НЕ ПО ДОГОВОРУ. Книга первая

Как удобно. Начало. Срок. Конец. Лиза почувствовала почти физическое желание рассмеяться. Три года она мечтала о том, чтобы этот мужчина посмотрел на нее как на женщину. Вселенная, вероятно, наконец решила ответить - в форме двенадцатинедельного договора и пресс-релиза о расставании.

— Сколько? - спросила она.

Сэм повернул голову. Дин не изменился в лице.

— Тридцать тысяч.

Лиза перестала дышать. Тридцать тысяч. Почти ровно столько не хватало до суммы, которую она рассчитала для первого года аренды маленького помещения на Ридж-стрит. Того самого, мимо которого ходила последние два месяца и каждый раз останавливалась у витрины. Двадцать четыре места. Небольшая кухня. Барная стойка из темного дерева. Слишком дорого.

Самое абсурдное заключалось в том, что эту сумму Лиза могла получить одним звонком. Не кредитом. Не работой. Одним словом человеку, которому четыре года не позволяла покупать ей даже билет на самолет. Именно поэтому звонка не будет. Если «Тихо» когда-нибудь появится, в его стенах не должно быть ни одного кирпича, за который она обязана отцу.

Она никому не рассказывала. Даже Сэму - пока.

— За три месяца?

— Да.

— Ты понимаешь, насколько это ненормально?

— Понимаю.

— И все равно предлагаешь.

— Да.

Он не пытался очаровать ее. Не говорил, что это будет весело. Не делал вид, что деньги ничего не значат. И, как назло, именно это заставляло ее слушать.

— Почему я?

Вопрос вырвался раньше, чем она успела остановиться. Дин на секунду взглянул на Сэма. Слишком быстро, чтобы другой человек заметил. Но Лиза всегда замечала Дина слишком хорошо.

— Я тебе доверяю, - сказал он.

— Ты меня почти не знаешь.

— Я знаю, как ты работаешь. Знаю, что Сэм доверяет тебе. Знаю, что ты умеешь разговаривать с людьми и не теряешь голову рядом с деньгами.

— Как романтично.

— Это не должно быть романтично.

Вот теперь стало больно. Совсем чуть-чуть. Она давно научилась прятать такие вещи.

— Правильно, - сказала Лиза. - Забыла.

Дин нахмурился, словно услышал в ее тоне что-то лишнее. Сэм вмешался:

— Ты можешь подумать.

— Сколько?

— Сколько нужно.

Дин посмотрел на часы.

— Желательно до понедельника.

Лиза встала.

— Мне нужно работать.

— Конечно.

Она сделала два шага и обернулась.

— Если гипотетически я соглашусь, условия будут мои.

В глазах Сэма появился блеск. Дин лишь кивнул.

— Говори.

— Никаких неожиданных поцелуев ради фотографов.

— Хорошо.

— Никаких историй о том, что мы познакомились при луне и сразу поняли, что созданы друг для друга.

— Нора переживет.

— Моя семья не участвует.

— Согласен.

— Ты не вмешиваешься в мою работу здесь.

— Да.

Лиза заставила себя произнести последнее:

— И никакого секса.

Тишина оказалась почти смешной. Сэм очень внимательно изучал салфетку. Дин смотрел прямо на нее.

— Это не предполагалось.

— Прекрасно. Значит, легко согласиться.

Что-то мелькнуло в его взгляде.

— Согласен.

— Тогда я подумаю.

На кухне Лиза прислонилась спиной к закрытой двери. Тридцать тысяч. Три месяца. Дин.

Это была худшая идея, которую ей когда-либо предлагали. И именно поэтому в два часа ночи она сидела на кровати с ноутбуком и открытой таблицей расходов. Аренда. Лицензия. Депозит. Оборудование. Страховка. Внизу зеленым цветом стояла сумма, которой не хватало.

29 640. Лиза посмотрела на нее. Потом на телефон. Потом снова на таблицу.

Телефон зазвонил прежде, чем она успела сделать выбор.

Снова незаписанный номер.

На этот раз Лиза не сбросила сразу. Дала вызову закончиться самому, будто этим могла доказать, что звонок ничего не значит.

Через минуту появился значок голосовой почты.

Она долго смотрела на него, потом все-таки включила запись.

— Елизавета Александровна, добрый вечер. Это Марина Сергеевна. Ваш отец просил передать, что хотел бы поговорить. Без условий. Просто поговорить. Если вы…

Лиза удалила сообщение, не дослушав.

