ПИСЬМЕННЫЕ ЗАЯВЛЕНИЯ СВИДЕТЕЛЕЙ И СОХРАНЕНИЕ ПОКАЗАНИЙ

Алексей Мелков

ПИСЬМЕННЫЕ ЗАЯВЛЕНИЯ СВИДЕТЕЛЕЙ И СОХРАНЕНИЕ ПОКАЗАНИЙ

Введение

В российском уголовном процессе защитник вправе опрашивать лиц с их согласия, получать от них документы и представлять полученные сведения следователю, дознавателю и суду. На практике между правом собрать сведения и возможностью использовать их в состязательном разбирательстве остаётся значительный разрыв. Письменное объяснение свидетеля часто рассматривается лишь как повод для вызова лица, а не как самостоятельный объект проверки. Если свидетель заболел, уехал, подвергся давлению или изменил позицию, ранее полученная защитой информация может оказаться почти бесполезной.

Американское право предлагает несколько разных инструментов, которые в русскоязычной практике нередко объединяются словом «аффидевит». Это письменное заявление под угрозой ответственности за ложь, affidavit, unsworn declaration under penalty of perjury, судебная deposition и заявление свидетеля для последующего перекрёстного допроса. Ни один из них не является универсальной заменой живому свидетельству. Главный урок состоит в другом: право заранее различает функцию документа, способ его проверки и последствия отсутствия автора.

Цель настоящей монографии - разработать российскую модель письменного заявления свидетеля и судебного депонирования показаний, совместимую с принципами непосредственности, состязательности и права на защиту. Предлагается не превращать любой адвокатский опрос в доказательство и не создавать возможность заменить допрос текстом, составленным заинтересованной стороной. Модель должна одновременно сохранить сведения, открыть их другой стороне, позволить задавать вопросы и указать суду, какую доказательственную работу ещё необходимо выполнить.

Новизна исследования состоит в трёхуровневом разграничении: ориентирующее заявление, процессуально зафиксированное показание и доказательство, непосредственно исследованное судом. У каждого уровня своё назначение и свой предел использования. Вторая идея - возможность судебного сохранения показаний до основного разбирательства при уведомлении сторон и реальной возможности перекрёстного допроса. Третья - запрет приписывать письменному заявлению больший вес только потому, что оно оформлено у нотариуса или снабжено формулой об ответственности.

Глава 1 Понятие и функции письменного заявления свидетеля

1 1 Заявление не равно показанию

Показания свидетеля в российском смысле возникают в рамках допроса участника уголовного судопроизводства, имеющего предусмотренный законом статус, после разъяснения прав и ответственности и в процессуальной форме, позволяющей проверить происхождение сведений. Письмо, электронное сообщение или протокол адвокатского опроса могут содержать фактическую информацию, но сами по себе не воспроизводят весь комплекс гарантий допроса. Смешение этих категорий создаёт две противоположные ошибки: документ необоснованно исключают, либо ему придают силу показаний без проверки.

Письменное заявление имеет как минимум четыре функции. Оно может сообщать защите о существовании источника; фиксировать раннюю версию рассказа; служить основанием ходатайства о вызове или допросе; сохранять содержание показаний при невозможности дальнейшего контакта. Только последняя функция приближается к доказательственному замещению допроса, и она требует особого судебного контроля.

Оценка документа начинается с вопроса о том, что именно в нём утверждается и откуда это известно автору. Рассказ о собственном восприятии события отличается от пересказа чужих слов, юридической оценки или предположения. Формула «мне известно» не заменяет описания источника знания. В предлагаемой форме заявления должны быть отдельные поля для фактов, восприятия, документов и предположений. Это не бюрократическая деталь: без разграничения содержания суд не сможет определить, какую часть можно проверять допросом.

1 2 Аффидевит и декларация под ответственность за ложь

Аффидевит в англо-американской традиции обычно представляет собой письменное заявление, подписанное под присягой или подтверждённое уполномоченным лицом. В федеральном праве США 28 U.S.C. § 1746 допускает в предусмотренных случаях несудебную декларацию, подписанную с формулой о том, что изложенное истинно под угрозой ответственности за лжесвидетельство. Норма облегчает подтверждение фактов, когда нотариальная форма не нужна, но не отменяет правил о допустимости и проверке доказательств.

