улицы, впустив за собой холодный порыв ветра, явился ненавистный Кириллу Антон. Кирилл его терпеть не мог, презирал и хотел бы оказаться как можно дальше, но сложно было не заметить, что мерзавец прямо-таки светился. Юный, румяный с вечернего осеннего морозца, в этой своей попугаичьей оранжевой куртке… Хорош, мерзавец, как поп-звезда. В одной руке Антон держал два стаканчика с кофе в картонной подставке, а во второй, неожиданно — отвёртку.

— Занял у ребят с соседнего магазинчика, там работает мой приятель. — Он прошёл мимо так, точно Кирилл был безликим столбом, поддерживающим стену, а Алёна сразу расцвела, принимая дурацкую отвёртку с пластиковым зелёным корпусом как букет роз. — А по пути я захватил тебе ужин, моя Алёнушка.

От этого «моя Алёнушка» Кирилл сжал зубы так крепко, что, казалось, они вот-вот заскрипят, как у бешеного зверя. Так вот в чём была причина всей этой неловкости и напряжённости между ним самим и Алёной. А он ещё её жалел, переживал, что она задерживается после работы. То, что он принял за смущение и толику интереса, оказалось тем, что девчонка скучала и не знала, как его спровадить, ожидая своего прихвостня.

— У вас что тут, свидание? — выдавил Кирилл, стараясь сохранить в себе весь яд, что сочился наружу. Не хватало ещё только, чтобы Антон догадался, насколько выбил вечного соперника из колеи своим появлением.

— Нет, — рассмеялась Алёна легко и свободно, так, как заметил Кирилл, она не смеялась при нём. — Антон обещал посмотреть мой компьютер. Я же в этом ничего не понимаю, а завтра мне снова на нём работать.

— Выходит, ты у нас айтишник? — едко обратился Кирилл к Антону, стоявшему рядом с Алёной так, будто находиться вместе для них двоих было самой привычной вещью на свете.

— Я мужчина, разбираюсь в технике, — скорчил заносчивую мину мальчишка. — А ты иди занимайся своими делами. Завтра, кстати, должен зайти Глеб Валентинович. Понимаешь, к чему я?

— Да пошёл ты, — прошипел Кирилл тихо, но он знал, что Антон его услышал, иначе так не лыбился бы.

День снова вернулся на свою залитую помоями и дерьмом дорожку. Бесит, как же всё бесит. Он впервые не сдержался и показал эмоции перед этим недоноском. А ведь раньше и взглядом не повёл бы на его тявканье. И ещё эта, хлопает наивными глазками. Такая же, как и те, кто повелись на заезженные комплименты и дешёвый кофе в стаканчике от грёбаного местного плейбоя.

Ему нужна Есения и тёплый душ, а не это всё. Но он почему-то всё ещё стоял на месте, чего-то ждал. Сам не знал чего, но ждал. Алёна хотя бы посмотрит на него, или её вниманием уже всецело завладел этот кретин?

— Я купил тебе кофе и булочки, ты же не ужинала, — заворковал Антон, отвернувшись от Кирилла, будто его здесь уже не было. — Поешь, а я пока посмотрю, может, пыль в вентилятор забилась. Если что, переустановим систему, но это ещё час, не меньше.

— Спасибо, я и правда немного проголодалась.

От благодарности, прозвучавшей в её голосе, Кирилла замутило. Он сам, отсчитывающий минуты до ужина с Есенией, даже не подумал, что эта тощая девчонка, задержавшаяся в школе из-за неработающего компьютера, тоже может быть голодна. А Антон подумал.

— Кофе с корицей, я знаю, ты такой любишь.

А Кирилл не знал. Он вообще ничего о ней не знал, кроме того, что ей семнадцать, она учится в архитектурном институте, но на экономиста, а ещё умело прикидывается скромницей. Хотя нет, он знал, что она смотрит на то, как он танцует с Дашей, интересуется его работой с детьми и радуется тому, что они знакомы. Но отраднее от осознания этого факта не становилось.

Он направился к выходу, молча застёгивая куртку на ходу.

— Кирилл… до завтра, — донеслось ему вслед.

