Врата пустоты. Туманный колокол

— Подозревает, — хихикнула Лиз.

— Иногда мне кажется, что правда написана у нас на лбу, — отозвался я.

На этом разговор прекратился, потому что на поле боя вышел Роберт. Ему тоже достался не лучший противник — парень с шестой ступенью, с которым мы как-то столкнулись в тренировочном зале. Я тогда наблюдал, как он сражается с однокурсником, и, стоит признать, даже немного завидовал. Его звали Эш.

— Ух ты! Железный Эш против Роберта? — удивилась Лиз. — Должно быть занятно.

— Почему железный? — спросил я.

— Из-за очень мощной защиты. Ее тяжело пробить заклинаниями всех типов сложности.

Роберт выглядел спокойным. Впрочем, как и всегда. Гейлен оставался крайне самоуверенным типом и сильным магом, с которым опасались связываться. Будь на месте Эша кто-то другой, я бы поставил на победу Роба. Но в данной ситуации не мог предугадать, на чьей стороне будет победа. А поединок начался. Оба противника действовали крайне осторожно, прощупывая магическую защиту друг друга. Учитывая, что это — не бой, который нам предстоял только завтра, и где можно было использовать боевые заклинания, как раз уровень защиты решал многое.

Роберт рискнул первым, использовал свой излюбленный прием — ударил мощным заклинанием, заставляя противника обороняться, а затем кинул парочку мелких, которые упали к ногам Эша. Тот отбил прямой удар, а две черные звездочки так и остались мерцать у его ног. Роб попытался активировать их, и… не вышло. Он тихо выругался, а Эш усмехнулся.

— Слаб еще со мной тягаться, — громко сказал он — и атаковал. Такого заклинания я не знал. На магическом уровне оно представляло большую черную воронку. Роб тут же усилил щиты, но заклинание… всосало магию в себя? Воронка стала только больше, и пока Роберт ее развеивал, Эш щелкнул пальцами. Черные путы спеленали Гейлена.

— Победа за Эшем, — огласил директор Рейдес.

Как так? Злой, взъерошенный Роберт плюхнулся рядом. Его лицо пошло красными пятнами — то ли от гнева, то ли от стыда.

— Скотина, — прошипел он.

— Эш — сильный маг, — откликнулась Лиз. — Этого и следовало ожидать. Не расстраивайся.

Роб тихо выругался, но Лиз сделала вид, что не заметила. Я уже хотел сказать Гейлену, чтобы хоть иногда придерживал язык, но заговорил директор:

— Итак, у нас осталось пять претендентов. Завтра вы сразитесь в боевых поединках. Думаю, это будет больше по душе каждому из вас. Но для трех поединков нужны шесть участников. Кто же станет шестым? Пусть решают ваши кураторы, которые видели все пять поединков.

— Я все равно его достану, — прошептал Роб.

— Не связывайся, — шикнул на него я. — Этот Эш тебе не по зубам.

— За кого ты меня держишь?

— Хватит спорить, мальчики, — вмешалась Лиз. — Роб, Филипп прав. Дело не в тебе, а в твоем сопернике. Он старше и сильнее. Поэтому просто сделай выводы.

— Второй шанс получает Роберт Гейлен, — огласил Рейдес.

— Что? — Роб удивленно моргнул. — Я?

— Ты, ты. — Я похлопал его по плечу. — Постарайся завтра на меня не попасть, мне бы не хотелось с тобой драться.

— Боишься? — прищурился вмиг повеселевший Роберт.

— Еще чего! Но если для тебя принципиально, чтобы тебе расквасил нос именно я, дело твое.

— Да ладно, Вейран, расслабься. — Роб ткнул меня локтем в бок. — Но если что, дерись на полную. Я поддаваться не стану.

— Я тоже.

Директор напомнил, что поединки состоятся завтра в полдень, после чего мы разошлись по комнатам. Действительно, надо было отдохнуть, но я не утерпел и сразу после ужина умчался к Лиз. Только намеревался в этот раз вернуться хотя бы в полночь. Но в башне было пусто. И где она пропадает? Я лег и закрыл глаза. Вдруг пришло знакомое ощущение, будто проваливаюсь куда-то, но на этот раз я не испугался, а, наоборот, позволил серому туману увлечь меня за собой.