«Без условий» в лексиконе Александра Воронцова всегда означало, что условия появятся чуть позже, когда собеседник уже сядет за стол.

Она положила телефон на кровать и заставила себя вернуться к цифрам.

Тридцать тысяч. Три месяца. Ее собственный бар.

Ее собственное решение.

Именно сейчас последнее было важнее всего.

«Это только работа», - сказала она вслух пустой комнате. Телефон молчал. Она набрала сообщение Сэму:

«Если я соглашусь, ты никогда больше не имеешь права называть меня разумным человеком». Ответ пришел через десять секунд. «Слишком поздно. Я давно так не думаю». Следом второе:

«Скажешь ему сама?» Лиза закрыла глаза. Да. Если уж она собиралась три месяца изображать девушку мужчины, которого любила почти четыре года, то хотя бы начало этой катастрофы должно принадлежать ей.

Глава 5

ПРАВИЛА

ЛИЗА

Нора Кейн оказалась женщиной лет сорока с короткими темными волосами, идеально белой рубашкой и выражением лица человека, который однажды пережил мировой кризис и остался недоволен его организацией.

Она пожала Лизе руку.

- Спасибо, что согласились.

- Я еще не уверена, что это правильное слово.

- Поверьте, через неделю оно будет казаться самым мягким.

Дин, стоявший у окна, бросил на Нору взгляд.

- Ты должна ее успокаивать.

- Я никогда не вру клиентам.

- Я твой клиент.

- Вот именно.

Лиза невольно улыбнулась. Первая встреча проходила в кабинете Дина. Не переговорная - настоящий кабинет, и это почему-то ощущалось слишком личным. На полке лежало несколько книг, у окна стояло старое кожаное кресло, совершенно не подходившее к остальному интерьеру. На столе - фотография двух мальчишек у озера. Старший держал младшего за воротник куртки, будто тот уже собирался куда-то свалиться. Лиза задержала взгляд.

- Это мы с Сэмом, - сказал Дин.

Она обернулась.

- Я догадалась.

- По волосам?

- По тому, что ты уже тогда выглядел так, будто несешь за него юридическую ответственность.

Нора тихо кашлянула, скрывая смех. Дин посмотрел на Лизу несколько секунд.

- Начнем?

Они начали с договора: двенадцать недель, тридцать тысяч долларов двумя платежами. Отдельно оплачиваются одежда, поездки, проживание и любые расходы, связанные с мероприятиями. Лиза может отказаться от любого публичного действия, которого нет в согласованном плане. Любой физический контакт - по взаимному согласию. Последнюю фразу она прочитала дважды.

- Юрист постарался, - заметил Дин.

- Мне нравится твой юрист.

- Я передам.

Нора разложила перед ними график.

- В пятницу первое появление. Открытие галереи фонда Картеров. Там будет пресса. Никакого объявления отношений. Просто приходите вместе, уходите вместе.

- И как давно мы якобы встречаемся? - спросила Лиза.

- Шесть недель.

- Почему не шесть месяцев?

- Потому что шесть месяцев невозможно спрятать в городе, где у мистера Харпера фотографируют даже парковочные штрафы.

- У меня нет парковочных штрафов.

- Именно это из всего сказанного вас задело?

Лиза прикусила губу. Дин вздохнул.

- Что еще?

Нора перевела взгляд на Лизу.

- Вам придется знать несколько вещей друг о друге. Не биографию. Детали. Люди верят деталям.

- Я знаю, какой кофе он пьет.

- Уже неплохо.

- И что он ненавидит кинзу.

Дин нахмурился.

- Откуда ты знаешь?

- Ты однажды вернул тартар из-за трех листьев.

- Это было два года назад.

Лиза пожала плечами. Нора посмотрела на Дина.

- Ваша очередь.

Он перевел взгляд на Лизу. Тишина стала длиннее.

- Она пьет чай с бергамотом после десяти вечера.

Теперь нахмурилась Лиза.

- Откуда ты знаешь?

- Видел в ресторане.

- Я работаю там четыре года. Ты мог просто угадать.

- Ты носишь серебро, но никогда золото. Не ешь грибы. Когда нервничаешь, накручиваешь цепочку на палец. И всегда отдаешь последний кусок хлеба Сэму, даже если сама голодная.

Лиза застыла. Нора очень медленно закрыла папку.

