Башня Резонанса: Точка Излома

Нейтон Патчер

Башня Резонанса: Точка Излома

Нейтон Патчер

БАШНЯ РЕЗОНАНСА

ТОЧКА ИЗЛОМА

ЛитРПГ • Инженерное боевое фэнтези • Книга 2 (Финал дилогии)

Глава 01. Врата Облачного Пояса

Запах сырого гранита и едкой гари, преследовавший Савелия Кротова на протяжении всех двадцати подземных ярусов, здесь, на внешнем карнизе Цитадели, наконец-то отступил. Вместо него воздух пах свежестью предгрозового озона, горным снегом и странной металлической сладостью, какую дает ионизация при работе мощных трансформаторов.

Бывшая цитадель барона Гарольда гудела, словно улей. На руинах крепости клана «Золотой Пилон» рождался новый мир. Освобожденные рудокопы, еще вчера носившие рабские ошейники и глотавшие гранитную пыль в забоях, с яростной созидательной энергией обустраивали «Нулевой Уступ».

Тяжелые барельефы с гербами тиранов летели вниз с циклопических карнизов, разбиваясь в пыль на дне колодцев. На их место шахтеры накатывали бревенчатые настилы, варили стальные марши и монтировали аварийные посты связи. Всюду стучали кувалды, шипели горелки, звенели цепи лебедок.

— Савва, держи, остынет ведь, — раздался сзади добродушный бас.

Кротов обернулся. К парапету подошел Глеб — старший механик нижних горизонтов, широкоплечий мужик лет сорока пяти с лицом, дубленным подземными ветрами, и въевшейся в поры сажей. На плече у него висел брезентовый подсумок с ключами, динамометром и виброщупом, а в мозолистых ладонях он держал две объемистые жестяные кружки. От горячего травяного настоя шел пар, пахнущий чабрецом и брусникой.

— Спасибо, Глеб, — Савелий принял кружку, с наслаждением сделав глоток. Горячая горечь приятно обожгла гортань, смывая накопившуюся усталость. — Как дела на распределительном узле?

— Рудокопы создали совет артелей, как ты и советовал, — усмехнулся механик, приваливаясь к базальтовым зубьям. — Выбрали старого бригадира Потапа старшим. Склады с зерном опечатали, выдают пайки на каждую смену. Раненых спустили в санаторные штольни пятнадцатого этажа — там геотермальные ключи, мужики мигом оклемаются. Одно скажу, Савва: если бы не твой расчет с детонацией замкового клина Гарольда, мы бы этот бункер еще три года ковыряли. Ты для них теперь заступник. Спорят, не отлить ли твой бюст из чистой меди.

— Только медных идолов нам тут не хватало, — покачал головой Савелий. — Мой рабочий инструмент — молоток и законы механики. Скажи лучше, что с подъемником?

— С машиной Первых Зодчих? — глаза Глеба азартно блеснули. — Это не машина, Савелий... Это поэма в титане и лунном мраморе! Мы вскрыли редукторный кожух. Подвижных элементов — ноль! Ни тросов, ни червячных валов. Чистая магнитная левитация на сверхпроводящих рельсах. Направляющие уходят вертикально в небо на такую глубину, что шапка валится. Профиль — двойной тавр из сплава с бериллием. Ни микрона ржавчины за тысячи лет!

Позади послышались легкие шаги. Подошли Алена и Яна.

Сестра Савелия выглядела совершенно иначе, чем в те часы, когда он вырвал ее из ритуального круга на эшафоте. На ней был добротный кожаный комбинезон, поверх которого сидел кевларовый жилет с креплениями для сенсорных кристаллов. Бледность сошла, сменившись здоровым румянцем, а в глубине серых глаз пульсировал мягкий отблеск пробужденного Дара.

[Диагностический статус союзника: Алена Кротова]

[Класс: Сенсорный Навигатор / Оператор Эфирных Волн (Уровень 18)]

[Резонансная чистота нейросети: 99.6%. Психоэмоциональный баланс: Стабильный.]

[Пассивный бонус отряда: «Глубинная гидроакустическая локация» (+40% к обнаружению аномалий).]

— Савва, я закончила синхронизацию с кристаллом пульта, — негромко произнесла Алена, коснувшись руки брата. От ее пальцев исходила успокаивающая вибрация гармоники. — Подъемник готов к старту. Его реакторы спали почти шесть веков, но когда ты вставил Печать Первых Владык, в магистральных шинах восстановилась циркуляция жидкого гелия.

