МГЛА. УЧЕНИЕ О НЕНАВИСТИ. Часть 2

Для большей наглядности нужно перейти на язык дат и цифр.

Начать с того, что Раваби находится на Западном берегу реки Иордан - ключевой спорной территории в израильско-палестинском конфликте под военным контролем Израиля с 1967 года. На территории проживает более 3,4 млн палестинцев, а также израильские поселенцы. Международное сообщество в основном считает её оккупированной, в то время как Израиль обосновывает свои права историческими и факторами, и обеспечением безопасными, поскольку Западный берег реки Иордан (ЗБРИ) —территория, являющаяся одним из основных очагов израильско-палестинского конфликта, источником постоянной политической нестабильности в регионе. Территория разделена. Часть находится под военным управлением Израиля, часть - под управлением Палестинской национальной автономии (ПНА), созданной по соглашениям Осло. Ключевые причины нестабильности - Израильские поселения. Израиль продолжает строительство поселений на Западном берегу, что считается незаконным согласно международному праву и осуждается мировым сообществом, права на землю и воду - конфликт за ресурсы, ограничения на передвижение палестинцев и снос домов создают высокую напряженность - постоянные столкновения между израильскими силами безопасности, поселенцами и палестинскими группами, и, наконец, военная активность - Израильская армия регулярно проводит операции на Западном берегу для предотвращения атак, что приводит к жертвам среди палестинцев. Существуют опасения полной аннексии территории Израилем, что окончательно разрушит концепцию «двух государств для двух народов». По сути Раваби последнее место для города-технохаба, если результатами проекта являются заявленные показатели, а не политические цели. Инвестиционный климат и предпосылки (угрозы и возможности) для реализации проекта Раваби не могут рассматриваться независимо долгов Израилю, военного противостояния, волн террора, полной зависимости от водоснабжения и транспортной магистрали Израиля, многомиллиардных убытков и человеческих жертв.

Долги Палестинской автономии (ПА) Израилю к началу 2026 года достигают критического уровня, превысив $15,4 млрд, основная часть задолженности - за поставки электроэнергии, воды и медицинские услуги. Израиль регулярно удерживает сотни миллионов шекелей из налоговых поступлений, собираемых для ПА, в счет погашения этих долгов, долги перед израильской электрической компанией «Хеврат Хашмаль» и водными концернами составляют сотни миллионов шекелей и Министерство финансов Израиля (под руководством Бецалеля Смотрича) систематически изымает средства из налогов, предназначенных для ПА. Например, в апреле 2026 года было удержано около 590 млн шекелей из 740 млн, предназначенных для автономии, для покрытия долгов. В конце 2025 года сообщалось о погашении десятилетнего долга за электроэнергию в размере 1,1 млрд шекелей за счет удержанных средств. Израиль также замораживает средства, равные суммам, которые ПА выплачивает семьям террористов (т. н. «закон о замораживании средств»), что увеличивает финансовое давление. Ситуация усугубляется снижением финансовой помощи от арабских стран, что увеличивает зависимость ПА от экономики Израиля.

Долги Палестинской автономии Израилю в 2006–2014 годах, то есть, от рождения проекта до пика продаж, на который приходится операция «Несокрушимая скала» Армии обороны Израиля52 являет следующую картину. В период с 2006 по 2014 годы финансовые взаимоотношения между Израилем и Палестинской автономией (ПА) характеризуются ростом задолженности ПА за коммунальные услуги и периодическими заморозками налоговых переводов Израилем. Основные категории долгов и финансовые показатели в этот период: долги за электроэнергию, где самый крупный и проблемный долг - перед Израильской электрической компанией (Хеврат ха-Хашмаль). К концу указанного периода (декабрь 2014 года) общая задолженность ПА за электричество достигает почти 1,9 млрд шекелей (около 480 млн долларов на тот момент). Из-за прихода к власти ХАМАС оплата счетов из Газы в 2007 году практически прекращена. На Западном берегу местные палестинские дистрибьюторские компании часто не перечисляют собранные с населения средства Израилю. Задолженность за медицинские услуги сущенственна. Палестинские пациенты - вопреки «палестинству» и «сопротивлению» - регулярно направляются в израильские больницы для лечения сложных заболеваний. Анклав накопил значительные долги перед израильским Минздравом и частными клиниками (как «Хадасса» или «Шеба»). К 2014 году эти долги исчисляются сотнями миллионов шекелей. Механизм налоговых вычетов таков: согласно Парижскому протоколу 1994 года, Израиль собирает для ПА таможенные пошлины и налоги (около 100–150 млн долларов ежемесячно). В ответ на политические шаги ПА (например, вступление в ООН в 2012 году или создание правительства единства с ХАМАС в 2014 году) Израиль неоднократно замораживает эти переводы, иногда используя эти средства для прямого погашения долгов ПА перед электрической компанией и больницами в обход палестинского бюджета. ПА также имела задолженность перед израильской водной компанией «Мекорот», хотя меньше электрической. К 2014 году она составляла десятки миллионов шекелей. После победы ХАМАС на выборах в 2006 году Израиль временно прекращает перевод налоговых средств, что приводит к глубокому финансовому кризису в автономии.2011–2014 годы.

