Волшебница Изумрудного огорода

— Хорошо-хорошо, не буду смущать и без того опозоренную леди, — весело отозвался Александр.

Но, на его счастье, говорил он достаточно тихо. Я даже решила, что из-за ветра надумала себе часть слов и услышала что-то не так. Потому не стала нападать открыто. Довольствовалась коротким «негодяй», которое прошептала под нос.

Мы прорвались через заросли сорняков и подошли к бакам. Те располагались сбоку от бани и в темноте выглядели… неплохо.

Александр достал из поясной сумки небольшой артефакт в виде кристалла, щелкнул по нему, и вокруг разлился приглушенный свет. Его было достаточно, чтобы хорошо видеть в нескольких метрах вокруг.

И вот при этом освещении все выглядело уже не так радужно, как мне казалось…

— Баки целые, но очень грязные, — Александр забрался на крупный камень у одного из баков и теперь заглядывал внутрь. – Наполнить водой из труб их можно, но, сама понимаешь, вся эта пылища потечет во внутренние баки бани. Готова к такой помывке?

Я и сама видела и паутину, и слой грязи, что покрывал металлические бочки снаружи. Внутри все наверняка еще хуже. Поди веток полно и прочего мусора…

— Мне бы сейчас хотя бы ополоснуться. Завтра дела важные, — я не стала говорить, что собираюсь в банк и к юристам. – Нужно выглядеть достойно.

— Сомневаюсь, что с такой банькой получится… Элоиза, я знаю, что знакомство у нас не задалось, но, может, примешь мое предложение? Пойдем ко мне. У меня душ прямо в домик проведен. Это тебе не какая-то полуразваленная баня.

— Ни за что! – выпалила я и даже отступила на несколько шагов, будто слов было недостаточно, чтобы выразить все мое возмущение столь дерзким предложением. – Ты меня за кого держишь? Я леди, а не…

— Да не собираюсь я к тебе приставать! – Александр спрыгнул с булыжника. Выглядел мой сосед очень хмурым и даже раненым до глубины души.

Какое совпадение! Он задел меня, а я его.

— Элоиза, ты не в моем вкусе.

— Отлично. Потому что ты – тоже далек от предела моих мечтаний, — хлестко выдала я, стараясь держать лицо.

Но на самом деле слова Александра задели. Он с такой интонацией сказал, что я не в его вкусе, будто с большей охотой съел бы червяка, чем признал, что между нами (теоретически!) может что-то быть.

Обидно вообще-то. Каждой девушке хочется слышать, что она красива и желанна.

— Ну да, я не принц, чтобы ты за мной через заборы прыгала, — метнул шпильку Александр. – Но раз мы не нравимся друг другу, не вижу никакой проблемы в том, что помоешься у меня дома, а потом уйдешь ночевать к себе. Калитка рядом, удобства все есть… И не придется морочиться ночью с этой развалюхой.

Александр кивнул на покосившуюся баню. На нее и правда смотреть было больно… Но предложение принять не могла. Это дурной тон. Да и вообще жутко как-то к едва знакомому мужчине одной идти в дом. А если вспомнить, что этот мужчина еще и мое белье украл… Пусть и не совсем он, и не специально…

— Нет, давай лучше снимем печати с труб. Я бытовой маг и смогу активировать поток. Промою баки быстренько, а дальше все как по маслу пойдет.

Александр смотрел на меня тяжело и долго. В эти секунды я думала о том, что он вообще-то не обязан мне помогать. Вот махнет сейчас рукой, уйдет и будет прав.

Но сосед лишь тяжело вздохнул, покачал головой… И полез в траву искать печати вдоль трубы.

— Ну, раз уж пойдет как по маслу, — раздалось из зарослей, где Александр ползал на карачках, — то давай продолжим страдать.

28

Мужчина сказал – мужчина сделал.

Александр решил «продолжить страдать», помогая мне натопить баню… И мы действительно страдали.

Снять блокирующие печати с труб оказалось самой простой задачей. Я справилась в два счета и даже приободрилась. Моего запала хватило на то, чтобы промыть баки. Сначала пришлось подождать, когда бочки заполнятся водой, а затем выплеснуть ее с помощью специального заклинания.

Настой стал увядать, когда с первой промывкой из баков полетел мусор, а вода оказалась почти черной. Я повторила все еще дважды, потратив немало нервов, сил и времени.