Раздираемый противоречиями и завистью, Кирилл не ответил. Закрыв за собой дверью, он оставил Алёну и Антона наедине. В полутёмном холле пить кофе, есть булочки и болтать о всяких глупостях. Кирилл ушёл в другой мир. В свой мир, к любимой женщине и будущему с ней.

***

Следующий вечером плохо спавший ночью Кирилл ворвался в школу разбушевавшимся торнадо. Нет, он не сносил на своём пути автомобили и дома и даже внешне, как он надеялся, выглядел невозмутимо. Но в душе всё скручивалось и перекручивалось от осознания собственной беспомощности. Ради сегодняшней встречи он отменил последнее занятие в спортшколе и приехал в «Поцелуй» на час раньше. А ещё он дал Есении слово, что вытерпит это унижение. Только ради неё.

— Привет! — с улыбкой поприветствовала его Алёна, но осеклась, когда Кирилл бросил на неё уничижительный взгляд.

И тут же себя обругал. Нельзя, чтобы она решила, будто ему есть до неё хоть какое-то дело. Эта девчонка своими ночными похождениями сделала выбор. Пусть теперь разбирается с последствиями. Ничего, месяца два, и сбежит из школы сама, когда хахаль бросит её ради очередной пассии. Если на то пошло, в плане предпочтений Антона Алёну судьба явно обделила, — мстительно подумал Кирилл, будто втаптывал в землю противного дождевого червя, — ни груди как минимум третьего размера, ни ног от ушей. Месяца два — это он, пожалуй, даже погорячился. Её достоинств Антону и на один месяц не хватит. И тут же Кирилл постыдился собственных мыслей. Неправда это всё, он и сам понимал. В Алёне было больше, чем просто внешность, она чуткая и порядочная девушка.

Он пролетел мимо стойки администратора так стремительно, будто в спину ему дули яростные ветры из глубин его сердца. Кирилл остановился только перед дверью второго зала. Он не хотел туда заходить. Кулаки сжались сами собой, хотя это глупо, он никогда не дрался. И как бы Антон ни выводил его из себя, он не стал бы пачкать о него и палец. Главное — не дать волю эмоциям, пусть молокосос не заметит, что его удар попал точно в яблочко.

Сжав челюсть и прищурив глаза, Кирилл вошёл в зал.

— Опоздал, извините, — буркнул он, не ощущая ни капли раскаяния за то, что его палачам пришлось коротать время вдвоём.

— Добрый вечер, Кирилл, — поздоровался с ним Глеб Валентинович.

Слишком статный и стройный для мужчины за пятьдесят, он вызывал у Кирилла необъяснимый дискомфорт и надежду на то, что образ директора не отражает возможный образ его самого через тридцать лет. Глеб Валентинович всегда казался каким-то измученным. Кирилл знал, что он богат. Даже если бы не знал, мощный джип на парковке у школы служил неопровержимым доказательством. Школа танцев — лишь один из бизнес-проектов Глеба Валентиновича и, скорее всего, далеко не самый прибыльный. Поэтому в те нечастые разы, когда Кирилл видел начальника в стенах школы, тот постоянно потирал покрасневшие будто бы от недосыпа глаза и смотрел куда-то вдаль мимо собеседника усталым взглядом.

— Ты мог бы и не приходить. Мы всё решили без тебя, — осклабился Антон.

— Я против, — проговорил Кирилл, не желая сдаваться без боя. — Для танго подходит только первый зал. Он единственный, где есть паркет.

— И что? — поинтересовался Антон, ехидно приподняв бровь.

Кирилл решил, что место под бровью Антона словно создано для его кулака. Посмотрел бы он на лица поклонниц этого барана, если бы тот пришёл на занятия с синяком, будто алкаш с Московского вокзала. Хотя малахольная с ресепшена наверняка причитала бы, выписывая вокруг него круги, как маленькая послушная собачонка. Очередной немой укол стыда попытался пробиться было через напряжённые нервы Кирилла, но быстро пропал, задавленный рвущимся наружу чувством несправедливости.

— Не притворяйся ещё более тупым, чем ты есть, — зло бросил Кирилл, изо всех сил подавляя гримасу отвращения. — В танго много скользящих шагов. Линолеум не подойдёт.

— Бред, — высокомерно дёрнул плечом Антон. — У нас здесь не мировое первенство. Никто даже разницы не заметит, на чём будет выписывать ваши танго-кренделя.

