Академия межзвёздного флота: как обмануть хищника

— И в личный рапорт Дрейка, — добавил Лео с кривой, азартной ухмылкой. — Куратор ведь четко сказал на отборе, что держит тебя под личным наблюдением. Представляю его лицо, когда иксин скинет ему ведомость успеваемости. Землянка, которую флотские директивы сватали в обслуживание на технические ярусы, официально обошла аэранскую знать по стратегии.

— Дрейк знал, кого брал под курирование, — ровно ответила я, застегивая манжету кителя. — Он искал нестандартное мышление. Он его получил.

Мы начали спускаться по ярусному проходу к выходу из амфитеатра. Курсанты раздавались в стороны, провожая нас сложной смесью настороженности и вынужденного уважения. Но у самого выхода путь нам преградили.

Вэйлор стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. За его спиной замерли двое Аэранов из его звена. Высокий, подтянутый, с идеальной осанкой и ледяным разлетом серебристых бровей, он выглядел как сошедший с пьедестала плакат Высших Миров.

Но в его голубых глазах больше не было прежнего ленивого пренебрежения. Там кипела сухая, высокомерная ярость.

— Марлоу, — его голос прозвучал тихо, но отчетливо, заставив замереть остальных курсантов в коридоре. — Ты думаешь, если заучила пару параграфов устава и случайно выровняла пульс на арене, то стала частью высшего звена?

Лео мгновенно сделал шаг вперед, закрывая меня плечом, но я положила ладонь ему на предплечье, останавливая.

— Я не думала о высшем звене, Вэйлор, — я шагнула навстречу Аэрану, остановившись в полуметре и встретив его ледяной взгляд абсолютно спокойным взглядом. — Я просто выполняла уставную задачу. В отличие от тебя, я не потратила время на то, чтобы красоваться перед профессором. Я его выучила.

По коридору прошел тихий шепот. Лицо Вэйлора едва заметно дернулось.

— Вы — дикари, замороженные в своем зачумленном секторе, — процедил он сквозь зубы, наклоняясь чуть ближе. — Флот допустил ошибку, открыв вам программу набора. Вы не способны держать ментальный удар в реальном бою. И когда Дрейк выведет нас на глубокую симуляцию с живым эмпатическим воздействием... твоя зубрежка тебе не поможет. Ты сломаешься первая.

— Проверим на симуляции, Вэйлор, — выдохнула я, даже не моргнув. — А пока — дай пройти. Или аэранский этикет позволяет блокировать старшего группы по языковому модулю?

Вэйлор замер, будто получил пощечину. Он медленно, с ранимой гордостью отступил на шаг в сторону, освобождая проход.

— До первой настоящей крови, Марлоу, — тихо проговорил он нам вслед.

— До первой крови, Аэран, — не оборачиваясь, ответила я.

Глава 6

Дрейк шел медленно, чеканя шаг по металлическому настилу. От него веяло такой концентрированной, тяжелой ментальной силой Жнеца, что у Вэйлора едва заметно дрогнула жилка на шее.

— Курсант Вэйлор, — Дрейк остановился между нами. На меня он не взглянул ни разу, но я ощущала, как его биометрия жадно считывает мой учащенный пульс. — Напомните мне уставной протокол сектора «Т-08» для курсантов первого курса в неакадемическое время.

— Нахождение... только по специальному допуску, куратор, — чеканно, но с трудом выдавил Вэйлор.

— И какова причина нахождения трех Аэранов возле калибровочного стенда единичного пользования? — Дрейк чуть наклонил голову. В его голосе зазвенела сталь. — Вы пришли помочь курсанту Марлоу настроить сенсоры? Или вы решили устроить самосуд в техническом отсеке, потому что не способны победить её на занятиях?

Вэйлор сжал челюсти так, что желваки встали буграми.

— Мы... проводили устную консультацию, Командор.

— Консультация окончена, — отрезал Дрейк. Голос упал на октаву ниже, превратившись в прямую угрозу. — Десять нарядов на внеочередное дежурство в энергоблоке для всей вашей троицы. С этой минуты. Всплывете перед моим взором в неакадемических зонах ещё раз — я лично оформлю ваш перевод на технические ярусы дальних колоний. Свободны.

Аэраны вытянулись, подхватили согнутого товарища и быстро, не оглядываясь, ретировались по коридору.

В техническом отсеке наступила звенящая тишина. Вентиляция тихо гудела.

