Ты слишком добра для этого мира

- В девятом классе учишься, а подозрения, что ещё и в первый не пошла.

- Забегаю к ним в гости. - огрызнулась я на маму.

Она вздохнула да так сильно, что думаю нас слышала вся вселенная.

- Надо будет всё это убрать, поняла меня, рыбка? - убирая со своих рук пыль и улыбаясь во все зубы мама. - Договорились?

- Я уже всё там убрал. - вклиниваясь в наш разговор с мамой, папа показывает пакет со всеми бумажками и фантиками. - Не ссорьтесь. Всё ведь замечательно.

Я не стала продолжать развивать эту тему. К обеду мы всё закончили. Теперь у меня в комнате было всё чисто. Постель поменяли, в шкафу висели чистые, поглаженные вещи и обновки, в тумбочках красиво разложены предметы учёбы и мои личные, на столе прибранно, под кроватью всё идеально, комнату отмыли и пропылесосили.

- Мам, пап. Я сама сделаю уроки. Не надо мне помогать. - попросила я их.

- Я помогу тебе, не стесняйся говорить, когда тебе нужна помощь. - папа берёт меня под руку и ведёт в комнату за стол.

- Пап, пожалуйста. Не надо. Я сама.

- Я помогу, я помогу. - папа как робот, у которого заела плёнка, не переставая говорил.

Я смогла высвободиться из его смертельной хватки и побежала в свою комнату. Перед его носом я закрыла дверь на замок и стала делать эти ненавистные уроки. Папа даже не стучался ко мне, как бы просто хотел меня проводить. Через минут десять я всё сделала.

Мише я написала, что не смогу из-за родителей. Так что я села на свой подоконник, укрывшись пледом, взяла книгу и стала наслаждаться ей. Так я провела весь свой день. Изредка выходила за водой или брала что-то поесть к себе в комнату. Родители после уборки со мной не разговаривали, да и я сильно не рвалась с ними разговаривать.

Вечером я решила посмотреть телик, но там ничего нормального не показывали. Я решила пойти на кухню и посмотреть спят ли родители. Когда я вышла из комнаты, я услышала голос какого-то мужчины, говорящий по телевизору.

- Значит, не спят. - я закрыла дверь комнаты и решила не идти к ним.

Я села на свою кровать и решила посмотреть, что мне писали. И тут ко мне зашли в комнату мама и папа.

- Одуванчик, мы думали ты уже давно спишь. - мама улыбается и идёт ко мне.

- Я думала по прозвищам у нас папа главный. - я смотрела на папу и пыталась распутать своё одеяло.

Папа подошёл ко мне и сказал мне кое-что на ушко. Мама не услышала, что он сказал, кроме нас двоих. Он попросил меня быть ласковее к ним. Они тоже стараются делать так, чтобы всем было комфортно и уютно дома.

После этого он поцеловал меня в лоб и сказал.

- Спокойной ночи.

- Спокойной ночи, доча.

Они улыбнулись мне и ушли. Я заметила папин взгляд. Он упрашивал, почти чуть ли не умолял меня.

Мне было не по себе ложиться спать. Я пыталась расставить всё по полочкам в своей голове. Включала музыку, разговаривала сама с собой о своих поступках, действиях, взглядов и всё в этом роде. В это время телефон прислал уведомление: получено новое сообщение от Миши:

- Как дела, Марии?

- Всё нормально.

- Завтра встретимся?

- Я думаю, что не смогу.

- Из - за родителей?

- Нет, просто чувствую себя не очень. Спасибо, что беспокоишься.

- Спи хорошо. Люблю.

- Ты тоже. Я тоже люблю.

Конечно, я соврала. Я не знаю из-за того, что произошло меня на это и подтолкнуло. Но то, что он заботится обо мне это очень мило и я успокоилась. Решила уже лечь спать.