— Антон прав, — в разговор включился Глеб Валентинович, который до этого изучал спорщиков, скрестив руки на груди. Кирилл понял, что любой его аргумент разобьётся об эти сомкнутые руки и устремлённые в пустоту бесцветные глаза. — Дело не в линолеуме или паркете, дело в размере зала. И латинским танцам объективно нужна большая площадь. Там втрое больше учеников — простая математика.

— Соло-латину можно танцевать почти не сходя с места, а для танго необходимо движение, — вяло отозвался Кирилл, переведя взгляд в окно.

Он чувствовал себя идиотом. Борется за такую ничего не значащую вещь, как танцевальный зал. Его двенадцать учеников отлично устроятся и во втором, ещё и место останется. Но проигрыш — это отвратительно. И ладно бы ещё достойному сопернику, но Антону… Кирилл не хотел проигрывать ему в любой мелочи, а в последнее время только этим и занимался, словно удача выбрала своего фаворита, и переубедить эту капризную барышню было уже невозможно.

— Может быть, нам совсем распустить танго-класс? — пробормотал он, не отрываясь от созерцания раскачивающихся в свете фонаря деревьев. — В чём смысл? Я всё равно не смогу добиться от них ничего достойного. Дайте вон ему лучше дополнительные занятия, — он мотнул головой в сторону Антона. — Раз уж у нас столько желающих за это платить.

— Ты очень странный молодой человек, Кирилл, — вздохнул Глеб Валентинович. — Я понять не могу, что ты любишь больше: танцы или себя?

Кирилл промолчал, обескураженный вопросом.

— В общем, мне всё равно, как ты поступишь, — продолжил директор, — если захочешь уйти, не смею задерживать. В Питере полно танцоров, жаждущих научить других любимому делу. Если всё-таки останешься, твой теперь второй зал. Пойду скажу Алёне, чтобы подправила расписание. И ещё, Антон, — Глеб Валентинович обернулся, — спасибо, что починил компьютер. Алёна тебя очень хвалила. Она счастлива, что теперь не придётся покупать новый.

— Не стоит благодарности, Глеб Валентинович! До свидания! — выкрикнул ему вслед победитель этой битвы с очевидным финалом. — Ради Алёнушки я готов на многое.

— Доволен теперь? — усмехнулся Кирилл горькой усмешкой, когда они с Антоном остались в комнате наедине. — Вытурил меня из школы, выставил дураком перед начальством. Успел вдоволь полизать ему зад, пока меня не было?

— Дебил, — ответил ему Антон. Он молча отошёл к двери, плотно закрыл её и вернулся к Кириллу.

— Чего тебе ещё? — Кирилл не поворачивал головы.

— О себе не думаешь, подумай о Даше. Каково ей будет узнать, что ты бросил её из-за того, что замена зала задела твою честь? Она всю себя в эту группу вложила, а ты давай, топчи её усилия. Тебе-то что, у тебя есть и другая работа.

— А у неё есть семья. И не лезь в наши с Дашей отношения. Я хотя бы не скачу от неё к любой, раздвигающей ноги, как когда-то это делал ты. И вспомни, чем всё закончилось для тебя и Светы.

Кирилл понял, что перешёл черту, когда увидел, как потемнели глаза Антона. С другой стороны, он был доволен, что сумел ранить противника, пусть и запрещённым приёмом. Антон толстокожий, его всё равно не проймёшь. Кирилл был в курсе, отчего в своё время расстались Антон и Света. Услышал сплетни от общих знакомых, всё-таки бальная тусовка города не так уж и велика. Мерзкая причина, которую долго потом обсасывал каждый желающий. Может быть, Есения права, романы на работе — зло. Они никогда не проходят между двумя людьми, вы как спаривающиеся рыбки за стеклом аквариума.

— Простите, я не помешала? — Закрытая Антоном дверь распахнулась под рукой Алёны.

— Ну разве ты можешь помешать, Алёнушка?

Сейчас бы уйти, но Кирилл понимал, что не проскользнёт в дверной проём, не задев крошечную фигурку, нервно мнущуюся в проходе. Ту самую фигурку, которую он столько раз обругал сегодня. Кирилл допустил слабость и повернулся к ней. Наверняка Алёна уже в курсе его позора. Его выгнали из лучшего зала как неприглядного сироту, спасибо хоть разрешили занять второй зал, словно чулан под лестницей. Оттого ему стало чертовски погано.