Дрейк медленно повернулся ко мне. В полутёмном свете аварийных ламп его фигура казалась огромной. Он сделал шаг ближе, оглядывая меня с ног до головы — полуобнаженные плечи, плотная майка-скафандр и калибровочная панель в руках.

— Марлоу, — тихо проговорил он. В его тоне больше не было уставного металла — только опасное, приглушенное напряжение. — Ты снова ищешь неприятности.

— Они сами меня находят, Куратор, — ответила я, забирая панель со стойки и встречая его прямой, янтарный взгляд. — Я не провоцировала их.

— Ты провоцируешь весь этот поток одним своим существованием, — Дрейк опустил взгляд на мою грудную клетку, где под майкой ровно и быстро билось сердце, а затем снова посмотрел в глаза. — И меня в том числе.

Он сделал еще шаг. Расстояние сократилось до опасных двадцати сантиметров.

— В ноль ноль сотен. Мой кабинет в штабном блоке, — прошептал он, и его дыхание обожгло мою кожу. — Возьми с собой калиброванные сенсоры. Мы закончим то, что начали на арене.

Не дождавшись ответа, он развернулся и чеканным шагом ушел в темноту коридора.

В ноль ноль сотен штабной корпус погрузился в глухую, полусонную тишину. Коридоры командного сектора сильно отличались от шумных жилых блоков: здесь витал запах озона, пластика и холодной кожи, а аварийное освещение давало глубокие тёмно-синие тени.

Я остановилась перед массивной матовой дверью с личной гравировкой Командора. Сердце всё ещё отбивало частый, ровный ритм — не от страха, а от предвкушения. В руках я сжимала тонкий планшет с откалиброванными био-сенсорами.

Приблизив ладонь к сканеру, я даже не успела коснуться панели. Дверь бесшумно скользнула в стену.

Кабинет Дрейка был огромным и выдержанным в строгом, мрачном стиле. Ничего лишнего: панорамный обзор на темную бездну открытого космоса за силовым щитом, массивный рабочий стол из тёмного композита и несколько голографических проекторов, транслирующих схемы тактических учений.

Дрейк стоял у панорамного окна спиной к двери. Без кителя, в той же черной рубашке с засученными рукавами, держа в руке бокал с темным, почти черным напитком.

— Заходи, Марлоу, — тихо произнёс он, не оборачиваясь. Его голос прозвучал низко и бархатисто, мгновенно заставив сосредоточиться. — И закрой за собой дверь.

Я сделала шаг вперед. Перегородка за спиной сомкнулась.

— Кадет Марлоу по вашему приказанию прибыла, Командор, — чеканно отчеканила я, удерживая идеальную осанку.

Дрейк медленно повернулся. В полутьме кабинета его янтарные глаза кайранца-хищника казались раскаленными углями. Он сделал глоток, не сводя с меня тяжелого, пронизывающего взгляда, считывающего мои движения.

— Оставь уставные формулировки для Хорна, Майя, — произнес он, впервые назвав меня по имени. Расстояние между нами быстро сокращалось — он двигался бесшумно, словно привыкший к охоте боец. — Мы здесь не на лекции. И не на арене.

Он остановился всего в полушаге. От него веяло чистым, концентрированным теплом, заставляющим биометрическую панель в моих руках тихо пищать от возрастающего пульса.

— Ты думаешь, ты победила сегодня? — Дрейк чуть наклонил голову, окинув меня внимательным взглядом. — Сначала выстояла против моей биометрии, потом задвинула Аэранов на теории, а вечером играючи справилась в секторе Т-08.

— Я просто выполняю свою работу, Куратор. И защищаю свое место на потоке.

— Ты дразнишь улей, Марлоу, — его голос упал до низкого шепота, вибрирующего прямо под ребрами. — Ты думаешь, твоя ментальная выдержка делает тебя неприкосновенной? Вэйлор не простит тебе унижения. Аэранский дом подставит тебя при первой же возможности.

— Пусть попробуют, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я не сломалась перед вами. Перед ними я тем более не прогнусь.

Дрейк коротко усмехнулся. В этой усмешке не было злобы — только темное, опасное восхищение. Он поставил бокал на край стола и медленно протянул руку. Его прохладные, длинные пальцы едва ощутимо коснулись моей скулы, заставляя воздух застрять у меня в горле.

— Ты слишком упряма для землянки, — прошептал он. Его карие глаза въедались в мои зрачки, ловя каждый всплеск адреналина и мгновенную реакцию рецепторов. — Твой иксин зашкаливает. Ты чувствуешь меня, Майя. Так же остро, как и я считываю тебя.