Луна перемещалась по небосклону, хотелось спать и мыться. А Александру еще и хотелось домой.

— Тебе повезло, что я не люблю бросать дела на полпути, — бухтел он. – А вот мне с соседкой – не особо. И вся эта морока из-за глупой шутки?

Изначально так и было. Александр не следил за словами, я потребовала извинений в такой вот необычно форме. Только переборщила, потому что проступок с наказанием оказался несопоставим.

— Шутку ты уже отработал, — нехотя выдавила я, таская ветки в печку в предбаннике. Сначала ее тоже пришлось вычистить от золы и пыли, так что теперь отказываться от идеи сегодня же помыться хотелось еще меньше. Я испачкала платье, руки были по локоть в грязи.

— Отработал? То есть вот так просто отпускаешь меня? – Александр, который тоже таскал ветки для печки, замедлил шаг на пороге предбанника.

— Не отпускаю! Но обещаю, что сочтемся. Буду должна за помощь.

— Я это запомню, — улыбнулся он, и мы продолжили работу.

Деревня вокруг окончательно затихла. Только сверчки стрекотали, да ветер подвывал. А мы в это время сидели на корточках перед старой печкой с покосившейся дверкой. Я разводила огонь и поддерживала его дыхание с помощью магии. Когда пламя стало стабильным, Александр пошел проверить, как греются баки в самой бане.

Из моечной он вышел хмурым.

— У меня есть две новости, Элоиза. Плохая и хорошая.

— Давай с хорошей.

— Вода идет нормально, баки наполняются.

— А плохая?

— Плохая новость в том, что их уже две…

— В смысле «уже»?

Я не поняла. Несколько раз моргнула. Показалось, что перед глазами ползет дым… Надо же так разволноваться!

— Иза, туши огонь, быстрее!

Александр кинулся ко мне, схватил за запястье и потянул от печи. Надо было бы помочь ему, подняться на ноги… Но я впала в легкий ступор от неожиданности. Во-первых, он назвал меня Изой, а эта форма моего имени только для близких. Во-вторых, в смысле туши огонь?!

— Ну же! Чего сидишь? Шевелись, пока мы тут не задохнулись!

И тут до меня дошло, что туман мне не мерещится. Дым вполне реальный и мешает дышать и мне, и Александру! Я уже чувствовала головокружение, горло драло от подступающего кашля.

Я мигом перестала поддерживать заклинание горения. Огонь потух, но дым никуда не делся. Он продолжал валить… из печи!

— Что-то с трубой, — кашляя, выдавила я. – Дым должен выходить на улицу, а не душить нас в предбаннике!

— Именно. И это наша вторая плохая новость.

— Проклятье… Я и забыла, что еще первая есть! – я говорила это, наклоняясь к печке. Трубу нужно было «пробить», раз там что-то мешало. И с этим отлично должно справиться заклинание воздушной волны.

Его-то я и произнесла, одновременно с тем, как Александр поделился:

— Первая плохая новость. Мы забыли внутренние баки проверить. А там… Там склад орешков, фруктов. Какие-то зверьки натащили, похоже.

Меня будто током шибануло. В воспоминаниях эхом пронеслись собственные слова: «Бобруслики меня не тронут. Я же не собираюсь у них ничего отбирать».

Похоже, я только что нажила себе новых врагов, припасы которых случайно утопила… Пока еще незримых, но наверняка очень грозных врагов.

Тут послышался треск. Он раздавался откуда-то сверху. Это очередной залп воздушной волны таки сработал и выбил препятствие. В следующий миг короткие «хрясь-хрясь-хрясь» россыпью звучали уже снаружи.

Мы с Александром, не сговариваясь, выскочили на улицу. Он поднял светящийся кристалл повыше, и мы во всей красе увидели, что вокруг бани теперь валялись обломки досок, веток… и перья.

— Поздравляю, Элоиза, в трубе твоей бани гнездо. Было…

Я запрокинула голову к небу и тихонечко взвыла. Что за невезение такое?! Все с этим огородом не так!

— Это какой-то ужас, — вслух произнесла я, находясь на грани отчаяния.

На плечо легла ладонь Александра. Я настолько устала, что не стала возмущаться или стряхивать ее, напоминать, что я леди, и касаться меня не стоит.

Сегодня я далеко не леди… Леди не прыгают через заборы, не торгуют своим бельем, не меняют колеса, не дерутся с соседками и не вышибают гнезда из труб.

