Егерь. Сердце стаи. Книга 5

Я медленно поднялся с поваленного дерева, размышляя над новым подходом. Старая кора под ногами хрустнула, нарушив тишину поляны. Двухвостый зверь по-прежнему лежал ко мне спиной, но кончики его ушей дрожали — всё ещё следил за каждым моим движением. Его дыхание было ровным, размеренным, но в каждой линии тела читалось напряжение пружины, готовой распрямиться.

И всё равно понимал, что это безумие. Показать ему ту самую стихию, что помогла убить хозяина… Это всё равно что тыкать палкой в рану. Но все мои егерские уловки провалились. Этот зверь был не просто животным. И говорить с ним нужно не как с животным. Даже если этот разговор начнётся с боя.

Рискованно, но попробуем.

Я достал нож и отошёл метров на десять. Если лис понимает только язык силы, то пора с ним заговорить именно на нём. Как боец с бойцом.

Мысленно потянулся к Режиссёру, который бродил где-то по лесу с Ирмой. Связь откликнулась мгновенно — теперь и брат был готов делиться своей стихией.

Даже на расстоянии.

Энергия потекла по невидимым нитям, связывающим нас, и я направил её в клинок.

Воздух вокруг лезвия начал сгущаться и закручиваться. Невидимые потоки превращались в миниатюрный торнадо, обволакивающий металл серебристыми нитями. Лезвие зазвенело высокой нотой. Трава у моих ног заколыхалась от магических токов, листья зашелестели без малейшего природного ветерка.

— Видишь? — сказал я, медленно поворачивая нож так, чтобы лис мог разглядеть танцующие вокруг лезвия воздушные потоки. Стихия послушно следовала за движением клинка, оставляя в воздухе едва различимые следы. — Я понимаю стихии. Говорю на твоём языке.

Движение было молниеносным, как удар змеи.

Лис резко поднял голову.

Его янтарные глаза расширились, уставившись на мой клинок с выражением, которое заставило меня похолодеть.

Он узнал ветер, который сражался с ним и его прошлым хозяином.

Шерсть на загривке медленно начала подниматься дыбом, превращая зверя в ощетинившийся комок ярости. Каждый волосок встал торчком, удваивая размеры лиса. Хвосты, которые мирно лежали вдоль тела, теперь распушились и изогнулись дугой над спиной.

— Эй, тише, — попытался я успокоить его, рассеивая ветер, но было уже поздно.

Из пасти лиса вырвался низкий, утробный рык — звук, от которого по спине пробежали мурашки.

Это был вызов бойца, готового умереть, но не отступить. Звук, который издаёт загнанный в угол хищник, когда решает, что лучше погибнуть сражаясь, чем покориться.

Зверь медленно поднялся на лапы, не отрывая горящих глаз от моего ножа. В его взгляде плескалась не просто агрессия — там была память о той битве. Память о вихре Режиссёра, который лишил пламя кислорода и обрёк на поражение огненного Зверолова.

Воздух на поляне, казалось, сгустился. Температура начала подниматься — шерсть лиса тускло светилась изнутри, словно под ней тлели угли. Запах гари коснулся моих ноздрей.

Для него мой жест был не предложением к диалогу. Это была прямая угроза. Демонстрация той самой силы, которая убила его хозяина и разрушила его прежнюю жизнь.

Чёрт. Я полностью просчитался.

Лис взвыл и бросился в атаку.

Скорость была невероятной. Огненный сгусток пронзил воздух, из его пасти вырвался поток раскалённого пламени.

В этот же миг связь с Режиссёром вспыхнула. Брат почувствовал опасность даже на расстоянии и мгновенно отозвался, выбрасывая в мою сторону волну стихийной энергии.

Мысли путались, время утекало сквозь пальцы. Инстинктивно потянулся через связь к всплеску силы Режиссёра, повинуясь внезапному порыву, и резко взмахнул ножом.

Воздушный вихрь вырвался из лезвия с такой силой, что я едва удержал клинок в руке. Серебристые потоки закрутились в плотную воронку, жадно втягивая в себя разгорающееся пламя лиса.

Жар всё равно опалил мне брови.

Огненные языки не исчезали — они словно перетекали в стихию ветра, окрашивая её золотистыми отблесками, но стоило мне отвести нож в сторону, как и пламя, и воздушные потоки тут же рассеялись, словно их никогда и не было.

Сродство со стихией — воздух.

Средний вихрь (Е) — доступно.

