Баронесса Артандейл выходит замуж

— Какой прекрасный сад, — сказала я, оглядываясь по сторонам с искренним восторгом. — Прямо как в книжке.

— В книжке? — переспросил лорд Даррен.

Я мысленно дала себе подзатыльник. Ну конечно. Сад-то не его. Он же в гостях. У нас. У Артандейлов. У барона Готфрида, который, судя по всему, был не последним человеком в этом мире, раз у него в саду фонтан с драконом и кусты в форме ящериц. А я стою тут и говорю «какой прекрасный сад», как будто это его личная клумба. Ну, Наташа, ну, растяпа. Впрочем, я быстро поправилась — мысленно, — и продолжила улыбаться, потому что лорд Даррен, кажется, ничего не заметил. Или сделал вид, что не заметил, что было очень мило с его стороны.

— Простите, — сказала я, чуть покраснев, хотя, может, это было от солнца. — Ну, то есть я хотела сказать, как в самой лучшей книжке, — быстро поправилась я. — Знаете, такой, где всё идеально. Где герои гуляют по саду, а потом... — я запнулась, поняв, что чуть не сказала «а потом целуются под луной». — А потом пьют чай на веранде. Да и вообще…Я хотела сказать, что сад моего отца прекрасен. Но вы, наверное, уже знаете. Вы же здесь не впервые.

Лорд Даррен кивнул, и в уголке его губ снова мелькнула та самая усмешка, которая мне уже начинала нравиться.

— Не впервые, — согласился он. — Я бывал здесь много раз. Но, признаюсь, впервые вижу, чтобы вы так искренне восхищались этим местом. Обычно вы говорили, что сад — это «пыльная коллекция растений, за которой никто не следит». Или что-то в этом роде.

Я хмыкнула. Ну да, Алиса, судя по всему, была той ещё язвой. Неудивительно, что дракон так удивлялся каждому моему доброму слову. Он, наверное, уже привык к тому, что его невеста — это ходячая колючка. А тут вдруг — цветочек. Подозрительно.

— Я пересмотрела своё отношение к садоводству, — сказала я важно. — Оказывается, если приглядеться, тут довольно мило. Вон та клумба с розами, например. Чёрные розы. Такие, знаете, редкость.

Лорд Даррен посмотрел туда, куда я показывала. Чёрные розы действительно росли на отдельной клумбе, аккуратно подстриженные, с бархатными лепестками, которые, казалось, поглощали свет. Я вспомнила, что бабушка говорила про букет, который он привёз. Значит, вот откуда цветочки. Из сада моего отца. Ну, то есть Алисиного отца. Ну, то есть теперь моего.

— Это ваши любимые, — сказал лорд Даррен. — Я помню. Вы однажды сказали, что они — единственное, что вам здесь нравится.

— Правда? — я удивилась. — Ну, значит, у меня был вкус. Чёрные розы — это стильно.

Лорд Даррен посмотрел на меня с интересом.

— Леди Алиса, вы сегодня не перестаёте меня удивлять. То вы говорите, что сад прекрасен, то признаёте, что у вас был вкус. Обычно вы отрицали всё, что говорили в прошлый раз, и утверждали, что «сегодня вы уже не та, что была вчера».

Я чуть не рассмеялась. Бедный дракон. Он, наверное, уже измучился с этой Алисой. То она швыряется вилками, то требует жареную курицу целиком, то отказывается танцевать с его драконом, то говорит, что сад — это коллекция пыльных растений. А теперь вот я — милая, улыбающаяся, восхищающаяся. Ему, наверное, кажется, что его невеста либо заболела, либо её подменили. И знаете что? Он прав. Её подменили. Только он об этом не знает.

— Я просто выспалась, — сказала я, стараясь звучать беззаботно. — И, знаете, иногда полезно посмотреть на всё свежим взглядом. Вот, например, этот фонтан. Дракон, извергающий воду. По-моему, гениально.

Лорд Даррен посмотрел на фонтан. Потом на меня. Потом снова на фонтан.

— Это мой подарок вашему отцу, — сказал он. — На его пятидесятилетие. Я сам его проектировал.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Вот тебе и «гениально». Я только что похвалила работу дракона, который стоит рядом со мной и, кажется, наслаждается моим смущением.

— Ну, — сказала я, стараясь не смотреть на него, — значит, у вас не только внешность, но и талант. Везёт же некоторым.

Лорд Даррен снова засмеялся. Громко, искренне, откинув голову назад. И от этого смеха у меня внутри что-то перевернулось.

— Леди Алиса, — сказал он, отсмеявшись, — вы сегодня просто находка. Я, признаться, уже начал думать, что наша помолвка была ошибкой. Что вы никогда не станете той, с кем я смогу... — он запнулся, подбирая слова.

— С кем вы сможете гулять по саду, пить чай на веранде и смотреть на фонтан? — подсказала я.

— Да, — сказал он. — Именно.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то такое, от чего у меня подкосились колени. Хорошо, что я уже сидела — на бортике фонтана, куда мы незаметно для себя забрели.

