Кровь стаи. Когда любовь сильнее крови

— Куда мы? — спросила она, когда мы вышли на дорогу.

— В город, — ответил я. — Нам нужно найти союзников. Одни мы не справимся.

— Союзников? — она удивлённо подняла бровь. — У тебя есть союзники?

— Есть, — сказал я. — Несколько бет, которые не согласны с политикой Совета. Они скрываются в старом охотничьем домике в тридцати километрах отсюда.

— Ты им доверяешь? — спросила она, и в голосе послышались стальные нотки.

— Доверяю, — ответил я. — Я спас их жизни два года назад, когда стая хотела их казнить за неповиновение. Они обязаны мне жизнью.

— Надеюсь, они помнят об этом, — сказала она, но в её голосе уже не было страха. Только холодная решимость.

Мы ехали на мотоцикле два часа, пока не добрались до леса, где я оставил мотоцикл. Спешились и пошли пешком — так мы не оставляли следов для стаи.

Через час мы подошли к старому домику, скрытому среди сосен. Из трубы вился дым, из окон падал тусклый свет — кто-то был внутри.

Я постучал в дверь три раза. Пауза, и снова — два раза. И ещё три. Условный сигнал.

Дверь открылась, и я увидел знакомые лица: Никита, Сергей, Максим — три бет, которых я когда-то спас. Их глаза засветились удивлением, когда они увидели меня.

— Влад? — Никита шагнул вперёд и обнял меня. — Мы думали, ты мёртв. Мы слышали, что Карим начал на тебя охоту.

— Я жив, как видишь, — улыбнулся я. — И я привёл с собой гостью.

Я шагнул в сторону, и за моей спиной появилась Зара. Её взгляд был спокойным и твёрдым, и я видел, как она оценивает обстановку, как чувствует, кто друг, а кто враг.

— Это Зара, — сказал я. — Моя истинная пара.

Никита, Сергей и Максим переглянулись. В их глазах мелькнуло удивление, потом — одобрение.

— Поздравляю, брат, — сказал Никита. — Найти истинную пару — это большая удача.

— Это не удача, — ответил я. — Это судьба. И мы пришли просить у вас помощи.

— Входите, — сказал Максим, открывая дверь шире. — Рассказывайте.

Мы сели за стол, и я вкратце пересказал им историю. О предательстве Карима, о гибели стаи Зары, об охоте Совета Альф, о том, что мы должны сделать, чтобы выжить.

— Нам нужно объединиться, — сказал я. — Мы должны сформировать новую стаю, которая будет противостоять Совету.

— А что если они найдут нас? — спросил Сергей, и в его голосе звучал страх.

— Тогда мы будем сражаться, — сказал я твёрдо. — Мы не будем бегать. Мы будем стоять на своём.

Зара подала голос, и когда она заговорила, я почувствовал, как в комнате повисла тишина.

— Я видела, что такое Совет, — сказала она спокойно. — Они уничтожили мою стаю, потому что мы отказались подчиняться их правилам. Я видела, как горели дома, как умирали дети, как старые волки плакали от боли. И я поклялась, что не позволю этому повториться. Никогда.

Её голос звучал ровно, без лишней эмоции, но в нём было столько силы, что я почувствовал, как мои спутники выпрямились и замерли, вглядываясь в неё.

— Я верю тебе, — сказал Никита, и его слова прозвучали как присяга. — Мы с вами. До конца.

— До конца, — повторили остальные.

Я посмотрел на Зару, и в её глазах я увидел слёзы благодарности. Она была не одна. У неё была стая. И у меня тоже.

В этот момент я понял, что мы сильнее, чем когда-либо. Мы были стаей, и нас не разлучить никому.

Внезапно воздух наполнился тягучим, ледяным напряжением. Я почувствовал это за мгновение до того, как заметили остальные: запах альфы. И не одного — целого Совета. Они подошли так близко, что я не мог поверить, что не заметил их раньше.

Мы переглянулись, и в тот же миг дверь слетела с петель, впуская в комнату свет и тени. В проёме стояли три альфы, и в их глазах горел жёлтый огонь власти.

— Влад, — голос был глубоким и ровным, как у старого волка, знающего свой вес в стае. — Ты обвиняешься в предательстве. Сопротивление — смерть.

Я встал, выпрямился, готовый броситься в бой. Рядом со мной поднялась Зара. И я впервые за много лет почувствовал, что не боюсь. Потому что она была рядом. И мы вместе могли противостоять чему угодно.

— Мы не сдадимся, — сказал я, и мой голос был спокоен, как поверхность озера перед штормом.

Альфы переглянулись, и я увидел, как их волчья сущность вздымается, заполняя комнату, как воздух накаляется и пахнет серой. Власть звала их, а они звали в бой.

— Мы с вами, Влад, — услышал я голос Никиты, и в нём не было страха. Только готовность.

