Пожиратель змей. История крайта

Амалия Мо

Пожиратель змей. История крайта

1

Раз змея, и два змея,

Спрячься до исхода дня.

Три змеи, четыре, пять…

Лучше ночью крепко спать.

Потому что средь теней

Ходит пожиратель змей…

Вайпер

«Никто не сделает тебе хуже, чем ты сам».

Я услышала эту фразу в одном из старых фильмов, которые любил смотреть Луи. В тот момент я была не согласна с этими словами, ведь тот, кто говорил подобное, никогда не испытывал страданий.

А вот сейчас я, кажется, понимала разницу. Речь ведь шла не про физические страдания, а про душевные…

Сбоку что-то зашуршало, и я покосилась на вошедшего. Кроме как моргать, я ничего не могла.

Мужчина увидел, что я не сплю, и замер. Планшет в его руках слегка качнулся, но он удержал его. Нижнюю половину лица закрывала медицинская маска, а на носу были очки с толстой оправой.

Он прочистил горло и подошёл к металлической подставке, подцепив пустой пакет.

В меня что-то вкачивали, и эта новость мне совершенно не понравилась. Впрочем, как и факт того, что я снова была в больничной палате, до боли напоминающей лабораторию «Террариума»…

Со мной не говорили, а сама я не могла пошевелить языком, хотя очень хотелось узнать, что вообще происходит. Пытаясь сфокусироваться, чтобы оценить, сколько людей за стенами, я не могла ничего разглядеть, словно способности от мутагена просто перестали работать.

Мужчина сделал какие-то пометки в планшете, сменил капельницу и вышел, оставив меня в одиночестве. Как оказалось, одиночество для меня было опаснее всего, потому что вместе с ним пришёл ворох воспоминаний…

Встреча с Коби, её слова о том, что меня искусственно привязали к Крайту. Момент, когда я тонула, и как меня спасли… А потом то, как Крайт согревал меня в небольшом домике в лесу…

Кажется, из уголка глаза скатилась слеза. Я поняла это потому, что кожу на виске вдруг начало неприятно холодить.

Пришлось зажмуриться, потому что в памяти всплыло лицо Крайта… Я отчётливо помнила его дурацкую улыбку, будто он не собирался винить меня за это…

В груди стало тесно, будто чья-то невидимая рука положила на меня не менее невидимую бетонную плиту. Кажется, я начала задыхаться, но поняла это лишь из-за того, что сбоку запищали аппараты.

В палату забежали очередные безликие незнакомцы, которые принялись разговаривать между собой на непонятном языке. Ко мне подключили какие-то датчики. Во вторую руку тоже воткнули иглу. Похоже, меня накачивали успокоительным.

Наверное, стоило порадоваться тому, что я перестану видеть образ умирающего на снегу Крайта. Хотя радоваться было рано. Сон перенёс меня в тот момент, когда я сидела на нём сверху и думала о том, как его прикончить.

Он нежно смотрел на меня и целовал, а я…

Вайпер, которую создали в лаборатории, должна была стать покорной. Но Вайпер, которая выросла, покорной быть не хотела.

Чего она тогда хотела?

Для начала убить Вейда Даркестона, незаконно ставшего её хозяином. А после… Я не знаю. Чтобы осмыслить всё как следует, требовалось время.

Я не имела понятия, как долго здесь нахожусь, впрочем, и что это за «здесь». Со мной не разговаривали, а препараты, которыми меня накачивали, не давали пошевелиться.

Все эти бесконечно долгие дни меня кормили через трубку какой-то жижей без вкуса и запаха. Но самой унизительной частью был катетер. Тонкая трубка, входящая в тело, напоминала о том, что я перестала иметь власть даже над такими мелочами.

Единственное, что осталось моим, — это мысли, которые сводили с ума. Забавно, что они стали моими врагами, учитывая, что я столько времени думала о том, как вернуть себе хотя бы право размышлять о чём-то критически.

Оказалось, что мне совершенно не нравилось ни одно из умозаключений, к которым я приходила.

Смерть Крайта должна была принести мне спасение. Но спасения не было. Только в груди по-прежнему были натянуты канаты, дёргающие сердце и заставляющие отзываться…

Спустя бесконечно долгое время в палату вошёл мужчина в сопровождении Скорпа. Его присутствие здесь подтверждало догадки, к которым я успела прийти.