Всемирный банк регулярно сообщает о дефиците бюджета ПА, покрываемом за счет внешних доноров и роста внутренней задолженности перед израильскими поставщиками. К началу 2015 года общая сумма претензий израильских поставщиков к ПА (электричество, вода, медицина) превысила 2,2 млрд шекелей. Это привело к тому, что в 2015–2016 годах стороны были вынуждены подписать ряд соглашений о реструктуризации долга и переходе палестинских электросетей под более жесткий контроль. Проект стоимостью более 1,4 млрд долларов (основной инвестор - катарская компания Diar и палестинский бизнесмен Башар Масри) реализуется в условиях высокого политического риска, но при поддержке международного сообщества. Город строился на инвестиции Катара без государственных гарантий со стороны ПА и без каких либо вложений: «В 2008 году Масри подписал соглашение о частно-государственном партнерстве с ПА, в соответствии с которым последняя профинансирует основную инфраструктуру города на сумму около $ 140 млн. «Я ничего не получил с тех пор. Приоритеты ПА должны быть не только политика и безопасность, но и экономика. Я понимаю, что они в затруднительном финансовом положении, но они могли бы давать что-то большее, чем моральная поддержка». ПA не обеспечивает даже присутствие полиции в эмбриональном городе. «Они согласились с тем, чтобы открыть полицейский участок пять месяцев назад, но им необходимо израильское разрешение. Ничего не случилось. Ждем. До тех пор, я - шеф полиции этого города». С его слов, ПА, по крайней мере, могла бы направить в Раваби международных доноров. Проект был объявлен незадолго до конференции в Париже в декабре 2007 года, в ходе которой было выделено миллиарды долларов в виде помощи для улучшения палестинской экономики и на проекты государственного строительства»53. На фоне долга ПА перед Израилем (достигшего 2 млрд шекелей к 2014 году) проект сталкивался с риском бюджетного коллапса всей автономии. Израильские налоговые вычеты в счет долга обескровливали палестинский бюджет, снижая покупательную способность потенциальных жителей Раваби (госслужащих ПА). Любое обострение («волна террора» или интифада) приводило к закрытию КПП, превращая современный город в изолированный анклав54. Лоббирование проекта в Вашингтоне позволило получить временные разрешения на проезд строительной техники, что было беспрецедентно для палестинских строек: «Одним из тех, кто вступился за Раваби, был бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр, которого назначили спецпосланником на Ближнем Востоке несколько месяцев спустя. «Блэр был сторонником Раваби. Он был здесь несколько раз и помог преодолеть препятствия», - рассказал Масри.»55. Волны террора «Период 2014 года (похищение подростков, операция «Нерушимая скала») радикально ухудшил имидж проекта для внешних инвесторов. Симулякр безопасности: создававшаяся внутри Раваби иллюзия европейского порядка56 и безопасности, но внешние стены города буквально упираются в реальность военных операций и блокпостов. Попытка создать новую палестинскую идентичность через потребление и урбанистику требует денег, снабжения водой и электричеством, военных послаблений, и доброй воли Израиля, город становится напоминанием того, что даже миллиардные инвестиции не могут обойти базовую зависимость от израильской трубы (вода) и израильского ключа (дороги).