Федеральное правило уголовного процесса США 47 допускает поддержку ходатайства аффидевитом и требует передать его вместе с ходатайством другой стороне. Примечание к правилу предупреждает: оно не предназначено для превращения «говорящего ходатайства» в способ заменить допрос по существу обвинения. Афidевит уместен, например, для подтверждения факта, необходимого для депонирования или вопроса о ранее рассмотренном деле. Эта оговорка особенно важна для российской реформы: внешняя форма не решает вопрос о процессуальной функции.

Для российского права полезна не буквальная присяга, а единый режим письменного подтверждения фактов. Автор подписывает заявление, указывает дату и способ составления, подтверждает добровольность и предупреждается, что заведомо ложные сведения могут повлечь ответственность в порядке, установленном законом. Если законодатель захочет применить именно уголовную ответственность за ложность, необходимо точно определить момент приобретения статуса свидетеля и не подменять им любое лицо, с которым беседовал адвокат.

1 3 Опрос защитником и односторонность получения

Российская модель защиты изначально предполагает, что адвокат действует в интересах доверителя. Поэтому опрос, проведённый защитником, нельзя оценивать как нейтральную процедуру. Это не недостаток адвокатуры, а свойство состязательного процесса. Защитник отбирает вопросы, фиксирует ответы и решает, что представить. Государственное обвинение вправе исследовать документ, вызвать автора и задавать вопросы, но не должно получать доступ к адвокатским заметкам, которые не были представлены и относятся к стратегии защиты.

Вместе с тем защита не должна выдавать собственный пересказ за дословное свидетельство. Предлагается разделять: а) оригинал заявления, подписанный свидетелем; б) протокол опроса, отражающий вопросы и ответы; в) служебную запись адвоката о тактике и оценке. Только первые два объекта могут быть добровольно представлены как сведения об источнике. Служебные записи защищены адвокатской тайной и не превращаются в предмет обязательного раскрытия.

Согласие свидетеля должно быть конкретным. Лицо соглашается на беседу, запись, передачу заявления в уголовное дело или на вызов в суд - это разные решения. В форме следует указать, какие действия разрешены. Общая фраза о «согласии на использование информации» не должна покрывать публикацию персональных данных или передачу медицинских подробностей, не связанных с делом.

Глава 2 Американская конструкция сохранения показаний

2 1 Правило 15 Федеральных правил уголовного процесса

Rule 15 Federal Rules of Criminal Procedure позволяет стороне ходатайствовать о депонировании предполагаемого свидетеля для сохранения показаний на будущее судебное разбирательство. Суд может удовлетворить ходатайство при исключительных обстоятельствах и в интересах правосудия. Важен не сам термин deposition, а совокупность условий: уведомление всех сторон, присутствие обвиняемого или обоснованная невозможность его присутствия, участие защитника, вопросы и перекрёстный допрос, протоколирование и последующая самостоятельная оценка допустимости.

Правило предусматривает особый режим для свидетеля за пределами США, когда его явка на суд практически недостижима, а обвиняемый может осмысленно участвовать дистанционно или иным способом. Расходы на участие защиты в ряде ситуаций возмещаются за счёт государства. Это показывает, что сохранение показания не может быть правом только обеспеченной стороны. Иначе процедура формально доступна, но фактически работает преимущественно для обвинения.

Американская норма не превращает всякую deposition в автоматическую замену очного свидетельства. Допустимость определяется другими правилами, а разрешение на получение показания заранее не предрешает его использование. Для российской модели это означает необходимость двух судебных решений либо двух ясно разделённых этапов: решение сохранить показание и решение использовать его в конкретной части процесса.

2 2 Право на перекрёстный допрос

Crawford v. Washington, 541 U.S. 36 (2004), усилил требование проверки свидетельских утверждений через перекрёстный допрос, когда речь идёт о показаниях свидетельского характера, предназначенных для использования против обвиняемого. Для российского законопроекта решение имеет методологическое значение: надёжность не должна устанавливаться только формулой «суд считает документ достоверным», если сторона, против которой его используют, не получила разумной возможности задать вопросы.