«Террариум» до сих пор существует…

— Введите антидот, — велел громила, и незнакомец достал из металлического футляра шприц.

Игла вошла в шею на всю длину, но безболезненно. В конечностях просыпалась чувствительность. Сначала было просто тепло, а после в мышцах закололи невидимые шипы.

— Дайте ей обезболивающее, — велел Скорп, но я замотала головой.

Вообще очень хотелось пить, а ещё заговорить, но язык словно сросся с нёбом.

— Парализатор выводится из организма постепенно, — сухо отозвался скорпион. — Через двадцать-тридцать минут ты сможешь сидеть. Через час — ходить. Но не пытайся встать раньше. Мышцы атрофировались от долгой неподвижности.

Он взял с тумбочки бутылку воды и протянул мне. Я попыталась поднять руку, но получилось лишь дёрнуть большим пальцем. Вряд ли он собирался поиздеваться, но у него получилось даже без усилий. Вздохнув, он открутил крышку и поднёс горлышко к моим губам.

Казалось, я глотаю не воду, а что-то густое, с трудом пробирающееся сквозь пересохшую глотку.

— Наверняка у тебя много вопросов, — продолжил он, отнимая бутылку. — Я отвечу на часть из них, но для начала выслушай меня…

Вопросы у меня действительно были, но чтобы задать их, требовалось сложить звуки в слова. А с этим почему-то были сложности.

— У тебя есть два дня, чтобы прийти в себя. Организаторы хотят знать, что произошло в лесу.

Он сделал паузу, проверяя, слушаю ли я.

— После того, как ты расскажешь правду, тебя ждёт «стабилизирующая терапия». Если всё пройдёт успешно, отправишься к своему хозяину, — Скорп скривился на последнем слове.

Я не сомневалась, что меня допросят. Но так и не придумала, что именно рассказать. Даркестон велел никому не говорить про его приказ, но лгунья из меня вряд ли выдающаяся.

Новость о «стабилизации», мне не понравилась. В последнее время я была наедине со своими мыслями. Хоть они и были не самыми светлыми, но принадлежали только мне. И больше всего мне нравилось думать о том, что рано или поздно я выберусь отсюда и убью Вейда.

Тот факт, что я могла спокойно размышлять об этом, говорил о многом.

Что-то подсказывало, что если на подобные планы не было блока, то и на действия его больше нет.

А вот если меня снова сделают удобной, то всё, что я совершила, было напрасно… Я убила Крайта просто так…

Судя по тому, что незнакомец переглянулся со Скорпом, они заметили перемены в моём состоянии. Впрочем, не заметить, как я начала ловить ртом воздух и биться в судорогах, было сложно.

До этого у тела не было возможности отреагировать на происходящее, а сейчас работало осознание.

Скорп что-то говорил, но я не слышала. Мужчина в маске подошёл ближе с каким-то прибором, но я отбивалась ногами, которые начали слушаться. Удары выходили слабыми, но я продолжала колотить по воздуху, пытаясь отогнать его от себя.

— Вайпер, смотри на меня! — рявкнул Скорп, обхватывая моё лицо ладонями. — Дыши. — Он сделал глубокий вдох носом и кивнул на меня, чтобы я повторила.

Когда я тонула под водой и не могла впустить в лёгкие воздух, было похожее состояние. Тогда я просто приняла то, что умру, но Крайт не позволил.

Теперь его не было, и никто меня не заставит. Я сама лишила жизни мужчину, к которому чувствовала нечто необъяснимое.

Я хотела, чтобы меня оставили в покое. Чтобы я могла провалиться сквозь матрас, сквозь пол, сквозь эту проклятую лабораторию и исчезнуть там, где меня никто не найдёт.

— Просто вдох и выдох. Давай! — Скорп схватил меня за подбородок, заставляя повернуться.

Хватая ртом воздух, я пыталась протолкнуть его в лёгкие, но всё было без толку.

— Успокоительное! — крикнул скорпион, и мужчина в халате тут же ввёл в вену препарат.

Я бы сопротивлялась, но у Скорпа были свои планы. Зажав меня в тиски, он не позволил дёрнуться.

Удушающее давление схлынуло, а вместе с ним в меня ворвался воздух. Грудь поднималась и опускалась ровнее, хотя в горло будто насыпали песка.