— Вы вызвали меня в ноль-ноль для проверки биометрии, Командор? — выдавила я, старательно удерживая «холодный режим», хотя под его прикосновением выдержка трещала по швам.

— Я вызвал тебя предупредить, — Дрейк наклонился ниже, его дыхание коснулось моих губ. — Завтра на командном тренажере легких игр не будет. В симуляторе я буду сидеть за пультом Оператора. На моих мониторах будет ваша полная биометрия: каждый скачок твоего пульса, каждый выброс адреналина и сбой дыхания.

Он опустил руку ниже, пальцы скользнули по шее, задев жесткий воротник майки:

— Я подниму сложность тактической симуляции до уровня реального боя. Перегрузки, отказ систем, каскадные аварии. Как только я увижу по твоим датчикам хотя бы секунду паники, сомнения или страха — я мгновенно ударю симулятором в эту брешь. Заставлю тебя работать на пределе физических и психических возможностей.

— Зачем? — выдохнула я.

— Чтобы проверить, сгоришь ты или заставишь всю Академию считаться с тобой, — его янтарный взгляд буквально выжигал пространство между нами. — Если поддашься эмоциям, потеряешь концентрацию и завалишь тактический сценарий — я лично подпишу рапорт о твоем переводе в тыловой сектор. Но если научишься удерживать «холодный режим» и управлять звеном даже тогда, когда система трещит по швам... Вэлор больше никогда не посмеет усомниться в твоем праве быть здесь.

Он отступил на шаг, мгновенно разрывая опасный контакт.

— Иди спать, курсант Марлоу. Завтра в ноль восемь сотен в симуляционном блоке «Альфа». И возьми с собой калиброванную броню. Она тебе понадобится.

В ноль восемь сотен симуляционный блок «Альфа» встретил наш поток гулом охладительных установок и матовой сталью нейро-капсул. Каждая из этих огромных машин имитировала мостик легкого катера разведки, воспроизводя перегрузки, отказ систем и кинетические удары с абсолютной физической точностью.

Над галереей в застекленной рубке управления замерла высокая фигура. Дрейк. В боевом кителе, скрестив руки на груди, он смотрел на нас сверху вниз, молчаливый и опасный.

— По местам, курсанты, — раздался из динамиков сухоточеный голос профессора Хорна. — Формат симуляции: «Встречный бой в астероидном поясе». Командные звенья сформированы штабом.

На голографическом табло вспыхнули списки.

Звено «Альфа-1» (Штурмовая группа):

Командир — курсант Марлоу.

Пилот-навигатор — курсант Беккет.

Канонир-техник — курсант Фостер .

Ведомое крыло — курсант Вэйлор и Аэраны.

— Что?! — тихо рыкнул Лео, фиксируя нейро-шлем. — Нас поставили в связку с Вэлором? Дрейк там с ума сшел? Он же сдаст нас при первом же заходе!

— Не сдаст, — ровно ответила я, застегивая биометрические ремни в кресле капитана. — За нами наблюдает Командор. Вэлор попытается действовать тактически грамотно, чтобы подставить нас уставными методами.

Гул механизмов заставил капсулу вздрогнуть. Сознание мгновенно провалилось в трехмерную проекцию.

Перед глазами вспыхнула бездна. Мы находились в кабине катера класса «Тень», вокруг вращались обломки скал и замерзшего льда пояса Астероидов. На контрольной панели горел красный био-маркер: «Оператор симуляции: Командор Дрейк. Режим нагрузки: Повышенный».

— Сенсоры фиксируют вражеский перехватчик кайранцев на двенадцати часах, — чеканно доложил Тео, его пальцы порхали по голографическим клавишам. — Вэлор, перекрывай правый флаг! Идем по траектории «Заслон».

— Принято, «Альфа-1», — раздался в гарнитуре ледяной голос Вэлора. — Выходим на рубеж атаки.

Но вместо того чтобы занять позицию заслона, катер Вэлора резко заложил вираж и ушел вверх, обнажая наш незащищенный борт прямо перед турелями вражеского корабля.

— Этот ублюдок срезал угол! — зарычал Лео. — Он оставил нас в слепой зоне астероида!

В этот же момент симулятор содрогнулся. Дрейк из рубки управления мгновенно среагировал на сбой в нашей биометрии: в капсуле вспыхнула красная тревога, симулируя каскадный отказ правого маневрового двигателя. Резкий перепад виртуального давления выбил воздух из легких, а иксин забил тревогу: «Скачок адреналина! Потеря стабилизации!»