И в тот миг я понял: этот бой — за нас, за нашу волю, за каждого, кто не готов терпеть гнёт. За неё. За мою истинную пару.

Рык прокатился по комнате, и мы начали перевоплощаться. Ещё мгновение, и между нами и альфами не останется ничего, кроме самого голого желания жить по-своему.

— Во имя стаи! — крикнул я, и мы втроём (Никита, Сергей, Максим и я) шагнули вперёд, оставляя позади страх и сомнения.

Волки в человеческом обличье, волки в зверином обличье — мы все были готовы пролить кровь, чтобы отстоять свободу.

И в этот миг я понял: это наш час. Наш час сражаться за всё, что мы любили. За неё. За себя. За будущее, которое мы создадим, несмотря ни на что.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Первый бой

Я не помню, кто сделал первый шаг.

Помню только, как воздух взорвался рыком, и комната превратилась в ад. Альфы бросились на нас с яростью, которую я не видел никогда — они не собирались брать нас живыми. Они пришли убивать.

Первый альфа — огромный, седой, с глазами, горящими как угли — прыгнул на меня, и я едва успел уйти в сторону. Его когти распороли воздух там, где секунду назад была моя голова. Я ответил ударом — кулак врезался в его морду, и я услышал хруст костей. Но он даже не покачнулся.

— Ты слаб, берсерк! — прорычал он, и его голос звучал как гром. — Ты не достоин даже называться волком!

— Я не волк, — ответил я, чувствуя, как зверь внутри поднимается на поверхность. — Я — смерть.

И я бросился на него.

Второй альфа атаковал Зару. Я увидел, как она уворачивается от его ударов, как её белая шерсть покрывается кровью, как она рычит и бьёт его в ответ. Она была сильна — сильнее, чем я думал. Но альфа был старше, опытнее, и я видел, что она устаёт.

— Зара! — крикнул я, но она не обернулась. Её глаза горели золотом, и она не собиралась останавливаться.

Я рванул к ней, но первый альфа преградил мне путь. Он был быстрее, чем я думал, и его удар пришёлся мне в грудь, отбрасывая к стене. Я ударился спиной о доски, и в глазах потемнело.

Когда я открыл глаза, я увидел, как третий альфа стоит над поверженным Никитой. Его когти были в крови, а на губах — улыбка.

— Твои друзья умирают, Влад, — сказал он. — И ты ничего не можешь сделать.

Я почувствовал, как внутри меня что-то ломается. Не кости — что-то другое. То, что держало меня в узде. То, что делало меня человеком.

Я перестал быть собой.

Мир стал красным — алым, кровавым, пульсирующим в такт моему сердцу. Я перестал слышать звуки, видеть лица, думать. Остался только инстинкт. Только зверь. Только жажда убивать.

Я прыгнул на третьего альфу, вонзаясь когтями в его грудь, вгрызаясь в его глотку зубами. Он закричал — высоко, пронзительно, как раненое животное. И затих.

Первый альфа бросился на меня, но я был быстрее. Я ушёл в сторону и вонзил когти в его спину, разрывая кожу, мышцы, позвоночник. Он упал на колени, и в его глазах я увидел страх.

— Не надо, — прошептал он. — Пощади.

Но во мне не было пощады.

Я добил его одним ударом.

Когда я обернулся, Зара стояла над телом второго альфы. Её белая шерсть была покрыта кровью, но в глазах горел торжествующий огонь. Она победила.

— Влад! — услышал я голос Никиты. — Сзади!

Я обернулся, но было поздно. Третий альфа — тот, который лежал с разорванной глоткой — поднялся и прыгнул на меня. Его когти вонзились мне в плечо, и я почувствовал, как мир снова начинает темнеть.

Я упал на колени, теряя сознание, но в последний момент я услышал её голос — Зары. И её рык.

Когда я очнулся, всё было кончено.

Альфы лежали мёртвыми, и их кровь пропитывала деревянный пол. Зара сидела рядом со мной, её лицо было бледным, а руки дрожали. Но она улыбалась.

— Ты живой, — сказала она, и в голосе слышалось облегчение. — Ты живой!

— А ты? — спросил я, пытаясь встать, но тело не слушалось.

— Я цела, — сказала она. — Мы победили.

Я посмотрел на своих друзей. Никита лежал на полу, тяжело дыша, но был жив. Сергей и Максим стояли рядом, их лица были перепачканы кровью, но они улыбались.

— Мы справились, — сказал Никита, приподнимаясь. — Мы убили трёх альф!

— Это только начало, — сказал я, чувствуя, как силы понемногу возвращаются. — Совет не остановится. Они пришлют новых.

— Мы готовы, — сказал Максим. — Мы будем сражаться до конца.

Зара подошла ко мне и помогла мне встать. Я прижался к ней и почувствовал, как её тепло согревает меня, как её дыхание успокаивает моего зверя.