Зеркало Короля 2

Идеальный клиент.

— Аванс, — сказала она, не оборачиваясь. — Фитнес откладывается. У мамы работа.

Она повернулась, и её взгляд, тёплый от предвкушения сложной задачи, упал на кота.

— Масштабная. Срочная. И, что самое приятное, требующая моего полного присутствия на северных рубежах. Как можно дальше от дворцовых интриг и навязчивых монархов.

Кот с вселенским облегчением рухнул обратно в кресло, издав при этом звук, похожий на неспешно сдувающийся воздушный матрас.

Он был спасён. По крайней мере, на сегодня.

Глава 3. В которой обсуждаются детали контракта, а главным оружием становится книга

Кабинет Лорда-канцлера выглядел так, будто через него пронеслось торнадо. Из него не просто вынесли всё ценное, а с особым, унизительным цинизмом вывернули наизнанку. На полу валялись разбросанные письма, бумаги и пришедшие в негодность канцелярские принадлежности.

Гобелены были сорваны. Стулья, диван, ковёр вынесены.

Лишь тяжёлый массивный стол из дуба стоял посреди кабинета. Своим видом — без бронзовых ручек и кожаных вставок — он был похож на ветерана, вышедшего живым из проигранной битвы. Он был единственной вещью всё ещё напоминающей собой о былой роскоши и власти, царивших когда-то в этом кабинете.

Гномы из банка «Горный Процент» забрали всё, что имело хоть какую-то рыночную стоимость. Сам Тирпиус сидел на стопке бесполезных книг за исполинским, теперь казавшимся нелепо огромным, дубовым столом, подперев осунувшееся лицо рукой. Он напоминал измождённого святого с малоизвестной, но очень выразительной иконы под названием «Муки Бюджетного Планирования».

— Вот, — он устало махнул рукой вошедшей Лиане в сторону магического кристалла, стоявшего на хлипкой треноге.

Она посмотрела, слегка поморщившись. Это была самая дешёвая модель видеокристалла — «Эконом-Взор» — часть пока ещё не разграбленной пограничной системы, созданной дедом нынешнего короля. Кристалл давал мутную, дрожащую картинку. На большее у казны, разумеется, не хватило.

— Северные пустоши. Армия вторжения. Наши лучшие аналитики, то есть я и паж Тимотеус, насчитали около пятидесяти тысяч. И это, судя по всему, только авангард.

На мутном, зеленоватом изображении виднелась раскалённая, потрескавшаяся земля, из которой вырастал неестественный фиолетовый разлом, похожий на шрам на лице реальности. Из него бесконечными, отлаженными колоннами маршировали тёмные фигуры. С удручающей, гипнотической методичностью.

Лиана не стала пока всматриваться в демонические детали. Вместо этого её внимательный взгляд изучал самого канцлера. Его потрёпанный, некогда роскошный камзол с потускневшей вышивкой и срезанными пуговицами. Дрожащие, чернильные пальцы.

И главное — взгляд. У него был взгляд человека, который уже не просто заглянул в пропасть, а аккуратно спускался туда по верёвочной лестнице, размышляя о тщете всего сущего.

— Прежде чем мы продолжим, милорд, — голос Лианы прозвучал ровно и деловито; она явно старалась выбить канцлера из ступора, — давайте проведём инвентаризацию. Ваши активы. Армия? Золотой запас? Магические артефакты уровня «поразить хоть что-нибудь»? Союзники, готовые прийти на помощь, или хотя бы прислать язвительную записку с соболезнованиями?

Тирпиус издал звук, похожий на сдавленный смешок, который застрял в горле, попытался стать кашлем, но сдался и превратился в просто жалкий выдох.

— Активы? — он повторил слово, как будто впервые слышал его на этом языке. — Мадемуазель Лиана, вы стоите посреди главного и единственного актива этого королевства — концентрированного, выдержанного в дубовых бочках отчаяния.

Канцлер обвёл рукой кабинет, подразумевая всё королевство:

— Армии нет. Её распустили, чтобы сэкономить на овсе для лошадей и полироли для нагрудников. Золота нет. Гномы выскребли до блеска даже позолоту с королевского ночного горшка. Артефакты давно заложены в том же Гномьем Банке под грабительские проценты.

Он отвернулся к окну, чтобы она не увидела его проступившие слёзы.

— Союзники? — голос Тирпиуса предательски сел. — Они посылают нам гравюры с карикатурами на «Проект позолоты облаков». У нас нет ничего. Кроме вас. И, боюсь, платить мне придётся в основном воздушными замками, щедрыми обещаниями и долговыми расписками на прекрасное, светлое, несуществующее будущее.