Лис в недоумении застыл, его атака рассеялась как дым. Он неуклюже приземлился в двух метрах от меня, ошарашенный тем, что его смертоносный огонь просто исчез.

Я ошеломлённо замер, глядя на клинок.

Осознание ударило с запозданием. «Сродство со стихией» давало мне доступ к «Лёгкому шагу» — первому, базовому навыку Режиссёра. Но «Вихрь»… это было нечто иное. Его второй, куда более сложный и мощный дар.

Это означало только одно. Наша связь достигла того пика, той абсолютной точки доверия, когда зверь не просто одалживает силу, а полностью разделяет её с хозяином.

В это время лис развернулся и бросился в лес, его хвосты мелькали между деревьями.

Чёрт, придётся попробовать то, чего я совсем не хотел.

— А ну-ка стой… КАРЦ! — крикнул я ему вслед.

Лис чуть не споткнулся, резко замер и развернул ко мне морду.

Я медленно, подчёркнуто медленно убрал нож в ножны. Любое резкое движение могло стать последним.

— Слушай меня внимательно. Я знаю, чего ты хочешь, — сказал тихо, поднимая пустые руки в примирительном жесте. — Ты не просто злишься. Ты скорбишь.

Лис замер, но рычание не прекратилось. Температура вокруг продолжала расти.

— Ты был ему предан, — продолжил я, глядя зверю прямо в глаза. — До самого конца. И ты хочешь, чтобы его помнили. Чтобы его имя не исчезло вместе с ним. Я прав?

Ярость в его янтарных глазах на мгновение сменилась… Удивлением? Непониманием? Он не ожидал этих слов.

— Мне не нравится эта идея, — признался честно. — Он был моим врагом и пытался убить и меня и мою стаю. Но я уважаю твою верность. Такая преданность заслуживает уважения, даже если она была отдана не тому хозяину.

Я сделал крошечный шаг вперёд. Лис не отступил, но и не бросился в атаку. Он слушал.

— Ты не хочешь быть безымянным трофеем. Ты хочешь носить его имя как знамя. Как память о силе, которой ты служил.

Я замолчал, давая ему время осознать сказанное. Это был рискованный гамбит. Ведь ему предлагалась не просто кличка, а часть его прошлой жизни и идентичности. Предлагалось стать живым памятником человеку, которого я помог убить.

— Дам тебе его имя, — сказал твёрдо. — Если это то, что нужно, чтобы ты снова стал бойцом, а не просто тенью прошлого. И звать тебя теперь будут…

Чёрт бы меня побрал…

— …Карц.

Слово повисло в раскалённом воздухе.

Рычание стихло. Шерсть на загривке медленно, почти неохотно, начала опускаться. Напряжение, висевшее на поляне, стало спадать. Зверь тяжело выдохнул, и вместе с воздухом из его пасти вырвался клуб пара.

Он смотрел на меня долго, изучающе. Словно взвешивал на невидимых весах мою искренность и свою гордость. Затем медленно, с достоинством короля, склонил голову. Не в знак покорности. В знак признания.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один. Осторожно, словно ступая по тонкому льду, подошёл и ткнулся горячим носом в мою протянутую руку.

И в этот момент его тело вспыхнуло.

Огонь окутал лиса с головы до хвостов. Языки пламени плясали на его шерсти, не причиняя ей ни малейшего вреда. Жар ударил мне в лицо, но я не почувствовал боли. Ни ожога, ни даже дискомфорта.

— Хорошо, Карц, — сказал я, чувствуя, как по руке, которой касался его носа, пробегают тёплые, живительные потоки энергии. — Молодец.

Я наблюдал как Карц медленно растворяется в пламени и перетекает в моё ядро.

Теперь можно было использовать и второй навык. Тот самый, что был мне нужен.

Шпион в столице слишком долго оставался в тени. Скоро я вытащу его на свет.

Глава 5

Несколько дней спустя меня ждали в просторной лавке Тимофея. Она как раз была переполнена покупателями, выбиравшими питомцев второй и даже третьей ступени. Торговец ловко перемещался между клиентами, демонстрируя то боевого ястреба, то молодого волка. Увидев меня, он дружелюбно кивнул.

Стёпа расположился на высоком табурете у прилавка. Рядом с ним устроились Лина и Дамир.

Работа брата и сестры меня устраивала, они действительно выкладывались, поэтому сегодня решил позвать их сюда. Ну а друга — за компанию.

— Скажешь что-нибудь про лицо? — усмехнулся Стёпа, пожимая мне руку.