— Отпусти… — с трудом выдавила я, и Скорп тут же ослабил хватку, отступая на шаг.

Уверена, что скорпион не понял причин моего состояния, но смотрел пристально, словно пытался вытянуть из меня правду.

— У тебя раньше такое было?

Я покачала головой.

— Теперь будет, — совершенно спокойно сказал здоровяк. — Парализатор был необходим, но у него сильные побочки. Кстати, за эту разработку надо благодарить тебя.

Намёк, куда Скорп клонит, был понятен. Если бы много лет назад я не убила тех людей, то вряд ли организаторам могли потребоваться какие-то специальные препараты.

— И да, если вдруг захочешь что-то выкинуть, сразу предупрежу, что у тебя ничего не выйдет.

Я даже не пыталась ответить. Очевидно, что моё присутствие здесь никого не радовало. После разговора со скорпионом хотя бы стало ясно, что я здесь, чтобы рассказать о случившемся. Возможно, были и другие причины, но умозаключения, к которым я приходила, меня совершенно не радовали.

Скорп и сопровождающий его вышли. Контроль над движениями постепенно возвращался, но сил не хватило даже, чтобы принять сидячее положение.

Я хотела убить организаторов. У меня была уверенность ещё там, в лесу, когда я стояла над телом Крайта и клялась, что заставлю их заплатить. Но сейчас, лёжа на больничной койке, я понимала, насколько наивным был тот план.

Где я и сколько здесь людей, в том числе образцов, не было ясно. Моё тело едва слушалось, мышцы атрофировались, а мысли после успокоительного словно плавали в густой жиже.

Я могу подождать, пока окрепну, но как быстро меня обезвредят? Вряд ли моя жалкая попытка подарит мне хотя бы малейший шанс добраться до организаторов.

Прогоняя вязкий, утягивающий сон, я старалась соображать и взвесить, кого я больше хочу прикончить: Даркестона или тварей, сломавших меня.

Перед тем, как провалиться в сон, я успела подумать о том, что справиться с создателями «Террариума» в одиночку у меня вряд ли получится…

Когда я снова очнулась, обнаружила себя в той же палате. Сколько я проспала и вообще как долго находилась в этом месте, было неизвестно. Из хорошего было то, что я могла подтянуть колени к груди. Из плохого — шею что-то сдавливало. Пальцы нащупали какой-то металлический обруч, напоминающий ошейник.

Вовремя вошедший мужчина принялся махать руками, останавливая меня.

— Не трогайте!

— Что это? — осипшим голосом спросила я.

— Стабилизирующий обруч, — ответил он, подходя ближе и проверяя что-то на мониторе. — Он считывает биометрические показатели. Если уровень адреналина или агрессии превысит норму — сработает импульс.

— Какой импульс…

— Не рекомендую проверять, — сказал скорпион, появившийся в дверном проёме. — Чем выше будут показатели, тем сильнее разряд. Начнётся с боли, закончится остановкой сердца.

Мужчина закончил настраивать что-то на мониторе и, бросив на меня короткий взгляд, вышел.

— Меня вообще планируют отпускать? — убирая руку с ошейника, поинтересовалась я.

— Не могу сказать. Я здесь за тем, чтобы за тобой присматривать.

— Где «здесь»?

Скорп прищурился, показывая, что не собирается отвечать. Что ж, это было ожидаемо, учитывая, что он и до этого не был разговорчив.

— Ладно. — Я дёрнула плечом. — Как долго я вообще была в отключке и что случилось?

— Два месяца.

— Что? — уставившись на скорпиона, я пыталась переварить неожиданное осознание.

Целых два месяца?!

— Тебя нашли в лесу без сознания. Потом ты впала в спячку. Твой хозяин забрал тебя, но ты не приходила в себя. В результате ему пришлось согласиться, чтобы тебя отправили в лабораторию.

— В спячку, — повторила я, хмурясь сильнее.

— Твоё тело начало замедлять все процессы: дыхание, сердцебиение и обмен веществ. Ты просто перестала просыпаться, — очевидно, решив сжалиться надо мной, сказал здоровяк.

— Я никогда не впадала в спячку… Мы же не медведи.