Яна тем временем развернула карту на тонкой серебристой фольге.

— Смотрите сюда, команда, — разведчица указала стилусом на проекцию ствола Башни. — Мы на двадцатом этаже. В терминологии Древних это «Граница Тверди». Ниже нас — двести кубических километров гранита и штолен. Выше начинается Облачный Пояс, охватывающий ярусы с двадцать первого по пятидесятый. Высота отметки двадцать первого уровня над основанием — ровно двадцать пять километров.

Глеб присвистнул:

— Двадцать пять верст строго вверх... Это ж какое ускорение надо заложить, чтобы не ползти трое суток? И как там с воздухом? На такой высоте кровь в жилах вскипает!

— У Первых Зодчих все предусмотрено, — уверенно ответила Яна. — Капсула снабжена гравитационным демпфером, поглощающим девяносто восемь процентов перегрузки. А на двадцать первом этаже действует атмосферный купол Башни: давление искусственно удерживается на уровне ноль целых семь десятых атмосферы. Жить можно без масок, но дышать придется глубже.

— Физика высотной гипоксии, — подытожил Савелий, подтягивая ремни разгрузки. — Адаптация займет пару часов. Глеб, пневматика в порядке?

— Три баллона на четыреста атмосфер, запас вольфрамовых клиньев и ремкомплект для гидропресса, — бодро ответил механик. — Готов хоть к черту в пекло.

— Тогда выступаем, — твердо сказал Кротов. — Нижняя Башня в надежных руках. Но если мы не выясним, почему эта махина выкачивает земную кору, «Нулевой Уступ» долго не проживет.

Отряд направился к стартовому терминалу.

Сотни шахтеров молча выстроились вдоль пандуса, снимая защитные каски. Старый Потап шагнул навстречу Савелию и крепко стиснул его руку:

— Береги себя, инженер. И девчат береги. Если там, наверху, найдешь тех, кто на нас эти ошейники навесил... Передай от кузбасских мужиков поклон.

— Передам, отец, — ответил Савелий. — Держите штреки в чистоте, крепите своды. Вернемся — проверим геометрию выработок.

Они вошли в терминал.

Челночная капсула Первых Зодчих напоминала идеальную каплю из матового белого сплава. Ни швов, ни заклепок — корпус словно вырастили из цельного слитка лунного титана. Вдоль бортов тянулись пазы магнитных захватов, охватывающих три вертикальных пилона, уходивших в жерло шахты диаметром в полторы сотни метров.

В центре челнока располагался пульт из черного обсидиана. Савелий подошел к нему и перехватил массивную рукоять «Сейсмо-Клина-1». Молот отозвался мгновенной вибрацией, посылая в ладонь электрический импульс.

[Интеграция с матрицей Стартового Терминала: Успешно.]

[Опознан пользователь: Савелий Кротов.]

[Привилегия доступа: «Архитектор Разрушения (Ранг 1) / Владелец Печати Владык».]

[Маршрут следования: Сектор 20 («Цоколь Тверди») — Сектор 21 («Врата Облачного Пояса»).]

[Дистанция вертикального набора высоты: 25 400 метров.]

[Режим: Высокодинамичный баллистический подъем с компенсацией инерции.]

[Расчетное время транзита: 3 минуты 12 секунд.]

— Занять штатные ложементы, — скомандовал Савелий.

Команда опустилась в анатомические кресла. Материал плавно подался вперед, принимая форму позвоночников, а вокруг плеч и бедер сомкнулись полосы мягких силовых захватов.

Броневая диафрагма над головой бесшумно сошлась. Внутри вспыхнул рассеянный янтарный свет, а прозрачный купол активировал панорамную трансляцию наружных сенсоров.

— Прогрев индукционных катушек, — Алена коснулась консоли. Ее зрачки расширились, считывая потоки системных данных. — Частота накачки: сорок гигагерц. Зазор до рельса — три с половиной миллиметра.

— Поехали, — кивнул Савелий и утопил Печать Владык в замковый паз.

В недрах платформы раздался чистый, низкий гул — нота «фа» контроктавы, от которой сладко заныли зубы. И капсула сорвалась с места.

