Не открывай, если я вернусь

- Квартира.

- Да.

- Вещи.

- Да.

- Меня.

За дверью снова возникла пауза, но теперь в ней чувствовалась улыбка.

- Тебя тоже.

Андрей опустил взгляд на собственную ладонь.

- И что происходит?

- Становится проще понять, где заканчиваются остальные.

Он почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.

- А где начинаешься ты?

Маша очень тихо усмехнулась.

- Вот это я и пытаюсь не забыть.

Где-то далеко снова прогремели одиночные выстрелы. На этот раз Маша лишь чуть сильнее прижала ладонь к двери, но дыхание не сбилось. Андрей не задал следующего вопроса. Впервые за все три ночи он просто остался сидеть рядом. Прошла минута или две. Может, больше. В тёмной прихожей тихо работал холодильник, за стеной кто-то ворочался в постели, по трубам прошёл короткий металлический стук. Дом жил своей ночной жизнью, не подозревая, что всего в нескольких сантиметрах от Андрея сидит человек, которого официально уже не существовало. Маша медленно провела большим пальцем по двери.

- Здесь тише, - сказала она.

Глава 6

Маша ушла ещё до рассвета. После слов «Здесь тише» они просидели у двери почти двадцать минут, почти не разговаривая. Андрей несколько раз ловил себя на желании снова спросить про карантинный пункт, про странное «мы», про то, как далеко тянется эта связь и сколько заражённых она чувствует прямо сейчас, но каждый раз останавливался. Впервые за три ночи ему не хотелось разбирать Машу на ответы. Она сидела по другую сторону двери, иногда меняла положение затёкших ног, тихо дышала, и этого почему-то хватало. Потом сказала, что ей пора. Андрей поднялся вместе с ней и слушал, как шаги уходят вниз по лестнице. На этот раз к замкам не потянулся.

Утром полоска изоленты на подвальной решётке оказалась разорвана. Андрей заменил её новой, тщательно разгладил край большим пальцем и некоторое время стоял на деревянном ящике, глядя на слабое крепление рамы. После ночного разговора оставлять лаз стало ещё труднее объяснить самому себе. Теперь он знал: Маша чувствует чужой страх на расстоянии, получает обрывки восприятия других заражённых и временами с трудом отделяет собственные переживания от чужих. Любой здравый человек после такого не оставил бы тайный проход в дом с семнадцатью жильцами. Андрей оставил.

Когда он поднялся наверх, пятиэтажка уже просыпалась. В трубах ненадолго появилось давление, и по этажам зашумела вода: люди наполняли кастрюли, бутылки, пластиковые канистры, пока городская сеть снова не передумала работать. Из общей квартиры на третьем доносился стук посуды. Роман с кем-то ругался из-за сигарет. После вчерашнего Восточного моста о скорой эвакуации больше никто не говорил. Собранные рюкзаки так и стояли возле дверей, но теперь на них старались не смотреть. Андрей успел только налить чай, когда снизу закричали.

Сначала он не разобрал слов. Мужской голос, затем женский, потом по батарее ударили несколько раз подряд - не условные три удара на собрание, а беспорядочная тревога. Андрей поставил кружку так резко, что чай выплеснулся на стол, и вышел на лестницу одновременно с Еленой. Та держала Алису за руку; девочка была босиком и только успела натянуть кофту поверх пижамы.

- Что там? - Елена уже смотрела вниз, пытаясь понять, откуда кричат.

- Не знаю.

Снизу уже гремел голос Сергея:

- От двери отошли! Все выше!

Елена посмотрела вниз, затем на дочь и без спора развернула её к квартире.

- Домой. Закройся изнутри и никому не открывай.

- Мам…

- Алиса.

Одного тона хватило. Девочка недовольно поджала губы, но побежала обратно. К тому моменту, когда Андрей спустился на первый этаж, у лестницы уже собралась половина дома. Оксана стояла в халате поверх спортивных штанов, Роман держал во рту незажжённую сигарету, Илья пытался заглянуть через плечи остальных. Сергей находился у внутренней двери тамбура. Ни шкаф, ни стол никто не сдвигал.

- Назад на пролёт, - повторил он, не оборачиваясь.

- Да скажи уже, что случилось, - потребовала Оксана.

Сергей ничего не ответил.