- Что ты чувствуешь, когда понимаешь, что выхода нет? - сказал мне мой внутренний голос. - Когда знаешь, что всё, что происходит против тебя?

И с этой мыслью я и попала в тот самый сон.

Я слышала голос, и он задавал вопросы.

- Приятно сидеть в этих оковах?!

- Нравится осознавать, что растворяешься на глазах?!

- Нравится понимать, что ты ничего не можешь сделать, нравится?!

Как только я здесь появилась, то голос сразу затих и я его не слышала. Я не понимала, где нахожусь. Я оказалась в белом пространстве, кроме белого я ничего не видела. Чувствовала я себя как в комнате из белых подушек или в сугробе снега, но в нём было уютно и тепло. Но самое первое, что мне пришло в голову это комната для людей с проблемой видеть мир какой он есть, то есть для психов.

Хоть я и слышала голос, но никого рядом со мной я не увидела. Это голос был, как не странно, мне знаком. Мужской, низкий тембр с маленьким комом в горле и с нотками душевно раздирающей грусти, было ощущение не ясного мне спокойствия здесь.

Мой мозг осознавал.

- Марии, это сон! Всё хорошо!

Осознание того, что я нахожусь во сне было для меня чем - то новеньким и.... пугающим.

- Добро пожаловать. - сказал тот же голос, с отвращением.

Но через секунду незнакомец резко поменялся в голосе и сказал.

- Простите за мою грубость... Рад вас здесь видеть.

- Здравствуйте. Зато я вас не вижу. - поворачиваясь то в одну, то в другую сторону, как волчок, я пыталась понять, где он и откуда он мне говорит.

- Думаю это поправимо. Как вас зовут?

Здесь была слишком хорошая акустика из - за этого я просто села на пол и стала глядеть в потолок разговаривая с незнакомцем.

- Марии. А можно разговаривать на «ты»? - я улыбаюсь.

- Думаю да.

- А как тебя зовут?

- А ты не помнишь?

- Честно говоря нет. Я даже тебя не вижу.

- Давно я тебя не видел.

- Ты же не знал даже моего имени? Как ты мог меня здесь видеть? и...

- Давай по порядку.

И тут из-за белого облака, с левого боку от меня выходит тот незнакомец. Мужчина лет двадцати высокого роста, метра два точно есть, в белой рубашке на пуговицах, которая была вся в кружевах, рукава рубашки были похожи на пышные колокола. На плечах висела маленькая накидочка с пуговками. Она была вся красная, лишь края её были пуховыми. На его талии были два белых ремня с золотыми ремешками, которые удерживали белые брюки. На ногах были кожаные ботинки чёрного цвета.

Его лицо было всё в маленьких веснушках. Глаза были рыжего цвета, как сама лиса с белым хвостом. Рыжие волосы были распушены. Они были ему до его плеч. Мне так хотелось к ним притронуться.

Ко всему этому ему не хватало шпаги, сабли или самой обычной трости, белых перчаток и чёрной шляпы. Он пришёл из восемнадцатого века или что? Но, честно говоря, ему это всё очень шло из - за того, что он был неплохого телосложения. Его мышцы было видно на руках.

- Ну ты меня увидела, первый пункт выполнен. - незнакомец шёл ко мне.

Незнакомец каким - то образом сделал из этих пушистых и мягких, как шёлк облаков или пыли себе кресло. Кресло хоть и было полностью белым, но на нём как-то было видно узорчатые линии, цветы и листочки. Они переливались разными оттенками белого. Это выглядело очень красиво. В этом была какая-то задумка, которую я могу лишь предположить. Либо незнакомец хотел показать, как он всемогущем здесь или как тут много возможностей и чудес.

- Ну... Теперь можешь мне сказать, как тебя зовут? - я подошла поближе к этому прекрасному креслу. - И на другие вопросы тоже ответить?

Он как - будто тоже был поглощён в рассматривание кресла или просто притворился, что не слышит меня. Или ему было неприятно отвечать на мои вопросы. В конце концов, он всё же решился мне ответить.