Ускорение было ошеломляющим, но кинетические демпферы гасили львиную долю давления, превращая взрывной рывок в плотное вдавливание в спинки. Стены стартовой шахты слились в сплошную темно-серую полосу.

Спидометр интерфейса стремительно накручивал показатели:

[Текущая скорость: 180 км/ч... 450 км/ч... 920 км/ч... 1600 км/ч...]

— Ну и скорость! — выдохнул Глеб, вцепившись в подлокотники. — Мы же быстрее снаряда летим! Если на рельсе трещина...

— Не будет трещин, — отозвался Савелий, глядя на телеметрию. — Модуль упругости этих рельсов в тридцать раз выше броневой стали. Они под постоянным растяжением в сто пятьдесят мегапаскалей. Любая микротрещина мгновенно схлопывается кристаллической памятью сплава.

На высоте десяти километров капсула с размаху вошла в плотный облачный фронт.

За бронестеклом потемнело. Мир утонул в кипящем сером мороке гидротермального пара. Снаружи хлестнули яростные потоки конденсата, а затем в челнок ударила высотная молния. Фиолетовая стрела разряда окутала купол искрящейся паутиной, но силовой кокон капсулы лишь мягко вспыхнул, перенаправляя мегаватты в накопители магнитной тяги.

[Поглощение атмосферного электрического разряда: +420 кВт*ч.]

[Эффективность рекуперации: 94.8%. Скорость увеличена до 1850 км/ч.]

— Проходим тропопаузу! — звонко крикнула Яна сквозь ровный гул. — Высота восемнадцать тысяч метров! За бортом минус пятьдесят два градуса!

Савелий ощущал движение каждой частицей сознания. Титул [Архитектор Разрушения] позволял воспринимать подъемник как продолжение собственных нервов. Он чувствовал, как электромагнитное поле обнимает рельсы, как сверхзвуковой набегающий поток разрезается носовым обтекателем, как автоматика повышает парциальное давление кислорода, страхуя легкие людей.

И вдруг серая пелена за стеклом разорвалась.

Словно циклопический клинок рассек полотно туч, капсула Зодчих вырвалась на залитый яростным солнцем простор.

У всех перехватило дыхание.

Внизу расстилался кипящий ковер облаков, похожий на застывший полярный океан с торосами вершин. А вверху простирался ультрамариновый шатер стратосферного неба, переходящий в зените в космическую черноту с алмазными искрами звезд.

Но сильнее всего поражала сама Башня.

Ствол циклопической конструкции диаметром в пятьдесят километров больше не был глухой скалой. Здесь, на высоте стратосферы, конструкция раскрывалась ажурными арками, поддерживающими парящие платформы и летающие острова. Базальтовые массивы размером с города медленно дрейфовали в воздухе, соединенные сверкающими нитями подвесных виадуков.

[Высота: 25 400 метров над нулевой отметкой забоя.]

[Торможение маршевого привода.]

[Прибытие в приемный док: Сектор 21 — «Врата Облачного Пояса».]

Тормозные индукторы мягко осадили челнок. С металлическим щелчком захваты зафиксировали платформу на приемном кольце беломраморного пирса.

Фиксаторы ложементов разомкнулись. Верхняя диафрагма раскрылась, впуская сухой, ледяной и пронзительно чистый воздух.

Савелий первым шагнул на открытую платформу.

Ощущение тела мгновенно изменилось. Вес тяжелых ботинок, разгрузки и «Сейсмо-Клина-1» уменьшился на треть. Шаги стали пружинящими и невесомыми, словно под ногами лежал упругий гимнастический настил.

[Параметры локальной среды: Сектор 21]

[Гравитационное ускорение: 6.86 м/с² (снижение на 30% относительно нормы).]

[Атмосферное давление: 530 мм рт. ст. (разрежение 30.2%).]

[Эфирная плотность: 142% (Повышенная проводимость резонансных частот).]

— Ничего себе... — выдохнул Глеб, шагнув следом и подпрыгнув на метр, удивленно глядя на сапоги. — Да я с таким весом наковальню на пальце закручу!

— Не прыгай, мастер, — предостерегла Яна, проверяя наручный барометр. — Мышечная память рассчитана на нормальную гравитацию. Оступишься на краю — и лететь тебе двадцать пять километров.

Савелий подошел к краю пирса.