- Отлично, - произнесла она. - Вижу, моя работа здесь минимальна.

Дин будто только сейчас понял, сколько сказал.

- Наблюдательность полезна в бизнесе.

- Несомненно, - сухо ответила Нора.

Лиза опустила глаза на свои руки. На указательном пальце действительно была намотана тонкая цепочка. Она отпустила ее. Следующие сорок минут они обсуждали ложь, которую решили не придумывать. Где познакомились? В ресторане Сэма - правда. Что нравится делать вместе? Никаких легенд: ужины, прогулки, выставки - то, что можно будет реально повторить. Кто сделал первый шаг? На этом вопросе Лиза и Дин одновременно посмотрели на Нору.

- Еще не придумала, - сказала та. - Лучше не отвечать.

После встречи Дин проводил Лизу к лифту.

- Ты можешь отказаться, - сказал он неожиданно.

Она нажала кнопку.

- Я уже подписала.

- Это не тюрьма.

- Какая забота.

- Я серьезно.

Лиза посмотрела на него.

- Я тоже. Мне нужны деньги. Тебе нужна убедительная женщина рядом. Все честно.

Его челюсть едва заметно напряглась.

- Убедительная женщина?

- Цитирую Нору.

- Она сказала «убедительная версия отношений».

- Значит, я уже вжилась в роль.

Двери лифта открылись. Дин придержал их ладонью.

- В пятницу я заеду за тобой в семь.

- В семь пятнадцать.

- Почему?

- Потому что если ты приедешь в семь, ты приедешь в шесть пятьдесят.

- И?

- А я буду красить ресницы. Ты начнешь смотреть на часы. Я начну тебя ненавидеть. Через десять минут наши отношения покажутся прессе недостаточно стабильными.

Он почти улыбнулся.

- Семь пятнадцать.

- Хорошо.

Она вошла в лифт. Перед тем как двери закрылись, он сказал:

- Лиза.

- Что?

- Я не собираюсь делать ничего, чего ты не захочешь.

Слова были правильными. Совершенно правильными. И именно поэтому она ответила слишком резко:

- Просто не забывай, что я здесь ради работы.

Двери закрылись. Дин остался снаружи. Лиза смотрела на собственное отражение в зеркальной стене лифта и пыталась не думать о том, что он заметил ее чай, серебряные украшения и привычку отдавать Сэму хлеб. Не думать о том, что, возможно, все эти годы он все-таки смотрел.

И главное - не позволять себе надеяться, что это что-нибудь значит.

Глава 6

ПЕРВОЕ ПОЯВЛЕНИЕ

ЛИЗА

В семь четырнадцать Дин стоял у ее двери.

В детстве Лизу учили входить в зал так, будто она имеет право там находиться. Отец нанимал преподавателя этикета, потому что считал умение держать бокал такой же частью образования, как экономику. Четыре года Лиза пыталась забыть эти уроки. Сегодня тело вспомнило их раньше головы.

Она ненавидела, что они пригодились.

Лиза посмотрела на часы, потом на него.

- Ты специально ждал в машине?

- Три минуты.

- У тебя серьезные проблемы.

- Я знаю.

Он сказал это без улыбки, и Лиза на секунду забыла собственную шутку. На нем был черный костюм и темная рубашка без галстука. Никакой показной торжественности, только та раздражающая простота, которая на некоторых мужчинах выглядит дороже бриллиантов. Его взгляд скользнул по ней и остановился.

Лиза выбрала платье сама, отказавшись от стилиста Норы: темно-зеленое, закрытое спереди, с открытой спиной и тонкими бретелями. Оно не делало ее кем-то другим. Просто чуть смелее той женщины, которая каждый вечер завязывала фартук в ресторане.

- Что? - спросила она.

- Ничего.

- Сегодня это уже традиция семьи Харперов.

Дин выдохнул.

- Ты красивая.

Сердце глупо споткнулось. Он сказал это спокойно, как факт. Именно поэтому Лиза поверила.

- Спасибо.

Он подал ей пальто. Когда она повернулась спиной, его пальцы на секунду коснулись обнаженной кожи между лопатками - случайно и почти невесомо. Лиза замерла.

- Прости.

- Все нормально.

Ничего не было нормально. В машине Нора отправила им последнее сообщение: «Не переигрывайте. Люди верят тем, кто забывает, что за ними смотрят».

- Очень полезно, - сказала Лиза. - Теперь я буду помнить, что должна забыть.