- Меня зовут Алекс. - сказал мне Алекс.

- А на... - я не успела договорить почему у всех привычка меня перебивать?

- Я не могу тебе сказать.

- Ясно.

- Ты не капли не изменилась.

- Я совсем недавно покрасила свои волосы.

- Я понял в чём проблема. - сказал мне Алекс.

Он снова создавал новое творение архитектуры и это оказалось зеркало. Сверху оно было украшено извилистыми лозами винограда. Они были настолько реалистичны, что мне прям захотелось его поскорее съесть хоть и он был полностью бесцветный. По краям порхали маленькие птички. Это были колибри. У них были видны все пёрышки. Каждое было вырезано отдельно ото всех, что придавала уникальность этим птичкам. Снизу зеркала находились цветы - незабудки. На лепестках этих цветов были видны капельки росы. Я чувствовала, что вот, вот они стекут с лепестков и упадут на землю. Хоть всё это было сделано из дерева оно было живее живых.

Когда он закончил, он взял меня за руку и повёл к зеркалу. В нём стояла неизвестная мне девушка. Высокая, но меньше Алекс. Коричневые волосы были до лопаток. Они были заплетены в ровную косу. В ней были видны маленькие цветочки разных цветов. Глаза были зелёного цвета, тёмные как ель и светлые как листья салата, только что с грядки. Нос был самый обычный. Губы были алые как роза. На шее висел кулон. Он был в форме маленького львёнка из далёких земель Африки. На девушке были одеты обтягивающие ярко голубые джинсы, сверху был шерстяной свитер. Он был малинного цвета в точь-в-точь как малиновое варенье. На ногах были глянцевые каблуки белого цвета на высоких шпильках.

Я была в сбивающем с ног шоке. Молчание прервал Алекс.

- Такой ты себя видишь здесь. Такую Марии ты создала, - сказал Алекс и зеркало испарилось.

- Я, кажется, уловила твою мысль - сказала я. - Получается я создала новою «я», которая существует здесь? Так?

- Так.

- И, судя по всему, я старше чем в своём мире.

- Да.

- Мне двадцать с чем - то точно есть.

- Ага.

- А почему тут ничего нет? - мне было не ясно.

- Это что - то в виде прихожей. Ты вроде ни разу её не придумала, - объяснял мне Алекс.

- И ещё вопрос. - мне хотелось разобраться.

- Слушаю. - без энтузиазма сказал мне Алекс.

- Почему я могу осознавать, что это всё происходит не по-настоящему, во сне?

- Я не знаю. Это уже не этот мир.

- Понятно.

- На сегодня вопросов достаточно.

- Стой ч.... - не успела я договорить.

Я не смогла успеть сказать и спросить всё, что хотела, как я проснулась у себя дома в кровати.

Глава 2

«Будь моя воля - я бы запретила все правила, которые заставляют человека быть в рамках общества».

Всё новое снова заглянуло в наши жизни, чтобы приукрасить миг человека во время того, как он пытается выйти из мира всего возможного и невозможного - проснуться.

Я была уставшая хотя ещё ничего такого не сделала. Чувство, что я вообще сегодня не спала, а бегала по улицам города.

Видно, сегодня будет прекрасный, тёплый и солнечный день в городе. Редко бывает, когда в сентябре ты можешь невооружённым глазом увидеть солнце, которое не заслонено тёмными тучками. Люблю тёплые дни. А кто их не любит? Больше всего мне нравится в этом месяце то, что на небе ты ещё в силах различать одно облачко от абсолютно другого. Думаю, все в детстве, когда были совсем маленькими, ложились на траву, скамейку или куда-нибудь, где можно лечь и творили на небе. Словно это был холст, на котором могли рисовать все, но видеть совсем разные и не связанные между собой вещи. Кто - то рисовал на небе зверей и животных. Другие видели в их рисунках птиц и дома. А другие видели леса и моря. Настолько сильно отличается виденье людей.