Андрей протиснулся ближе и посмотрел через стеклянную вставку внутренней двери. Снаружи, за двустворчатым входом и цепью, стоял молодой мужчина. Грязная куртка была расстёгнута, волосы слиплись на лбу, на одном рукаве темнела длинная прореха. Он держался в нескольких метрах от двери и не пытался приблизиться. Андрей сначала не узнал его. За спиной раздался резкий вдох.

- Денис.

Галина Петровна стояла на нижней ступеньке. Металлическая кружка выскользнула из её руки, ударилась о край лестницы и покатилась вниз. Мужчина снаружи поднял голову на звук. Лицо у него изменилось мгновенно.

- Мам!

Даже через две двери слово разобрали.

Галина шагнула вперёд. Сергей выставил ладонь, но не коснулся её.

- Не надо.

Она повернула к нему голову.

- Это мой сын.

- Я вижу.

- Тогда отойдите.

- Галина Петровна…

- Сергей, - произнесла она настолько тихо, что он всё-таки опустил руку. Сам, однако, остался между ней и дверью. Денис что-то говорил снаружи, но через два слоя стекла слова терялись. Роман вынул сигарету изо рта и кивнул вверх.

- На лестнице окно открыть можно. Оттуда слышно будет.

Оксана резко повернулась к нему.

- Ещё чего.

- Через закрытое окно разговор не заразный, Оксан.

- А если они ошибаются насчёт воздуха?

Андрей посмотрел на неё.

- По официальным данным, заражение идёт через кровь и слюну при попадании на слизистые или повреждённую кожу.

Оксана коротко усмехнулась, но весёлого в этом звуке не было.

- По официальным данным личность у них тоже умерла, - отрезала она.

Возразить было нечего. Сергей коротко кивнул Роману. Тот поднялся на площадку между первым и вторым этажом и с усилием распахнул старую раму. В подъезд ворвался холодный воздух. Галина сразу подошла к окну.

- Денис!

- Мам! - теперь голос звучал ясно. - Я здесь. Не выходи!

Она вцепилась пальцами в подоконник. Сергей встал рядом, но оставил между ними полметра.

- Денис! К двери ближе не подходи.

Тот посмотрел на открытое окно.

- Я и не подхожу.

- Руки покажи.

Денис замер на секунду, затем медленно развёл их в стороны и повернул ладонями вперёд.

- Так?

- Да. Рот открой.

Галина резко посмотрела на Сергея.

- Вы совсем…

- Мне надо увидеть, нет ли крови.

Денис услышал сам. Открыл рот, провёл ладонью по губам и показал её.

- Ничего нет.

Сергей не ответил.

- Денис, тебя кусали? - спросила Галина.

Сын посмотрел на неё. Пауза была короткой, но её хватило, чтобы в подъезде перестали шевелиться.

- Да.

Оксана отступила на ступеньку.

- Когда?

- В первый день.

- Где?

Он показал на левое предплечье, где под порванным рукавом виднелась старая повязка. Галина закрыла глаза всего на мгновение.

- Почему ты не пришёл раньше?

- Не мог.

- Где ты был?

- Потом расскажу. Я не первый день сюда добираюсь.

Сергей внимательно смотрел на него.

- Зачем пришёл?

Денис перевёл взгляд с него на мать.

- Домой.

У Андрея неприятно сжалось внутри. Тем же словом ответила Маша.

- Что значит «домой»? - спросил Сергей.

Денис устало усмехнулся.

- То и значит. А вы зачем домой приходите?

Роман тихо хмыкнул. Сергей даже не обернулся.

- Ты сейчас будешь отвечать на вопросы.

- Я отвечаю.

Галина не отрывала глаз от сына.

- Ты меня узнаёшь?

Денис посмотрел на неё почти с обидой.

- Мам.

- Ответь.

Он вздохнул.

- Галина Петровна Нестерова, шестьдесят четыре года, библиотекарь на пенсии. Терпеть не можешь, когда я называю тебя Галиной Петровной, потому-что от меня это звучит как издевательство.

У неё дрогнул подбородок.

- Что я сказала тебе, когда ты последний раз уходил из дома?

Денис задумался.

- Что если опять приду в три ночи, ты будешь спать и дверь не откроешь.

- А ты?

- Что у меня есть ключ.

- Потом?

Он нахмурился, несколько секунд перебирая память, и вдруг тихо сказал:

- «Возьми шарф. Ты вечно думаешь, что шея запасная».

Галина отвернулась от окна. Плечи у неё задрожали.