Платформа парила на головокружительной высоте. Под ними клубились верхушки туч, озаренные лучами солнца, бьющего сквозь силовые линзы свода. Впереди, в нескольких километрах, парил архипелаг скальных массивов, увенчанных тонкими белыми шпилями.

— Невероятно... — прошептала Алена, вставая рядом. Ветер трепал ее светлые пряди. — Неужели это построили люди?

— Вряд ли люди, сестренка, — отозвался Савелий.

Внезапно Алена вздрогнула. Она прижала пальцы к виску и болезненно зажмурилась.

— Алена! Что случилось? — Савелий подхватил ее за плечи.

— Звук... Савва, ты слышишь? — прерывисто прошептала она. — Он идет из глубины камня. Очень низкий, вибрирующий... Словно кто-то огромный дышит под нами. Сенсоры зашкаливают!

Кротов опустился на одно колено. Он сдернул перчатку и прижал ладонь к отполированной поверхности лунного мрамора.

[Активирован навык: «Сейсмическое Зрение II».]

[Активирован протокол: «Архитектурный Анализ Мегаструктур».]

[Глубинное сканирование несущего массива 21-го яруса...]

Привычный мир в глазах инженера уступил место сетке силовых линий и изобар механических напряжений.

И увиденное заставило его замереть.

Камень не был неподвижен.

Вся циклопическая конструкция — вертикальные пилоны толщиной в сотни метров, парящие арки и гравитационные якоря платформ — пульсировала единым непрерывным ритмом.

Снизу, из неведомых глубин земных недр, сквозь двадцать пройденных этажей, монолитным валом поднималась мощнейшая упругая волна. Ее частота составляла ровно 1.24 герца — глубокий инфразвук, неслышимый ухом, но чудовищный по своей кинетической амплитуде.

Башня не просто стояла. Она функционировала как колоссальный активный волновод!

Словно исполинская пьезоэлектрическая помпа, конструкция выкачивала глубинную механическую и тепловую энергию земной коры, концентрировала ее в осевом канале и гнала вверх — сквозь Облачный Пояс, сквозь Эфирное Ядро, к далекому сотому этажу.

[Внимание! Зафиксирована аномальная передача кинетической мощности:]

[Вектор потока энергии: Восходящий (Снизу вверх).]

[Интенсивность волновода: 4.8 * 10^15 Ватт (4.8 петаватта).]

[Резонансный профиль: Принудительная накачка со скважностью 0.85.]

[Предупреждение Системы: Мегаструктура функционирует в режиме форсированной откачки планетарного ядра!]

— Вот же дьявольщина... — процедил Савелий, сжимая рукоять молота до скрипа кожи.

— Что там, Савва? — нахмурился Глеб, сжимая виброщуп. — Опять клановые засады?

— Хуже, мужики. Намного хуже, — голос инженера зазвенел холодной яростью. — Башня — это не крепость. И не арена испытаний, как нам врали наместники «Золотого Пилона».

Савелий поднялся во весь рост и окинул тяжелым взглядом бескрайний простор:

— Вся эта стоэтажная громадина — планетарный насос. Она выкачивает глубинную энергию из земного ядра и гонит ее наверх. То, что мы видели внизу — рабский труд, добыча кристаллов — всего лишь смазка для шестерен. Если помпа продолжит работать на такой мощности, земная кора остынет, треснет и схлопнется.

Яна побледнела:

— Земля погибнет?

— Если не заглушим этот насос — да, — отрезал Кротов. — И тот, кто сидит на сотом этаже, уже знает, что я вскрыл его код.

Словно в подтверждение, в лазури неба прямо над ними вспыхнула багровая трещина системного интерфейса:

[Глобальное оповещение сектора Небесного Пояса:]

[Зафиксировано несанкционированное проникновение в шлюзовой ствол 21-го яруса.]

[Субъект: Незарегистрированный специалист «Савелий Кротов» (Класс: Архитектор Резонанса).]

[Уровень угрозы безопасности: Высокий.]

[Службе инквизиции Небесного Доминиона: Привести авангардные звенья в боевую готовность!]

— Познакомились с местной охраной, — усмехнулся Савелий, закидывая «Сейсмо-Клин-1» на плечо. — Глеб, проверь компрессоры. Яна, прокладывай курс по парящим островам в обход главных магистралей. Алена, держи ухо востро на акустике.

Он посмотрел вверх, туда, где в заоблачной синеве растворялись циклопические шпили высших этажей.

