Анатомия боли

Анатомия боли

Алина Верш

© Алина Верш, 2026

ISBN 978-5-0071-2486-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Все эти стихи — моё прошлое, которое, благо, никогда не повторится. Но и забыть не получится.

Я могла бы сжечь эти листы.

Пусть всё написанное останется здесь, как напоминание. Как документ о том, что я пережила.

Это — моя память и свидетельство.

Анатомия боли

Остатки тела

И как угольный туман, спустилась ночь на город твой. Ты снова дома, в тишине, тоскуешь очень горько. Бледна, худа, больна на вид — ты будто потерялась. Но ведь не скажешь никому, что гложет твою радость. Ну что ты, милая моя, тоскуешь очень часто? Твой взгляд остыл, твой пыл пропал — Остался томный взгляд отца, нерадостный, потухший. Куда девалась та искра, что так горела до безумства? Ты потеряна, разбита… Ну вымолви словечко: Что глушит силою тебя, что не дает подняться? Ты потеряла всю себя, оставила лишь тело. Куда девалась та искра, что до безумия горела? 09.01.23

Мозговой туман

И снова осадки в ближайшее время, И снова мне будет больно вставать. Со мною опять это чёртово бремя, И вера в «ничто» заставляет страдать. Как окунуться мне в рай, что всем сладок, О котором мечтают люди в церквушках? Как они верят всем тем старушкам, Что слепы и явно без счастья в глазах? Может, со мной это что-то не ладно? Может, больна, чутка не в себе? И снова туман закрывает мне разум — Опять не могу я подняться с колен. 04.04.23

Гнилой свидетель

Я проткнул свою руку шилом, и теперь вся ладонь онемела. Кровь стекала по раковине, и ладонь вся слегка, но горела. Я хотел, чтобы было красиво, хотел показать, что не трус, и есть во мне доля смелости, — но теперь я сам с себя смеюсь. И смеются пьяные мрази, что взяли меня на слабо. Моя кровь стекала по раковине в необъятные кораблями моря. Я не хотел, чтоб надо мною смеялись, не хотел, чтоб считали придурком, — но этот поступок никак не влияет на смелость, лишь портит рассудок. Я хочу, чтоб были повешены люди, кто посмел во мне усомниться, перестрелять как бешеных собак, что бежали, лишь мной угоститься, — и я б ушёл в свои покои, что успели мне природниться.

*Навеяно мотивом Алексея Никонова

05.07.23

Диссонанс

Я чувствую себя фигурой — Фигурой неподходящей. Размыто в зеркале лицо И мысли, в разные стороны летящие. Они не мои, чужие, чьи-то фразы, Но они в голове моей засели. Всё жжёт, в груди пережимает. Мне кажется, что я теряюсь. Руки, тело — не мои. Диссонанс — это как летом по снегу пойти, А снег обжигает мои ступни, И мне становится больно идти. 09.02.25

Завеса

Тенью явилась завеса. Чувствую — сердце колотит с испуга. Мигом улетает надежда, Кажется, что-то нависло над телом. Ты вонзалась когтями мне в спину — Больно до жути, мне не шевельнуться. Ты проткнула, сняла с меня шкуру — Навряд ли когда-то я это забуду. 09.02.25

Чужой

Я не хотел являться своим отражением. Чувство, будто бьют со всей силы, на поражение. Кажется, в зеркале стоит кто-то другой. Красные глаза не дают мне покой. У меня есть желание снять оболочку, Разбить отражение на груду осколков. Чужой — он всё смотрит на меня сквозь стекло. Что-то внутри у меня яростно жгло. 05.09.25