13.

2006–2023 годы арабо-израильского сосуществования знаменуются переходом ХАМАС от парламентской политики к полномасштабному контролю над сектором Газа и перманентному вооруженному противостоянию с Израилем. Этот отрезок времени сводится к череде разрушительных военных кампаний и блокаду, завершившись полномасштабной войной, начавшейся в октябре 2023 года. Поэтапно, от захвата власти в Газе до резни он выглядит следующим образом: захват власти и начало эскалации (2006–2007). Победа на выборах и раскол. В 2006 году движение ХАМАС выигрывает парламентские выборы в Палестинской автономии, что приводит к политическому кризису, отказу группировки признать Израиль и международному бойкоту. Летом 2006 года боевики захватывают израильского военнослужащего Гилада Шалита, что провоцирует израильскую военную операцию «Летние дожди». В 2007 году, после серии вооруженных столкновений с движением ФАТХ, ХАМАС совершает переворот и полностью захватывает власть в секторе Газа. Далее следуют крупномасштабные военные кампании (2008–2021). Из-за регулярных ракетных обстрелов израильских территорий из Газы Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) проводит несколько крупных военных операций: «Литой свинец» (2008–2009), первая масштабная наземная операция Израиля в секторе с целью прекращение ракетных обстрелов и контрабанды оружия, «Облачный столп» (2012) - начата после эскалации и ликвидации лидера военного крыла ХАМАС Ахмеда Джабари, «Нерушимая скала» (2014) - 50-дневный конфликт, вызванный похищением и убийством израильских подростков на Западном берегу; ХАМАС активно применял сеть подземных тоннелей для вылазок, «Страж стен» (2021) - 11-дневная война, начавшаяся с массированного ракетного обстрела Иерусалима и Израиля ХАМАС на фоне столкновений в мечети Аль-Акса и вокруг квартала Шейх-Джаррах.

Промежутки между войнами - хрупкие перемирия асимметричной войны57. Израиль и Египет держат строгую блокаду Газы, чтобы помешать ХАМАС импортировать тяжелое оружие. Израиль периодически разрешает ввоз гуманитарной помощи и выдает жителям Газы разрешения на работу в Израиле. ХАМАС тем временем восстанавливает свой военный потенциал и совершенствует ракетные арсеналы. 7 октября 2023 года ХАМАС проводит внезапную, беспрецедентную по масштабам и жестокости атаку на юг Израиля. Тысячи боевиков прорвали границу, убив около 1200 человек (в основном мирных жителей) и захватив более 240 заложников. Вторжение провоцирует начало полномасштабной войны. Израиль объявляет ее целью уничтожение военного и политического потенциала ХАМАС, начав блокаду и наземную операцию в секторе Газа. За 17 лет (2006–2023 гг.), пока палестинское руководство добивается признания государственности анклава, конфликт - как его принято именовать в политическом дискурсе - трансформируется из приграничных стычек и обстрелов в войну нового типа с массированным использованием беспилотников, ракетных ударов по всей территории Израиля и боями в сложной городской застройке Газы.