— Мы — нет, — он позволил себе лёгкую усмешку. — Ты одна из немногих, у кого подобное появилось после вживления мутагена. Вроде как такое бывает при сильном стрессе. Сигналы организма срабатывают, чтобы защитить психику.

— Откуда ты это знаешь?

— Ну я занимался твоей транспортировкой и слышал, что говорили врачи.

— И что же, рассказывать мне об этом не опасно?

— Тебя в любом случае будут стабилизировать перед отправкой Даркестону, так что нет — не опасно.

Я замолчала, потому что вопросов было слишком много, чтобы расставить их по порядку значимости.

— Ты сказал, что меня будут допрашивать. Что именно они хотят знать?

— Что последнее ты помнишь? — жёлтые глаза скорпиона вцепились в меня, ожидая ответа.

— Как меня вытащили из воды…

Возможно, когда мои мозги промоют в очередной раз, я расскажу куда больше, но пока я не собиралась так легко выдавать им свои секреты. Сейчас мне любой ценой нужно показать им, что я стабильна, возможно, тогда у меня будет шанс сохранить себя… Главное, добраться до Даркестона и отомстить ему за всё…

«Зачем?» — пугающе ясный вопрос заставил все остальные мысли затихнуть.

Действительно… Я ведь могу наплевать на Вейда и сбежать. Раньше подобные мысли вызывали головную боль, теперь на её место пришёл страх перед тем, что иначе у меня вообще ничего не останется. Как я смогу жить, зная, что у меня нет никакого оправдания сделанному?

Мне и раньше приходилось убивать тех, кто не заслуживал смерти, но теперь…

— Что-то вспомнила? — заметив перемены в моём лице, поинтересовался Скорп.

— Нет, — соврала я. — Просто не могу поверить, что пролежала на койке два месяца.

— Скоро тебе принесут ужин. — Скорпион развернулся, но перед тем, как скрыться за углом, обернулся. — Не отказывайся от еды, иначе ещё долго будешь восстанавливаться.

Могло показаться, что это своеобразная забота, но, учитывая, на кого он работает, не стоит на покупаться.

Я хотела, чтобы у меня было больше времени обдумать всё как следует. Но как только скорпион ушёл, ко мне стали приходить люди в белых халатах. Их присутствие воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Неудивительно, я ведь росла в таких условиях. Можно было представить, что это своеобразное возвращение домой.

— Нужно начать с лёгкой еды, — пояснила девушка и подкатила ко мне столик с миской бульона.

Аппетита не было, но я взяла ложку и медленно принялась хлебать, повторяя про себя, что обязана стать той, кого они хотят видеть.

Ради того, чтобы освободить себя и отомстить, я пошла на убийство мужчины, которого…

Зажмурившись, я вдруг всхлипнула.

— Что такое? — нахмурив брови, спросила девушка и переглянулась с мужчиной, который печатал что-то на клавиатуре.

— Бульон не солёный, — сама не понимая, что несу, пробормотала я.

Работница организаторов вытащила из кармана рацию, нажала на кнопку и попросила принести соль.

Довольно скоро в моей руке лежала солонка, но дело было вовсе не в ней. Я не могла добавить в свою жизнь чего-то такого же, чтобы придать ей вкуса…

2

Вайпер

По моим ощущениям с того момента, как из меня вывели парализатор, прошло несколько дней. Я могла догадываться, потому что два раза уходила в глубокий сон, который длился довольно долго.

Мне по-прежнему давали только жидкую пищу, но разрешали пользоваться туалетом и душем, которые были в палате.

Вода была еле тёплой, и стоять под потоком было некомфортно. Вероятно, это сделали намеренно, чтобы я не оставалась в одиночестве дольше положенного. Металл ошейника довольно быстро остывал и неприятно холодил шею. Я пару раз касалась его руками, но тут же одёргивала себя, опасаясь предостережений скорпиона.

Переодевшись в выданный мне чистый халат, я вернулась в помещение, где ждал Скорп и трое мужчин в масках с автоматами наперевес. Благо оружие они на меня не наставляли, но очень явно демонстрировали своё настроение.

— С тобой хотят поговорить, — заявил скорпион, складывая руки на груди. Пистолет он не держал, оставив его в кобуре на поясе.

Мелькнула мысль сорваться и выхватить оружие, но здоровяк заметил, куда я глазею, и ухмыльнулся.

