Смотритель Гнезда

— Ешь, — говорит она.

Я беру миску. Ем. Медленно. Она смотрит. Потом говорит:

— Я видела. Как ты с ним. С монстром. Ты не просто читал. Ты… говорил. С ним. Как с человеком. Как с другом.

— Он и был другом, — говорю я. — Просто не успел им стать.

Она молчит. Смотрит. Долго. Потом — встаёт. Идёт к выходу. У порога — оборачивается. Смотрит. Долго.

— У меня был брат, — говорит она. — Его сбросили сюда. Два года назад. Я ищу его. Каждый день. Каждую ночь. Я не знаю, жив он или мёртв. Но я ищу. Потому что если перестану — я умру. Как все. Как всегда. Пока все.

Она уходит. Я остаюсь. Один. С её словами. С её болью. С её правдой.

Я смотрю на свои руки. Большие. Грубые. Не мои. Но мои. Я сжимаю кулаки. Разжимаю. Сжимаю. Разжимаю.

Я жив. Пока жив. И я буду жить. Пока буду. Назло. Всем. Всему. Гарму. Миру. Себе.

Потому что я — не мясо. Я — не товар. Я — не раб. Я — Кайл. И я — Смотритель. Пока Смотритель.

Глава 3. Первый уровень

Я не сплю третью ночь.

Тело хочет. Требует. Кричит. Но я не могу. Каждый раз, когда закрываю глаза — вижу тигра. Ловушку. Кровь. Потом — Гнездо. Монстров. Мёртвых. Полумёртвых. Живых. Которые смотрят. Которые ждут. Которые знают. Что я — не такой. Как все.

Я сижу. У стены. В углу. Смотрю. На людей. На монстров. На всё. В Гнезде всегда темно. Но глаза привыкают. Через день. Через два. Через три. Начинаешь видеть. Не свет. А тени. Которые двигаются. Которые живут. Которые умирают. Как все.

Люди. Их много. Больше, чем кажется. Сначала. Они лежат. Вдоль стен. На полу. В грязи. В воде. Они не двигаются. Почти. Они дышат. Тяжело. Рвано. Как монстры. Как все. Пока дышат.

Я смотрю на них. И читаю. Невольно. Как будто не могу остановиться. Как будто это — единственное, что осталось. От меня. От Земли. От жизни.

Боль. Страх. Отчаяние. Надежда. У некоторых. Ещё есть. Надежда. Слабая. Тонкая. Как нить. Но есть. У других — нет. У других — пустота. Как у мёртвых. Только они ещё дышат. Пока дышат.

Я закрываю глаза. Пытаюсь не читать. Не чувствовать. Не быть. Но не могу. Оно сильнее. Оно — часть меня. Теперь. В этом мире. В этой жизни. В этом аду.

***

Утро. Или день. Здесь не разберёшь. Я встаю. Медленно. Больно. Тело. Чужое. Но моё. Сейчас моё. Пока моё.

Я иду. Вперёд. Не знаю куда. Просто иду. Мимо людей. Мимо клеток. Мимо монстров. Мимо всего. Ноги дрожат. Руки трясутся. Но я иду. Потому что если остановлюсь — упаду. А если упаду — умру. А я не хочу умирать. Пока не хочу.

Я вижу клетку. Маленькую. В углу. Железную. Ржавую. В ней — монстр. Не большой. Не маленький. Средний. Серый. Худой. Он лежит. Не двигается. Дышит. Тяжело. Рвано. Умирает. Я вижу это. Знаю. Чувствую.

Но что-то другое. Что-то не так. Не так, как с предыдущими. Не так, как с тигром. Не так, как с тем, чёрным. Этот — не просто умирает. Он — боится. Не смерти. Чего-то другого. Чего-то хуже. Чего-то, что уже случилось. И что ещё будет. В его голове. В его памяти. В его крови.

Я подхожу. Ближе. К клетке. Он не смотрит. Смотрит в никуда. В пустоту. В страх. Который внутри. Который не уходит. Который всегда. Пока всегда.

Я сажусь. На корточки. Перед клеткой. Долго смотрю. Потом — читаю.

Страх. Не смерти. Не боли. Не голода. Страх другого. Страх, что его снова заставят. Снова использовать. Снова ломать. Он не хочет умирать. Он хочет — не быть. Не существовать. Чтобы всё закончилось. Чтобы никогда. Чтобы навсегда.