За окном дети уже играли на площадке в догонялки и прятки. Старушки на скамейках смотрят за своими внуками или внучками, чтобы те не упали или поранились. Родители с малышами сидели с ними в песочнице и строили красивые замки из песка и глины. Другие родители пытались угомонить своего малыша, который надрываясь плакал на всю площадку. Девушка вела своего золотистого ретривера на утреннею прогулку.

Но мне было важно не то, что происходит внизу, а что происходит в природе. Ветерок нёс нам вести о холодах и метелях. Как будет засыпать природа и её жители, когда люди ходят с горячими напитками и санками в руках. Ветер нёс в себе отличие и уникальность сегодняшнего дня, каждого. Он рассказывал о своих приключениях из самого отдалённого уголка нашей планеты. Как он видел северное сияние, тюленей и белых медведей в Антарктиде. Как наводил штормы и тайфуны в морях и океанах. И как он пришёл, нет. Перенёсся к нам в Россию, город Новосибирск.

Он донёс нам и запахи, от которых вскружит голову и наполнит её красочными картинками, пейзажами природы и мест. Я чувствовала этот запах. Запах снега и пылающего на огне брёвен деревьев, солёной воды и водорослей, кедровых шишек и грибов и запахи нашего города. Я чувствовала запахи только, что свежежаренных пирожков с капустой, яйцом и луком и других булочных изделий в моей любимой булочной, кофейных зёрен, привезённых в кофейню рядом с булочной, цветов, которых выставили на улицу для продажи. Запахи природы тоже было очень хорошо различимы с запахами городской суеты. Запах скошенной травы, росы на ней.

И самый отличающийся запах природы это конечно же деревья. Деревья, как говорят взрослые это лёгкие планеты. Так оно и есть. Без них мы не смогли бы жить. Ну мы не будем рассуждать как взрослые. Мы будем думать о их красоте. Деревья дают нам вдохновение жить и прибывать в равновесии с природой. Ведь все знают, что на деревьях, в деревьях и под деревьями, есть жизнь. Ну давайте о их красоте. Их кора очень сильно похожа на человеческие вены и сосуды. Мне кажется, что в ней тоже проходит их кровь, сок. Корни их сильны и невзрачны нам, как внутренний мир человека. Только представьте: некоторые корни пересекаются, а некоторые нет. Если представить, что корни - это нити, нити чувств, мыслей и эмоций, то всё встанет на свои места. Если обрезать нити, то мир внутри падёт и разрушится и дерево уже не будет прежним. Их крона похожа на волосы, что вьются, извиваются вокруг него самого. Они рвутся в высь, к солнечному свету. Далёкому от них. Но они его чувствуют.

Вот маленькая птичка села на дерево и начала петь своим тоненьким голоском. Мне нравятся птицы из - за того, что они сильнее всех приближенны к небу. Хоть они и маленькие, но они намного выносливее любого из нас в небе. Нам никогда не испытать это чувство, чувство полёта. Во снах я летела, летела, как птица. Мне кажется, что люди, когда-то давно-давно умели летать, но возможно из-за какой-то ошибки теперь этого дара лишены все. Пока я рассуждала, маленькая птичка улетела и мне снова открылась реальность этого мира.

Почему родители меня не разбудили? Или они ещё сами спят? Я заправила свою кровать, переоделась и подошла к туалетному столику посмотреть, сколько сейчас время. На телефоне с обоями котиками высвечивались цифры: двенадцать ноль шесть. И не рано, и не поздно. Усталость понемногу уходила. А живот уже подавал мне сигналы, что бак пуст, пора есть. Я тихонечко, на цыпочках вышла из своей комнаты, чтобы не разбудить их. Я думала, что взлечу над паркетом на крыльях ветра и полечу на кухню. Этого не случилось. На диване никого не было, а рядом на столике для кофе лежала записка. Я сразу поняла, что писала мама. У мамы настолько идеальный почерк, что в детстве я не понимала ни одной буквы. Для меня это были петельки на бумаге, только и всего. В записке было сказано:

«Зайка, доброе утро. Мы с папой уехали на дачу, как и хотели. В магазин ходить не надо продукты дома есть. Мы купили тебе сладкого! Но после обеда можно съесть. Приедем поздно.