— Слушай, я знаю, что тебе нелегко. И знаю, что мои слова могут обидеть… Но, может, все-таки примешь мою помощь?

— Ты и так помог, чем смог. Спасибо, Александр.

— Пожалуйста. Но я о другом.

Он выразительно посмотрел на меня. Ничего вслух не произнес, но я и так догадалась. И когда это произошло, возмущаться уже не было ни сил, ни желания.

— Ладно, — сдалась я, мотнув головой. – Пошли к тебе. Только не смей рассказывать, что в первый же день знакомства принимала у тебя душ! Никому и никогда! Уяснил?

— Разумеется, — улыбнулся Александр. – Кто я такой, чтобы перечить леди?

29

Это был самый неловкий поход в душ в моей жизни.

Началось все с того, что в доме Александра я чувствовала себя извалянной в грязи свиньей, которую зачем-то привели в музей. Я была вся пыльная, потная и боялась даже дышать в доме, где все выглядело новеньким и очень уютным. Даже в городских домах не у всех так чисто и приятно, как на даче Александра.

— Недавно переехал? – я с интересом (и легким стыдом за свой вид) осматривала гостиную.

Интерьер в стиле «домик в деревне», начиная с лоскутных ковров, заканчивая диванчиками, укрытыми клетчатыми пледами, и цветами на подоконниках в цветастых вазах. Все выглядело живым, гармоничным… и новым.

— Полгода назад купил этот дом. Живу в основном здесь, но порой навещаю родных в столице. Заодно и закупаюсь чем-то.

— Например, прожорливыми цветами? – я как раз приметила знакомое растение. Его горшочек стоял на круглом столике у окна. Цветок тихонько храпел.

— Это подарок от брата, — отмахнулся сосед. – Он любит всякие странные вещи и шутки. Даже не знаю, где он раздобыл это чудо.

— В какой-нибудь лавке флористов с редкими или магическими растениями. В Морзисе такая есть.

— Бывала там? – Александр прошел дальше в комнату и жестом поманил меня за собой.

— Нет. Я с растениями не дружу.

— Но ты ведь бытовой маг. Я думал, вы разбираетесь во всем – от мытья полов и готовки до садоводства.

Я не смогла сдержать нервный смешок. Во-первых, потому что оказаться ночью в гостях у едва знакомого парня – само по себе событие волнующее. И даже тревожное. Во-вторых, подобные беседы всегда шли по одному и тому же сценарию.

— Все так думают. Но у бытовых магов тоже есть разделение на специализации. Моя с садоводством ничего общего не имеет, я проходила его поверхностно.

— Тем страннее, что приехала сюда, — подметил Александр.

Мне подумалось, что сейчас он наверняка мысленно называет меня фанаткой принца. Снова.

Но дальше беседа не пошла. Александр подвел меня к светлой двери и пояснил, что за ней – ванная комната. Горячая вода есть, но в ограниченном количестве. Нагревательные артефакты работают с обеда, как Александр приехал.

Все вещи, которые могут понадобиться, тоже в ванной.

— Пользуйся любыми средствами. Полотенце бери из шкафчиков с чистыми вещами. Вернешь потом.

— Завтра же все отдам, как постираю, — пообещала я и тут же вспомнила, что стирать дома, как в Морзисе, тут не получится. Придется найти прачечную или что-нибудь придумать.

— Да… Как закончишь со своими важными делами. Не поделишься, кстати, какими именно?

Мы стояли в коридоре, у двери в ванную. Странное место для подобных бесед… Да и я не особо хотела делиться планами с едва знакомым парнем.

— Дела семейные, — уклончиво ответила я и неловко улыбнулась.

В коридоре из-за ярких артефактов было светло. Тут Александр мог во всей красе рассмотреть каждую пылинку в моей поре, каждую всклокоченную прядь, каждую нитку на порванном платье.

Стыдоба.

Я попыталась улизнуть в ванную комнату, но Александр вдруг поймал дверь, не дав ее закрыть. Случилось это так резко, что я вздрогнула.

Так и знала, что не стоило идти сюда посреди ночи.

30

— Что такое? – я нервно покосилась на руку Александра, что мешала закрыть дверь в ванную, в которую забежала.

Эта комната была не слишком большой, не имела окон и других дверей. Если Александр задумал что-то плохое, я даже уйти не смогу!

Но он застыл в дверном проеме. Не отходил, но и внутрь не рвался.

