Избранная белого волка

— Агата! — обратился к кому-то оборотень, но я уже мало что могла различить перед собой. — Проведи Сару в ее покои, ей нужен отдых.

Не дожидаясь служанки, он развернулся и скрылся в темноте этого замка. А я… Я осела на холодный пол, не в силах сдерживать рыдания.

Сегодня моя жизнь превратилась в бесконечный ночной кошмар.

Глава 5. Ты принадлежишь мне, Сара!

Я неслась, не разбирая дороги… Я хотела убежать. Куда угодно, только как можно дальше от ненавистных ледяных глаз! Только бы больше никогда не видеть его в своей жизни! За что судьба сыграла со мной эту злую шутку?

Я спасла его, отдав свою свободу… Как же был очевиден ответ!

Раздавшийся за моей спиной вой подействовал не хуже выстрела из ружья — я стала бежать быстрее, хотя сил уже почти не было. Сердце стучало где-то в горле, и мне казалось, что я вот-вот задохнусь. Но я не могла сдаться. Ни за что… не могла…

Сделав мощный рывок, зверь повалил меня на землю. Из моих глаз хлынули слезы, и я приготовилась попрощаться с жизнью…

С диким криком я проснулась. Щеки были мокрыми, дыхание — рваным, будто я в самом деле бежала. Ну что ж, Сара, добро пожаловать в твой персональный кошмар! Теперь ты будешь жить в нем во снах и в реальности. День и ночь, двадцать четыре часа в сутки.

Раздавшийся стук в дверь привел меня в себя.

— Кто там? — спросила я, не узнавая собственного голоса. Не то хрип, не то безжизненный шепот.

— Доброе утро, госпожа! — в комнату вошла немолодая женщина с подносом в руках. — Как вы себя чувствуете?

Я неопределенно покачала головой. Перед глазами все немного расплывалось, но я узнала Агату — служанку, которая отвела меня сюда и долго поила настоем из трав, пытаясь успокоить.

— Хорошо ли вам спалось? — продолжила она, помогая мне приподняться.

Паршиво! А как еще может быть, когда тебя похитил местный альфа? Но говорить ей правду я не спешила.

— Все благодаря вашему настою, — кивнула, следя за точными движениями ее рук. — Полагаю, сегодня можно обойтись без него.

Служанка поставила передо мной поднос, и мои брови поползли на лоб от удивления. На нем стояла самая обыкновенная человеческая еда: каша на молоке в горшочке, ароматная сдобная булочка и чашка с чаем, по запаху — мятным.

Агата быстро раздвинула шторы, и в комнату из зарешеченного окна полился мертвенный, призрачный свет. Солнце давно поднялось над горами, но плотная пелена туч превратила его лишь в мутное пятно. Сколько же я проспала?

— После завтрака вам обязательно нужно прогуляться на свежем воздухе, — заботливо сказала служанка. — Как только закончите, я к вашим услугам. Приятного аппетита!

Склонив голову, она незамедлительно покинула покои. Альфа приставил ее приглядывать за мной, и теперь возле кровати действительно стоял колокольчик для вызова прислуги. Но как она могла услышать звон — было для меня загадкой. Логово монстров казалось необъятным, да и эта комната, кажется, находилась в глухой башне…

На удивление завтракать в постели оказалось приятно. Тепло так, даже удобно… Я улыбнулась краешком губ, допивая чай, и на время отпустила печальные мысли. Хотелось продлить момент уединения, но странное дело: стоило поставить на поднос пустую чашку, как в комнату вернулась Агата, чтобы забрать посуду. Я даже к колокольчику притронуться не успела!

Внеплановое хорошее настроение как ветром сдуло. Я ощутила себя ручным грызуном, запертым в клетке, и горько усмехнулась своим же мыслям. Кто бы сомневался? Хозяин покинул «берлогу», приказав псам следить за своей новой «игрушкой»! Обиднее всего было то, что я не могла ничего сделать. Возникал другой вопрос: сколько я продержусь? Неделю? Месяц? Год? А потом что?

Дверь снова скрипнула.

— Госпожа, я принесла вам чистую одежду, — сказала служанка, держа в руках небольшую стопку. — Альфа просил передать, что будет ожидать вас во внутреннем дворе, когда мы пойдем на прогулку. Я помогу вам переодеться.

В грудь словно впился острый шип. «Альфа будет ожидать вас во внутреннем дворе», — эхом раздалось в ушах.