Я слышу это. Не слова. Чувства. Как будто он говорит со мной. Без слов. Без голоса. Просто — есть. И я — есть. И между нами — связь. Тонкая. Слабая. Но связь.

— Тихо, — говорю я. Голос. Хриплый. Чужой. Но мой. — Тихо. Всё. Я здесь.

Он не смотрит. Не слышит. Или слышит, но не верит. Как все. Как всегда. Пока все.

— Тихо, — повторяю я. — Ты не один.

Я протягиваю руку. Через прутья. Медленно. Осторожно. Он не двигается. Смотрит. В никуда. Я касаюсь его. Кожа. Горячая. Сухая. Шершавая. От крови. От слёз. От чего-то ещё.

Он вздрагивает. Но не отстраняется. Не отталкивает. Не кусает. Он просто — замирает. Как будто ждёт. Как будто надеется. Как будто верит. Впервые. За долгое время. Может, за всю жизнь. Пока жизнь.

Я закрываю глаза. Дышу. Медленно. Глубоко. Как учили. Давно. На Земле. В заповеднике. Когда работал с хищниками. Когда учился не бояться. Когда учился быть спокойным. Даже когда страшно. Даже когда больно. Даже когда всё.

Я чувствую. Как его страх уходит. Медленно. Капля за каплей. Как его боль стихает. Как его дыхание выравнивается. Как его сердце бьётся медленнее. Спокойнее. Тише.

Но что-то другое. Что-то ещё. Что-то новое. Как будто — связь. Настоящая. Не просто чтение. Не просто понимание. А что-то большее. Что-то, что идёт в обе стороны. Он чувствует меня. Я чувствую его. Мы — вместе. На секунду. На минуту. На вечность. Пока вечность.

Я открываю глаза. Смотрю на него. Он смотрит на меня. Впервые. Глаза. Большие. Серые. Полные боли. Полные страха. Но теперь — что-то другое. Что-то ещё. Что-то, что не могу назвать. Но знаю. Видел. У тигра. Перед смертью. И после. У того, чёрного. Когда умирал. Спокойно.

Он не умирает. Он живёт. Пока живёт. Он смотрит на меня. И я знаю. Он — со мной. Теперь. Навсегда. Пока навсегда.

И тогда — что-то происходит.

***

Я вижу. Не глазами. Не ушами. Не телом. Чем-то другим. Чем-то глубже. Как будто стена открылась. Как будто пол провалился. Как будто я — не я. Как будто я — везде.

Передо мной — свет. Не яркий. Не белый. Серый. Как всё здесь. Как жизнь. Как смерть. Как я. В нём — буквы. Слова. Числа. Не на языке, который знаю. Но понимаю. Как будто всегда знал. Как будто всегда умел. Как будто это — часть меня. Теперь. В этом мире. В этой жизни. В этом аду.

«Память Крови»

Уровень 1

Навык: Чтение (базовый)

Ты видишь то, что скрыто. Ты слышишь то, что не сказано. Ты понимаешь то, что не объяснено. Монстры — не звери. Они — книги. Ты — читатель. Читай.

Опыт: 0 / 100

Следующий уровень: 100 опыта

Опыт начисляется за: понимание, связь, доверие, спасение. Не за убийство.

Я смотрю. Долго. Не понимаю. Или понимаю. Но не верю. Или верю. Но не хочу. Это — система. Как в игре. Но не в игре. В реальности. В этом мире. В этой жизни. В этом аду.

Я закрываю глаза. Открываю. Свет исчезает. Как будто его не было. Как будто это — сон. Или бред. Или смерть. Которая играет со мной. Как всегда. Как везде. Пока всегда.

Но я знаю. Это было. Это есть. Это будет. Потому что я чувствую. Что-то изменилось. Внутри. В теле. В голове. В душе. Что-то новое. Что-то старое. Что-то, что было всегда. Но спало. Пока спало.

***

Я открываю глаза. Смотрю на монстра. Он смотрит на меня. Живой. Не умирающий. Не мёртвый. Живой. Он дышит. Ровно. Спокойно. Тише. Он не боится. Не хочет умереть. Не хочет не быть. Он просто — есть. Как я. Как все. Кто живёт. Пока живёт.