В тот же период 2006–2023 годов, помимо ХАМАС, против Израиля активно действует ряд других палестинских террористических и военизированных группировок, часто координирующих свои действия из «Совместного оперативного штаба»58. Ключевые группировки и их деятельность следующие. Палестинский исламский джихад (ПИД) - вторая по силе группировка в секторе Газа, полностью финансируемая Ираном. ПИД часто инициирует ракетные обстрелы Израиля независимо от ХАМАС (например, в 2019 и 2022 годах). В 2006 году ПИД совершил наибольшее количество попыток терактов-самоубийств (96 потенциальных смертников были задержаны). Народный фронт освобождения Палестины (НФОП) - марксистско-ленинская группировка, резонансные нападения. Боевики НФОП несут ответственность за убийство семьи Фогель в 2011 году, резню в синагоге Хар-Ноф в 2014 году и теракт с использованием взрывного устройства в 2019 году (убийство Рины Шнерб). Бригады мучеников Аль-Аксы - военизированное крыло ФАТХ (формально запрещенное руководством), активно действовавшее на Западном берегу. Группировка участвует в многочисленных перестрелках с израильскими силами и нападениях на поселенцев, особенно во время всплесков насилия в 2022–2023 годах. «Логово львов» (Арин аль-Усуд) - новая террористическая ячейка, возникшая в 2022 году в Наблусе (Западный берег, родина Масри), объединившая боевиков из разных фракций для скоординированных атак на израильские военные объекты и гражданский транспорт. Основные методы (2006–2023) - ракетный террор, массированные запуски неуправляемых ракет из Газы по израильским городам, «Война тоннелей», трансграничные рейды, «ножевая интифада59«, взрывы автомобилей и наезды, атак киберподразделений на израильскую критическую инфраструктуру (электросети, водоснабжение) дополняют картину повседневности. На Западном берегу ЦАХАЛ проводит рейды по задержанию террористов и уничтожению цехов по производству взрывчатки. «Волнорез» (с 31 марта 2022 года) - длительная антитеррористическая кампания на Западном берегу (включая Дженин и Наблус) в ответ на волну терактов в израильских городах. Операция в Дженине (26 января 2023) - крупный рейд по предотвращению готовящегося теракта «Исламского джихада». «Дом и сад» (3–5 июля 2023) - крупнейшая за 20 лет военная операция в лагере беженцев Дженин, направленная на уничтожение инфраструктуры местных вооруженных ячеек. 7 октября 2023 года большинство группировок, включая Исламский джихад и НФОП, официально подтверждают свое участие во вторжении под руководством ХАМАС.

Период с 2006 по 2023 год характеризуется изменением тактики террора - от крупных взрывов смертников в начале периода до «индивидуального террора» и массированных ракетных обстрелов в последующие годы. В этот период происходит переход от Второй интифады к точечным атакам. Хронология крупных терактов следующая: 17 апреля 2006 теракт в закусочной «Рош ха-Ир» (Тель-Авив) - смертник «Исламского джихада» убил 11 человек, 6 марта 2008: Бойня в йешиве «Мерказ ха-Рав» (Иерусалим) - террорист расстрелял 8 студентов,11 марта 2011 - убийство семьи Фогель (поселение Итамар) - проникновение в дом и убийство 5 человек, включая детей,18 ноября 2014 - нападение на синагогу «Кеилат Бней Тора» (Иерусалим) - 6 погибших, 8 июня 2016 - стрельба в комплексе «Сарона» (Тель-Авив) - 4 погибших, март-апрель 2022 - волна терактов в Беэр-Шеве, Хадере, Бней-Браке и Тель-Авиве (всего 19 погибших за месяц), что привело к началу операции «Волнорез, .27 января 2023 - теракт у синагоги в районе Неве-Яаков (Иерусалим) - 7 погибших. 7 октября 2023 - самый масштабный теракт в истории Израиля - вторжение ХАМАС, в ходе которого было убито около 1200 человек и более 240 захвачено в заложники. С 2005 года (после выхода из Газы) по Израилю было выпущено более 20 000 ракет.

Последствия и человеческие жертвы говорят за себя сами.

Согласно официальным историческим базам данных Службы национального страхования Израиля (Битуах Леуми) и Министерства иностранных дел Израиля, общая статистика выглядит следующим образом. За период с 2006 по 2025 год в результате атак ХАМАС, обстрелов и палестинского террора погибло более 2400 израильтян и иностранных граждан.

Распределение жертв террора по ключевым этапам (2006–2025) таково. Период относительного «затишья» и малых эскалаций (2006 - сентябрь 2023). В этот промежуток времени (включая операции «Литой свинец», «Облачный столп», «Нерушимая скала», волну ножевого террора с 2015 года и ракетные обстрелы ХАМАС) погибло около 400–450 гражданских лиц и силовиков. Период совпадает с проектированием, пиаром и началом строительства Раваби, рождением иллюзии безопасности и локализации террора в альтернативной реальности.