Мир пустоты мало изменился с моего последнего визита. Те же серые облака на черном небе, та же каменистая поверхность. Только дверей больше не было. А где Анри? Может, пока я здесь, он уже выбрался на свободу? Или…

— Тсс, — послышался шепот, и ладонь опустилась на рот, мешая говорить. А там, за каменной грядой, появилась женщина в сером балахоне.

— Анри, ну где же ты? — обиженно говорила она. — Хватит игр!

Анри молча увлек меня прочь, в противоположную сторону.

— Анри? — звала Пустота. — Где ты, негодный мальчишка? Выходи! Я все равно тебя найду!

Но она пошла в другом направлении, и Анри отпустил меня.

— Ты что здесь делаешь? — шепотом спросил он.

— Сплю, — ответил я.

— Понятно. Все в порядке?

— Да. А у тебя? Где двери?

— Кончились, — усмехнулся Анри. — Теперь мы играем в другие игры.

— В прятки?

— В прятки, — кивнул он. А брат изменился… Не внешне — внешне я видел его таким же, как и при последней встрече за завтраком дома в тот злополучный день, когда погиб Таймус. Но взгляд стал другим, и у меня мурашки бежали по коже от этого взгляда. Хорошо, что он предназначался не мне.

— Анри, я…

— Тихо, — перебил он меня — и потащил за собой в серый туман, а мимо снова прошла Пустота. Лишь на миг она замерла, будто принюхиваясь, но так и не заметила нас.

— И давно вы так играете? — спросил я.

— Мне откуда знать? Какой сейчас месяц?

— Ноябрь. Через пару дней ночь смены времен.

— Почти полгода прошло, — задумчиво сказал Анри. — Сколько же еще?

— Как мне помочь?

— Никак.

Почему? Если я попадаю сюда, почему не могу открыть выход для брата? От ощущения собственной беспомощности хотелось все ломать и крушить. А если…

— Отойди, — попросил я. — Пусть она заметит меня.

Брат сделал пару шагов в сторону, а я призвал магию, стараясь прощупать это место. И она откликнулась! Привычно закололо кончики пальцев. А ведь пустота — это не совсем правильное слово. Скорее, преломление… Светлые лучи, темные лучи. Странно…

— Какие люди! — ухмыльнулась Пустота, появляясь прямо передо мной. — Птенчик научился летать?

— Я хочу забрать отсюда брата, — ответил ей. — Твои условия?

— Разве ты еще не понял? — Она изогнула бровь. — Жизнь на жизнь. Никак иначе.

— Фил? — раздался голос Лиз, и меня с силой рвануло обратно. — Фил, открой глаза, пожалуйста!

Она склонилась надо мной, перепуганная, бледная. Сон… Как всегда, всего лишь сон.

— Что случилось? — спросил я, поднимаясь. — Что-то не так?

— Ты почти не дышал, — размазывая слезы по лицу, проговорила Лиз. — И вокруг клубился серый туман. Филипп, что это было?

— Пустота, — ответил я со вздохом. — Не бойся, это всего лишь пустота. Я ей не принадлежу, и она злится.

Лиз закрыла лицо руками. Она тихо всхлипывала, а я привлек ее к себе и гладил по непослушным рыжим волосам. Тогда впервые пришла мысль отказаться от капель, которые защищали меня от кошмаров. Может, я смог бы найти выход, которого не видит Анри? Надо только найти способ.

Глава 6

Анри

Филипп исчез так же, как и появился. Только что стоял перед Пустотой — и уже нет. Только бы хватило ума на самом деле не торговаться с ней. Как брат сюда пробирается, я понятия не имел. На этот раз даже не стал спрашивать, что происходит в реальном мире. Какая разница? Какая разница, если я заперт здесь и никак не могу выбраться? И потом, я не хотел знать.

Но в моем нынешнем положении были и свои плюсы. После того, как я превратил двери в пыль, пространство вокруг начало ощущаться иначе. В нем были тоненькие ниточки, которые переплетались, образуя надежный покров. И под ним можно было спрятаться. Так мы и играли уже который день — я и Пустота. Я водил ее за нос и получал от этого удовольствие. Пусть теперь она ищет! Раз первой обманула меня.

Пользуясь открывшимся знанием, я еще раз обыскал все, что было мне доступно. Ничего… Ни намека на дверь. Магия, которая обрушила двери, больше не появлялась. Интересно, как Филу удалось использовать свою? Может, потому что он темный? Или были другие причины? Что-то я не слышал, чтобы темные маги проваливались в пустоту, когда им вздумается.