— Ну… Рад, что оно всё ещё у тебя… есть. Как тренировки?

Лицо друга расплылось в довольной улыбке:

— Порядок, — Он гордо выпрямил плечи. — Сейчас изучаю, как читать стойку противника. Оказывается, все делают ошибки, если знать, на что смотреть.

— Вот это интересно, — оживился Дамир. — А какие именно ошибки?

Я с удивлением обнаружил, что парень всерьёз заинтересовался Стёпкиным ремеслом. Эти двое увлечённо погрузились в обсуждение тонкостей. Первый с энтузиазмом рассказывал о приёмах, которым его обучал Драконоборец, а второй задавал толковые вопросы, явно стремясь понять логику боя не только со зверями, но и с людьми.

— Как ваши успехи с Ирмой? — спросил я, когда их военная дискуссия несколько поутихла. Бабка категорически отказывалась покидать ферму, а мне приходилось часто выезжать в Драконий Камень и ночевать в городе.

— Максим, — сказала Лина, в её голосе звучала искренняя заинтересованность, — ты бы видел, как все работают. Благодаря магическим зверям строительство идёт с невероятной скоростью.

— Быки таскают брёвна, как соломинки, — добавил Дамир. — Из-за зверья работы идут так быстро, что Василий даже просил напомнить тебе, что основное здание сегодня будет готово.

— Что происходит с фермой рассказывать не нужно. Не думаете же вы, что я не в курсе? Вопросы были про Ирму.

— Она нас многому научила, — ответила Лина. — Оказывается, обычная посадка травы в землю — это всего полдела. Нужно учитывать, какие растения можно сажать рядом, а какие угнетают друг друга. Какую-то сажать ночью, какую-то днём. Мы уже разбили первые грядки!

Вот это действительно было полезно. Как-то так вышло, что до травничества руки у меня не дошли. Нужно будет тоже подучиться у бабки.

— У меня до сих пор мозоли болят, — с кривой улыбкой добавил Дамир, потирая ладони. — Ирма сказала, что через месяц у нас… кхм, у тебя… будет собственный урожай.

— Месяц? Быстро, — я удивился. — Похоже, Ирма и вправду всерьёз взялась использовать свои секреты.

— Чего она там только не делает, — вздохнула Лина. — То настои из измельчённых костей приносит и поливает ими землю на рассвете, то ещё что… А вчера велела нам собрать дождевых червей в особую глиняную посуду и кормить их кристаллами соли — говорит, земля от таких червей в три раза плодороднее станет. И ещё постоянно что-то бормочет про «лунные циклы».

— Кстати, Макс, — Стёпа наклонился ко мне, — Ты вчера про гильдию узнал?

Я кивнул:

— Да, уже уточнил. Как только ферма будет готова, займусь оформлением. Статус Рейнджера даёт мне такое право, а опыт и знания у нас уже есть. Но там столько нюансов, что пока лезть просто времени нет.

— Это было бы потрясающе! — Лина не удержалась от восклицания. — Наша собственная гильдия, с нашими принципами и методами!

В её голосе слышался такой энтузиазм, что я невольно улыбнулся. Девушка действительно вкладывала душу в общее дело, и уже всерьёз считала всё «нашим».

— А меня и Лину ты в гильдию берёшь? — уточнил Дамир с волнением в голосе.

— Послушайте, её ещё даже не существует. Но раз так важно, то посмотрю вас в лесу. В работе с питомцами. Тогда да, возьму. Как новичков.

Услышав эти слова, Лина пересекла комнату и подошла ко мне. Эмоции переполняли её, и прежде, чем кто-либо из нас успел отреагировать, она обняла меня.

— Максим, спасибо, — сказала девушка тихо, прижимаясь ко мне. — Это так много значит, правда.

Я не оттолкнул её — это было бы грубо. Но мой взгляд тут же скользнул по лицам остальных. Дамир нахмурился, глядя на свою сестру с выражением, в котором читалась смесь беспокойства и недовольства. Стёпка изучал рисунок на столе так, словно собирался запомнить его навсегда.

Жизненный опыт учил решать проблемы быстро, не давая им перерасти в нечто большее. Я мягко, но настойчиво положил руки ей на плечи и отстранил от себя.

— Лина, — мой голос прозвучал ровно и холодно, без тени эмоций. — Давай сразу проясним. Я твой наставник. И только. Не создавай неловких ситуаций ни для себя, ни для меня.