Сергей смотрел наружу.

- Это всё ещё ничего не доказывает.

Галина резко повернулась.

- Я вас не спрашивала.

- Знаю. Но говорить всё равно придётся. Если мы откроем общую дверь, это перестанет быть только вашим решением.

- А если не откроем?

Сергей молчал.

- Что тогда? - продолжила она. - Он будет стоять там, пока его не застрелят?

- Я не знаю.

- Очень удобно.

Сергей наконец посмотрел на неё.

- Нет. Ничего удобного здесь нет. Я не знаю, ваш это сын или нечто, которое сохранило его память. Не знаю, что с ним будет через час. Не знаю, способен ли он наброситься на нас. Зато знаю, что за моей спиной живут ещё шестнадцать человек.

- Вы можете решать, что делать с общей дверью, - сказала Галина. - За моего сына вы решать не будете.

Сергей выдержал её взгляд.

- Именно про дверь я и говорю.

На этот раз в спор вмешался Андрей. Он смотрел на Дениса, который всё это время стоял там, где ему велели. Тот не бился в дверь, не кричал и не пытался подойти ближе. Даже мать не просил открыть.

- Его можно изолировать.

Сергей повернул голову. Илья тут же подался вперёд.

- В квартире Галины Петровны.

Оксана чуть не рассмеялась от возмущения.

- Вы с ума сошли?

- Нет, - сказал Андрей. - Если впускать, то не в дом свободно. Сначала в тамбур. Наружную дверь сразу снова запираем. Потом проводим прямо в квартиру и закрываем там.

- А если он бросится на кого-нибудь по дороге?

- Внизу останется минимум людей.

- «Минимум» - это сколько?

- Я, Сергей. Галина Петровна - если не согласится уйти.

- Не соглашусь, - сразу сказала она.

Андрей кивнул.

- Вот.

Сергей смотрел на него дольше остальных. После разговора о Маше ему, очевидно, было особенно трудно воспринимать предложение Андрея как нейтральное.

- Ты сейчас предлагаешь впустить подтверждённо заражённого в дом.

- Я предлагаю вариант, при котором он не остаётся на улице и не получает свободного доступа к подъезду.

- Это не одно и то же?

- Нет.

Илья заговорил быстрее, будто боялся, что Сергей сейчас закроет тему:

- В квартире его можно наблюдать. Посмотреть, ест ли он, спит, как говорит, что происходит с температурой…

- Илья, - сухо сказал Сергей, - ты не исследовательский институт.

- Но это лучше, чем ничего.

Елена к этому моменту снова спустилась вниз. Алисы рядом не было. Она остановилась выше остальных и несколько секунд слушала.

- Я не хочу, чтобы он ходил по общим помещениям, - сказала она. - У меня ребёнок.

Галина посмотрела на неё. Елена не отвела глаз.

- Но если его действительно можно закрыть в отдельной квартире и никто больше туда не будет заходить… я не стану требовать оставить его снаружи.

Оксана повернулась к ней.

- А если он её заразит?

- Тогда Галина Петровна тоже не должна выходить из квартиры.

Галина сжала губы.

Сергей кивнул.

- Вот это уже обязательное условие. Если Денис входит к вам, вы остаётесь там вместе с ним. Еду и воду будем оставлять под дверью. Если почувствуете себя плохо - сообщаете сразу. Никаких «да всё нормально».

- Хорошо.

- И если он станет вести себя странно…

- Он мой сын.

- Я знаю.

- Тогда не говорите со мной так, будто я не понимаю.

Сергей провёл ладонью по щетине.

- Я говорю именно потому, что вы понимаете. Если бы не понимали, разговор уже закончился бы.

Галина хотела что-то ответить, но промолчала.

Оксана всё ещё выглядела так, будто сама идея заражённого внутри дома была безумием.

- И мы просто решим это здесь за всех?

Сергей покачал головой.

- Нет.

Он повернулся к Роману.

- Поднимись к Виктору Михайловичу и Нине Павловне. Объясни, что происходит. Потом к Мельниковым. Пусть один взрослый из каждой квартиры скажет, готовы ли они оставаться в доме, если Денис будет заперт у матери.

- А остальные?

- Кто сейчас по квартирам - предупредить всех. Никто потом не должен узнать, что мы сняли цепь, постфактум.