— Анри! — звала Пустота. — Вот негодник! Ты еще не устал?

Нет, не устал, и уставать не собирался. Все равно здесь нет времени, а снова попасть в ловушку и быть обманутым я не желал. Поэтому обошел хозяйку этого мира и снова скрылся в тумане.

— Анри, ну нельзя же так! — уговаривала она. — Что за детские игры? Выходи, обещаю, больше никаких дверей! Поговорим, как взрослые люди. Может, до чего-нибудь и договоримся. Анри?

Вдруг пространство вокруг меня задрожало, и я едва не упал. Даже Пустота ойкнула, подняла руки, призывая магию, и все прекратилось.

— И что это было? — спросила она. У меня? Или у себя самой? — Чем занят этот бездельник Пьер? На чем я остановилась? Ах да! Анри, давай поговорим. Я предложу тебе варианты, ты выберешь.

— И почему я тебе не верю? — отозвался я, тут же уходя в туман. Пустота метнулась на голос — и никого не нашла.

— Потому что ты по природе такой недоверчивый, — покачала она головой. — Ну же, детка! Не упрямься!

— Зачем я тебе? — И снова в туман.

— Одной скучно. Ты бы пожил здесь с мое, тоже бы заскучал.

— Что тебе нужно от Филиппа?

Пустота рассмеялась, уже даже не пытаясь меня поймать.

— Лучше спроси, что ему от меня нужно. Мальчишка беззастенчиво ворует мою силу, и сам этого не понимает. Ничего, рано или поздно попадется. Вдвоем вам будет веселее.

— Не смей!

— Ладно, ладно, шучу я. Ты разве сам не знаешь ответа на свой вопрос?

Я промолчал. Знал. Хорошо, просто догадывался, потому что отец всегда боялся, что рано или поздно силы Филиппа проснутся. Он не говорил напрямую, что с ними не так. Наверное, боялся, что расскажу брату. Но намекал, что его способности могут быть опасны — прежде всего для него самого. Чем? Не тем ли, что он ныряет в пустоту, сломя голову? Зачем, если у него и так все в порядке, если верить моей собеседнице?

— Ну вот, а сам спрашиваешь. — Пустота верно истолковала мое молчание. — Не беспокойся, Анри. У меня нет к нему счетов. И у тебя нет. Но рано или поздно он придет сам, потому что за все приходится платить. Особенно за силу.

— Он не придет.

— Увидишь. Думаю, ты дождешься этого момента. А пока что выходи, и я сделаю тебе предложение. Ну же!

Еще чего. Нашла дурака! Я снова нырнул в туман. Если бы Пустота хотела что-то мне предложить, она бы сделала это уже давно. А раз не сделала — значит, снова желает обмануть. Пусть старается! Все равно ничего у нее не выйдет.

Филипп

И кто собирался лечь спать хотя бы в полночь? Я опять явился в комнату под утро. Если бы не Роберт, проспал бы все на свете. Но моему соседу было безразлично, что у меня глаза закрываются на ходу. Пока я собирался, он успел высказать все, что думает о моих ночных отлучках, потому что опять заглядывал куратор Синтер, о готовности к поединкам и прочем, и прочем. Я слушал его вполуха. Первую пару и вовсе проспал, заняв последнюю парту, и спал бы дальше, если бы вторую не читал куратор Синтер. Он бы не простил столь пренебрежительного отношения к его предмету, поэтому пришлось вспоминать, где я нахожусь. В двенадцать дня я был готов сразиться с кем угодно, чтобы обеспечить себе билет на одни сутки в мир за стенами гимназии. Увы, кроме меня, еще пять кандидатов мечтали о подобном, и надо было обойти того, кто достанется мне по жребию. А победить надо было любой ценой. Список — списком, но точно ли с Пьером все в порядке? Почему он не приходит? Я старался гнать эти мысли прочь, но получалось скверно.

Впрочем, в таком сосредоточенном настроении пребывал не только я.

— Знаешь, чего я хочу? — угрюмо спросил Роберт, пока мы толклись в тренировочном зале, где и должны были состояться боевые поединки.

— Чего?

— Чтобы мне снова выпал Эш, и я мог надрать ему уши.

— Вчера ты ему проиграл, — напомнил я.