— Просто скажи, — он смотрел мне прямо в глаза. – Твое это важное дело, ради которого пыталась ночью растопить баню, — не охота на принца часом?

Щеки ошпарило жаром. Опять Александр за свое!

— Причем тут принц вообще?!

— А ради чего еще хочешь быть с утра при параде? Пойдешь искать его по улочкам? Надеешься, что Дерек приехал именно в Изумрудную деревню?

— Да плевать мне на этого Дерека! – в сердцах крикнула я. – Почему вообще пристал ко мне с этой ерундой? По-твоему, у меня не может быть других дел, кроме как пытаться поймать принца?

Александр поджал губы в узкую линию. Его пальцы почти до белых костяшек сжались на дверной ручке. А потом он просто… ушел.

— Да что с ним не так? – проронила шепотом я, глядя на закрытую дверь.

Какое-то время глупо топталась на месте, не понимая, как лучше поступить. С одной стороны, казалось правильным уйти. Александр странный, но и я не лучше. Не надо было принимать непристойное приглашение. Но с другой стороны… Я уже тут. Зачем метаться?

Я заперла изнутри дверь в ванную и на всякий случай еще наложила чары под названием «замочек». Совсем легкое заклинание, но оно не раз меня выручало. Под защитой щеколды и магии чувствовала себя спокойнее и позволила себе все же принять душ.

Долго под горячей водой не нежилась, хотя очень хотелось. Это купание – первое хорошее, что случилось со мной за день. Но Александр ясно дал понять, что нагретой воды немного, и я не собиралась ждать, когда ее запас иссякнет.

В шкафчиках я нашла полотенце. Пока вытиралась, вспомнила, что не захватила с собой чистую одежду…

Влезать в изорванное грязное платье точно но не собиралась. А, значит, выходов было всего два. Первый – позаимствовать одежду Александра. Второй – под покровом ночи бежать домой в полотенце.

Оба варианта – полное безумие.

Стоя напротив зеркала и глядя на свое испуганное отражение, я пыталась понять, как лучше поступить.

Если возьму одежду Александра, ее придется нести в прачечную. Столкнусь с кем-то в постирочной, от слухов и грязи потом не отмоюсь. Все будут болтать о том, что Элоиза Саммерс в первый же день в Изумрудной деревне нашла, с кем провести ночь. Другого объяснения тому, что девушка таскается с мужской одеждой, все равно никто искать не станет. И доказывать что-то бесполезно.

Вернуть Александру его вещи, не стирая? Дурной тон и извращение какое-то.

Бежать домой в полотенце? Ужасный вариант, но в нем меньше рисков, как бы странно ни звучало.

Я подобрала с пола испорченное платье, скомкала его. Потуже завязала полотенце на груди и осторожно вышла из ванной.

Придется уйти, не попрощавшись. Но ничего. После нашей глупой перепалки из-за принца (чтоб его!) вряд ли Александр захочет меня сейчас видеть. Тем лучше для меня.

Была не была!

На цыпочках я кралась по коридору. Надеялась, что Александр уже ушел из гостиной, и я смогу выскочить на улицу незамеченной. Вроде, и свет там не горел. Значит, путь свободен.

Напряжение росло с каждым шагом, что приближал меня к двери. Александра действительно не было ни в коридоре, ни в гостиной. Похоже, я была права, и хозяин дома видеть меня пока не желает.

Вот и отлично!

Облегчение накрыло меня с головой, когда все же без приключений добралась до выхода. Вернусь сюда завтра, чтобы отдать полотенце. А пока…

— Элоиза, — Александр какого-то демона сидел на крыльце и сейчас смотрел на меня широко распахнутыми глазами. – Почему ты без одежды?

31

Пока мысли замерли, точно напуганный зверек, тело действовало. Я резко кинула на Александра порванное платье и крикнула:

— Не смей его убирать, пока не уйду!

— Что?! – Александр попытался скинуть с себя пышную лимонную юбку, но я придержала ее руками.

— Пожалуйста! Не двигайся!

— Мне кажется, или ты меня накрыла, как клетку с домашней птичкой? Хочешь, чтобы я на крыльце уснул?

— Хочу, чтобы ты не смотрел на меня, пока я без одежды! – прошипела я, придерживая полотенце, которое так и норовило развязаться из-за активных движений.