Но в глазах Алёны не было упрёка, а улыбка согрела и его, и Антона одинаково. Сегодня на ней красовалось красное клетчатое платье с расклёшенной юбкой до колена, а талию подчёркивал узкий ремешок. Кириллу показалось, что, обрамленная косяком двери, Алёна выглядит куклой в коробочке. От этой по-детски глупой мысли ему стало немного легче. Даже ненавистный второй зал показался чуточку уютнее, пусть и без паркета.

— Я к Кириллу, — сказала она смущённо, пряча улыбку. — Можешь помочь мне перенести сюда стереосистему из первого зала? Глеб Валентинович разрешил, ведь тебе она привычнее, да и Даша жалуется, что плохо справляется с новой техникой. А в первый мы поставим акустику отсюда, ты ведь не против?

И пусть последняя её фраза адресовалась не ему, а Антону, Кирилл машинально кивнул. Слова Алёны прозвучали ещё одним напоминаем о Даше, которую он не мог подвести. Если Антон когда-то наплевал на чувства Светы, он сам не заставит свою партнёршу переживать. Хотя между ним и Дашей никогда не было романтики, их узы не менее крепки.

— Пойдём, я всё принесу, без проблем. — Он двинулся к двери, радуясь, что может избавиться от присутствия Антона. С приходом Алёны в затхлом воздухе зала словно стало свежее, грудь уже не так спирала бессильная ярость, но всё равно хотелось наружу.

— Тогда и я помогу, — присоединился к нему Антон, вызвав у Кирилла вздох безграничного раздражения. — А ты командуй нами, моя госпожа.

Глаза закатывать было уже некуда от идиотских выходок этого посмешища, если только в глубь черепной коробки. Но рисковать своим зрением Кирилл не стал, а предпочёл любоваться красиво очерченными голенями Алёны, обтянутыми чёрными колготками. Пусть у неё и не было шикарной груди, а росточком она едва доходила Кириллу до плеча, она всё же была симпатичной. И может быть, даже хорошо, что она не пользовалась своей внешностью, как многие другие девушки. Ну как не пользовалась? Тонкую талию ремень обрисовывал как нужно, и Кирилл пялился на этот переход от талии к бедру всё то время, пока тащился за ней следом по узкому коридору. Всё лучше, чем смотреть на лыбящегося во все тридцать два её то ли скоро парня, то ли уже.

В первом зале они втроём принялись отсоединять провода, и Кирилл с удовлетворением отметил, что Алёна старается держаться ближе к нему. Хотя, наверное, он просто выдавал желаемое за действительное. Ему самому было спокойнее, если она путалась в проводах рядом с ним, а не с Антоном, не хватало ещё, чтобы этот самодовольный увалень что-то уронил на такую крошку. Удивительно, но Кирилл поймал себя на мысли, что на самом деле присматривает за ней, хотя и не должен. С какой радости? Это ведь не он задерживается с ней в школе после уроков, не он кормит её булочками.

Алёна помогла им с Антоном перетащить во второй зал по одной колонке, но, когда они все вместе вернулись за сабвуфером, её отвлёк телефонный звонок. «Школа танцев «Поцелуй», — прозвучал нежный голосок, а Кирилл взялся за тяжеленный агрегат, стараясь не коснуться руки Антона. Их отражение в зеркале скорее было похоже на отражение двух друзей, пыхтящих за неудобной ношей, чем на посторонних друг другу людей, которые волей судьбы пятились бочком, как два краба, вцепившихся в одну колонку.

Дотащив сабвуфер в зал, они опустили его на пол и выпрямились. Кирилл потянулся, разминая поясницу. Он понадеялся, что Даша хотя бы оценит его усилия, а то в другую комнату предстояло перенести второй набор техники.

— Тебе же потом не понадобится душ? А то мне надо забежать туда перед началом урока. Кажется, от меня попахивает, — спокойно произнёс Антон, делая вид, что склоняется к подмышке. Кирилл так удивился внезапному откровению, что нарушил обет игнорирования и посмотрел в его хитрую физиономию. — Не успел утром переодеться. Проспал всё на свете, а потом ещё индивидуальные занятия.