— Знаете, — сказала я, глядя на воду, — я вчера ночью читала одну книжку. Про дракона и лисицу. И там была одна мысль: иногда то, что кажется тебе неправильным, на самом деле — самое правильное. Просто ты боишься это признать.

Лорд Даррен сел рядом. Не слишком близко, но достаточно, чтобы я чувствовала тепло его плеча.

— И что же вы поняли? — спросил он тихо.

— Что я, кажется, боялась не вас, — сказала я. — А того, что вы можете оказаться... настоящим. И что мне придётся отказаться от своих глупых фантазий ради чего-то большего.

Лорд Даррен молчал. Потом, очень медленно, взял мою руку.

— А теперь? — спросил он.

— А теперь, — я посмотрела на него, — я думаю, что мои фантазии были не такими уж и глупыми. Просто я искала их в книжках, а надо было посмотреть вокруг.

Он улыбнулся. И в этой улыбке было столько всего — надежда, радость, облегчение, — что я почувствовала, как у меня защипало в глазах.

Ну вот, ещё не хватало расплакаться перед драконом.

— Пойдёмте, — сказал он, вставая и протягивая мне руку. — Я покажу вам беседку. Ту самую, которую чуть не сожгла моя ящерица. И, если хотите, мы можем посидеть там. И вы расскажете мне про свою книжку. Про дракона и лисицу. Мне интересно.

— А вы не будете смеяться? — спросила я, принимая его руку.

— Обещаю, — сказал он. — Ну, разве что чуть-чуть.

— Ладно, — я улыбнулась. — Чуть-чуть можно.

И мы пошли дальше по дорожке, рука в руке, мимо клумбы с чёрными розами, мимо куста в форме дракона, который, я готова была поклясться, снова подмигнул мне, когда мы проходили мимо. А я думала о том, что, кажется, начинаю понимать, почему Алиса была такой колючей. Просто она боялась. Боялась того, что этот дракон — настоящий. И что он может её полюбить. А она не знала, что с этим делать. Ну, ничего. Я знаю. Я, в конце концов, читала много книжек. И в каждой из них героиня в итоге понимала, что дракон — это не так уж и плохо. Особенно если он умеет проектировать фонтаны и смеяться так, что у тебя внутри всё переворачивается.

Глава 5

Мы вернулись с прогулки, и лорд Даррен, поцеловав мне руку — я чуть не растаяла прямо на месте, как мороженое в июльский полдень, — сказал, что ему нужно ненадолго удалиться. Дела. Бумаги. Какие-то там договоры с поставщиками драконьих кормов или что-то в этом роде. Я не особо вслушивалась, потому что всё ещё чувствовала тепло его ладони на своей и думала о том, что, кажется, влюбилась. Окончательно. Бесповоротно. В дракона. Ну и пусть. Бывают судьбы и похуже.

Я направилась к себе, точнее, к комнате Алисы, пытаясь запомнить дорогу — коридоры здесь были как лабиринт, и я подозревала, что без провожатого заблужусь и буду плутать до ужина, — но не успела я дойти до лестницы, как из-за угла выскочила Мирабель. Рыжая, веснушчатая, с озорными глазами и улыбкой, которая явно говорила: «Я знаю что-то, чего не знаешь ты, и сейчас я тебя допрошу с пристрастием».

— Алиса! — воскликнула она, хватая меня за руку. — Вот ты где! Я тебя искала. Ну, то есть не искала, но нашла. Это же считается?

— Считается, — согласилась я, пытаясь понять, что ей от меня нужно. — А зачем ты меня искала?

Мирабель загадочно улыбнулась и потянула меня куда-то в сторону, противоположную той, куда я собиралась идти.

— Пойдём в гостиную. Там чай. И пирожные. И никто нас не услышит. Ну, почти никто. Тётя Гертруда, может, и подслушивает под дверью, но она глуховата, так что не считается.

Я не стала сопротивляться. Во-первых, чай. Во-вторых, пирожные. В-третьих, мне было интересно, что за допрос меня ждёт. Мы прошли через несколько коридоров, свернули пару раз, и оказались в уютной гостиной с мягкими диванами, камином, который, несмотря на день, уже горел, и столиком, на котором стоял поднос с чайником, чашками и целой башней пирожных. Я почувствовала, как у меня заурчало в животе. Завтрак был давно, а прогулка, как выяснилось, отлично стимулирует аппетит.

— Садись, — Мирабель плюхнулась на диван и похлопала рядом с собой. — И рассказывай.

— Что рассказывать? — я села, потянулась за пирожным с кремом и откусила половину. М-м-м. Заварной крем. Лучшее изобретение человечества, после колеса и электрических одеял.

— Всё! — Мирабель налила нам чай. — Я видела, как вы с лордом Дарреном гуляли по саду. За ручку. И он смеялся. Громко. На весь сад. А ты улыбалась. Как будто тебе там не скучно, а наоборот.