Экономический ущерб Израиля от войн и терроризма за период с 2006 по 2026 год, оцениваемый экспертами и Банком Израиля как беспрецедентный, складывается из прямых военных расходов, выплат компенсаций, падения ВВП и колоссального долгосрочного урона для инвестиционного имиджа региона. При этом важно разделить ущерб на два принципиально разных этапа. 1. Период «скрытого ущерба» и малых войн (2006 – сентябрь 2023) В период проектирования и активного пиара Раваби ущерб экономике Израиля казался «контролируемым», что и позволяет катарским фондам и Башару Масри продвигать свои финансовые проекты. Локальные операции: каждая крупная эскалация этого периода - Вторая ливанская война (2006), операции в Газе «Литой свинец» (2008–2009), «Нерушимая скала» (2014) - обходилась экономике в среднем в 0,5% – 1,5% ВВП (от 5 до 15 миллиардов шекелей на каждую кампанию) в виде прямых расходов и недополученной прибыли в сфере туризма и услуг. Общие потери от беспрерывного террора (ножевая интифада, ракетные обстрелы юга) оцениваются в несколько миллиардов шекелей в год. Государственный долг Израиля при этом стабильно снижается и удерживается на образцовой отметке около 60% от ВВП. Именно эта макроэкономическая устойчивость Израиля позволяет международным инвесторам верить в утопию Раваби. 2. Период тотального коллапса (октябрь 2023–2026 годы). Катастрофа 7 октября и последовавшая многофронтовая война стирают глянец с фасада Раваби. Согласно официальным отчетам Банка Израиля и оценкам ведущих аналитических центров прямые потери ВВП (2023–2025): только за два года активной фазы конфликта (кампания в Газе и Ливане) чистые потери экономики Израиля составили 177 миллиардов шекелей (около 57 миллиардов долларов), что эквивалентно 8,6% годового ВВП страны. Прогноз упущенных возможностей (на десятилетие вперед): Аналитики оценивают совокупный ущерб от потери экономической активности, замедления роста производительности и падения инвестиций в технологический сектор в колоссальные 400 миллиардов долларов в течение следующих 10 лет. Израиль, фрагментарным восприятием60 не страдающий, теряет сотни жизней и миллиарды долларов, пока в бутафорском долгострое Раваби заселяются 200 квартир.

Проект строительства Раваби (Rawabi) —прежде всего, стратегический проект частно-государственного партнерства (Public-Private Partnership - PPP), преследующий цели «нацстроительства» и создания современной городской среды. Тип проекта - стратегическое партнерство (Strategic Partnership) между палестинским разработчиком Башаром аль-Масри (компания Massar International) и катарским застройщиком Qatari Diar, «Нациестроительство» (Nation-building/Resistance), направленное на создание физической инфраструктуры для будущего палестинского государства. Башар Масри называет его «палестинским Маршалловым планом». Раваби мыслится как символ экономического развития и устойчивости, призванный продемонстрировать жизнеспособность палестинской экономики, создать рабочие места и показать «устойчивость» (resistance) через строительство.61 Основной спонсор Qatari Diar Real Estate Investment Company (реальная недвижимость Катара) - обеспечивает большую часть финансирования. Разработчик: Massar International (Башар аль-Масри). Институциональные участники: Исламский банк развития (Al-Aqsa fund). Катарский фонд национального благосостояния Qatari Diar Real Estate Investment Company (дочка Qatar Investment Authority - QIA) является ключевым финансовым партнером. Доля участия: Катар предоставил основную часть финансирования (по разным данным, от двух третей до 100% строительного капитала), что делает его главным спонсором проекта.

Qatari Diar, каким он позиционирует себя — это значимые, знаковые проекты, зачастую не имеющие себе равных по масштабу, размаху и замыслу: «В своих разработках мы стремимся всесторонне способствовать развитию местных сообществ и обеспечивать долгосрочные устойчивые экономические возможности, одновременно сохраняя и органично приумножая природную красоту и местные традиции, предлагая при этом самые современные удобства».