Кирилл нахмурился, не понимая, к чему тот ведёт. Антон загадочно улыбнулся, прищурившись.

— Советую тебе как мужчина, всегда носи с собой запасную рубашку. А то угостишь девушку кофе разок, проводишь домой... — Антон лениво провел ладонью по шее и принялся раскатывать рукава свитера. — А ей снова захочется кофе. И потом ещё утром. Два раза. — Он подмигнул Кириллу тем самым глазом, который ой как выпрашивал его кулака. — А как я могу отказать, когда она так любит кофе… с корицей…

И Кирилл сделал то, что давно должен был. Нет, не ударил поганца, хотя и мечтал. Он вышел и захлопнул дверь, оставив Антона во втором зале в компании двух комплектов акустики. И плевать, что теперь в первом зале не будет музыки. Его последняя нервная клетка держалась на такой тонкой нити, что ему нужно было побыть одному. К несчастью, впереди его ждал урок.

Глава 7. Она

… По другую сторону двери

Ну какая же она идиотка! «Ты хорошо танцуешь»… Что за наивное бормотание? Хуже было бы, если бы она напрямик призналась ему в любви! Ей наконец выпала возможность заинтересовать Кирилла, пофлиртовать с ним, как её учила Лика, а вместо этого она бездарно растратила шанс, который выпадает раз в жизни! Стояла и краснела, как дурочка, пока он по капле вытягивал из неё слова. Ужас! Кошмар!

Алёна не переставала укорять себя за то, что впервые осталась с Кириллом наедине в пустой школе, да ещё поздним вечером, но, переволновавшись, всё испортила. Обидно до слёз! Хорошо, что пришёл Антон и спас её от позора. Теперь Кирилл знает, что она шпионит за ним и Дашей. Просто прекрасно! Ну почему она такая скучная, почему теряет любую здравую мысль при его появлении, почему теперь он смотрит на неё с этакой полуулыбкой, как на забавную зверюшку?

Даже собственное отражение скорее расстраивало Алёну, чем радовало. А ведь она купила себе новое платье, как и мечтала. То, в котором хотела походить на стильную бизнес-леди. А в итоге всё равно осталась девчонкой, нескладной, робкой, неспособной увлечь парня, с мыслями о котором просыпалась по утрам и уходила в сон ночами.

— Ты что такая грустная? — У стойки администратора остановилась Есения, с сочувствием глядя на неё. — Случилось что-то?

— Да ничего. — Алёна сделала попытку улыбнуться и приписала к своим недостаткам ещё и полное отсутствие загадочности. Первый же человек догадался, как она расстроена. — По крайней мере, у меня ничего. Но Глеб Валентинович заперся с парнями во втором зале. Выясняют отношения.

— Вот и настал час икс, значит? — Есения обеспокоенно перевела взгляд в сторону второго зала. — Антон наконец-таки решился требовать обмен? Вполне ожидаемо.

— Так ты знала об этом? — поразилась Алёна.

— Не то, что бы знала, — задумчиво протянула Есения. — Слышала мельком. Антон — любитель потрепать языком.

— Как-то мне страшновато. Не нравится эта атмосфера. Хочется, чтобы все здесь работали в своё удовольствие.

— Не бери в голову. Это же работа. Работа редко когда бывает в радость. А лишние принципы никому ещё не пошли на пользу. Миленькое платьице, кстати. — Есения будто бы расслабилась, повернувшись к Алёне и сменив тему, но Алёна заметила, как нервно она теребит тонкое серебряное колечко на среднем пальце.

— Спасибо. — Алёна поблагодарила за похвалу и отдёрнула край длинного рукава, слишком узкого и неудобного. — На модели в интернете выглядело интереснее, но я решила оставить. Хотя, кажется, мне совсем не идёт.

— Да ну, не принижай себя. Выглядишь идеальным секретарём.

— Это немного не тот эффект, которого я хотела добиться.

Грустно выдохнув, Алёна посмотрела в монитор, где горело непрочитанным конвертиком электронное письмо. Она щёлкнула по нему мышкой, но увидела лишь коммерческое предложение проанализировать сайт школы, чтобы увеличить приток посетителей. Бесполезный спам. Чтобы увеличить приток посетителей, им хватало и фото Антона на главной странице портала.