Закрыв лицо ладонями, я чуть ли не взвыла. Он здесь, он никуда не уехал! С чего я вообще взяла, что он покинет замок посреди дня? Глупая, призрачная надежда! Но для чего выманивать меня на прогулку? Чтобы пожелать «доброго дня» и, продолжив вчерашний разговор, окончательно добить?

«Пока сама не узнаешь — не поймешь», — проснулся голос разума, а за ним и странное любопытство.

Поднявшись с кровати, я зашла за ширму и осторожно стянула с себя белую сорочку — в нее меня переодела Агата. На прикосновение холода кожа отреагировала колючими мурашками. Я поспешила облачиться в платье, принесенное служанкой, — плотное, из добротной бордовой ткани и, что самое удивительное, на вид новое, словно сшитое на меня. Затем накинула на плечи шаль и вышла к служанке, ждущей за ширмой.

— Госпожа, вы выглядите чудесно, — соловьем залилась она, но я остановила ее жестом руки.

— Почему вы так меня называете? — спросила недоуменно.

— Как так? — Агата непонимающе выгнула бровь.

У меня язык не поворачивался повторить это надоедливое «госпожа».

— Так положено обращаться к невесте альфы, — верно поняв мое замешательство, служанка изучающе склонила голову. — Что вас беспокоит, госпожа? Ваш запах…

Внезапно зрачки Агаты сузились до тонких линий, придав ее облику звериной хищности. От этой неожиданной перемены я отпрянула, даже пропустила ее слова про невесту альфы мимо ушей. Так вот, в чем кроется разгадка… Вот почему Агата так своевременно появляется рядом! Я ошибочно приняла ее за человека, которым она вовсе не была.

Как и все в этом проклятом замке.

— Вы правы. Мне нужно на воздух, — не дожидаясь ее, я рванула к двери.

Напоследок бросила взгляд в старое, потемневшее от времени зеркало — на свое отражение. Бледная, как покойница, с осунувшимся лицом, глаза — точно два стеклянных шарика. На миг я даже усомнилась, что вижу себя. И все это за один-единственный день…

Агата вышла из комнаты следом и помогла спуститься по крутой лестнице, придерживая меня за локоть, как немощную старушку. На удивление за той дверью, через которую предлагал «сбежать» альфа, оказалась развилка.

Я не запоминала, куда мы шли, да и не пыталась. Коридоры замка казались бесконечно длинными, а со стен на меня взирали мрачные, пугающие физиономии, освещенные тусклым пламенем факелов. Портреты тех, кто поколение за поколением держал окрестности Северных гор в страхе, кто заставлял охотников каждое полнолуние вставать на защиту мирных жителей.

В памяти всплыли ледяные глаза оборотня, то, с какой уверенностью и превосходством они на меня смотрели. Их безжалостный взгляд проникал в самую душу… И сейчас я снова его увижу.

Холодный воздух обжег лицо, заставив очнуться от тяжелых мыслей. Пройдя через лабиринт коридоров, мы попали во внутренний двор замка. Лишь эхо наших шагов по площадке нарушало тишину, царящую здесь.

Отсюда были хорошо видны его масштабы: четыре основных этажа и еще несколько башен, пики которых, казалось, пронзали низкие облака. Да уж, волчары явно не бедствовали… Даже если все охотники объединятся, им ни за что не осадить эту крепость.

Агата провела меня через каменную арку, и мы оказались в саду — точнее, в том, что от него осталось. Я глазам своим не поверила. Столь величественный замок, и при нем — такой заброшенный сад?..

Да, весна в наши края в этом году припозднилась, но здесь не хватало хозяйской руки. Кусты вдоль дорожек потеряли форму — их ветви сплетались между собой, напоминая корявые руки с крючковатыми пальцами. Старые клумбы вросли в землю, и в них прочно обосновались сорные травы. А вдалеке, по одной из стен замка, вился странный сухой плющ с острыми шипами.

От фонтана в центре вдруг отделилась высокая фигура. Я инстинктивно попятилась, пытаясь оттянуть неизбежное. Готова поклясться: когда мы с Агатой входили в арку, сад был совершенно пуст! К слову, о служанке… ее рядом со мной не оказалось.

Агата исчезла, словно по приказу своего господина, незаметно и бесшумно.

Страшно… Просто страшно. До стука сердца в ушах, до дрожи в коленях. Но альфа неминуемо приближался, смакуя мою реакцию. Наслаждаясь тем, что вновь загнал меня в ловушку.