— А ты ведь так и не ответила, почему ты в таком виде, — не менее едким тоном отозвался заложник моей юбки. К слову, Александр уже смирился со своим положением и не пытался сбросить с себя шторку-платье.

От одной мысли, что он так близко к моей одежде, которая пропитана запахом тела и духами, стало неловко. Захотелось забрать платье, попросить Александра просто не открывать глаза… Но если уж начала позориться, теперь нужно идти до конца. А обещания… Кто знает, что они для Александра вообще значат?

— Я забыла взять чистое. Неужели не очевидно?

— Могла бы предупредить. Я бы отвернулся, и все, — обиженно донеслось из-под желтой «накидки». Да, лучше буду называть это так, чтобы лишний раз не вспоминать, что именно я натворила.

— Я думала, ты где-то в доме. Надеялась уйти незамеченной.

Из-под накидки фыркнули.

— Хороша благодарность за гостеприимство, леди!

— У всех бывают плохие дни. Сегодня у меня такой. А теперь прости, я пойду домой.

— А платье?..

— Накидку, — я выразительно подчеркнула это слово, — можешь выкинуть. Только подожди, когда уйду!

И я торопливо засеменила в сторону своего участка. Даже к калитке не пошла, чтобы не петлять. Пройду через зазор между завалившимися досками забора. Так меньше вероятность, что кто-то из соседей увидит.

— Элоиза!

— Тише ты! – шикнула, обернувшись на полпути. Я тут во мраке ночи прячусь, а он мое имя на всю округу кричит!

Одно успокаивало – Александр послушно не сдергивал накидку.

— Я же тебе про леди Брост так и не рассказал!

— А до утра это не потерпит?

— А ты потерпишь, если она опять к тебе заявится?

Тяжелый вздох. Отрицание. Гнев… Принятие.

— Говори, — я вернулась к крыльцу, чтобы Александр не кричал через пол участка. – Как нашел подход к полудраконихе?

— Ты знаешь о том, что она?.. Впрочем, не важно. Просто вспомни, что драконы любят коллекционировать, часто собирают собственные «сокровищницы». Если станешь дарить ей новые вещички для ее коллекции, она рано или поздно станет добрее и приветливее.

Сразу вспомнился склад барахла в моем доме. Похоже, его Брост надарили соседи, которым надоело с полудраконихой ругаться. В попытках задобрить, ей отдают любой хлам, а Брост и рада.

— Возьму на заметку. Спасибо, Александр.

«За все, что ты сделал для меня сегодня», — стоило бы добавить, но язык не повернулся почему-то. Наверное, до сих пор было обидно из-за глупой ссоры в ванной.

Вернувшись домой, я сразу завалилась в постель, застеленную чистыми платьями. Накрываясь одним из них, подумала, что могла бы попросить помощи у Александра и тут… Но остановила себя.

Слишком много надежд и просьб взваливаю на едва знакомого парня. Я и так ему должна и вряд ли успею этот долг вернуть. Ведь если все пройдет гладко, уже завтра я отправлюсь обратно в Морзис.

Уверенная, что так оно и случится, я с улыбкой встретила утро следующего дня.

Ах, если бы я только знала, что оно мне преподнесет…

32

По улочкам Изумрудной деревни к главной площади я шла при параде. Выбрала лучшее платье и шляпку к нему, привела в порядок волосы, наколдовала шикарный макияж. Всего пара часов, и вот! В отражении видела уже не побитую пыльной шваброй мышь, а прекрасную леди.

Дорогая атласная ткань нежно-зеленого цвета безупречно подчеркивала мои глаза и контрастировала с огненно-рыжими волосами, которые уложила красивыми волнами.

Послав себе воздушный поцелуй через потрескавшееся зеркало с поржавевшей рамкой, я отправилась на прогулку, о которой мечтала со вчерашнего утра.

Итак, мне нужен местный банк. Вчера по прибытии я видела его у главной площади, поэтому плутать не придется. Да еще и очень кстати штаб юристов и адвокатов был рядом – здание поскромнее, ведь в деревеньке вряд ли много специалистов этой профессии.

Все время, что шла, цокая каблучками по худо-бедным дорогам, я ловила на себе взгляды. Деревенские смотрели, как мне казалось, с интересом, особенно мужчины и дети. А вот женщины, что с утра пораньше уже торопились по делам с корзинками и бидонами, частенько фыркали мне вслед.

«Понаехали, — порой слышала за своей спиной. – Тут не столица, не показ мод! Пусть обратно в город проваливают! Мешаются тут только!»