Её щёки вспыхнули. Она опустила глаза, отступая на шаг.

— Да я ничего такого, просто…

— Так и подумал. Тимофей, — окликнул я, заметив, что последний покупатель покинул магазин, а торговец наконец получил передышку. — Не покажешь новых питомцев? Говорил же, что поступление было.

Он провёл нас через магазин к дальним рядам вольеров. Запахи сена, корма и зверей смешались в знакомую атмосферу торговца живым товаром. В просторных клетках размещались десятки магических существ — от светлокрылов-целителей первой ступени до молодых волков второй ступени.

— Вот эти красавцы только вчера прибыли из северных провинций, — с гордостью произнёс торговец, останавливаясь перед клеткой с парой серебристых волков. — Вторая ступень, отличный вид. За такую цену больше нигде не найдёшь.

Стёпа присвистнул, разглядывая мощных зверей:

— Неплохо.

Лина восхищённо выдохнула, но я, бросив на волков короткий взгляд, прошёл дальше, к рядам с более скромными обитателями.

— Тимофей, а вот эти? — кивком указал на ряд передо мной.

Торговец удивлённо моргнул:

— Это? Ну… первая ступень в основном, кое-кто, конечно, второй… Ничего особенного.

Мой взгляд скользил от клетки к клетке, а палец едва заметно касался прутьев. Кодекс мгновенно выдавал всю подноготную обо всех зверях ступенями второй и ниже. И я анализировал.

— Максим, ты серьёзно? — недоумённо спросил Дамир. — Там же одни недоучки.

Я остановился у вольера с парой каменных барсуков. Они выглядели невзрачно, но их навыки…

— Не недоучки, — ответил, не отрывая взгляда от зверей. — А чистый лист. Без дурных привычек, без чужой дрессировки. Идеальный материал. Мы пришли сюда именно за полезными питомцами.

— Но за ту же цену можно взять пару действительно сильных зверей! — вмешался Стёпа.

— Сильных сейчас. А я думаю о том, что будет через год, — я повернулся к ним. — Смотрите. — указал на барсуков. — Видите? Самец и самка. Здоровые, молодые. Это не просто два питомца. Это — племенная пара. Основа будущего поголовья.

До ребят начало доходить. Их взгляд изменился. Они смотрели на те же клетки, но видели уже не «мелочь», а фундамент огромного проекта.

Я продолжил свой отбор. В корзину пошли не все подряд, а тщательно подобранные особи. Пара земляных кротов — самец покрупнее и самка. Три травяные змеи — один самец и две самки. Несколько светлокрылов-целителей. Молодой, но агрессивный серый волк — обуздаем в будущем, особенно когда рядом будет волчица. Пустынный ястреб. Пара воздушных белок.

Каждый выбор был продиктован холодной логикой. Я собирал будущий генофонд.

Затем мой взгляд зацепился за нечто странное в углу. В небольшом аквариуме, наполненном мутной водой, сидело существо, похожее на обломок серого камня размером с кулак. Оно не двигалось и не подавало признаков жизни.

— А это что за чудо? — спросил я у Тимофея.

Торговец махнул рукой:

— А, Каменный Ворчун. Бесполезная тварь. Привезли в нагрузку. Сидит, не ест, не пьёт, только воду мутит. Какой-то дурной попался, ничего не делает.

Лина и Дамир брезгливо поморщились. Но я прикоснулся к стеклу.

Каменный Ворчун. Уровень 2. Эволюционный индекс — G.

Навыки:Каменная кожа, Аура очищения воды (неактивно, требует активации реагентом «Слеза ручья»)

У меня внутри всё замерло. Аура очищения воды! Это же живой фильтр для всей фермы! Для озера, для поилок, для плантации Ирмы! Бесценный экземпляр, который все считали мусором.

— Его тоже беру, — спокойно сказал я.

— Да забирай так, — отмахнулся Тимофей.

Я мысленно добавил в список ещё и пару Лишайниковых Улиток, которые медленно ползали по стенке террариума. Их никто не покупал из-за медлительности, но я уже видел навыки — идеальные чистильщики для каменных построек, способные предотвратить рост мха и плесени.

— Двадцать две особи, плюс ворчун и улитки, — подвёл я итог, обращаясь к ошарашенному Тимофею. — Беру всех. Какая будет цена за опт?

Торговец, который сперва смотрел на меня как на чудака, теперь глядел с потрясением.

— Ты собираешься их разводить? В смысле… Прямо всех? — догадался он.

