Ревизор

Давненько не встречал человека с такой истинно аристократической внешностью. Узкое породистое лицо, высокий лоб, прямой с легкой горбинкой нос, мужественный подбородок. Густые, с благородной сединой зачесанные назад волосы, ухоженные бакенбарды. Гвардейский рост, ровная спина, развернутые плечи. А как сидели костюмы на его стройной, поджарой фигуре! Просто на зависть. Такому, пожелай он сняться в кино в роли маркиза или баронета, даже не потребовались бы услуги гримера. Или даже в роли дворецкого, которые, как известно, выглядят более аристократически, нежели их хозяева.

- Прекрасно выглядишь. – пророкотал он.

- Вы еще лучше. – соврал я.

Вблизи стало заметно, что за время нашей последней встречи здешний резидент, скажем так, несколько потерся. Помутнели глаза, благородный нос и впалые щеки украсили красные прожилки.

- Бросай шмотки и к столу. – скомандовал он.

Приобнял меня за спину и направил в гостиную.

Опа! А это кто? Невысокий полноватый паренек в костюме-тройке как у шефа, сидевшим на нем довольно мешковато. Тщательно зачесанные умеренной длины светлые волосы, спускавшиеся до середины ушей по бокам. И бойкие-бойкие маленькие серые глазенки. Типичный инструктор райкома в обожаемом отечестве по виду.

- Знакомьтесь, – Александр Федорович слегка подтолкнул меня к накрытому столу, спиртного на котором наблюдалось больше, чем закуски. Я заметил, что в одной из бутылок водки осталось на донышке. – Это Юрок, а это…

- Минуточку, - прервал его я. – Можно вас на пару слов? – мы прошли на кухню.

- Как это понимать? – негромко спросил я.

- Что? – он старательно делал вид, что не понял вопроса.

- Этот Юра не должен быть здесь. – пояснил я. – Налицо грубое нарушение инструкции.

- Вот только не надо, юноша, учить меня оперативной работе!- раненым маралом взревел на весь подъезд Александр Федорович. И тут же врубил заднюю. – Юрок глубоко порядочный парень, я полностью ему доверяю.

Ну, вот, опять. Совсем недавно слышал что-то подобное.*

- Заложишь? – тоскливо спросил он, дыхнув мощным перегаром. – Понимаешь…

Да как не понять. Картина ясная: резидент регулярно и по многу закладывает за воротник и по причине этого за руль не садится. Вполне возможно, вообще уже ни хрена и по работе не делает. Для всего этого у него Юрок есть, услужливый, безотказный, особо доверенный парнишка. Не удивлюсь, если, старательно собирающий на него компромат.

- Так, заложишь? – повторил он и закручинился.

- Как командировка сложится. – уклончиво ответил я.

А ведь заложить, в смысле, доложить придется. Неизвестно, что, кому и как просигнализирует о нашей встрече тот же Юрок. Кто его знает, какова сила рвения этого достойного молодого человека из тихой тыловой Праги на передний край тайной войны. В Париж, например.

- Все твое в чемодане, - сухим тоном сообщил Александр Федорович. – Чемодан в шкафу.

- Отлично, тогда я в душ.

- Пока. – он развернулся на каблуках и походкой гвардейца двинулся из кухни. – Когда улетаешь? – спросил уже в дверях, не оборачиваясь.

- Завтра. – сообщил я – Еще кое-какие дела здесь.

- Тогда удачи.

Когда я вышел из душа, то обнаружил в гостиной абсолютно пустой стол. «Ушел мой приятель» - как в песне поется – «И что-то там унес». Хоть бы еды оставил немного.

И снова я соврал, потому что вылетел из Праги поздней ночью. Точнее – ранним, ранним утром.

Х Х Х

«Ну это же просто другой человек…».

Я оставил на той служебной квартире буквально все: старомодный чемодан со всем содержимым, строгий черный костюм, белую рубашку, однотонный тусклый галстук, скучные полуботинки черного цвета.