Все эти возмущения пропускала мимо ушей, а порой даже воспринимала, как пожелания удачно разобраться с делами в банке. К нему-то я как раз и подошла, когда время близилось к полудню.

На площади было людно. Тут уже вовсю торговали овощами, молоком и одеждой ручной работы. И среди гуляющих в толпе я заметила не одно пышное платье…

Вот они, охотницы на принца. Надеются и выжидают.

Интересно, они тут весь день до глубокого вечера гуляют? Или как-то меняют маршрут?

Меня эти размышления лишь позабавили, и я направилась дальше, в банк. Это было двухэтажное здание с широким крыльцом и визуально тяжелой треугольной крышей, которую подпирали декоративные колонны. Внутри банк оказался куда более скромным, чем снаружи. Несколько окошек для работы с посетителями, стойка консультанта и посты охраны – вот и все, что было в холле.

В хорошем расположении духа я уточнила у администратора, куда мне лучше обратиться с моим вопросом. Вежливая девушка в затертой, но очень даже симпатичной форме служителя банка подсказала, что сначала нужно взять талончик в первом окне.

— И зачем он мне? – я с улыбкой окинула взглядом почти пустой холл.

— Чтобы знать номер своей очереди. Вас вызовут, леди.

И в тот момент начались мои проблемы нового дня.

В первом окне сломался артефакт, печатающий талоны. Выдать номерок, написанный от руки, почему-то было категорически нельзя, поэтому работа встала. Работники носились туда-сюда, чтобы выяснить хоть у кого-то, как быть дальше. Я смотрела на эту суету в компании двух пожилых леди и мужчины в костюме – все они были передо мной в небольшой очереди. Всего три человека за талоном – дело пяти минут! Но на практике все затянулось на добрых полчаса.

Когда заветный талончик уже был у меня, улыбаться больше не хотелось. Я устала топтаться с ноги на ногу в ожидании и теперь все, чего хотела, поскорее решить вопрос с наследством и уехать в Морзис!

«Поскорее» получилось только вновь разочароваться в деревенской жизни, где все было неторопливым и размеренным. Рай для тех, кто хочет отдохнуть? Ад для меня!

Дело в том, что талон мне дали в окошко, где шел обед. Причем работник ушел трапезничать как раз в тот момент, когда я получила долгожданный номерок. Счастливчик, которого дожидался заветный перерыв, улыбнулся мне, а затем демонстративно вывесил на стекло табличку «обед». Причем надпись была очень крупной и кричаще красной.

Да ладно-ладно! Поняла я! Подожду еще! Куда деваться?

К счастью, в холле были лавочки… Но присесть мне так и не удалось, потому что именно в это время уборщицы решили, что нужно прогенералить место отдыха гостей.

Короче говоря, работника банка с обеда я дожилась прямо у его окна. Добрых тридцать минут стояла у пустой стойки, бодаясь взглядом с раздражающей надписью «обед».

Наверняка вид у меня был грозный, потому что бедняга-рабочий даже в лице переменился, когда снова вошел в зал. Сначала он улыбался, явно довольный слопанным обедом… Но стоило ему увидеть меня, как улыбка сползла с румяного лица.

И вот теперь, спустя час пустого пребывания в банке, дело наконец-то пошло!

Пока ждала, я успела миллион раз мысленно отрепетировать разговор с рабочими банка. Так что сейчас изложила суть проблемы очень емко и доходчиво: есть наследство, нужно найти бумаги, переоформить их на уже совершеннолетнюю меня и выдать.

Я почувствовала, что все было не зря, когда работник заверил – моя просьба вполне осуществима. Просто нужно подождать… еще немного.

Зубы заскрипели. Ждать я уже устала, но раз меня обнадежили, что наследство возможно вырвать из цепких ручек хитрой маменьки, подожду еще хоть часа три! Лишь бы уже получить эти деньги, вернуться в город и осуществить мечту о собственном деле.

Зря я, конечно, даже мысленно заикнулась про три часа. Ведь в итоге почти столько мне и пришлось проторчать в банке, просто ожидая, когда разберутся с моими бумажками.

К счастью, документы не нужно было запрашивать из другого города. Все хранилось тут, в Изумрудной деревне, где бабушка и жила. Оригинал завещания был в одной из ячеек хранения. Оставалось только найти нужную и довести до ума документы.