Лиана молчала. Она взвешивала. Мозг, настроенный на оценку рисков и поиск слабых мест в системах, работал беззвучно и эффективно: «Клиент — полный банкрот, моральный и финансовый. Ресурсы — ниже нуля, в глубокой минусовой территории».

Её взгляд упал снова на кристалл. Там прокручивалась одна и та же запись. Из фиолетового разлома выходили стройными рядами марширующие демоны. Они тут же выстраивались в чёткие прямоугольники со знамёнами.

«Противник — регулярная армия Ада, предположительно с единым уставом».

С точки зрения здравого смысла, её от такого заказа следовало бежать, не оглядываясь, а лучше — улететь на первом же эльфийском экспрессе. Желательно в другой мир.

Но Лиана не была бы сама собой. Она провела рукой по подбородку.

С профессиональной, почти эстетической точки зрения… Это был вызов. Ультимативный тест её методов. Если она сможет решить эту проблему, то сможет решить любую.

К тому же, отчаявшийся клиент — идеальный клиент. Он не будет лезть с дурацкими советами, требовать еженедельных отчётов в цветных графиках и спрашивать «а нельзя ли побыстрее и покрасивее». Он будет сидеть тихо и молиться, чтобы его не трогали. А это — идеальные условия для её работы.

Она пригляделась к чётким, неумолимым рядам.

— Дисциплинированные, — наконец, сказала она, констатируя увиденное. — Идут в ногу. Форма одежды — единого образца. Знаменосцы вынесены вперёд, как и положено. Это не хаотичная орда варваров, которые кричат, машут топорами и непредсказуемо разбегаются в поисках добычи. Это регулярная, структурированная армия. С иерархией. С регламентом. Это… хорошо.

Тирпиус посмотрел на неё так, словно она только что предложила покрасить демонов в розовый, нарядить их в кружевные фартучки и отправить на конкурс песочной выпечки.

— Хорошо?! — его голос сорвался на фальцет. — Чем же, во имя всех святых, здравого смысла и базовой экономики, это хорошо?!

— С хаосом работать сложно, — спокойно, почти ласково пояснила Лиана, как объясняют ребёнку, почему нельзя есть чернила, даже если они пахнут фиалками. — Хаос непредсказуем. Его нельзя загнать в рамки, прижать к стенке пунктом параграфа. Он как… разлитое масло. А вот порядок… — её губы тронуло подобие улыбки. — У порядка есть правила. Устав. Инструкции. Иерархия, где каждый знает своего начальника и боится его гнева. А где есть правила, милорд, там всегда есть лазейки.

Канцлер всё ещё непонимающе смотрел на неё, думая, что даже последнее средство, к которому он смог прибегнуть в этом больном мире, не обошло проклятие сумасшествия.

— У вас есть какая-нибудь информация о мире демонов?

— Да… думаю, да, — кивнул Тирпиус. — Королевская Библиотека. Гномам книги не интересны.

— Хорошо. Северные рубежи далеко от короля и его поющих гвардейцев. Я берусь за это дело.

***

Через час она сидела в самом пыльном, забытом и пахнущем вековой плесенью углу Королевской Библиотеки. Старый библиотекарь по имени Эразмус, который помнил ещё деда нынешнего короля и считал того «сравнительно вменяемым молодым человеком», с кряхтением, достойным старого дуба, водрузил на читальный стол перед ней огромный том.

Книга была в чёрном кожаном переплёте, потёртом до блеска по корешку, но покрытом таким слоем нетронутой пыли на обложке, что на нём, при должном усердии, можно было бы устроить целую миниатюрную ферму с пшеницей и картофелем.

— Вот, сударыня, — проскрипел Эразмус, отряхивая руки. В маленьком пыльном облачке тут же запорхали призраки забытых знаний.

— «Устав». Никто не брал его с тех пор, как мы получили по программе межмирового культурного обмена пятьдесят лет назад. Они нам — вот это сокровище, а мы им — полный сборник наших налоговых кодексов с комментариями.

Лиана с придирчивым взглядом осмотрела лежащую перед ней книгу, похожую на могильную плиту из чёрного гранита.

— Говорят, их тогдашний командующий Легиона Пяти Язв, прочитав вторую главу о налоге на воздух для летающих тварей, впал в ступор, а потом тихо скончался от тоски. Межмировая дипломатия — сложная штука.