— Я уж думал, ты не придешь, — коснулся слуха его хриплый баритон.

Сглотнув подступивший к горлу ком, я сделала несколько робких шагов навстречу. Теперь, при свете дня, я могла отчетливо разглядеть лицо этого мужчины. Гордые, аристократичные черты: высокие скулы, четко очерченные губы, нос правильной формы, густые брови вразлет. Воплощение благородства. Монстр в облике ангела...

— Неужели ты так меня боишься? — он склонил голову, и на его щеку упала светлая прядь волос.

— А вы… Как?.. — попыталась ответить я, но язык онемел.

— С моей стороны было невежливо не представиться. Зови меня Леонард, Сара. — Альфа остановился в опасной близости от меня, опаляя жаром своего дыхания. — А насчет этого… Я должен знать все о своей будущей супруге. О будущей госпоже Бастьен, — поправился он.

Мои ноги чуть не подкосились, и, если бы не… Леонард, успевший подхватить меня за талию, я бы запросто рухнула прямо здесь, посреди сада. Я не придала значения словам Агаты, и только сейчас до меня дошла страшная истина.

Я — не просто пленница альфы. Я та, кто будет носить имя его рода — рода убийц, с которыми сражались мои предки. Это позор, клеймо для моей семьи до конца жизни!

— Что?! — выдохнула я.

— Тебя что-то удивляет? — спросил альфа, не сводя с меня взгляда.

Он что, смеется надо мной?!

Не знаю, что мной овладело, но, забыв про страх, я оттолкнула его изо всех сил.

— Да как вы смеете? Какая еще супруга?! — сама того не заметив, перешла на крик. — Вы не имеете права! Вы… вы…

В считанные секунды я оказалась схвачена крепче прежнего. Его сильные руки казались стальными тисками — я даже не могла пошевелиться. Мы были здесь совершенно одни, да и кто бы стал перечить альфе, услышав мой крик?

— Запомни одну простую истину: ты принадлежишь мне, Сара. Я не хочу причинять тебе боль, и я пальцем тебя не трону, пока ты не примешь это. Но подобные выходки добром не кончатся… — едва ли не рыча от гнева, склонился к моим губам. — Встретимся за обедом.

И он ушел. Шагов я не слышала, будто все это мне привиделось. Некоторое время так и стояла, чувствуя его прикосновение, словно он не разжимал кольца рук.

Я не дышала — попросту не могла. Каменные стены замка давили на меня, а тишина казалась зловещей, неестественной, словно чего-то ждущей. И лишь ветер, пробравшийся во двор, шептал: «От судьбы не убежишь…»

Глава 6. Мирный договор

Все так же стоя посреди сада, я смотрела пустым взглядом куда-то вперед. Как же легко сделать один неверный шаг, от которого вся жизнь идет под откос…

Леонард не считается с моим мнением, он думает, что я — игрушка, которая должна выполнять все прихоти хозяина. Неужели в нем нет ничего светлого? Ведь я живая!

На протяжении двадцати одного года мне твердили, что оборотни — монстры, которым неведомы человеческие чувства, но отчего-то мне хотелось верить, что в них есть капелька добра и сочувствия… лишь капелька. По щекам уже в который раз скатывались слезы от беззвучных рыданий.

До чего же жалко себя, аж противно!

— Эй, ты чего так раскисла? — раздался во дворе женский голос.

Вздрогнув, я замотала головой и увидела прячущуюся за одной из колонн девушку. На вид ей было лет восемнадцать-девятнадцать. Невольно словила себя на мысли, что ее схожесть с Леонардом очевидна: те же золотистые пряди волос, пронзительные голубые глаза, от взгляда которых можно покрыться коркой льда.

— Из-за братца моего убиваешься? — скорее утверждала незнакомка, нежели спрашивала. — Поверь, ему не в радость твои слезы, так что заканчивай разводить сырость, — она слегка скривилась. — Мне сказали, что в замке одна из охотников — людей, сильных духом, а я вижу девушку, которая только и делает, что ревет.

Она уже смелее вышла из своего укрытия, и я разглядела ее фигурку — хрупкую, с острыми плечами. Одета девушка была довольно легко — в тонкое платьице с накинутой на него мантией, предназначенной, скорее, для маскировки. Что-что, а холод оборотням нипочем.

— А что я могу сделать? — ответила я, зябко передернув плечами.