Роман убрал сигарету в карман и быстро поднялся по лестнице. Илья пошёл на верхние этажи. Елена вернулась к Алисе, по пути заглядывая в соседние квартиры. Даже Оксана, всё ещё недовольная, отправилась предупредить тех, кто жил рядом с ней. Денис оставался у скамейки. Галина смотрела на него через открытое окно. Время от времени они перебрасывались короткими фразами - не о заражении, а о вещах настолько обычных, что от них становилось не по себе. Ел ли он. Замёрз ли. Где потерял шапку. Почему куртка порвана. Денис отвечал терпеливо, иногда даже усмехался, и Андрей всё сильнее ловил себя на странном ощущении, будто дом не решает сейчас, впустить ли заражённого, а ждёт сына, который слишком долго не возвращался.

Минут через десять люди снова начали спускаться. Виктор Михайлович сам прийти не смог, но передал через Романа: если Денис будет заперт в отдельной квартире, он возражать не станет. Нина Павловна сказала то же. У Мельниковых решение дал отец семейства: ребёнка из квартиры они выпускать не будут, но уходить из дома не собираются. Остальные жильцы тоже высказались - кто с явным страхом, кто с оговорками, но никто не потребовал оставить Дениса на улице при условии строгой изоляции. Оксана осталась единственной, кто долго не отвечал.

- Мне это не нравится, - наконец сказала она.

- Мне тоже, - ответил Сергей.

- Тогда зачем?

Он посмотрел на Дениса за стеклом.

- Потому-что у нас есть способ снизить риск. Не убрать. Снизить. И потому-что оставить его снаружи - тоже решение, за которое потом придётся отвечать.

Оксана прижала руки к груди.

- Значит, голосуем?

- Нет. Простым большинством такие вещи не решают. Если кто-то категорически не готов оставаться в доме с заражённым даже за закрытой дверью, Дениса пока не заводим и ищем другой вариант.

Он посмотрел на неё.

- Вы категорически не готовы?

Оксана несколько секунд молчала.

- Если он действительно будет заперт у Галины Петровны и никто не станет водить его сюда как домашнего кота… останусь.

- Хорошо.

Сергей ещё раз обвёл всех взглядом. Решение явно ему не нравилось. Андрей видел это по тому, как тот сжимал пальцы на блокноте, хотя записывать уже было нечего.

- Я согласен не потому, что считаю его безопасным, - наконец сказал Сергей. - И не потому, что решил, человек он или нет. Я этого не знаю. Мы впускаем его только потому, что можем провести от наружной двери прямо до второго этажа и не дать ему свободно ходить по дому. Дальше отдельно решим, как именно его изолировать и наблюдать. Первое нарушение условий - всё пересматриваем. Понятно?

Никто не спорил. Галина закрыла глаза на секунду, затем выпрямилась. Сергей посмотрел на Андрея.

- Поможешь с дверью.

Пока жильцов разводили по квартирам и верхним этажам, Сергей поднялся к себе. Вернулся через несколько минут с длинным охотничьим ружьём. Оксана побледнела.

- У вас всё это время было оружие?

- Законное. Хранилось запертым.

- И вы…

- Не сейчас.

Илья попытался остаться на первом этаже с телефоном.

- Я могу снять весь процесс.

Сергей посмотрел на него.

- Нет.

- Почему?

- Потому-что если всё пойдёт плохо, последнее, что мне нужно, - потом увидеть это в интернете.

Илья открыл рот, но передумал и убрал телефон.

У входа в итоге остались Андрей, Сергей и Галина.

- Вам всё-таки лучше подняться к квартире, - сказал Сергей.

- Нет.

- Галина Петровна.

- Я никуда не уйду, пока он не окажется внутри.

Сергей несколько секунд смотрел на неё, затем сдался.

- Тогда стойте за нами. И что бы ни произошло - не бросаетесь вперёд.

Она ничего не пообещала.

Сергей подошёл к открытому лестничному окну.

- Денис!

Тот сразу поднял голову.

- Отойди к дальней стороне скамейки.

- Зачем?

- Будем открывать.

Денис не двинулся.

Андрей ожидал облегчения, улыбки, хотя бы шага к двери. Вместо этого на лице парня впервые появился настоящий страх.

- Мам?

Галина подошла к окну.

- Я здесь.

- Вы уверены?

Сергей нахмурился.

- В чём?

- Что хотите открыть.

Никто не ответил сразу. Денис посмотрел на мать.

- Если передумали, не надо.

