А ты любил её?

Рината Марч

А ты любил её?

Глава 1

Посвящается памяти о моем любимом и единственном дедушке..

Передо мной уже по привычке и странной тоскливой обыденности стояла маленькая фотография с лицом умершей жены, а рядом лежала пушистая веточка вербы. Я взглянул на часы, время перевалило за четыре часа дня. Тишина в доме уже привычно давила на виски и дарила покой, который продолжался уже много лет и, который могли нарушить только приезжающие гостить-дети и внуки. Внуки лиц, которых она не увидела и голос, который уже не услышит. Её широкая улыбка всегда заставляла, кого-нибудь улыбнуться в ответ, но сейчас она заставляет верить, что мы ещё встретимся и она улыбнется мне также, как в первую встречу.

За окном послышался хлопок двери машины, я тяжело приподнялся со стула и взглянул в окно: дочка Маша ведет внука-Стёпку, озорного рыжего мальчишку, и сын-Андрей ведет малышку-Катюшу, пятилетнюю девочку с двумя светлыми хвостиками. Я обернулся, ко входу, чтобы увидеть их в дверях. Машка завела ребят в комнату и натянула на себя теплый свитер в руках, она с детства любила плюшевые вещи. Андрей зашёл за ней и провел Катюшу в дом. Первой заговорила Маша:

-Папуль, мы оставим у тебя детей, хотим съездить загород, к друзьям, а там деток не будет. Я улыбнулся и дети побежали ко мне обниматься. Я усадил Катюшку на колено, а Стёпку прижал к боку. Спиной я загородил фотографию на столе и кивнул детям:

-Езжайте с богом, пригляжу конечно. -Дети дав указания внукам спокойные уехали. Как интересна жизнь: совсем недавно они были на месте внуков, а я на их месте. Ругал Андрюху за драки и Машку за поздние прогулки. От такой мысли меня отвлек голос Катюши:

-Деда, а это кто? Я обернулся и увидел, как она маленьким пальчиком показывает на фотографию своей бабушки. Стёпка подошел и гордо заявил, будто бы объяснял очевидную вещь:

-Маша, ты что, это же ВерБа! Я усмехнулся, Стёпка однажды в возрасте Машули оставался у меня и успел познакомиться с женщиной на фотографии и я помню, как он заявил мне тогда:

-Дедуля, ну раз бабушку звали Вера и она любила вербу, я буду называть её ВерБа! Правда я здорово придумал! Я тогда посмеялся, а на душе разлилось тепло.

Машенька стала пристально разглядывать её лицо и вдруг сказала:

-Красивая. А она что уехала куда-то? Я обреченно вздохнул, в ответ на детский вопрос:

-Да моя милая, уехала далеко, туда, где у каждого свой билет и расписание. -Маша нахмурилась:

-Она что бросила тебя одного? Стёпка молчал, а я погладив внучку по голове сказал дрожащим, как в тот самый последний день, голосом:

-Ей пришлось, она того не хотела..

Стёпка решил сменить тему и сев на диван напротив спросил:

-Деда, а ты её любил? Я вымученно улыбнулся и взглянул на свою Веру, как перед признанием в чем то очень важном.. Любил ли я её? На этот вопрос я отвечал себе тысячу раз и всегда был только один ответ: «больше жизни»..Глаза намокли и я встал со стула и взяв ребятишек за ручки повёл их к телевизору и уложил их в постель отдыхать. Они моментально уснули и я сбавил звук техники. Уже не такими как раньше твердыми шагами я вновь сел за стол и посмотрел в её глаза.

«Любил ли я тебя?» Я даже не успел показать тебе насколько сильно.

С самой первой встречи и до последнего своего дня я буду думать о тебе. Просить прощения, много не понимать, разговаривать с богом, но любить.

Я уже любил ее, когда увидел её в её белом платье в крупную горошину, весело танцующую под звук гармошки, с растрепанными кудрявыми волосами. Не мог оторвать взгляда от её пусть неровной, но такой живой и счастливой улыбки. Не мог перестать представлять перед сном, как подхожу к ней и зову на танец или поговорить. Она стала моей жизнью, я не видел других девушек они просто перестали существовать, каждая напоминала мне только ее. Помню, как злился, когда друг Пашка не отходил от неё на речке и тогда мы с ним повздорили и дело закончилось дракой, но именно этот день подарил мне десять минут с ней и плевать было на кровь пачкающую одежду, все о чем я думал-это ее нежные руки вытирающие моё лицо и перепуганный девичий голосок: Серёженька, у тебя кровь! Уже тогда я понял, что этот голос-это единственное, что я хочу слышать по утрам.