Нитка

Сколько ждать осталось до просветления? Не могу в иголку вставить нить. Я чемодан собрал без сожаления — Вошёл в вагон совсем один. И я не знал, куда я еду, Лишь дал понять, что не вернусь. Без доли, капли, без сомнений Я взял билет в один конец. Без денег, чувств и сожалений, Но с чемоданом, полным нужд, Я ушёл, закрыв все двери. Забыл, осознанно так сделав. Я знал, что больше не вернусь. В окне меняются пейзажи, Вагон шатает, он всё пуст. Будто в неком лимбе был оставлен Мой прошлый, изнеможённый дух. Да, я сбежал, мосты все сжёг. Остыть, увы, не в силах. Заплатку сшил, закрыв все дыры, Но нитку вставить я не смог. 18.09.25

Немая война

В моей голове разрастались корни. Они проходили по телу, прямо в ноги. Будто цепь на руках, на спине гири с тонну, Я не чувствую тело. Лежу на полу, я сломлен. Холод пронизывает пальцы. Я болен. Тону в тишине этой комнаты. Пустота гудит тайком за стенами, Время всё медленнее идёт по часам. Я слышу, за окном трещат капли, бьёт ветер, Чашка остывает, хотя она и так была пуста. Жизнь, что казалась сказкой когда-то, Теперь стала горкой, безмолвной, пустой. И кажется, нет моему унынию спасения, Стоит в горле ком былых сожалений, Да хрипы чужих обещаний людей. Войну проиграл, хоть не участвовал в бойне, Сам сочинил похоронный свой марш. 21.11.25

Соматика распада

Чувствую, щёки редеют от злости. Уши горят, на руках вспухли вены. В ногах что-то колит, будто бы гвозди. Готова сносить своим телом все стены. Внутри разливается свинцовая мука. Взгляд тяжелеет, выдает мои чувства. Где-то внутри встал неумолимый ужас. В шее сосуды меня яростно душат. В висках остались осколки воспоминания. В памяти хранятся судорожные стенания. Кожа пластом сходит с моего плеча. Я с криком сдираю твоё имя крича… 28.11.25

Трещина

Между «я» и отражением дрогнет часть завесы — и трещина пойдёт по лбу, как шрам, но не от света. Ответов нет, их и не будет, не стоит ждать мне чуда. Везде валяются осколки, в которых так же пусто. И тишина всё множится, густеет, по пальцам кровь бежит. Осколок впился в кожу. Больно. Почему-то чувствуется стыд. Я смотрел так пристально, ждал знака в пустоте разбитого стекла. И в каждом маленьком кусочке видел лишь себя. Разбитый профиль на полу заставил чувствовать вину. Я боюсь остаться в тишине, но расстаться тоже не могу. Внутри творится диссонанс — куда девать мне мысли? Мне кажется, что вижу связь, что нет меня и отражения, лишь тьма в момент перед падением. 07.01.26

Табачная лавка

В табачной лавке покупаю себе чувства — дымом заполняя всё вокруг, чтобы не было так пусто. Холода всё ближе к сердцу, и близится отсутствие. В кармане пачка сигарет предугадывает учесть. За счастье я отдал гроши — цена со вкусом. Мне больше некуда спешить, иду сквозь закоулки. Здесь тени вьются, шепчут что-то о безумстве. Но я давно привык к таким пустым прогулкам. Какая прелесть — быть никем для незнакомцев. Загадывать чужим сюжет, всматриваясь в окна. Пачка медленно пустеет, захожу в знакомый двор — там лавка, место мне родное, и запах… будто я сижу с тобою. Сигаретный дым — как память, лавка — место для тоски. Сердце — пустеющая пачка, в которой я храню бычки. 28.01.26

Кующая смерть

Кующая смерть для других приросла к ремеслу — Она позабыла, когда слыхала к себе похвалу. Её долг — это сделать, задача — стрелы. Ей не важно, в кого они попадут. Пальцы сжимают тонущий молот, Внутри ощущается тянущий холод. В суставах штыки приковали к печи — Она куёт эти стрелы даже в ночи. Ладони в мозолях, в глазах пелена, Сердце всё ноет: «Не смей жалеть себя».