И прежнего самого себя. Той же поздней ночью в международном пражском аэропорту появился гражданин Канады из Торонто. Абсолютно не похожий на ответственного работника советского Внешторга. Стильная ярко-желтая синтетическая куртка поверх голубой водолазки, светло-синие расклешенные джинсы, ковбойские сапоги. Прическа в стиле «Интеллектуал» вместо тщательно прилизанных волосенок. Плюс к ней пушистые бакенбарды и усы. Которые во всем мире ошибочно именуют английскими и только в одной республике СССР знают их правильное название: «Слезы Украины».

Еще я заметно подрос, спасибо сапогам на каблуках. И двигался я теперь легкой пружинистой походкой, даря белозубую улыбку окружающим. Глядя на всех их немного свысока, даже на тех, кого был ниже ростом.

В зале прозвучал голос диктора. Я поправил наброшенный на одно плечо новенький оливкового цвета рюкзак. Почти как у хиппи, только чистый. И неторопливо зашагал на посадку.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГЛАВА СЕДЬМАЯ.

Луч солнца ударил в глаза, я чихнул и проснулся. Глянул на часы – ого, уже сорок минут, как полдень. Пора вставать, отчизна заждалась на подвиг.

В скромную гостиницу на окраине с романтическим названием «ROTE ROSA»* я заселился очень ранним утром. Вот он, звериный мир капитала во всей его паскудной неприглядности: на стойке портье, не поверите, отсутствовала табличка «EST GIBT KEINEPKATZE».* Места, представляете, были.

Белобрысая, румяная, пухлая как поросеночек девица даже не спросила у меня документы и не стала пытать на предмет цели приезда. Просто вписала в книгу гостей имя и фамилию, что я назвал. Уточнила срок проживания, приняла денежку и тут же забыла о моем существовании. О чем я не сильно пожалел.

Кафе при гостинице не было, поэтому пришлось откушать поздний завтрак или ранний обед в скромном заведении через дорогу. Вернулся в гостиницу и попросил сменившего девицу тощего очкастого субъекта лет сорока вызвать мне такси.

- Куда желаете направиться, мой господин? – спросил тот, поднимая трубку телефона.

- В пункт аренды автомобилей.

Закончил разговор и положил трубку.

- Машина приедет через три минуты.

- Vielen Dank.*

Х Х Х

Служащий в синей форменной курточке принял от меня плату за аренду и необходимую сумму залога. Занес мои данные в книгу (те же, что указал при заселении. Хорошо, что не забыл). И через полчаса уже выезжал на шоссе. А перед этим остановился у телефона-автомата. Скормил ему монетку и набрал по памяти номер. Ответили после пятого звонка.

- Алло.

- Добрый день, это Дидрих Вебер. – представился я. – Будьте добры, позовите Магнуса.

- К сожалению, сейчас его нет.

- Безобразие, - я возмутился. – Звоню уже третий день и все никак не могу его застать.

- Искренне вам сочувствую. – опечалился некто на другом конце провода. – Может, что-нибудь ему передать?

- Уж будьте так добры. – буркнул я. – Напомните этому олуху, что четырнадцатого у меня день рождения. И пусть только попробует не явиться.

- Обязательно передам.

- Спасибо – я повесил трубку.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

«Звоню в третий раз» значит, встреча должна состояться на объекте номер три, то есть, на мосту названного в честь Конрада Аденауэра, тезки здешнего резидента. «Четырнадцатого числа» означает время. Если я не сообщил никакой дополнительной информации, значит, встреча должна состояться сегодня. Или завтра и в последующие дни, если не смогу прийти.

Толстенький коротышка в тесноватом сером драповом пальто и нелепой шляпе с перышком курил, облокотясь на перила моста. Время от времени сплевывал вниз и любовался расходившимися по воде кругами. Такое занятие, по мнению одного из персонажей Дюма, свидетельствовало о склонности к созерцанию и рассудительности. Я подошел и встал рядом.

- Бог в помощь.

Обошлись без паролей, отзывов и отличительных примет. Михаила, сотрудника здешней резидентуры ГРУ при посольстве я знал не первый год.

- Господи, радость-то какая! – возопил он и бросился мне на шею. До поцелуев дело к счастью не дошло.