Я встаю. Медленно. Больно. Тело. Чужое. Но моё. Я смотрю на свои руки. Большие. Грубые. Не мои. Но мои. Я сжимаю кулаки. Разжимаю. Сжимаю. Разжимаю. Я чувствую. Больше. Чем раньше. Чем всегда. Чем все.

— Ты кто такой?

Голос. Сзади. Я оборачиваюсь. Медленно. Лиса. Она стоит. Смотрит. Долго. Глаза. Живые. Умные. Не пустые. Но теперь — другие. Теперь — страх. Настоящий. Она боится. Не меня. Того, что я сделал. Того, что я могу. Того, что я — не такой, как все.

— Ты кто такой? — повторяет она. — Что ты сделал?

Я смотрю на неё. Долго. Потом на монстра. Живого. Потом на свои руки. Потом снова на неё.

— Ничего, — говорю я. — Просто… поговорил.

Она молчит. Смотрит. Долго. Потом — подходит. Ближе. Близко. Очень. Садится. Рядом. На корточки. Смотрит. В глаза. Долго.

— Ты не раб, — говорит она. — Ты — что-то другое. И это хуже.

Я смотрю на неё. Долго. Молча. Она права. Я — не раб. Я — не такой, как все. Я — что-то другое. Что-то, чего здесь не было. Что-то, чего здесь не должно быть. Что-то, что может изменить всё. Или уничтожить. Или то, и другое. Как всегда. Как везде. Пока всегда.

— Я знаю, — говорю я. — И что теперь?

Она смотрит. Долго. Потом — улыбается. Слабо. Горько. Как будто знает. Как будто понимает. Как будто тоже была другой. Когда-то. Давно. В другой жизни. В другом мире. Если он вообще был.

— Теперь — учись, — говорит она. — Быстро. Пока Гарм не узнал. Пока другие не поняли. Пока не стало поздно. У тебя есть время. Немного. Может, день. Может, два. Может, час. Но у тебя есть. Пока есть.

— Что учиться?

— Всему, — говорит она. — Читать. Связываться. Понимать. Монстры — не просто звери. Они — память. Они — знание. Они — сила. Если ты сможешь их читать — ты сможешь всё. Всё, что захочешь. Всё, что нужно. Всё, что можешь.

Она встаёт. Смотрит. Сверху. Вниз. Долго.

— Я помогу, — говорит она. — Не потому что добрая. Не потому что хочу. А потому что ты — нужен. Мне. Моему брату. Всем. Кто здесь. Кто живой. Пока живой.

Она уходит. Я остаюсь. Один. С монстром. С живым. С системой. С новым уровнем. С новым миром. Который я не знаю. Который не знает меня. Пока не знает.

***

Ночь. Или день. Я не знаю. Я сижу. У стены. В углу. Смотрю. На людей. На монстров. На всё. Они спят. Или не спят. Или уже не могут.

Я думаю. Обо всём. О тигре. О ловушке. О смерти. О новом мире. О Гнезде. О Лисе. О старике. О Гарме. О монстрах. О памяти. О древних. Обо всём. О системе. О уровне. О навыке. О чтении.

Я не знаю, что будет. Не знаю, что делать. Не знаю, как выжить. Но я знаю одно. Я буду читать. Буду понимать. Буду связываться. Потому что это — единственное, что у меня есть. Единственное, что осталось. От меня. От Земли. От жизни.

Лиса приходит. Снова. С миской. Ставит передо мной. Садится. Напротив. Смотрит. Долго. Молча.

— Ешь, — говорит она.

Я беру миску. Ем. Медленно. Она смотрит. Потом говорит:

— Завтра. Я покажу тебе одного. Шептуна. Он говорит. Помнит. Знает. Если ты сможешь его прочитать — ты сможешь всё. Всё, что нужно. Всё, что можешь.

— А если не смогу?

— Тогда умрёшь, — говорит она. — Как все. Как всегда. Пока все.

Она встаёт. Идёт к выходу. У порога — оборачивается. Смотрит. Долго.

— Гарм уже знает, — говорит она. — Он послал людей. Они ищут тебя. Прямо сейчас. Они найдут. Скоро. Очень. И тогда…

Она не договаривает. Уходит. В темноту. В никуда. Я остаюсь. Один. С её словами. С её страхом. С её правдой.