Мы очень сильно тебя любим. Прости нас за вчерашний день, если что - то мы сделали не так.

Целуем. Мама и папа».

На весь оставшийся лист было нарисовано огромное красное сердце. Папа всегда красиво их рисовал. Маме на последнее восьмое марта он вырезал из досок много-много сердец и сделал статуэтку из них. У мамы они стоят рядом с телевизором, где и наши фотографии с поездок и вылазок «куда-нибудь, главное не дома». Мама так всегда говорила папе, когда не хотела готовить, а хотела, чтобы её обслужили.

Свет проникал к нам на кухню. Он будто залил её переливающимися красками жёлтого, оранжевого и всех тёплых цветов, которые только могут быть. Он был такой тёплый, мне хотелось в нём унестись в миры незнакомые мне. Было так хорошо и так тепло. Я хотела включить приятную музыку и наслаждаться этим светом. Я представила, что этот свет можно потрогать и всегда доставать, когда будет только нужно. В нём было столько блёсток, что мне казалось, что я уже вижу звёзды неба, утром. Я начала вязать себе тёплый свитер из тёплых струн этого света. Я шила долго, но усердно. Мне казалось, если я перестану, отведу взгляд, отвлекусь или просто отпущу свет, он уйдет и свитер, как мои чувства этого момента испарятся и я всё забуду. Я не хочу это забыть. Когда я его дошила, на мой новый свитер села тень голубя. Свитер исчез. Как и свет. Я так боялась, что всё забуду, но я ничего не забыла.

Я пошла к холодильнику за продуктами. На нём висели несколько магнитиков. На одном из них была маленькая я. Мне было на нём лет шесть, семь. Я сидела на машинке в каком-то аттракционе гонок, в своём джинсовом костюмчике, маленьких ботиках на каблучках. Я улыбаюсь, склонив свою голову набок. Совсем маленькая и беззаботно относящиеся к своей жизни.

Другие три магнитика были из путешествия маминой подруги. Она ездила в другую страну - Африку. Я мечтаю в ней побывать. Хочу видеть львов не в клетке, а на воле.

Я достала из холодоса хлеб для тостов, манговый джем и бабл ти, я думала он закончился, а он ещё живой. Хлеб я засунула в тостер и пошла за ножом, тарелкой и подложкой. Подложку мы всегда кладём на стол, чтобы меньше его марать, но крошки и вода иногда могут быть замечены мамой. Хлеб был готов к съедению, я достала его из тостера, он очень хорошо поджарился и не сильно, и не мало. Я намазала джемом тост, взяла бабл-ти и начала завтракать.

Когда я всё съела, я поставила всё в посудомойку и пошла чистить зубы. В туалете родители тоже сделали перестановку. Они повесели маленький постер с планетами, зеркало вымыли, полочку заменили и поставили туда новые щётки, мыльницу, подставку под мыло и зубную пасту. Моя щётка была красная, родители стараются выбирать щётки по любимым цветам семьи. Зубную пасту купили отбеливающую со вкусом лесной мяты. Я умылась, быстренько почистила зубы и причесала свои волосы. Я решила их сразу покрасить и сделала это минут за десять максимум.

После умывания, я пошла к себе, пролистать ВК. Мне уже написал Миша. Он спрашивал меня как я спала, как настроение и хочу ли я встретиться сегодня погулять с ним. Я ответила ему, что: спала хорошо, настроение прекрасное и погулять тоже не против. Он был очень рад. Мы назначили прогулку на пятнадцать тридцать. Времени было много.