— А ты хоть пробовала? — вдруг заявила девушка и, оглядевшись, подошла ко мне почти вплотную. — Ничего не пытаешься узнать: для чего ты здесь, по какой причине, почему мой брат решил на тебе жениться… Причем с выгодой для твоей родни и всей охотничьей братии, — она понизила голос до заговорщического шепота.

— В каком смысле с выгодой? — недоуменно захлопала глазами я. Даже слезы течь перестали.

— Тебе стоит обсудить это с моим братом за обедом, но могу сказать точно: одного спасения альфы недостаточно, чтобы он принял такое решение. Раз ты здесь, Леонард учуял в тебе что-то… особенное. Дар или нашу кровь. А может, и то, и другое, — насмешливо фыркнула девушка, видя, как увеличиваются от страха мои глаза. — В противном случае ты бы и часа тут не протянула. Оборотни не привыкли церемониться.

— Исключено! — замотала головой я, отступая на шаг. — Мои родители — чистокровные охотники, и ни один из моих предков не нарушал кодекс! То, что произошло в полнолуние, — нелепая случайность!

— Как знать… — хмыкнула моя собеседница и, решив сгладить ситуацию, протянула мне руку. — Корнелия.

— Сара, — с недоверием отозвалась я, но ладонь пожала.

— Чую, сюда уже идет Агата… — Корнелия заводила точеным носом, словно принюхиваясь к чему-то. — Если что, меня здесь не было! Встретимся за обедом через час.

Быстрым шагом она направилась куда-то вглубь сада и, не успела я и глазом моргнуть, исчезла. Вместо девушки во внутреннем дворе замка и правда появилась Агата…

Корнелия тихонько улизнула, как с места преступления, оставив после себя сплошные вопросы. Действительно, не пора ли узнать, что движет Леонардом, этим загадочным мужчиной, от одной мысли о котором по телу бегут мурашки? Почему он выбрал именно меня в невесты, и был ли кто-то другой на моем месте?..

Хватит лелеять жалость к себе. Больше он не увидит моих слез!

***

Мы шли по пустому коридору второго этажа. Все обитатели замка будто попрятались, наблюдая за нами из темных углов. Никаких звуков не было слышно — в коридорах стояла тишина, нарушаемая лишь гулким эхом наших шагов. В огромные окна был виден густой лес, раскинувшийся прямо у подножия и затрудняющий любое проникновение в волчье логово. Казалось, деревья, как вечные пленники, тянули свои черные, еще холодные ветви к небу в безмолвной просьбе о помощи.

Наконец служанка вывела меня к резным дверям, у которых уже ждал альфа. Стоя к нам спиной, Леонард что-то высматривал за окном. Статный, мужественный, с рельефными мышцами, выделяющимися даже через ткань рубашки, он излучал опасность, но в то же время приковывал взгляд…

— Я думала, ты уже в обеденном зале, — донеслось с боковой лестницы, перед нами предстала запыхавшаяся Корнелия.

Альфа неспешно повернулся. Пристальный, немигающий взгляд, направленный исключительно на меня, поневоле заставил замереть.

— Кажется, я просил тебя не покидать своей комнаты, Корнелия, — тихо, но четко обратился к сестре Леонард.

— Знаешь, как говорят? Когда кажется, сплюнь через левый сапог! — заявила девушка с совершенно спокойным видом, но по интонации было понятно: издевается!

— Стесняюсь спросить, где ты таких выражений нахваталась? Опять к степным дворнягам повадилась? — мужчина вопросительно изогнул бровь.

— К твоему сведению, они не дворняги, а мои друзья, — внезапно ощетинилась Корнелия. — Что-то аппетит пропал… Мне бы хотелось составить вам компанию, — бросила мимолетный взгляд на меня, — но я сделаю это как-нибудь в другой раз.

Развернувшись, девушка вихрем взлетела по ступеням, на что Леонард лишь устало покачал головой. Агата тоже не стала медлить — присев в книксене, оставила меня наедине с хозяином замка.

Мне вдруг стало не по себе. От былой уверенности не осталось и следа, и, когда Леонард стал сокращать расстояние между нами, сердце сжалось в тугой комок.

— Позволишь? — Он протянул мне руку, и я, сочтя это за вежливый жест, вложила в нее ладонь.

Стоило прикоснуться к альфе, как в кожу вдоль позвоночника словно впились сотни иголок, а дыхание перехватило. Оборотень тоже замер, не дыша, и как-то странно посмотрел на меня. А затем, втянув носом воздух, с легкой улыбкой прошептал:

— Значит, не ошибся…

— Что? — придя в себя, спросила я.