Дрейк бил ровно туда, где мы дали слабину, проверяя мою выдержку.

— Марлоу! — крикнул Тео, удерживая трясущийся штурвал. — Мы теряем сцепление! Скорость падает, вражеский катер захватил нас в прицел!

В ушах стучал пульс. Вэлор рассчитывал, что под давлением отказавших систем и прямой атаки я запаникую, отдам приказ на отступление и провалю симуляцию за невыполнение боевой задачи.

«Холодный режим, Марлоу, — прозвучал в памяти вчерашний шепот Дрейка. — Удерживай биометрию».

Я сделала глубокий, ледяной выдох. Сфокусировала взгляд на голографической карте, заставив сердце замедлить ритм.

— Лео, отключить автоматический компенсатор! — жестко отдала я приказ. — Перевести всю энергию с щитов на кормовые маневровые!

— Ты с ума сошла?! Без щитов нас разорвет первым же кинетическим попаданием!

— Вэйлор думает, что мы будем тормозить, — выдохнула я. — Мы дадим полный ход вперед. Прямо в инверсионный след астероида.

Тео замер на секунду, а затем его глаза вспыхнули:

— Гидро-гравитационный маневр! Мы закрутим катер за счет притяжения скалы!

— Выполнять!

Наш катер, лишенный щитов, на бешеной скорости ринулся не прочь от врага, а прямо в узкий разлом между двумя гигантскими обломками. Симулятор трясло так, что зубы выбивали дробь, перегрузка давила на грудь с силой в шесть g.

Я видела на сервисной панели, как Дрейк из рубки поднимает уровень сложности, имитируя случайный выброс космического мусора. Он проверял мои рефлексы.

— Лео — залп плазменными ловушками в правый сектор! Сейчас!

Огненная вспышка заслепила сканеры вражеского перехватчика. Наш катер, скользнув по самой кромке астероида, совершил невозможный поворот и выскочил ровно за спиной кайранского корабля — и прямо над замершим катером Вэлора, который никак не ожидал нашего прорыва.

— Вэйлор, захват цели! — чеканно приказала я по общей связи. — Если твое звено не нанесет удар в течение трех секунд — вы попадаете под наш перекрестный огонь.

Вэйлор застыл. В симуляции установилась звенящая тишина. Он понял, что его расчет провалился: мы не просто выжили без щитов, но и зажали его собственный катер между нами и врагом, поставив перед выбором — стрелять по цели или подставиться под дисквалификацию за саботаж.

— Захват произведен... — с трудом, сквозь зубы выдавил Вэлор. — Огонь по готовности.

Двойной сфокусированный залп наших катеров разнес вражеский корабль на голографические пиксели.

Динамики капсулы сухо пищали: «Тактическая задача выполнена. Симуляция окончена».

Металлические крышки капсул с шипением поднялись. Я выпрямилась, вытирая пот со лба. Лео победно ударил кулаком по подлокотнику, Тео облегченно выдохнул, а Вэйлор, выбираясь из соседнего отсека, смотрел на меня с бессильной, глухой яростью.

Я подняла голову к рубке управления.

За прозрачным стеклом стоял Дрейк. Он не аплодировал и не улыбался. Но когда его янтарный взгляд встретился с моим, Командор едва заметно наклонил голову, признавая абсолютную победу.

Металлические крышки симуляционных капсул с шипением задвинулись назад, возвращаясь в исходные пазы. Поток курсантов медленно покидал площадку. Победа в астероидном поясе моментально облетела симуляционный блок «Альфа», заставив даже старшекурсников из группы Навигации с уважением расступаться перед нашим звеном.

— Марлоу, это был безумный маневр! — тихо воскликнул Лео, когда мы выходили в галерею. — Направиться без щитов прямо в астероидный разлом... Я думал, нас там размажет!

— Главное, что мы прижали Вэйлора, — качнул головой Тео. — Он рассчитывал, что мы завалим симуляцию, а в итоге ему пришлось выполнять твой прямой приказ, чтобы не вылететь самому.

— Вэйлор ещё попытается отыграться, — спокойно ответила я, расстёгивая уплотнитель на манжетах брони. — Но сегодня он понял, что лёгкой мишенью я не буду.

— Курсант Марлоу, — раздался за спиной чеканный голос профессора Хорна.