- Но-но, полегче, – я отстранился. – Не стоит давать волю чувствам. Еще подумают о нас, чего не следует.

- А что такое? – он заботливо поправил на мне куртку. – Гомосятина, друг мой, триумфально шагает по планете. Пройдет тридцать-сорок лет, может меньше, и извращенцами будут считаться все, кто не гомики или зоофилы.

Я трижды сплюнул через плечо в воду.

- Не дай бог дожить до такого счастья.

Михаил грустно улыбнулся.

- Куда ты денешься. В общем, так, служебную квартиру тебе подобрали. Все необходимое для работы в чемодане.

- А чемодан в шкафу.- догадался я.

Он кивнул.

- Точно. Адрес и ключ в твоем левом боковом кармане.

- Ну и ручки у тебя. – восхитился я. – С такими только народ по трамваям щипать или в цирке выступать.

- Цирка у меня и на работе хватает. – с грустью в голосе сообщил он. – Ожидаем прибытия какого-то шибко большого начальника из Центра.

- Да что ты говоришь!

- Шеф на ужасе, мечет икру литровыми банками. Отпуска отменили, о выходных и отгулах приказано забыть. Сидим до ночи в кабинетах по уши в ДОПах*, бумаги в порядок приводим, чтобы не дай бог… - в очередной раз сплюнул в воду. – Боимся, как бы не объявили казарменное положение.

- Грустно. – признал я. – Коли так, не смею задерживать.

- Вот и не задерживай, - согласился Михаил – Топай, давай, шпион хренов.

- А ты, получается, бегом назад в контору?

- Щас вам. В пивняк схожу, освежусь немного. В докладе, учти, сообщу, что это ты меня туда затащил. В интересах конспирации.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Все, теперь можно приступать к работе. СК, служебную квартиру мне подобрали в том же городе, где живет и как-то странно в последнее время трудится резидент с псевдонимом Конрад. Такой не самый большой по здешним меркам городишко, волею судеб назначенный столицей государства.

СК располагалась в тихом районе подальше от центра в доме, считавшимся доходным. То есть, квартиры в нем не приобретают, а, как правило, арендуют на разные сроки. Значит, мое появление там не должно броситься в глаза. Входная дверь достаточно крепкая, замок с «хитринкой». Такой без «родного» ключа способен открыть далеко не каждый и далеко не сразу.

В платяном шкафу набор одежды и предмет, очень похожий на чемодан. На самом же деле – обтянутый кожей стальной кейс с цифровым замком. Если два раза подряд неправильно набрать код, сработает расположенный внутри пиропатрон и все, что может гореть, обратится в пепел. А что не может, с гарантией выйдет из строя.

Сам я поселился приблизительно в тридцати километрах от будущего места работы. В городе, знаменитом на весь мир своим собором и множеством музеев. Посетить их у меня, к сожалению, вряд ли будет возможность.

Итак, их трое, три звена агентурной сети, которые мне предстоит «прозвонить». Два агента и один персонаж, именуемый доверенным лицом. Тот, который поставляет информацию, причем, за разного рода вознаграждения, но при этом агентом не является.

С кого начнем? А вот с этого красавца. Фабиан Рихтенгден, агентурный псевдоним SPORTER.* Тридцати восьми лет от роду, работник архива местного института химических веществ и химических продуктов. Вполне, кстати, мирное заведение. Если кто-то подумает, что при нем имеется некая засекреченная лаборатория, в которой что-то там такое разрабатывается… Вынужден разочаровать, ничего подобного даже в помине.

Отсюда вопрос: за каким таким хреном оно понадобилось советской военной разведке? Ответ может удивить: наша контора помимо всего прочего выполняет заказы различных отечественных министерств. Не имеющих никакого отношения к обороне в том числе.

Работник архива, сами понимаете, имеет доступ ко всем материалам научных исследований. Так и появляется на прилавках наших магазинов, например, шампунь «Яблочко» или, допустим, моющее средство «Хозяюшка», не уступающие или мало, чем уступающие по качеству зарубежным аналогам. Интересы отчизны обширны и кому, как не разведке их удовлетворять.*

Г