— А сегодня готов победить!

Да, уязвленное самолюбие еще никому не помогало, но я промолчал. Жребий сам покажет, кому и с кем сражаться. Прибежала Лиз, задержавшаяся на индивидуальном занятии, и почти сразу за ней вошел директор Рейдес в сопровождении кураторов. Эдакая стая черных воронов с восьмиконечными звездочками.

— Рад приветствовать шестерых участников сегодняшних поединков, — обратился к нам директор. — Условия таковы: бой длится десять минут. Он может закончиться раньше, если один из противников будет не в состоянии его продолжать. Если же оба останутся на ногах, то решение будет вынесено голосованием кураторов, а решающий голос останется за мной. Прошу, тяните жребий.

Я решил, что буду тянуть последним. Роберт же вышел первым, взглянул на листок — и закусил губу. Ему досталась Анна. Все-таки тяжело воспринимать девушку как противника в боевом поединке. Вторая пара тоже составилась быстро, а мне уже не было необходимости участвовать в жеребьевке. Извини, Роберт, с Эшем сегодня сражаюсь я.

— Везет тебе, — шепнул Гейлен.

— С каждым днем — все больше, — ответил я. — А тебе везет на хорошеньких девушек.

Роб только хмыкнул. Ему предстояло сражаться первым, и они с Анной замерли друг напротив друга. Анна казалась излишне хрупкой, но с Лиз они вчера бились на равных, а Лиз была сильной магичкой. Особенно после инициации — она бы могла давно уйти на ступень, а то и на две выше, если бы не дожидалась меня. Так что Роберту предстояла непростая задача, учитывая, что биться с девушкой он и вовсе не желал.

— Начинайте, — махнул директор, и Анна тут же атаковала. Она, как оказалось, в совершенстве владела боевой школой огня, и растерявшемуся Робу оставалось только отбивать шар за шаром. Анна не дала ему времени поставить хорошие щиты или хотя бы продумать линию защиты. Наоборот, била как сумасшедшая. Неужели эта девчонка побьет Роберта? То-то шуму будет!

Но Роб справился с первыми минутами боя, а Анна ощутимо начала уставать. Ее атаки немного замедлились, и Роберт смог, наконец, поднять двойной щит, а затем и атаковать. Стоило признать, защищалась Анна так же хорошо, как и нападала. Ни одно заклинание Роберта не пробивало ее защиту. Гейлен сделал вид, что так и надо. Едва уловимый пасс рукой — и на полу будто растянулась черная паутина. Атака в лоб, неверный шаг назад — и Анна забарахталась, стараясь избавиться от захватившего ее заклинания, а Роб провел несколько сильных атак.

— Бой завершен досрочно, — объявил директор. — Победил Роберт, четвертая ступень.

Раздались аплодисменты. Роб протянул Анне руку, и она пожала ее в ответ. Судя по его улыбочке, Роберт решил приглядеться к сопернице более пристально. Что ж, его право, пусть поступает, как считает нужным.

А на поле боя уже вышла вторая пара. За их сражением я наблюдал с меньшим интересом, оценивая только уровень применяемых заклинаний. Ничего необычного, все достаточно стандартно. Надо было настроиться на свой бой.

Я даже не заметил, когда завершился поединок. Очнулся только, когда произнесли мое имя, а однокурсники слаженно пожелали удачи. Вот не стоило им этого делать! Какая уж тут удача?

Я замер напротив Железного Эша. Тот смотрел на меня свысока, чуть прищурившись, точно раздумывал, как избавиться от надоедливой козявки в моем лице. Я тоже думал до последней секунды, когда директор дал старт поединку.

Эш не стал атаковать сразу, как и я. Каждый занялся своими щитами, а на это требовалось минимальное время. Я вплел в свой щит одну зеркальную ниточку. Главное, чтобы Эш не заметил ее до того, как она понадобится. Что ж, теперь в бой!

Я все-таки атаковал первым, прощупывая, какими неприятными сюрпризами чревата защита противника. Попробовал пробиться сквозь его щит — не вышло. Интересно. Мы закружили по залу, не обращая внимания на возгласы зрителей. Каждый курс болел за своего претендента. Но на стороне Эша, как оказалось, еще и симпатии многих девушек. Поэтому шум стоял оглушающий, и трудно было на него не отвлекаться.