Аэранский офицер спускался из рубки наблюдения. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но в глазах читалось редкое для него одобрение.

— Слушаю, профессор, — я остановилась и зафиксировала корпус.

— Ваш гидро-гравитационный манёвр зафиксирован в общей ведомости как нестандартное тактическое решение, — сухо произнёс Хорн. — Вы сумели удержать биометрический контроль при пятикратной перегрузке. Оценка звена «Альфа-1» — высшая.

Он сделал паузу и чуть снизил тон:

— Командор Дрейк утвердил вашу кандидатуру на роль командира первой штурмовой группы на предстоящих полевых маневрах. Готовьте своё звено. На выездных учениях симуляторов не будет.

— Есть, профессор.

Хорн кивнул и направился к выходу из блока. Лео рядом победно ухмыльнулся, а Тео быстро внес изменения в наш академический график.

Я подняла взгляд к застеклённой галерее рубки. Дрейка там уже не было, но я отчётливо ощущала тонкий, вибрирующий отклик на иксине — Командор лично принял отчёт Хорна и отдал приказ о назначении.

Землянка официально возглавила штурмовую группу Академии Флота.

Вечером в жилом секторе атмосфера была предельно натянутой. Аэраны держались особняком, избегая даже зрительного контакта, а тарские курсанты, наоборот, при встрече кивали с нескрываемым уважением.

Я сидела за рабочим столом в кубрике, изучая трёхмерную карту полигона для предстоящих полевых учений, когда на личном планшете вспыхнуло короткое синее уведомление высшего уровня допуска:

«Курсант Марлоу. Уставной рапорт о формировании звена утверждён. В ноль семь сотен прибыть на взлётную полосу штурмового отсека. Личное снаряжение — категория Альфа. — Командор Дрейк.»

Я закрыла планшет и посмотрела в иллюминатор на тёмный диск планеты. Первая настоящая работа в поле. И Дрейк будет рядом.

Глава 7

На следующее утро в ноль семь сотен Главный амфитеатр Академии Флота был забит до отказа. Первый курс в полном составе выстроился ровными шеренгами на гигантском пласталевом настиле плаца. В воздухе висело ощутимое напряжение: вместо привычных учебных объявлений на центральном голографическом экране горел алый герб Высшего Командования.

Я стояла во главе своего звена. Справа вытянулся Тео, слева — Лео, а чуть дальше, сжав челюсти, чеканил подбородок Вэйлор. Его аэранская гордость всё ещё кровоточила после вчерашнего провала в симуляторе.

Гул в зале мгновенно стих, когда на высокую трибуну вышли Рексар Дрейк и Профессор Хорн. Командор был при полном парадном мундире — тяжелая черная ткань с серебряными витыми знаками различия Жнеца. Его янтарные глаза медленно скользнули по шеренгам, задерживаясь на доли секунды на мне, и от этого взгляда по спине пробежал знакомый ледяной импульс.

— Курсанты, — раздался над амфитеатром низкий, раскатистый голос Дрейка. — На этапе адаптации вы проходили подготовку в раздельных секторах. Этот период окончен.

По залу прокатился тихий шепоток. Курсанты переглянулись.

— Кайранский поток успешно прошел фазу первичной стабилизации биометрических и эмпатических параметров, — сухо продолжил Хорн, сделав шаг вперед. — Дирекцией Академии и Высшим Советом Флота принято решение о полном объединении потоков. С сегодняшнего дня кайранцы переводятся в общий корпус.

Экран за их спинами вспыхнул, отображая новые списки звеньев и обновленные расписания боевых дисциплин.

— С этого момента все практические занятия, тактические маневры и выездные полевые стрельбы будут проводиться в смешанных составах, — Дрейк оперся руками о трибуну, его голос зазвенел сталью. — Для тех, кто забыл: кайранцы — естественные био-эмпатические хищники. И если вы не научитесь держать свой эмоциональный фон в «холодном режиме», вас раздавят на первом же совместном вылете. Никаких скидок на расу, дом или происхождение не будет.

Вэйлор за моей спиной едва заметно дернул плечом. Для Аэранов, привыкших считать себя доминирующей расой Академии, появление физически и эмпатически превосходящих кайранцев прямо в их обучающих блоках было тяжелым ударом по тщеславию.