— Мы пришли сюда не торговать и не кланяться лордам. Мы идем глушить эту чертову помпу. И мы разберем ее по камешку.

Глава 02. Тридцать второй этаж — Хрустальный Вихрь

Воздух на границе тридцать второго яруса больше не пах горной свежестью. Он свистел, ревел и звенел миллионами стеклянных колокольчиков, от которых в ушах начиналась тупая, пульсирующая боль.

Переходной шлюзовой виадук, выточенный из белого мрамора еще Первыми Зодчими, обрывался в пустоту. Впереди, на десятки километров вокруг, раскинулась зона вечной стратосферной бури — сектор, который в древних атласах Яны обозначался как «Хрустальный Вихрь».

Зрелище, открывшееся отряду, потрясало масштабом и первобытной яростью стихии. В разреженном ультрамариновом пространстве на высоте почти сорока километров парили циклопические кварцевые кристаллы. Некоторые из них достигали размеров пятиэтажного дома. Полупрозрачные, граненые, сверкающие холодным фиолетовым и лазурным блеском, эти исполинские друзы медленно вращались в воздухе, словно айсберги в штормовом океане.

Между ними с чудовищной скоростью, превышавшей двести километров в час, метались бешеные потоки стратосферного ветра. Воздушные массы были настолько плотно насыщены тончайшей кварцевой взвесью, что солнечные лучи дробились на миллиарды радужных бликов, создавая иллюзию гигантского, вращающегося калейдоскопа.

— Держитесь за трос! — перекрывая яростный вой бури, крикнул Савелий.

Он первым шагнул на узкую базальтовую перемычку, соединявшую посадочный пилон с ближайшим скальным уступом. Ветер тут же навалился на плечи плотной упругой стеной, пытаясь оторвать человека от камня и швырнуть в бездну.

[Внимание: Экстремальные гидродинамические условия сектора.]

[Скорость встречного ветрового потока: 58 м/с (208 км/ч).]

[Абразивный фактор атмосферы: Критический (Концентрация диоксида кремния: 14.8 г/м³).]

[Воздействие на экипировку: Поверхностная эрозия 1.2% в минуту.]

— Глеб, анкеры! — скомандовал Кротов.

Механик, пригнувшись к плитам и зажмурив слезящиеся от ветра глаза, вскинул пневматический пистолет. Раздался резкий хлопок, и тяжелый титановый гарпун с визгом вонзился в гранитный монолит карниза, развернув внутри породы распорные лепестки.

— Страховка на месте! — прохрипел Глеб, защелкивая карабины на поясах Алены и Яны. — Ну и сквозняк тут у них... Словно в шахтном вентиляционном стволе при аварийной продувке! Мои защитные очки уже исцарапало в хлам!

Алена шла следом, плотно надвинув капюшон кевларовой куртки. Ее пальцы лежали на портативном сенсорном визоре, но экран прибора лихорадило от помех.

— Савва! — крикнула она, прижимаясь к выступу скалы. — Это не просто ветер! Сенсоры показывают аномальную плотность кинетической энергии в воздушных жгутах. Турбулентность структурирована! Потоки не хаотичны, они образуют замкнутые кольцевые контуры!

Яна, вжавшись в нишу между двумя кварцевыми монолитами, вскинула оптический видоискатель:

— Движение на одиннадцать часов! К нам приближаются воздушные возмущения!

Савелий вскинул голову.

Из глубины завихренного кварцевого тумана, закручиваясь вокруг парящей призмы размером с собор, вынырнули три исполинские воронки. Они не касались дна сектора — эти смерчи рождались прямо в воздухе, питаясь ураганными потоками и вращением хрустальных массивов. Внутри крутящихся столбов воздуха с бешеным сухим треском плясали высоковольтные дуговые разряды.

[Идентификация угрозы: Эфирные Смерчи (Элементали Воздуха и Кремния, Ранг: Стражи Яруса).]

[Уровень опасности: Высокий.]

[Особенность структуры: Тело смерча насыщено микрокристаллами монокварца с лазерной заточкой граней.]

[Тип урона: Ультразвуковая абразивная резка / Высоковольтный кинетический сдвиг.]

— В укрытие! — рявкнул Савелий, выставляя вперед массивный ростовой щит из сланцевого композита, снятый с арсенала Цитадели.

Первый смерч налетел с яростным ревом реактивного двигателя.