— Хочешь проверить работоспособность обруча? — Он указал на мою шею, заставляя меня хмуриться.

Возможно, мне и стоило что-то проверить, но я решила, что для начала стоит узнать, кто и чего именно от меня хочет. Что-то подсказывает, что ничего приятного в этой встрече не будет.

Скорп кивнул охране, и двое мужчин шагнули ко мне. Я не сопротивлялась, когда они завели мои руки за спину и скрепили их наручниками.

— Организаторы так сильно боятся меня?

Раньше мне был несвойственен сарказм. Маленькое открытие чего-то необычного в моём характере слегка порадовало.

— Всего лишь меры предосторожности, — ответил скорпион, и взял меня под локоть, выводя из палаты.

Я тут же принялась оглядываться, хоть здоровяк и настойчиво тащил меня вперёд. На стенах была свежая краска, потому что они были неестественно чистыми, да и пахло какой-то химией. Под потолком гудела вентиляция и светили белые встроенные панели.

Если это и была та самая лаборатория, где меня вырастили, то здесь явно изменили интерьер…

Перебирая ногами, я вдруг ощутила, как кожа покрывается мурашками. В отличие от охраны, которая была в ботинках с толстой подошвой, на мне были тканевые тапки.

Чем глубже по коридору мы шли, тем холоднее становилось. Я сразу вспомнила ту самую камеру, где в «Террариуме» проходили тренировки на выносливость.

— Что… что это за… ме-сто? — из-за стучащих зубов у меня едва получилось задать вопрос.

Скорп остановился, оглядел меня и нахмурился.

— Дай свою куртку, — вытянув руку, он обратился к кому-то за моей спиной.

На мои плечи тут же легла чёрная ткань. Хотелось подтянуть её выше, но скованные запястья не позволяли. Здоровяк прочитал моё желание, подошёл и соизволил поднять куртку выше, чтобы ворот закрывал шею.

В отличие от моей кожи, пальцы Скорпа были тёплыми настолько, что когда он отошёл, я разочарованно вздохнула.

— Идём, — кивнув, велел скорпион.

Мы прошли дальше, но по пути не встретилось ни одной двери, которая могла дать хоть какой-то намёк. Если это и был «Террариум», в этой его части я не бывала. Я никогда раньше не думала о том, насколько может быть большой территория. А если она такая огромная, где это место могло бы располагаться?

Вряд ли в каком-то городе, да даже пригороде. Скорее что-то отдалённое…

Скорп остановился у решётки и дёрнул за рычаг на стене. Похоже, так здесь выглядел лифт. Послышался лязг, а за ним гул поднимающейся кабины.

Хотелось бы съязвить, что у организаторов дела со спонсорством плохи. Увы, от холода приходилось стискивать челюсти, чтобы зубы не клацали друг о друга.

Когда показалась кабина, охранники раздвинули решётки, и меня толкнули внутрь. Взгляд тут же упал на пол, выложенный какими-то досками, через которые было видно шахту.

Лифт с шумом дёрнулся вверх. Я посмотрела на Скорпа, который поймал мой взгляд и приподнял брови. Если бы я даже попыталась что-то спросить, вряд ли бы получила ответы.

В первую очередь меня волновало, что это за место. Хотя эта информация мне никак не поможет. Я приобрела способность что-то испытывать и мыслить, но по-прежнему оставалась всего лишь безвольным ребёнком проекта.

Интересно, каково скорпиону? Считает ли он себя марионеткой или давно принял свою участь и не задаёт вопросов?

Довольно скоро кабина остановилась. Скорп ухватился за решётку, выпуская своих людей в новый коридор. Здесь оказалось просторнее и чуть теплее, чем было внизу, а ещё по обеим сторонам были видны современные металлические двери. Правда, понять, что за ними находится, было невозможно.

Хотелось бы верить, что «Террариума» больше нет и здесь не проводят никаких экспериментов над детьми. Хотя, зачем тогда подобное место вообще существует?

Оказалось, место, где со мной хотят поговорить, находится за одной из ближайших дверей. Скорп приложил ключ-карту ко считывателю на стене, и металл разъехался в стороны. Странный контраст старинного лифта и современных сканеров. Вероятно, это место частично улучшили…

— Долго будешь стоять?