Я решила сразу решить в чём идти: во всём чёрном. Красится я не стану, лень.

И тут мне позвонила мама.

- Доча, доброе утро! Ты чё не звонишь, что уже проснулась? Я уже собиралась пожарку вызывать. Тебя только их сереной можно разбудить, - мама всё говорила и говорила.

- Приветик, мам. Я забыла, извини. - сказала я.

- Ничего страшного.

- Мама... Прости меня пожалуйста. - всё-таки папины слова всегда действуют на меня хорошо.

- И ты меня прости. Я стараюсь сделать всё хорошо, но иногда перегибаю палку...

- Мам. Ты не виновата вообще.

- Ладно, зай. Давай, пока. - сказала мне мама.

- Подожди, крикнула я в трубку.

- Да?

- Вы разве не на даче?

- Да, клиент приехал, надо работать. - сказала мама. - Всё, потом созвонимся, пока!

- Пока.

В трубке было слышно, как она приветствует нового клиента в магазине. Они с папой работают в художественном ателье. Рисуют на заказ. Я положили трубку и включила телевизор.

Так прошло два часа. Я ставила себе будильник, чтобы за тридцать минут собраться на прогулку. Я оделась, положила в сумку все необходимые мне вещи и пошла на улицу. Там меня уже ждал Миша с букетом чёрных как смоль роз. Я немного расстроилась. Да, я люблю чёрный цвет, но не настолько же. Во-первых: я не люблю розы. Я люблю ромашки и подсолнухи. Во-вторых: было видно, что розы покрашены только, что. И самое ужасное, что меня смутило это то, что он всегда знал мои любимые цветы и я ему говорила. Так самое интересное он дарил мне их, а теперь... Я даже не знаю.

- Привет, Марии. - сказал Миша.

- С каких это пор я люблю ЧЁРНЫЕ РОЗЫ. - я старалась произнести это с таким отвращением, чтобы он прям понял ситуацию в лоб.

- А разве ты не их любишь? - Миша был в таком шоке, как - будто перепутал обручальные кольца.

- Я их никогда не любила. Можешь эти розы оставить себе. Мне они не нужны. - я прошла мимо него и пошла по лестнице выводящая в аллею.

Он догнал меня, уже без роз.

- Извини, но зачем так реагировать? Я же... - недоговорил Миша.

- То есть я должна идеально знать, что ты любишь, а ты нет?! Просто забыл?! Если ты хочешь строить со мной отношения, то ты должен знать, что я люблю! Надеюсь, дальше ты не промахнёшься! - я всё высказала ему о чём я думала в этот момент.

- Ну извините меня! Я не совершенен! Довольна?! - Миша был на пределе.

- Ты должен стремиться к нему!

- Я не кому ничего не должен!!!!!

- НЕ ОРИ НА МЕНЯ.

Он сразу замолчал.

- Что, не ожидал увидеть у меня клыки. Они у меня острые. Глотки ими перекусываю. - я показала ему свои зубы и облизнула их своим языком.

Мы шли молча до самой остановки, где нас должно было забрать такси и увезти на Михайловскую Набережную. Мы ходим туда каждый год как начали общаться (мы начали общаться в шестом классе), как-бы в честь начала нового учебного года. Каждый раз покупаем одно и тоже мороженое, каждый раз садимся на одну и туже лавочку, каждый раз прогуливаемся вдоль реки и каждый раз мы попадаем туда в самый тёплый день месяца.

Но когда мы ехали к Набережной, мы пропустили поворот и поехали куда-то не туда.

- А куда мы едем вообще? - спросила я у водителя, давая понять Мише, что не хочу с ним разговаривать.

- В ресторан 501. - доложил мне водитель.

- Я думала мы едем как обычно. - проговорила вслух свои мысли.

- Я думал ты хочешь в ресторан. - заговорил со мной Миша.

- Сойдёт. - бросила я Мише.