В дополнение к сфере девелопмента недвижимости Qatari Diar созданы вспомогательные структуры, занимающиеся строительством мегазданий и инфраструктуры, крупномасштабным производством строительных материалов, а также предоставлением многопрофильных коммунальных услуг, включая централизованное охлаждение и газоснабжение на городском уровне - QDVC, основанная в 2007 году, совместное предприятие Qatari Diar и VINCI Construction Grand Projects (VCGP), занимающаяся разработкой и строительством крупномасштабных проектов в сфере недвижимости и инфраструктуры с использованием самых высоких отраслевых стандартов (Широкий спектр компетенций QDVC позволяет охватывать такие области, как концептуальное и детальное проектирование, управление проектами, строительство, эксплуатация и техническое обслуживание. Услуги. Генеральное подрядное строительство и строительные работы. Предоставление вспомогательных услуг, связанных с крупными проектами проектирования и строительства в Катаре или за рубежом) и Управление проектами (QPM). Компания QPM, основанная в 2008 году как первая катарская компания в этой отрасли, предоставляет непревзойденные услуги по управлению проектами в сфере недвижимости и инфраструктуры, поддерживая мировые стандарты в отрасли и регионе. Компания предлагает полный спектр профессиональных услуг по управлению проектами, включая разработку программ, урегулирование претензий, контроль проектов, охрану труда и технику безопасности, расчет затрат, технико-экономические обоснования, управление рисками и охрану окружающей среды. Не мыслимо, чтобы такая группа компаний, как Qatar Diar, имеющая в активе такие проекты, как Lusail City62, жилые комплексы, конгресс-холлы, пятизвёздочные отели, курорты от Туниса до Великобритании, не произвела инвестанализ проекта Раваби, , учтя все риски, от инвестиционного климата до местоположения, тотальную зависимость от Израиля, «палестинство», отсутствие бизнес-среды, «ХАМАС», войну, вложило бы 1,4 миллиарда долларов США в проект, незавершаемый изначально, в химеру «палестинского Маршаллова плана» или в мессианские амбиции Башара Масри.

Потому что, вкладываясь в Раваби, Катар вкладывается в политический нарратив Ближневосточного квартета.

Политический нарратив - целенаправленно сконструированная история или система историй, которая объясняет сложные политические события, формирует общественное мнение и задает определенную картину мира. Термин политический нарратив используется в гуманитарных и политических науках для описания того, как повествование может формировать факты и влиять на интерпретацию реальности. Политический нарратив демонстрирует, как повествование моделирует понимание реальности, формируя соответствующий взгляд на события, трансформирует восприятие фактов и вымысла, влияет на установление иерархии ценностей, вызывает патриотический пафос под воздействием персуазивного эффекта63. Таким образом, политический нарратив предстает не только как теоретическая концепция, он применяется в качестве актуального инструмента, используемого в политической деятельности для формирования мировоззрения различных социальных групп. Политический нарратив Раваби для «Ближневосточного квартета» (ЕС, Россия, США, ООН) позиционирует этот первый палестинский «умный город» как доказательство способности палестинцев к государственному строительству – идеалистическая картинка, оазис в пустыне бытия-в-ненависти, фата-моргана в конце дурной бесконечности. Нарратив продвигает идею «экономического мира», убеждая, что процветание и институциональное развитие создают базу для жизнеспособного, независимого Государства Палестина. Оно начинается с Раваби. ХАМАС/ООП улетучится, террор отомрет и все будет Раваби. Ключевые элементы нарратива Раваби - государство через институты и экономику. В соответствии с дорожной картой «Квартета», город символизирует переход от пассивной помощи - проще сказать, паразитизма - к реальному развитию. Политический посыл заключается в том, что создание современных рабочих мест и инфраструктуры - практический фундамент будущего суверенитета. В основе - прагматизм и кооперация, и основатель города, «витринный» палестинский девелопер Башар аль-Масри, использует в Раваби принцип «бизнес вне политики». Строительство ведется в партнерстве с израильскими компаниями, что в диалоге с международными посредниками подавалось как модель прагматичного экономического сосуществования. Привлекательность для среднего класса несомненна. Нарратив делает акцент на удержании в регионе образованных палестинских специалистов (особенно из сферы технологий). Наличие условий для жизни европейского уровня опровергает тезис о том, что территория Западного берега не приспособлена для нормальной жизни. Еще как приспособлена! Проект с объемом инвестиций более $1,4 млрд (при поддержке Катара) позиционируется как генератор стабильности, который дает молодежи стимул созидать, а не участвовать в акциях протеста или насилии. «Ближневосточный квартет» рассматривает создание таких институтов как один из базовых шагов для реализации решения о двух государствах. При этом критики данного подхода осторожно отмечают, что подобный технократический нарратив рискует обойти стороной ключевые политические проблемы.