Здоровяк вошёл в помещение и повернулся через плечо. Сопровождающие остались на местах, а мне пришлось пойти следом за скорпионом.

Раньше мне был несвойственен страх. Даже когда я ждала наказаний Вейда, готовилась к ним, считая это фактом, которого не избежать. Но теперь меня, кажется, накрывало.

Сердце вдруг застучало так, что удары долбили в грудь. Я подумала, что штуковина на шее может отреагировать на импульс, но пока меня не шарахнуло током.

Решив успокоиться, я принялась оглядывать новое место. Помещение оказалось просторным, без окон, но с яркой лампой под потолком. В углах находились камеры и коробочка, напоминающая динамик. Мебели не было, но одна из стен была полностью зеркальной. Я догадалась, что именно за ней находятся те, кто хочет получить ответы.

Скорп остановился у зеркала и кивком показал мне встать рядом.

Руки за спиной затекли, а пальцы похолодели настолько, что я с трудом могла сжать их. И всё же я подняла голову и уставилась в собственное отражение, пытаясь разглядеть за своим лицом тех самых ублюдков-организаторов.

Увы, кроме бледного лица я не видела ничего. В палате не было зеркал, чтобы понять, насколько отвратительно я выгляжу. Собственная внешность меня никогда не волновала, обычно оценку я получала только от Даркестона. Но сейчас отличить «приемлемо» и «ужасно» я всё-таки смогла.

— Назовите ваше имя и возраст, — раздался мужской голос из колонки.

Я решила не отворачиваться и смотреть в упор.

— Вайпер, двадцать шесть лет.

— Кому вы служите?

— Вейду Даркестону.

— При каких обстоятельствах он стал вашим хозяином?

Признаться, я рассчитывала, что меня с ходу засыпят вопросами о Крайте. Женщина в отражении нахмурилась, но рассказала то, что ей было известно.

— После смерти Луи Фурье меня отправили на аукцион, где Вейд Даркестон произнёс кодовую фразу, и я подчинилась. Больше мне ничего неизвестно.

Я снова попыталась разглядеть сквозь перегородку трусливо прячущихся людей, чтобы хотя бы знать, сколько их там. Но, похоже, те препараты, которые в меня вкачивали ежедневно, блокировали эту способность.

— Как вышло, что вы встретились с Крайтом?

Организаторы начали издалека, вероятно, в их вопросах присутствовал какой-то контекст, но мне он был непонятен. Они наверняка знали, как мы встретились, учитывая, что скорпиона такие мелочи не удивляли. Это открытие натолкнуло меня на мысль, что эти люди наверняка очень влиятельны. Я никогда об этом не задумывалась, но у кого ещё может быть столько ресурсов, чтобы содержать подобное место и так тщательно всё скрывать, оставаясь при этом в тени.

Правда, сейчас размышлять об этом было неподходящее время.

— Даркестон вернулся в Эшфорд, чтобы занять место в бизнесе его отца. Он встречался со своим родственником, которого сопровождал Крайт…

— Вы сразу узнали в нём образец? — перебил голос.

— Нет. Я помнила «Террариум», но все лица оттуда были размыты.

— А он… Он узнал вас?

— Да.

— Что было дальше?

Я опустила взгляд, потому что ответы приближались к опасной теме. Если я скажу правду, что Вейд хотел заполучить Крайта и велел мне втираться к нему в доверие, что будет дальше?

Мне должно быть всё равно, но если я хочу вернуться к Даркестону, нужно быть осторожной. Вдруг мне промоют мозги и отправят служить кому-то другому?

— Крайт пытался со мной заговорить, — наконец выдавила я. — И злился, потому что я его не помнила.

— Злился?

— Он сказал, что я должна быть мертва…

— Крайт злился, потому что вы были живы?

— Я не знаю, почему он злился, — соврала я. — Но он настаивал, чтобы я вспомнила что-то. Якобы между нами была связь в «Террариуме».

— И вы вспомнили?

— Нет, — и снова очередная ложь, которая далась на удивление просто.

Скорп стоял неподвижно, но мне показалось, что он распознал мою неискренность. Не удивлюсь, если и те, кто располагались за перегородкой, поняли, но отступать я не собиралась. Они получат правду только если вытянут её привычным для них способом.

— У нас есть данные, что у вас с Крайтом была интимная связь.