Мы доехали до ресторана, Миша расплатился с водителем и повёл меня к 501. Нас приветствовала официантка и проводила нас за свободный столик на улице. Да, я люблю 501, но сидеть внутри я не люблю. Особенно в такую шикарную погоду как сегодня.

- Здравствуйте! Я Алла, сегодня я буду вашим официантом. - подошла к нашему столику маленькая девочка с блокнотом, одетая в специальную форму.

- Заказывай, что хочешь. Я оплачу. - пробурчал себе под нос Миша, разглядывая меню.

- Я буду бургер Сырный Джо, чёрный чай и салат Цезарь с цыплёнком. - продиктовала я всё, что хотела Алле.

- Я буду ростбиф и тоже чёрный чай. Нам две чайных пары. - теперь Миша озвучил Алле его заказ.

- И так: один бургер Сырный Джо, один салат Цезарь с цыплёнком, один ростбиф и две пары чёрного чая. - пересказала нам Алла наш заказ.

- Да. - сказала я.

- По готовности вам блюда приносить? Или по-другому? - уточняла у нас Алла.

- По готовности. - сказал Миша официантке.

- Всё хорошо. Приятного вечера. - уходя, сказала нам вслед Алла.

- И что ты этим хочешь сделать? - спросила я у Миши.

- Хочу помириться. Ты никогда так долго не молчала, всегда со мной разговаривала. А сейчас мне скучно как - то. - Миша хотел сказать, что - то ещё, но не сказал.

- Скучно. Скучно? То есть ты со мной общаешься, чтобы тебе скучно не было?! Я твой клоун, игрушка или какой - то герцог, чтобы тебя развлекать?! - я была в такой степени взрывоопасна, что чувствовала, что взорвусь.

- Зачем так со мной разговаривать? Я хотел помириться, а ты в штыки это воспринимаешь. Всё время тебе, что - то не нравится! У тебя всё хорошо!!!! - Миша постепенно переходил на ор.

- Во-первых: НЕ ОРИ НА МЕНЯ или ты не понял? Во-вторых: ты всё время делаешь так, что мне это не нравится. А в-третьих: ... - я нажала на кнопку вызова официанта и к нам пришла Алла.

- Отмените бургер с салатом. Спасибо. - мне было так плохо, мне просто хотелось домой.

- Да, конечно. - и Алла унеслась обратно на кухню.

- Я заказываю такси и еду домой, ПОКА. - я взяла свои вещи и пошла на место, где будет ждать меня такси.

****

Дома я оказалась ближе к четырём тридцати вечера. После того, что произошло сегодня, Миша мне не писал. Он даже не пытался остановить меня, когда я уходила. И что это на него нашло? Муха, судя по всему, его укусила.

Родители мне писали и звонили, но, как всегда, у телефона был выключен этот ненавистный звук. Я отписалась и отзвонилась им. Они сказали, что пока не собираются ехать домой. Мне так хотелось с ними поговорить. Просто, на самые обычные темы. Как дела? Что делала? А у вас как? После разговора по телефону с мамой мне стало намного легче, ну а папа, как всегда, шутил. Это тоже очень мне помогло. Я им не стала рассказывать, что у меня произошло с Мишей сегодня.

Я решила поесть и сделала себе омлет с помидорами и зеленью. Домашняя еда всегда самая вкусная. Всегда ей была и всегда ей и будет оставаться.

После небольшой трапезы, я пошла к себе в комнату смотреть телевизор. Звук на телефоне сразу включила на максимум, чтобы услышать наконец звонок или уведомление от родителей или кого - то другого. По телевизору шёл мой любимый мультфильм от студии: «Disney» Король лев. Я побежала на кухню за печеньками и чаем для просмотра. Принесла всё к себе в комнату и начала наслаждаться классикой американского кинематографа. Я включила его на моменте, когда Симба, сын Муфасы, спрашивал у дяди Шрама.