Между тем Эш провел короткую серию атак самыми обычными боевыми пульсарами. Удар, еще удар. Я отразил заклинания. Ну же! Дай мне шанс тебя обмануть. Но Эш явно был опытным бойцом. Все, что я пытался применить, он угадывал на лету и успевал принять меры. Тьма и демоны, чтоб ему провалиться! Нет, надо сохранять спокойствие. Я снова закружил по залу, стараясь запутать Эша. Показывай, что ты приготовил в рукаве! Давай!

И Эш ударил. Я увидел знакомую воронку, несущуюся к моей защите, — и активировал зеркальное заклинание. Поверхность щита стала видимой — вот только эта поверхность отражала, будто зеркало. Вихрь резко развернулся и полетел в Эша. Он почти достал его! В последнюю секунду Эшу удалось развеять собственное создание.

Не пробил… Зато Эш, кажется, разозлился, потому что наградил меня целым рядом темных заклинаний. Слишком быстро! Я отбивался, но одно все-таки отразить не успел, и оно попало мне в правую ногу. Она отнялась до колена, замедлив мои передвижения. Да что там! Не мог я прыгать на одной ножке и одновременно магичить! Нет, так не пойдет. Сначала придется развеять заклинание. Вот только стоило мне отвлечься, Эш ударил снова. На этот раз — в левую ногу. Я едва успел защититься — и кинулся вперед. Времени осталось мало! Пришлось обрушить на голову противника весь арсенал заклинаний. Вдруг хоть какое-то подействует! Может, это и выглядело, словно паника, но внутренне я оставался спокойным. Так, иди сюда, я приложу тебя!

Попал! Щит Эша пошел трещинами, а сам он едва успел защититься от проклятия неудачи. Первого, а второе плотно зацепилось за него, он поскользнулся на ровном месте и упал на пол. Попытался подняться, но время истекло.

— Мы будем совещаться, — произнес директор и подозвал к себе кураторов.

Совещаться? Но почему? В момент завершения поединка противник лежал на полу. О чем тут совещаться? Я страшно нервничал, едва не ломал пальцы от тревоги. Каким же будет вердикт кураторов? А если они и вовсе не захотят выпускать меня за пределы гимназии? Меня же могут искать.

Эш глядел на меня волком. Можно записать его в компанию к Бертрану. Конечно, проигрывать никто не любит.

— Мы готовы вынести вердикт, — произнес директор. — В последнем поединке победил Филипп, курсант четвертой ступени.

Фух! У меня словно камень с сердца свалился. Я вполуха слушал, что отведенные нам сутки начинаются завтра в полдень и заканчиваются в то же время послезавтра. Получилось! У меня получилось!

— Ты молодец, — подбежала ко мне Лиз. — Ух, просто ух! Слов нет!

— Да, было неплохо, — в своей манере согласился Роберт. Но с его стороны это и вовсе было высшим признанием моих заслуг. У меня получилось! Даже самому не верилось! Однокурсники поздравляли, хлопали по плечу, забыв о былой вражде. И только куратор Синтер отозвал меня в сторонку и потребовал зайти к нему. Что бы это значило? Когда первые восторги немного улеглись, я направился к нему. Он сидел за столом и листал какую-то книгу.

— А, Филипп, — поднял глаза, стоило мне появиться на пороге. — Проходи, есть разговор.

Я сел напротив, ожидая, что же он мне скажет. А Синтер молчал.

— Зачем тебе в город, Фил? — наконец спросил он. — Извини за то, что скажу, но ведь тебя там никто не ждет.

— Хочу навестить друзей, — почти не солгал я.

— Даже так? — Куратор взъерошил темные волосы и стал похож на ворона. — Послушай, Фил, надо — значит, надо, только будь осторожен. И если что, немедленно возвращайся. Утром ты получишь одноразовый пропуск. В случае опасности сломай его, и я буду знать, что тебе нужна помощь. А если все будет хорошо, вернешься так, как сюда попал — с пустыря.

— Спасибо, — ответил я. Синтер действительно беспокоился обо мне, и я был благодарен ему за это.

— Плащ захвати. В городе погодка еще хуже, чем в пределах гимназии. Равновесия ведь нет.

— Нового магистра так и не выбрали? — спросил я.

— Нет. К артефакту уже пускают всех, даже безнадежных на первый взгляд, но пока нет никакого результата. Артефакт света не реагирует.

— Как вы думаете, почему?