— Командиры звеньев, — Дрейк посмотрел прямо на меня. В его голосе на секунду проскользнула едва заметная, бархатная интонация — едва уловимый перепад тона, который я моментально подметила благодаря своей привычке ловить малейшие изменения в его поведении. — Получить обновленные списки личного состава у своих иксинов. Через два часа — общий сбор на взлетной полосе штурмового отсека. Свободны.

Шеренги мгновенно пришли в движение, оглашая зал шумом сотни шагов и оживленными спорами.

Я вглядывалась в светящиеся строки планшета, почувствовав, как внутри всё сжимается в тугой узел.

Дрейк и Хорн перекроили структуру потока до основания. Они не просто подселили к нам кайранцев — они намеренно разбили нашу человеческую тройку.

— Майя... — тихо произнёс Тео, заглядывая через моё плечо. — Нас развели. Меня перевели в «Гамму-3» старшим навигатором, Лео забрали в «Бету-2» канониром-техником.

— Что?! — Лео резко выхватил свой планшет, сверля экран возмущенным взглядом. — Да они издеваются! Какая ещё «Бета-2»? Мы же сработались! Кому в голову пришло разрывать сыгранное звено?!

— Командованию, — ровно ответила я, хотя пальцы едва заметно сжали торцы планшета. — Дрейк проверяет, сможем ли мы работать автономно, без привычной поддержки.

Я перевела взгляд на список своей группы «Альфа-1».

Вэйлор оставался в моём подчинении — Дрейк явно хотел дожать аэранского аристократа, заставив его подчиняться человеку. Но куда больше тревожила первая строчка в блоке пополнения.

Курсант Дариус Ворн. Раса: кайранец. Специализация: тяжёлый штурмовик / боевой эмпат.

Память моментально подкинула сводки из закрытых архивов. Семья Ворн — один из древнейших кайранских кланов, известных агрессивной био-эмпатией и абсолютным неприятием слабости. Дариус был не просто курсантом. Он был природным хищником, для которого человеческая биометрия — не более чем шум и лёгкая мишень.

— Дариус Ворн... — прошептал Лео, прочитав имя над моим плечом. С его лица мгновенно слетела вся возмущённая спесь. — Майя, он же тебя сожрёт. Он на адаптационном этапе чуть не отправил в медотсек двоих тарков просто потому, что они слишком громко дышали рядом с ним.

— Не сожрёт, — я свернула списки и посмотрела на друзей. — Дрейк дал нам два часа. Тео, Лео — принимайте свои звенья. Покажите им, на что способны люди, даже когда нас разделяют.

Я развернулась и направилась к штурмовому отсеку, ощущая, как иксин на запястье фиксирует участившийся пульс.

Встреча с кайранцами и Дариусом Ворном должна была состояться прямо на взлётной полосе.

Взлётная полоса штурмового отсека встречала оглушительным гулом прогревающихся тяжелых челноков и запахом раскалённого металла. Огромные бронированные ворота ангара были полуоткрыты: полупрозрачная полоса силового поля удерживала внутреннюю атмосферу корабля-гиганта, за которой простиралась ледяная бездна открытого космоса и близкий кластер мерцающих туманностей.

Курсанты моей группы «Альфа-1» уже начали собираться у матового борта десантного челнока. Четверо тарков — монументальные, покрытые костяными щитками бойцы во главе с Гаррадом — молча проверяли крепления тяжелой брони. Напротив них, держась с надменным изяществом, расположились Аэраны. Вэйлор стоял, скрестив руки на груди, и его ледяной взгляд мгновенно зафиксировался на мне, как только я подошла к шеренге.

— Командир Марлоу, — произнёс Вэйлор с едва заметной язвой. — Поздравляю с расширением полномочий. Надеюсь, ты знаешь, как управлять теми, кто не привык слушать приказы землян.

— Узнаешь прямо сейчас, Вэйлор, — спокойно ответила я, застёгивая уплотнитель перчатки. — По местам.

В этот момент гул двигателей на секунду перекрыли тяжелые, размеренные шаги. На взлётную полосу вступила четверка кайранцев.

Они двигались с идеальной, почти синхронной грацией природных хищников. Впереди шёл Дариус Ворн. Высокий, с безупречной осанкой, в тёмно-серой броне штурмовика без знаков различия. Его золотисто-янтарные глаза сканировали пространство перед собой. В них читалось холодное, абсолютное превосходство.

Когда кайранцы остановились перед нашим строем, воздух вокруг будто уплотнился. Мой иксин на запястье выдал короткую, предупреждающую вибрацию: датчики зафиксировали резкий перепад био-эмпатического давления.