- Не нервничай.

- Я не нервничаю.

Дин посмотрел на ее руку. Цепочка уже обвилась вокруг указательного пальца. Она быстро отпустила ее.

- Ненавижу тебя.

- Пока рано. Вечер еще не начался.

Открытие галереи оказалось именно таким, как Лиза представляла мир Дина: белое пространство, дорогое вино, люди, которые умели разговаривать, почти не двигая лицом, и фотографы, возникающие в самых неудобных местах. У входа Дин остановился.

- Готова?

- Нет.

- Хорошо.

Он протянул руку. Не локоть - ладонь. Лиза посмотрела на нее: большую, сильную, с длинными пальцами. Те самые руки, на которые она старалась не смотреть четыре года.

- Это обязательная часть программы? - спросила она.

- Нет.

- Тогда зачем?

- Чтобы ты не потерялась.

- В помещении размером с мой ресторан?

Он усмехнулся.

- Чтобы я не потерялся.

Она вложила пальцы в его ладонь. Первое прикосновение оказалось менее драматичным, чем в ее фантазиях: никаких молний - только тепло его руки и большой палец, легко коснувшийся ее костяшек. Через десять минут Лиза поняла, почему Нора выбрала именно подобные мероприятия. Здесь никто не задавал прямых вопросов. Люди наблюдали.

Дин представлял ее без лишних пояснений.

У стойки шампанского мужчина лет пятидесяти посмотрел на Лизу дважды.

Не оценивающе - узнавая.

Она почувствовала это мгновенно. Так в прошлой жизни на нее смотрели люди, которые сначала видели фамилию, а уже потом человека.

- Простите, - сказал он, делая шаг к ним. - Мы раньше не встречались? Вы очень похожи на…

- Вряд ли, - мягко перебила Лиза. - Я работаю в ресторане. Возможно, вы бывали у нас.

Он явно хотел возразить, но к нему подошел другой гость.

Лиза улыбнулась и повернулась к Дину прежде, чем мужчина успел вспомнить нужное имя.

Дин ничего не спросил. Только взглядом отметил ее пальцы, снова намотавшие цепочку на указательный палец.

Через минуту его ладонь легла ей на спину - не удерживая, просто обозначая присутствие.

Лиза ненавидела, насколько легче стало дышать.

- Это Лиза.

Без должности и объяснений. Одна женщина с идеальными серебристыми волосами улыбнулась:

- Мы наконец-то видим ту самую загадочную спутницу.

Лиза едва не поперхнулась шампанским.

- Надеюсь, загадочность компенсирует отсутствие навыков светской беседы.

Женщина рассмеялась. Дин посмотрел на Лизу с явным одобрением. Постепенно она расслабилась. Люди были людьми. Один инвестор слишком много говорил о яхтах, его жена тайно любила дешевые детективы, куратор галереи боялся, что никто не заметит молодого художника из третьего зала. Лиза делала то, что умела лучше всего: слушала.

Через час Дин наклонился к ней.

- Как ты это делаешь?

- Что?

- Через пять минут знаешь о них больше, чем я через пять встреч.

- Я официантка. Если не научишься читать людей, будешь подавать безглютеновый хлеб человеку, который потом час пишет разгромный отзыв на Yelp.

- Напомни никогда тебя не недооценивать.

Она повернула голову. Он стоял слишком близко.

- Ты уже недооценил.

На секунду между ними стало тихо. Потом вспыхнула камера. Дин почти автоматически положил ладонь ей на талию. Лиза почувствовала его пальцы через тонкую ткань платья.

И тут же увидела Сэма. Он пришел позже, в обычном темном костюме, который уже успел расстегнуть. Заметив их, поднял бокал в приветствии и направился к ним.

- Вы оба живы, - сказал он.

- Пока, - ответила Лиза.

Сэм поцеловал ее в висок. Привычный жест. Лиза даже не моргнула. Дин убрал руку с ее талии.

Слишком быстро.

- Ты тоже приглашен? - спросил он брата.

- Представь себе. Некоторые люди любят мое общество.

- Составь список. Мне любопытно.

Сэм посмотрел на Лизу, потом на Дина. И едва заметно улыбнулся.

- Как успехи у счастливой пары?

- Еще одна подобная фраза, и ты лишишься бесплатных десертов до конца жизни, - сказала Лиза.

- Ты не можешь лишить владельца ресторана десертов.