— Не знаю. — Синтер задумчиво пожал плечами. — Видишь ли, Филипп, магия уровня магистра — дело редкое и не каждому по плечу. Таймус так и не успел воспитать преемника. Видимо, поэтому и толку нет. Остается ждать, пока не появится кто-нибудь с подходящей силой. А это длительный процесс.

— Я понял. Можно идти?

— Иди, — кивнул Дерек и снова погрузился в свои мысли, а я покинул кабинет куратора. Даже себе не хотелось признаваться в главном: рядом с предвкушением в груди жил страх. Здесь, в «Черной звезде», я чувствовал себя в безопасности. А что ждет меня там, за ее пределами? Оставалось только догадываться.

Глава 7

Полина

Стоял последний день осени, а снега так и не было. Более того, ливни не прекращались, и даже территория замка Дареаля больше напоминала болото. Мы с Вильямом стали домоседами. Все чаще сидели у камина. Я читала вслух, Вилли слушал, и нам обоим было хорошо и уютно. И все-таки я ждала, когда наступят холода, и можно будет отправляться в дорогу. Однако я радовалась, что праздничный день герцог Дареаль проведет с сыном. С утра у нас было много дел. Несмотря на то, что уже три дня замок украшали, нужно было развесить на окна шарики с искорками внутри — маячки для удачи в следующем году, а удача мне бы не помешала. Некоторые называли их огоньками души. Около полудня мы с Вилли засобирались к небольшому алтарю, спрятанному в глубине парка. Захватили с собой подношение для богов — сладкий пирог и настойку.

— Будем загадывать желания, — веселился Вильям. Да, вот бы мое желание действительно исполнилось.

Герцог Дареаль с нами не пошел. Он с утра работал с документами и о чем-то все время совещался со столицей, и мы решили его не отвлекать. С делами лучше покончить в течение дня, чтобы вечер посвятить Вильяму.

К счастью, с предложением руки и сердца Этьен больше ко мне не приходил. Иначе было бы крайне неудобно отказывать ему опять, но я была благодарна ему за заботу и часто спрашивала себя, что было бы, если бы он не протянул мне руку помощи. Где бы я сейчас была? Смогла бы выжить? Или мне пришлось бы вернуться к матери, а она заставила бы выйти замуж? Варианты выглядели один безрадостнее другого. Что бы ни двигало Этьеном, он спас меня и дал ту необходимую передышку, в которой я так нуждалась.

Дождь прекратился, и даже ненадолго выглянуло солнце.

— Хороший знак, — пробормотал Вильям, шлепая по грязи к алтарю.

Точно, хороший. Так во всех поверьях говорилось. Мы расставили на алтаре угощение, и я замерла, закрыв глаза. Светлые боги, прошу, пусть ко мне вернется Анри. Обещаю больше не беспокоить вас своими просьбами, только верните его. Сохраните, защитите в пустоте и укажите путь домой.

— Что ты загадала? — тут же заерзал Вилли.

— Секрет, — улыбнулась я. — А ты?

— Тоже секрет, — фыркнул он и побежал домой, поднимая фонтаны брызг. Сколько в нем энергии! Особенно теперь, когда не надо скрываться от отца. А герцог Дареаль ждал нас на пороге.

— Если бы мы знали, что ты так быстро освободишься, взяли бы тебя с собой, — сказал ему Вилли.

— Я не верю в сказки, — усмехался Этьен. — А чтобы желание исполнилось, надо стараться самому, сынок, а не полагаться на чудо.

— Капля чуда еще никому не помешала. — Я вклинилась в разговор. — А ты бы пошел и все-таки принес дары богам. Может, стало бы меньше срочной работы.

Этьен улыбнулся и посмотрел на меня так, как смотрел на сына — с теплотой, которую испытываешь к близкому человеку. Не возлюбленному, нет, а родственнику или ребенку. Спасибо, Этьен.

— Раз уж у меня появилось время, может, поедем в город? — предложил он. — Даже по такой дороге здесь не более получаса езды. Купим подарки.

Вилли тут же будто ветром сдуло. Еще бы! Какой ребенок не любит волшебного слова «подарки»?

— Жаль, что я ничего не смогу вам подарить, — вздохнула я.

— Ты и так много сделала для нас, Полли, — произнес герцог. — Поэтому не выдумывай, а иди собираться. Иначе Вилли убежит в город без нас.