Маяк

Фраза прозвучала буднично, и я просто кивнул. Мужчина сложил покупки в пакет, а я продолжал смотреть на магнит.

– А зачем он сейчас? Корабли здесь ходят?

– Раньше много было. Сейчас почти никто не ходит, по крайней мере я не вижу. Может, для чего-то и нужен. Такие вещи пока сами не разрушатся, их обычно не трогают.

Он положил магнит в пакет и назвал сумму. Я приложил телефон к терминалу, забрал покупки и отошёл к стеклянной двери. На улице снег всё ещё шёл стеной. Несколько человек стояли под козырьком, явно ожидая, когда снегопад утихнет, хотя по небу не было похоже, что это случится скоро.

Я тоже остался внутри. Поставил пакет у ног и смотрел через стекло на улицу. С этой стороны снег снова казался красивым. Он летел навстречу витрине и исчезал в свете вывески, машины двигались медленно, их фары расплывались в белом воздухе. В магазине было тепло, над головой ровно гудели лампы, где-то возле холодильников тихо работал компрессор. Стоило открыть дверь, и ветер сразу бросал внутрь несколько снежинок, которые таяли на тёмном коврике.

Лет двадцать не был.

Я повторил эту фразу про себя и вдруг понял, почему она зацепила. Для продавца это означало просто давно. Для меня эти двадцать лет сразу сложились в слишком конкретный промежуток: от того жаркого дня, когда ты стояла возле моего стола с бутылкой воды, до вчерашнего вечера, когда свет маяка снова появился за окном гостиницы.

Я достал магнит из пакета. Фотография была не очень удачной. Башня стояла почти по центру, вокруг неё слишком яркая зелень, а внизу кто-то оставил часть туристического снаряжения. Если бы я увидел такой сувенир в другом городе, даже не посмотрел бы второй раз.

– А пешком туда далеко? – спросил я, обернувшись к кассе.

Мужчина задумался.

– Смотря откуда. Отсюда прилично. На машине можно подъехать до пешей тропы, а потом всё равно ногами. Летом часа два, наверное. Зимой не знаю, тропу заметает.

Я кивнул и убрал магнит в карман куртки. Вопросы прозвучали так, будто я действительно собирался идти, хотя ещё минуту назад такой мысли у меня не было. Я даже почувствовал лёгкое раздражение от необходимости внутренне объяснить самому себе, зачем вообще спросил.

Снег немного ослаб только минут через двадцать. Я вышел, поднял воротник и пошёл к гостинице пешком. До неё оставалось меньше километра. Ветер дул навстречу, снег сразу начал липнуть к волосам и ресницам, а тёплый магазин через несколько шагов остался позади и превратился в ещё одно жёлтое окно среди белой улицы.

Пакет неприятно бил по ноге. В кармане лежал магнит, и я чувствовал его жёсткий край через ткань куртки. Несколько раз возникало желание переложить его в пакет, но я не сделал этого.

Когда вошёл в гостиницу, очки мгновенно запотели. Я остановился возле двери, снял их и несколько секунд стоял почти вслепую, пока вокруг оставались только большие размытые пятна тёплого света. Лампа над креслами снова тихо щёлкнула. Администратор подняла голову, поздоровалась и сказала, что к вечеру обещают ещё более сильный снег.

– Надолго? – спросил я, протирая стёкла краем свитера.

– До утра точно. По радио предупреждали, ветер тоже усилится.

Я посмотрел через двери на улицу. За стеклом фонари уже начали растворяться в снегу.

– Хорошо хоть завтра никуда не надо.

– Отдыхать будете?

Я хотел ответить, что работать, и даже почти произнёс это, но сказал:

– Посмотрим.

В лифте я вспомнил этот ответ и усмехнулся. За последние двадцать лет слово не стало лучше.