Лиана аккуратно сдула с обложки вековые наслоения. Эразмус закашлялся, как старый филин, подавившийся мышиной костью, и отступил в тень полок.

— Я с их архивариусом тогда, помнится, беседовал, — поплыл Эразмус на волнах далёких воспоминаний. — Жаловался бедняга на сложности архивного дела в аду. Температура, знаете ли, адская, да и контингент… когтистый, с дурным характером. Бумага горит, рвётся…

Она слушала его в пол-уха, пролистывая огромные страницы с мелким шрифтом. Страницы пахли серой, древностью и адской бюрократией. Той особой, удушающей, всепоглощающей бюрократией, которая рождается в недрах огромных империй и переживает их самих. Запахом бесконечных отчётов, несданных вовремя ведомостей и тихого отчаяния мелких клерков всех миров и измерений.

Её глаза пробежали по оглавлению, и каждый пункт был лучше предыдущего:

• Параграф 1: Общие положения и сфера применения Устава (включая временные аномалии и карманы реальности).

• Параграф 12: Порядок проведения утреннего построения, сверки наличия рогов, копыт и хвостов, а также отдачи чести старшему по званию.

• Параграф 48: Правила заполнения рапорта о потере/порче казённого имущества (форма №666-А). Подраздел «Пуговицы, пряжки и прочая фурнитура».

• Приложение 7: Форма №342-Б «Заявка на внеплановую заточку рогов, когтей и прочего режуще-колющего арсенала». Согласование с начальником арсенала и интендантом обязательно.

• Приложение 19: Регламент по ведению журнала учёта наложенных проклятий (с указанием силы, длительности и номера приказа-основания).

— Так вот Владыка Ада нашёл изящное решение, — вещал королевский библиотекарь, радуясь прерванному одиночеству. — Стоит написать документ из Единого Реестра Адской Документации на любом материале — и на него тут же ложится магическая защита. Делает его неуничтожимым до истечения срока архивного хранения и обязательным к исполнению для подотчётного лица. Изящно, а?

Лиана оторвалась от книги и внимательно посмотрела на старика Эразмуса. На её лице, освещённом тусклым светом библиотечной лампы, появилось внимание и настороженность. Настороженность охотника, который с недоверием только что обнаружил, что его добыча сама построила идеальную, самострельную ловушку.

— Идеально, — прошептала она, и слово повисло в тихом воздухе библиотеки. — Они сами написали себе смертный приговор. И, что самое восхитительное, заверили его печатью и подписью в трёх экземплярах. Один из которых, по счастью, есть у нас.

***

Вернувшись в кабинет канцлера, она застала Тирпиуса дремлющим на раскладной табуретке, принесенной добросердечным садовником. Он вздрогнул от тихого шороха и открыл глаза. Перед ним стояла Лиана.

Канцлер судорожно смял бумагу, лежащую перед ним, и смёл её в ящик стола. Лиана увидела мелькнувшее слово «Завещание». На место, где только что лежал листок, она положила на стол единственный, идеально сложенный лист бумаги. Канцлер с опаской, словно боясь, что она взорвётся, развернул его и вставил монокль в глаз.

Пробежал глазами. Затем ещё раз, медленнее. И ещё, уже шепча губами. Его лицо начало медленно вытягиваться, выражая последовательно — недоумение, недоверие, глубочайшее замешательство.

Он ожидал увидеть что угодно. Требование всех сокровищ казны (которых не было). Права на половину королевства (которое вот-вот должно было перестать существовать). Волшебный меч легендарной остроты. Личного дракона с огнедышащими амбициями. Даже требование руки принцессы (которой, к счастью, не было) показалось бы ему более логичным.

Список Лианы был… иным:

Перечень необходимых ресурсов для операции по нейтрализации угрозы:

Бумага писчая, формат А4, плотность не менее 80 г/м² – 200 стоп.

Чернила чёрные, несмываемые, архивного качества – 50 литров.

Чернила красные, для резолюций и выделения нарушений – 10 литров.

Перья гусиные, остро заточенные, с запасом – 1000 штук.

Сургуч казённый – 5 килограммов.

Стол раскладной походный, стул складной (обязательно удобный).

Термос двойной стенки, с ромашковым чаем.

Копия личной королевской печати для срочных оперативных действий.

— Это… всё? — недоверчиво прошептал Тирпиус. Его мозг, веками настроенный на решение проблем через меч, золото, интриги или бегство, отказывался обрабатывать полученные данные. — Вы… вы собираетесь закидать их… бумагой?