Я смотрю на свои руки. Большие. Грубые. Не мои. Но мои. Я сжимаю кулаки. Разжимаю. Сжимаю. Разжимаю.

Я жив. Пока жив. И я буду жить. Пока буду. Назло. Всем. Всему. Гарму. Миру. Себе.

Глава 4. Союз

Я не сплю четвёртую ночь.

Тело хочет. Требует. Кричит. Но я не могу. Каждый раз, когда закрываю глаза — вижу систему. Свет. Серый. Буквы. Слова. Числа. «Память Крови». Уровень 1. Навык: Чтение. Опыт: 0 / 100. Я не знаю, что это. Не знаю, откуда. Не знаю, зачем. Но оно — внутри. Теперь. В этом мире. В этой жизни. В этом аду.

Я сижу. У стены. В углу. Смотрю. На людей. На монстров. На всё. В Гнезде всегда темно. Но глаза привыкли. Через день. Через два. Через три. Теперь вижу. Не свет. Тени. Которые двигаются. Которые живут. Которые умирают. Как все.

Люди. Их много. Больше, чем кажется. Сначала. Они лежат. Вдоль стен. На полу. В грязи. В воде. Они не двигаются. Почти. Они дышат. Тяжело. Рвано. Как монстры. Как все. Пока дышат.

Я смотрю на них. И читаю. Невольно. Как будто не могу остановиться. Как будто это — единственное, что осталось. От меня. От Земли. От жизни.

Боль. Страх. Отчаяние. Надежда. У некоторых. Ещё есть. Надежда. Слабая. Тонкая. Как нить. Но есть. У других — нет. У других — пустота. Как у мёртвых. Только они ещё дышат. Пока дышат.

Я закрываю глаза. Пытаюсь не читать. Не чувствовать. Не быть. Но не могу. Оно сильнее. Оно — часть меня. Теперь. В этом мире. В этой жизни. В этом аду.

***

Лиса приходит. Утром. Или днём. Здесь не разберёшь. С миской. Ставит передо мной. Садится. Напротив. Смотрит. Долго. Молча. Она всегда так. Молча. Но сегодня — другое. Сегодня — глаза. Живые. Умные. Но теперь — решимость. Настоящая.

— Ешь, — говорит она.

Я беру миску. Ем. Медленно. Вкуса нет. Только тепло. Только жизнь. Только то, что осталось. Она смотрит. Молча. Долго. Потом говорит:

— Ты готов?

— К чему?

— К правде, — говорит она. — К моей. К твоей. К общей. Ты не раб. Я знаю. Ты — что-то другое. Как я. Когда-то. Давно. В другой жизни. В другом мире. Если он вообще был.

Я смотрю на неё. Долго. Молча. Она знает. Она видела. Она — не такая, как все. Как я. Пока как я.

— Говори, — сказал я.

***

— Меня зовут Лиса, — начинает она. — Не кличка. Настоящее имя. Мне двадцать пять. Я родилась в Светлом Аргосе. В семье смотрителей. Не рабов. Не слуг. Смотрителей. Тех, кто управляет. Тех, кто решает. Тех, кто живёт наверху. Пока живёт.

Я смотрю. Молча. Она не врёт. Я вижу. Читаю. Она говорит правду. Всю. Или часть. Но правду.

— У меня был брат, — продолжает она. — Старший. Его звали Дар. Он был умный. Слишком умный. Для этого мира. Для этой системы. Для всего. Он читал монстров. Как ты. Не так, как смотрители. Не грубо. Не силой. А… по-настоящему. Как ты. Он понимал их. Связывался с ними. Говорил. Без слов. Как ты.

Я слушаю. Молча. Она говорит. Долго. Как будто ждала. Долго. Очень. Как будто не могла сказать раньше. Кому-то. Никому. Пока не нашла меня.

— Он был лучшим, — говорит она. — Лучше всех. Лучше отца. Лучше учителей. Лучше всех. Он мог стать Старшим Смотрителем. Мог править. Мог изменить всё. Но он не хотел. Он хотел понять. Понять, что такое монстры. Почему древние их создали. Что случилось с империей. Он искал правду. Настоящую. Не ту, что в книгах. Не ту, что в храмах. А ту, что в крови. В памяти. В монстрах.