Галина стиснула подоконник.

- Не передумали. Отойди, как сказали.

Он послушался.

Андрей и Сергей начали разбирать внутреннюю баррикаду. Стол пришлось разворачивать боком, стараясь не зацепить стекло. Шкаф сдвигали вдвоём, сантиметр за сантиметром. Когда образовался проход к тамбуру, Сергей поставил ружьё прикладом на пол, а Андрей проверил наружную дверь.

- Готов? - спросил он.

- Давай.

Они вошли в тамбур. За наружным стеклом Денис стоял у скамейки. Андрей снял замок с цепи. Металл звякнул неожиданно громко. Денис напрягся. Сергей поднял ружьё, но ствол оставил направленным вниз.

- Подходишь медленно. Руки всё время вижу. Вошёл - остановился.

- Понял.

Андрей снял цепь с ручек и открыл одну створку ровно настолько, чтобы человек мог протиснуться боком. В подъезд ворвался холодный воздух.

- Иди, - сказал Сергей.

Денис пошёл. Теперь Андрей видел его нормально. Он заметно похудел, под глазами лежали тёмные круги, на коже серела дорожная грязь. Под разорванным рукавом левого предплечья виднелась старая повязка. Ни свежей крови, ни открытой раны снаружи не было видно. У самого входа Денис остановился. Сергей немного поднял ружьё.

- Дальше.

Денис посмотрел на мать за внутренней дверью, потом переступил порог. Андрей сразу захлопнул наружную створку, вернул цепь на ручки и защёлкнул замок. Только после этого позволил себе нормально вдохнуть. Денис оказался заперт в маленьком тамбуре между двумя дверями.

- И что теперь? - спросил он, оглядывая тесное пространство.

- Теперь стоишь, - ответил Сергей. - Куртку сними.

Денис подчинился. Под ней оказалась грязная футболка. Сергей заставил его повернуться, поднять руки, показать шею, ладони и лицо, а потом указал на повязку.

- Размотай.

Денис посмотрел на него.

- Зачем?

- Хочу видеть укус.

Галина Петровна напряглась, но ничего не сказала.

Денис медленно начал разматывать грязноватую ткань. Под ней обнаружились два тёмных полукружия на коже - следы зубов, уже затянувшиеся, с буро-красными краями. Свежей крови не было. Рана выглядела старой и сухой. Сергей несколько секунд рассматривал её через стекло.

- Всё? - Денис поднял глаза.

- Если ты спрашиваешь, отвалится ли рука, то пока нет.

- Закрывай обратно.

Денис намотал повязку на предплечье. Сергей ещё раз осмотрел его, после чего Денис устало спросил:

- Трусы тоже?

Сверху кто-то прыснул.

- Роман! - рявкнул Сергей.

- Меня здесь нет.

У Галины дрогнули губы. Сергей закончил осмотр и вновь взял ружьё.

- Дальше идёшь прямо до второго этажа. Ни к кому не подходишь. Ничего не трогаешь. Если скажу остановиться - останавливаешься.

Денис посмотрел на оружие.

- Эту часть я понял.

Галина поднялась на второй этаж. Сергей окликнул её прежде, чем она успела открыть квартиру.

- Подождите.

Она обернулась.

- Что ещё?

- Сначала посадим его на площадке. Решим, как безопаснее: закрыть в отдельной комнате, что убрать из квартиры, как передавать воду. Не надо делать следующий шаг на эмоциях.

Галина несколько секунд смотрела на него.

- Вы серьёзно предлагаете держать его на лестнице?

- Несколько минут.

- После того как весь дом только что согласился впустить его именно ко мне?

- Согласился на изоляцию. Я хочу убедиться, что мы не сделали половину дела и не перестали думать.

- Я думаю.

- Сейчас вы видите сына.

Галина медленно выпрямилась.

- А вы видите только заражённого.

Сергей хотел ответить, но Андрей увидел по его лицу: подходящей фразы не нашлось.

Они сдвинули шкаф ещё немного и освободили узкий проход. Когда Андрей потянул внутреннюю дверь, Денис впервые оказался в самом подъезде. Никто не закричал. Он не бросился к людям и не дёрнулся к лестнице. Просто остановился на пороге тамбура и поднял голову. На втором этаже стояла мать. На несколько секунд всё остальное будто перестало существовать. Денис сделал один шаг и тут же остановился, когда Сергей напрягся у него за спиной.