Леонард вновь улыбнулся и молча повел меня в обеденный зал. Мне ничего не оставалось, кроме как послушно следовать за ним.

Двери распахнулись без чьей-либо помощи. В который раз я убеждалась, что оборотни не бедствовали: широкий дубовый стол чуть ли не прогибался под тяжестью блюд. Сочные куски дичи, разнообразные закуски и гарниры, колбасы, десерты, вплоть до засахаренных орешков… Да у меня глаза разбегались! Количество еды точно было рассчитано на скромную компанию?

— Вы кого-то ждете? — задала вопрос Леонарду.

Тот, как истинный джентльмен, отодвинул мне стул.

— А тебе нужен кто-то еще? — Мужчина направился к своему месту, которое находилось напротив моего.

— Нет, просто… тут столько всего, — замялась я, не привыкшая к застольям.

Да, охотникам не приходилось голодать, но для нас было роскошью съесть всю принесенную дичь за раз. Часть мы всегда заготавливали впрок: солили, коптили, вялили. Здесь же все было предельно свежим, только из печи.

— Сара, завтра состоится обряд бракосочетания. — Даже с опущенными глазами я чувствовала на себе взгляд альфы. — А это означает, что ты станешь моей женой. И, как моя жена, ты будешь под защитой клана, а также не должна ни в чем себе отказывать.

Я не нашлась с ответом, а потому ничего лучше, чем уткнуться в тарелку, не придумала. Количество столовых приборов подсказывало, что в будущем мне придется выучить пособие по этикету от корки до корки, а пока я взяла самую обычную вилку. Сняв крышку с ближайшего ко мне блюда, увидела картошку с грибами. Хоть что-то привычное…

От волнения мысли разбегались. Я пыталась ухватиться хоть за одну, но не знала, с чего начать. Некоторое время обед проходил в молчании — Леонард украдкой наблюдал за мной, выжидая. На его губах играла слабая улыбка, и на секунду мне показалось, что что-то в его облике изменилось. Словно он был не таким, как в первые наши встречи.

— В чем моя выгода от нашей женитьбы? — осторожно, чтобы ненароком не испортить его «хорошее настроение», спросила я.

— Так значит, моя сестра тебя уже проинформировала? — с усмешкой отозвался альфа и наколол на вилку кусочек нежного мяса. — Выгода в том, что наш клан заключит мирный договор с охотниками… на определенных условиях. Но обиженной не останется ни одна из сторон.

— Что? — подумала, что ослышалась.

Перемирие оборотней с охотниками?Вот так просто?

Вместо каких-либо уточнений Леонард поднялся из-за стола. Я упустила из виду тот момент, когда он оказался столь близко, что его дыхание обожгло кожу на моей шее. Слегка шершавой рукой он аккуратно, словно боясь меня спугнуть, коснулся щеки. Затем, очертив скулу и подбородок, коснулся другой. А я…

Я перестала дышать. Меня будто опутали прочные сети, не позволяющие шелохнуться.

— Откуда ты только такая? — тихо сказал Леонард, вдыхая запах моих волос. — И как я раньше не узнал?

— Не узнал что? — прошептала я, не заметив, как прикрыла глаза от… наслаждения.

Слова улетучились. Разум твердил, что мне еще многое нужно выяснить и желательно сделать это как можно быстрее — до обряда, но тело…

Тело не слушалось. Оно поддавалось невидимым объятиям альфы — теплым, крепким и отчего-то желанным.

Леонард не ответил. Осторожно заправив мне за ухо выбившуюся прядку, он приподнял мое лицо за подбородок и заставил смотреть ему в глаза. Еще вчера они сковывали душу льдом, а теперь — не вызывали ни страха, ни ужаса. Что-то во мне поменялось… но каким образом?

— Альфа...

Наваждение тотчас схлынуло. Я будто вынырнула из плотного тумана, а Леонард резко отстранился и обратил внимание на застывшую в дверях Агату.

— Совет ожидает вас.

Кивнув ей, оборотень без всяких объяснений направился к выходу из зала. Лишь напоследок обернулся, как бы прощаясь. Я осталась наедине со своим обедом, пытаясь осознать, что сейчас произошло.

Сердце все еще громко стучало в висках. Как я могла подпустить его так близко? А главное, почему мне показалось это приятным?

В голове яркой вспышкой пронеслась одна-единственная мысль: больше я не боюсь этих ледяных, пронизывающих глаз.

Гла