— А ты думал? — усмехнулся я. — Ферма должна приносить ещё и частный доход. А лучший доход — от собственного поголовья. Да многие на самой ферме и пригодятся, благо именно полезных зверюг у тебя много. Так что по цене?

Тимофей потёр подбородок, прикидывая.

— Что ж… За такой подход к делу — уважаю. Пятнадцать золотых за всех, и клетки для транспортировки за мой счёт.

— Двенадцать, — спокойно ответил я. — И клетки для транспортировки за твой счёт, уговорил. Это не самый ходовой товар, Тимофей, ты и сам знаешь.

Торговец нахмурился, но в глазах его плясали весёлые искорки. Ему нравился этот торг.

— Четырнадцать. И я добавлю месячный запас стартового корма для всех.

— Тринадцать. Идёт?

— По рукам! — Тимофей крепко пожал мне руку. — Приятно иметь дело с профессионалом.

— Договорились, — я отсчитал нужное количество монет. — Но пусть пока побудут у тебя. Заберём, как только первые вольеры будут полностью готовы.

— Как скажешь, Макс, — торговец забрал оплату.

Я повернулся к своим спутникам, которые всё ещё переваривали увиденное.

— Вы двое пока изучите местные зверофермы. Это будет хорошим опытом. А заодно поищите боевых стихийных питомцев первой ступени, мы ещё не закончили подбор. Стёп, ты сам смотри, это их задание.

— А ты чего? — спросил парень.

— Мне нужно в замок, к казначею. Пора отчитаться за первые траты.

— И что нам там делать, на зверофермах? Просто искать стихийных боевых зверей? — уточнила Лина, глядя куда-то в сторону.

— Это ваше новое задание. Вы видели, какихзверей я выбрал. Много не жду, но посмотрите, как устроены вольеры для разных видов, какие корма используют, как организован уход. Вдруг подберёте интересных особей. Потом проверим.

Лина и Дамир переглянулись, в их глазах зажёгся азарт исследователей. Стёпа кивнул.

— Составлю ребятам компанию.

— Так, всё, мне пора к казначею. Нужно отчитаться за первые траты на питомцев и… поговорить о будущих.

Замок барона встретил меня привычным шумом. Во дворе тренировались стражники, звенели мечи, где-то вдалеке ржали лошади. Я направился к крылу, где располагались административные помещения, но звуки с тренировочного плаца заставили меня свернуть в сторону.

На широкой площадке, вымощенной серым камнем, Всеволод лично проводил что-то вроде смотра. Перед ним выстроились десять молодых людей в кожаных доспехах — новобранцы, судя по их напряжённым лицам и слишком прямой выправке. Рядом с каждым сидел или стоял питомец: волки, ястребы, пара боевых кошек.

— Михайлов, — резко окликнул Всеволод светловолосого парня с кошкой, поразительно напоминающей Афину. — Твой питомец плохо слушается команд. Давно работаете в паре?

— Два месяца, — чётко ответил новичок.

— Мало. Связь должна быть инстинктивной. Дополнительные тренировки каждый вечер до улучшения результата.

Всеволод прошёлся вдоль строя, его острый взгляд оценивал каждую пару. Где-то делал замечания, где-то одобрительно кивал.

Заметив меня, он поднял руку:

— Рейнджер! Задержитесь, пожалуйста. Хотел бы поговорить.

Я остановился у края площадки, наблюдая за завершением смотра. Всеволод довольно быстро разобрался с остальными новичками, которые с недоумением смотрели на Красавчика, сидевшего на моём плече. Всеволод раздал последние указания и отправил их по казармам. Через несколько минут мы остались одни на пустом плацу.

— Как дела с фермой? — спросил он, подходя ближе. В его голосе звучала дежурная вежливость, но я заметил тень усталости на лице.

— Неплохо. Основное здание уже готово, первые питомцы уже выбраны. О чём ты хотел поговорить?

Всеволод помрачнел. Его плечи слегка опустились, а взгляд стал отрешённым:

— Состояние барона вызывает серьёзные опасения, Максим, — уклончиво ответил он, в его голосе звучала искренняя тревога. — Валентину Красногорскому становится хуже с каждым днём.

В его голосе прозвучала нота, которую я не ожидал услышать. Сомнение. Всеволод смотрел куда-то поверх моей головы, словно борясь с внутренним конфликтом.

— Слушай, — наконец произнёс он, встречаясь со мной взглядом. — Возможно, я был неправ.

— В чём? — осторожно спросил я.

