ЛАВ-БОМБИНГ ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ (10 месяцев на чужом языке)

Но стоило мне раскрыться полностью, стоило показать свою абсолютную уязвимость, как маятник кукловода снова безжалостно качнулся в холодную пустоту. В 15:53, без какого-либо взаимного тепла на моё признание, он сухо отрезал: «Сейчас я буду отдыхать. Я чувствую себя таким истощенным и усталым прямо сейчас... Я обещаю, что напишу, когда проснусь».

Избитые смайлики сердец в самом конце сообщения выглядели как бездушная, автоматическая подпись робота. Он выкачал из меня эмоции и просто отключил питание.

Следующее утро, третье февраля, снова началось с его оглушительного цифрового салюта. В 05:40 экран смартфона привычно вспыхнул дежурными солнышками: «Доброе утро отсюда, малышка!!!». Качели пошли на новый круг.

А в 08:38 кукловод выкатил тяжелую артиллерию — ту самую безупречную, словно из копеечного любовного романа, фразу, которая должна была окончательно привязать меня к экрану: *«Ты самый уникальный человек, которого я когда-либо видел в своей жизни. Ты всё для меня, детка. Привет, великолепная…!! Как дела и как ты себя чувствуешь сегодня!?»*.

Моё сердце послушно и привычно затрепетало. Я задыхалась от этой иллюзии исключительности, которую он мне так щедро дарил. В 10:05 я поспешила ответить через переводчик, окружая его ответной заботой: *«Я в отличном настроении. Сегодня холодно и морозно, но погода прекрасная. Как ты спал сегодня? Что ты ел? Как проходит твой день?»*.

В 12:29 он лениво разродился ответом, в котором его скам-скрипты выдали очередную нелепую глупость: *«Я спал хорошо и идеально, детка. В этот раз я отлично отдохнул!! Я съел свой обычный завтрак, да, и я уже пообедал, но скоро буду ужинать, моя королева! А ты!? Хотел бы я быть рядом с тобой прямо сейчас, чтобы тебе было уютно и тепло!»*.

Эта бытовая, почти семейная переписка о еде, завтраках и погоде усыпляла бдительность. В 12:55 я послушно отчитывалась о своем скромном меню: *«Утром у меня был тост с джемом и чай. На обед я ела грибы и рис»*.

И тут же, без паузы, последовал его технический вопрос, который я тогда наивно посчитала просто милым, влюбленным интересом: *«Это потрясающе, детка! Который час сейчас у тебя?!»*.

Я ответила: *«13:05»*.

*«О, ладно, детка!! Всего лишь полдень!! Расскажи мне, что ты делаешь сейчас?!»*.

Я заигрывала с ним, чувствуя себя в абсолютной, железобетонной безопасности. Написала, что пью кофе и думаю о нём, а затем, поддавшись какому-то внезапному внутреннему импульсу, отправила дерзкую, смелую фразу: *«В каждом из нас живет извращенец! Кто-то его контролирует, а кто-то дает ему волю...»*.

«В каждом из нас живет извращенец! Мы замечаем это только тогда, когда находим подходящего сообщника», — рискнула я.

Но кукловод безжалостно проигнорировал эту искру. Моя смелость и хрупкое кокетство с размаху разбились о его глухую, стандартную программу. На рассказ о том, что он планирует пойти в спортзал, и на мой интимный намек он ответил сухим, дежурным: «Оу, ладно!?? Оу, хорошо, детка!!». И тут же, в 19:08, хладнокровно переключился на другой, проверенный крючок, который всегда бил безотказно — на моих детей: «Как поживают наши маленькие девочки, детка!?».

«Наши маленькие девочки». Он так легко, одним коротким словом приватизировал мою семью, начисто стирая фигуру моего реального мужа. А я, ничего не замечая, послушно грелась в лучах этой фальшивой отцовской заботы. В 19:10 я мягко ответила в чат: «С ними всё в порядке. Завтра я буду дома. Как прошел твой день, любовь моя? Ты занят прямо сейчас?».

В 19:29 он снова захлопнул раковину своего фальшивого мира. «О нет, детка, здесь уже поздно!! Я буду отдыхать. Обещаю написать, когда проснусь. Я так сильно люблю тебя, моя королева. Доброй ночи и сладких снов», — высветилось на экране.

Он уходил спать якобы по своему сеульскому времени, а в моей российской реальности вечер только набирал обороты. Манипулятор хладнокровно отключался от сети, забирая с собой весь кислород, а я оставалась в душной пустоте своей комнаты, наедине с разгорающимся внутренним пожаром.

Пытаясь удержать ускользающую нить связи, в 21:06 я написала в пустой чат: «Я уже дома». А спустя несколько минут отправила фотографию своего легкого ужина: «Это быстро и вкусно. Здесь банан, молоко и черника».

Экран молчал. Мой монолог улетал в бездну, а кукловод спал, зная, что я покорно осталась ждать его утреннего салюта.

Глава 24

Механические шаблоны.

Утро четвертого февраля принесло долгожданное оживле