Воздух вокруг щита мгновенно превратился в визжащую мясорубку. Миллиарды микроскопических кристаллов кварца, разогнанных вихрем до скорости звука, ударили в композитную броню. Раздался такой пронзительный визг, словно по металлу полоснули десятком циркулярных пил. Сланцевый щит покрылся глубокими бороздами, от него полетели фонтаны искр и каменных брызг.

— Они срезают металл, как масло! — крикнул Глеб, пытаясь прикрыть девчат и всаживая из станкового пневмомета вольфрамовый штырь прямо в центр крутящейся воронки.

Тяжелый полуметровый стержень вошел в вихрь, но не причинил ему никакого вреда. Центробежная сила элементаля мгновенно отклонила металл от оси, закрутила и с чудовищным ускорением швырнула обратно. Штырь со звоном срикошетил от скалы в метре от головы механика, оставив в базальте глубокую дымящуюся борозду.

— Кинетическое оружие бесполезно! — отплевываясь от кварцевой пыли, крикнула Яна. — У них нет материального ядра! Они состоят из сжатого воздушного потока и кремниевой пыли!

Второй смерч, совершив изящный дуговой маневр, ударил с фланга. Острая, как бритва, струя сжатого воздуха полоснула по базальтовой опоре, на которой стоял отряд. Каменный монолит толщиной в два метра с визгом треснул, срезанный идеально ровным срезом, словно кусок сыра.

— Нас сейчас сдует вместе со скалой! — голос Алены дрогнул. — Савва, частота вращения вихрей синхронизирована! Они резонируют с парящими кристаллами!

Савелий опустился на одно колено за изувеченным щитом. Его дыхание было ровным, несмотря на бешеный грохот стихии. Инженерный мозг Кротова работал с предельной точностью, отсекая страх и панику.

Он сбросил перчатку и активировал [Сейсмическое Зрение II], направив ментальный фокус не вниз, а на воздушную среду и колеблющиеся кварцевые массивы.

Перед его внутренним взором хаос бури мгновенно обрел четкие геометрические контуры.

Воздух не был однороден. Обтекая гигантские парящие кварцевые многогранники, ламинарный стратосферный поток срывался с их острых кромок, порождая регулярные цепочки вихрей, чередующихся в шахматном порядке.

— Классика аэродинамики... — прошептал Савелий, и в его глазах вспыхнул холодный азарт исследователя. — Это же вихревая дорожка Кармана!

При обтекании твердого тела поток жидкости или газа неизбежно теряет стабильность. За препятствием образуются два параллельных ряда вихрей, вращающихся в противоположные стороны. Эти элементали — не порождение магии. Это результат автоколебательного процесса, порожденного геометрией сектора!

Парящий кварцевый кристалл диаметром в тридцать метров служил генератором срыва потока. Воздух срывался с его граней с частотой, строго подчиняющейся формуле Струхаля: число Струхаля, умноженное на скорость потока и деленное на характерный размер тела.

Савелий мгновенно провел расчет в уме:

Скорость потока — 58 метров в секунду.

Характерный поперечник кристалла — 27.4 метра.

Число Струхаля для призмы с острыми гранями — ровно 0.21.

[Системный расчет резонансной гармоники:]

[Основная частота срыва вихрей Кармана: f = (0.21 * 58) / 27.4 = 0.444 Гц.]

[Акустическая несущая частота микрокристаллической взвеси: 84.6 кГц.]

[Энергетическая подпитка вихрей: Фазовый синхронизм с упругими колебаниями базальтового основания.]

— Они живут за счет резонанса срыва потока! — громко произнес Савелий, поворачиваясь к товарищам. — Если нарушить периодичность образования вихрей, цепочка Кармана распадется. Без подпитки от граней кристалла смерчи схлопнутся сами по себе за несколько секунд!

— Как ты разрушишь вихрь в воздухе, Савва?! — прокричал Глеб, удерживая защитный экран. — По воздуху молотом не ударишь!

— По воздуху — нет. Но воздух опирается на скалу и на кристалл! — отрезал инженер. — Глеб, страхуй правый фланг! Алена, держи акустический контур на частоте восемьдесят четыре килогерца! Сбивай их внутреннюю синхронизацию!

— Поняла! — Алена вскинула руки, и с кончиков ее пальцев сорвались сапфировые волны эфирной локации, окутав отряд мерцающей полусферой.