В номере было всё так же тепло. Я включил настольную лампу, снял куртку и выложил покупки на стол. Магнит остался последним. Несколько секунд я держал его в руке, потом прикрепил к металлической стойке маленького гостиничного холодильника. Он держался плохо и сначала сполз на пару сантиметров, но потом остановился.

На летней фотографии маяк выглядел совсем не так, как в моей памяти. Я подошёл к окну и отодвинул штору. Снегопад снова набирал силу, дальние дома почти исчезли, и там, где вчера появлялся луч, теперь была только белая темнота.

Я вернулся к столу, открыл ноутбук и начал собирать окончательный проект. Работы оставалось на несколько часов. Если всё закончить сегодня, завтра можно будет отдохнуть.

Через некоторое время я поднял глаза от экрана. На холодильнике, в круге тёплого света от лампы, висел маленький летний маяк.

Я посмотрел на него чуть дольше, чем собирался, и снова вернулся к работе.

Глава 4

Работа за ноутбуком продвигалась быстрее, чем я опять же рассчитывал. Возможно, потому что за два дня на объекте не накопилось ни одного спорного вопроса, который пришлось бы потом раскладывать по письмам и согласованиям. Я перенёс последние размеры на схему, проверил оборудование, ещё раз прошёлся по таблице и отправил заказчику короткое письмо с итоговыми файлами. Оставалось только дождаться ответа, но вряд ли он мог прийти раньше утра.

Я закрыл почту и впервые за весь день заметил, насколько тихо стало в номере. Вентиляция всё так же ровно гудела над дверью, из коридора почти не доносилось и звука, а за окном снег продолжал густеть. Дальние дома уже исчезли окончательно, фонари растворялись через несколько десятков метров, и только иногда по белой пелене проходил свет машины. Магнит на холодильнике находился чуть в стороне от настольной лампы, но маяк на нём всё равно был хорошо виден.

Я посмотрел на телефон. Было немного за десять. До обратного поезда оставалось два дня, а все дела, ради которых я приехал, фактически закончились. Можно было завтра выспаться, днём пройтись по городу, вечером посмотреть какой-нибудь фильм или просто ничего не делать.

Я взял телефон и открыл карты. Сначала просто уменьшил масштаб, чтобы найти берег и понять, где вообще находится маяк относительно гостиницы. Он оказался дальше, чем казалось из окна. Пеший маршрут приложение построило почти сразу: три часа с небольшим, сначала через город, потом вдоль дороги и дальше по какой-то тонкой линии, уходившей через лес. Я приблизил карту. До конца нормальной дороги можно было доехать на машине, а после неё оставалось чуть меньше двух часов пешком.

На летней фотографии из магазина путь выглядел вполне обычным. Наверное, в июле там действительно можно было выйти утром, взять воды и спокойно дойти. Сейчас за стеклом нельзя было разглядеть противоположную сторону улицы. Я переключил карту в спутниковый режим, посмотрел на лес, на изгиб старой дороги и на маленькую отметку маяка у края воды, после чего закрыл приложение. Даже мысль о том, чтобы идти туда ночью, казалась настолько нелепой, что серьёзно её рассматривать не хотелось. Через минуту я снова открыл карту и на этот раз посмотрел, насколько близко можно подъехать на машине. Навигатор предлагал дорогу, которая заканчивалась примерно в восьми километрах от маяка. Дальше шла только пешеходная тропа. Я нажал на точку возле конца дороги, потом на маяк, посмотрел расстояние и снова закрыл телефон. Получалось не так уж далеко. По крайней мере на экране.

Я усмехнулся и вернулся к ноутбуку, хотя работать уже было не над чем. Открыл отправленный проект, проверил пару листов, исправил подпись, которую никто бы, скорее всего, не заметил, и отправил файл ещё раз. Потом открыл рабочий мессенджер. Новых сообщений не было. Я некоторое время листал старые переписки, пока не поймал себя на том, что просто ищу повод не вставать из-за стола.