— Насчёт советника Ария. Твои подозрения… — Он тяжело вздохнул. — Возможно, они были обоснованы. Я больше не могу игнорировать странные приказы. И то, как Арий отстраняет барона от важных решений.

Всеволод говорил с трудом, словно каждое слово давалось ему нелегко. В его глазах читалось разочарование человека, который долго не хотел верить в слабость барона.

— Понимаю, — кивнул я сочувственно.

— Максим, — Всеволод наклонился ко мне, понизив голос. — Если у тебя есть какие-то доказательства против Ария или планы по борьбе с этой организацией… Я готов помочь. Барон не должен оставаться в руках предателя.

— Значит, я был прав. Арий действительно связан с «Семёркой». И если даже ты уже не споришь и начал всё это замечать… То дело и вправду плохо.

Я на мгновение задумался. Всеволод искренне переживал за своего господина.

— Знаешь, — сказал осторожно, — Возможно мне понадобится твоя помощь. У меня появилось кое-что, что может вывести Ария на чистую воду. Даже больше — мы одним махом покончим с Семёркой.

Всеволод мгновенно выпрямился:

— Что ты имеешь в виду?

— Пока не готов говорить подробно, — я покачал головой. — Но, если мои догадки верны… возможно, завтра многое прояснится. Нужно только проверить одну теорию.

— Максим, — голос Всеволода стал настойчивым. — Если речь идёт о безопасности барона…

— Всеволод. Я понимаю твоё беспокойство. Но пока это только предположения. Дай мне время всё проверить, и тогда мы сможем действовать наверняка.

— Хорошо, — кивнул Мастер, хотя в его глазах всё ещё читалась тревога. — Но позволь мне помочь. Что бы ты ни планировал, один ты будешь уязвим.

— Нет, — решительно отрезал я. — Слишком рискованно. Если мои подозрения верны, то любое вмешательство может всё испортить.

Всеволод нахмурился:

— Максим, но это безрассудно…

— Послушай, я сказал тебе это, чтобы ты немного успокоился, — я развернулся к выходу с тренировочного плаца. — Сейчас только зайду к казначею, и пойду в свою долину. Там буду в безопасности.

— В долину? — Всеволод быстро догнал меня. — Ты же в городе ночевал! Там ты будешь практически один, вдали от защиты столицы.

Я усмехнулся:

— Один? Главное здание уже достроено, мебель даже завезли. Да и моя неугомонная бабка вовсе отказалась покидать долину — она там уже обосновалась со своими травами. Если мать послушалась и уехала в деревню сегодня утром, то Ирма — нет. Думаешь, оставлю её там? К тому же, меня защищает вся стая, а по периметру дежурит твоя собственная охрана. Двадцать четыре стражника в три смены. Помнишь? Ты сам настоял на усиленной охране из-за побега Тобольда. Неужели не доверяешь своим людям?

— Дело не в доверии, — он сжал челюсти. — Просто… судя по силе Карца, если Семёрка придёт за тобой, стража не поможет. Да и Тобольд. Ты кое-что не знаешь о нём. Он владеет очень полезным теневым зверем и умеет маскироваться.

Да уж. Нити-то разрывать никто не умеет, звери Тобольда остались с ним.

— Тем больше вопросов к тому, как он сбежал и почему у него была такая слабая охрана, да?

— Хорошее замечание, но не обошлось без вмешательства извне, понимаешь? Поэтому и предупреждаю тебя.

— Тогда сам вставай на стражу, — я пожал плечами. — Да и честно сказать, думаю, он давно покинул Драконий Камень. Иначе чего его так долго не могут найти? Хотел бы меня убить, убил бы. Возможности были.

Всеволод долго смотрел на меня, в его взгляде боролись различные эмоции. Наконец он тяжело вздохнул:

— Ты упрямый, Рейнджер. Но если ты уж так решил… Будь осторожен.

— Обязательно, — кивнул я, протягивая ему руку для прощания. — До встречи, Всеволод.

Он крепко пожал мою руку, задержав её чуть дольше обычного:

— Берегите себя.

Я развернулся и направился к казначейству, чувствуя на себе его тяжёлый взгляд.

Уладив все дела с бумагами, поспешил в долину.

Она встретила меня вечерними тенями и запахом свежего дерева. Главное здание действительно было закончено — двухэтажная постройка из тёсаного камня с деревянными балками стояла у озера, как я и планировал. Через открытые окна проникал последний свет заходящего солнца, освещая простую, но добротную мебель внутри.