- Посмотри на меня.

Дин молчал. Его взгляд снова опустился туда, где рука Сэма лежала теперь на спинке стула за Лизой. И впервые за вечер ей пришла в голову совершенно невозможная мысль. Если бы она не знала лучше, она бы решила, что он ревнует.

Через секунду Дин сказал:

- Нам пора.

- Уже? - удивился Сэм.

- Завтра ранняя встреча.

На улице дождь прекратился. Дин открыл перед Лизой дверь машины. Она уже собиралась сесть, когда он тихо произнес:

- Он всегда так тебя касается?

Лиза обернулась.

- Кто?

- Сэм.

Она несколько секунд смотрела на него.

- Ты серьезно?

Дин будто пожалел о вопросе.

- Забудь.

Лиза села в машину и отвернулась к окну, чтобы он не увидел улыбку. Нет. Ревность была слишком красивой версией событий. Она не позволит себе поверить в нее.

Но всю дорогу домой ощущение его ладони на талии почему-то не исчезало.

Глава 7 .

ПОЦЕЛУЙ ДЛЯ КАМЕР

Второе мероприятие должно было быть проще.

Так сказала Нора. Лиза теперь знала: когда Нора произносит «проще», необходимо заранее проверить ближайшие аварийные выходы. Благотворительный ужин проходил в старом отеле, который компания Дина реставрировала пять лет назад. Высокие потолки, лестницы из темного дерева, сотни свечей. На этот раз Лиза почти не нервничала.

Хуже было то, что ей начинал нравиться не мир камер, платьев и чужого внимания, а Дин. За последние две недели он превратился из далекого мужчины, которого она изучала из-за ресторанной стойки, в человека с неожиданно сухим юмором, привычкой проверять почту в лифте и почти патологической неспособностью оставить еду на тарелке, если ему ее подала она.

Он писал ей сообщения - не романтические, и оттого еще хуже. «Нора хочет знать, какой цвет ты выберешь в субботу». «Сэм утверждает, что ты украла мой шарф».

«Это правда, что ты убедила шефа убрать кинзу из меню только ради меня?» Каждое такое сообщение заставляло ее улыбаться телефону как шестнадцатилетнюю. Сегодня он встретил ее в холле.

- Ты опоздала на две минуты.

- Я совершенствую тебя как личность.

- Чувствую прогресс.

Его ладонь легла ей на поясницу, когда они вошли в зал. К этому прикосновению Лиза уже должна была привыкнуть. Не привыкла. Вечер шел спокойно до тех пор, пока возле сцены их не перехватила журналистка из делового журнала.

- Дин, минуту?

Он заметно напрягся.

- Конечно.

Вопросы сначала касались Aster. Реставрации, рабочих мест, стратегии. Дин отвечал ровно, Лиза стояла рядом и почти перестала думать о себе. Потом журналистка улыбнулась.

- И последнее. Последние недели вас постоянно видят вместе. Можем считать, что эпоха самого завидного холостяка города закончилась?

Лиза почувствовала, как рука Дина на ее талии чуть напряглась.

- Можно считать, что журналисты наконец устали от старых фотографий, - ответил он.

- Убедительно. Но пока не очень романтично.

- Это потому, что вы спрашиваете меня, а не ее.

Журналистка моментально повернулась к Лизе. Предатель.

- Тогда Лиза? Он романтик?

Лиза посмотрела на Дина. Светлые глаза были спокойными, но в них пряталось веселое предупреждение. Она решила отомстить.

- Невероятный, - сказала она. - Вчера прислал мне таблицу в Excel.

Журналистка рассмеялась.

- С цветными вкладками, - добавила Лиза.

- Я старался, - сухо произнес Дин.

- И после такого вы не ответили взаимностью?

- Я слабая женщина.

Камера щелкнула. Журналистка уже собиралась отойти, когда с другой стороны раздался мужской голос:

- А я слышал, что все это просто удачная PR-история.

Лиза узнала репортера из таблоида, о котором предупреждала Нора. Дин сразу стал неподвижным.

- Тогда вам, вероятно, стоит сменить источники.

- Легко доказать.

- Что именно?

Репортер ухмыльнулся.

- Что вы настоящая пара.

Лиза почувствовала раздражение раньше страха.

- Простите, а справку от терапевта тоже принести? - спросила она.

Несколько человек рядом засмеялись. Но камеры уже повернулись к ним. Дин наклонился к ней.

- Можно? - спросил он тихо.

Он задал всего один вопрос - одно слово, которое не должно было значить ничего. Это было прямо предусмотрено договором: никакого физического контакта без согласия.

Лиза знала, что от нее ждут. И все равно сердце ударилось о ребра так сильно, что стало больно. Она кивнула. Дин коснулся ладонью ее щеки.

Не талии и не плеча - щеки. Большой палец лег возле уголка рта. На секунду он посмотрел ей в глаза - будто вокруг действительно никого не существовало.

А потом поцеловал. Лиза представляла этот момент слишком много раз. В ее фантазиях он всегда был другим. Более жадным. Или более нежным. Иногда под дождем, однажды совершенно неприлично на кухне ресторана после закрытия. Реальность оказалась хуже.

Потому что была настоящей. Его губы были теплыми и уверенными. Он не торопился. Не изображал страсть ради камер. Поцеловал ее так естественно, словно делал это уже сотни раз и собирался сделать еще столько же. Лиза забыла, что должна играть. Ее пальцы сами нашли лацкан его пиджака.

Дин чуть сильнее прижал ладонь к ее щеке. И тогда она почувствовала его короткий вдох. Он тоже забыл. Всего на секунду.

Но она почувствовала. Дин отстранился первым. Между ними осталось несколько сантиметров. Его взгляд опустился к ее губам и вернулся к глазам.

Камеры вспыхивали вокруг.

- Достаточно убедительно? - спросила Лиза, потому что если не заговорить сейчас, она могла сделать что-нибудь необратимо глупое.

Дин медленно убрал руку.

- Надеюсь.

Голос звучал ниже обычного. Репортер сказал что-то еще, но Лиза уже не слышала. Через двадцать минут они сидели в машине. Между ними было расстояние в половину заднего сиденья.

Лиза смотрела в окно. Дин - в телефон, не прокручивая экран.

- Это была ошибка? - спросил он наконец.

Она повернула голову.

- Что?

- Поцелуй.

- Нет. Сработало идеально.

Его лицо закрылось.

- Я не об этом.

Лиза знала, что должна спросить, о чем именно. Но боялась ответа.

- Это часть работы, - сказала она.

Дин смотрел на нее долго.

- Правильно.

Одно слово. И почему-то именно оно причиняло боль. Когда машина остановилась у ее дома, он вышел первым и открыл дверь.

- Увидимся во вторник.

- На ужине у Картеров.

- Да.

Она сделала шаг к подъезду.

- Лиза.

Она обернулась. Дин стоял возле машины, руки в карманах пальто.

- Что?

Он секунду молчал.

- Ничего. Спокойной ночи.

Она поднялась домой, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. И только тогда коснулась пальцами губ.

Через минуту пришло сообщение от Сэма: «Интернет уже считает, что вы поженитесь к весне. Как прошел вечер?» Лиза набрала:

«Я ненавижу твою семью». Сэм ответил почти сразу: «То есть поцелуй был хороший». Она бросила телефон на диван.

Это было самое ужасное. Он был лучше, чем хороший.

Глава 8

ПОСЛЕ ВСПЫШЕК

ДИН

Дин не должен был помнить вкус ее губ через три дня.

Однако во вторник утром он поймал себя на том, что читает одно и то же письмо четвертый раз и думает не о цифрах, а о том, как Лиза вцепилась пальцами в лацкан его пиджака.

- Проблемы? - спросила Нора.

Дин поднял глаза. Она сидела напротив, листая отчет по прессе.

- Нет.

- Отлично. Тогда вы, возможно, объясните, почему уже пять минут смотрите на абзац из трех строк.

Он положил планшет.

- Что пишут?

- То, что мы хотели. Стабильные отношения, хороший фон для сделки, фотографии разошлись широко. Таблоиды переключились с клуба на «загадочную брюнетку».

- Ее имя известно.

- Это не мешает им называть ее загадочной.

Нора закрыла папку.

- Поцелуй был лишним.

Дин посмотрел на нее.

- Ты сама сказала, что нужны убедительные фотографии.

- Убедительные. Не те, после которых вы полвечера избегали смотреть друг на друга.

- Ты придумываешь.

- Это моя работа.

Он встал и подошел к окну. Нора не уходила.

- Что?

- Ничего.

- Почему все вокруг меня так любят это слово?

- Потому что вы задаете вопросы, на которые не хотите слышать ответы.

Дин обернулся.