Я буду в маске

Эл закончил развязывать корсет и бросил плотную ткань к моим ногам. Разворачивать меня он не спешил. Провел пальцами по спине, вызывая легкую дрожь. Потом, прижавшись сзади, взял в горячие руки мою холодную грудь. Чувствуя, как грудь напрягается, я охнула.

- Ты приятная наощупь. Нежная кожа, волнующие формы... - прошептал он, снимая с меня узкую юбку. Юбка не рискнула сопротивляться и вскоре упала к корсету. - Красивая, смелая девочка...

Его слова заводили меня не меньше, чем его прикосновения. Что ж, Эл мастер, он умеет пользоваться своим языком. Говорит, словно ласкает. Не тело, а разум, мысли, ожидания.

Я и не заметила, когда он успел снять с меня трусики. Да и какие это трусики? Две ниточки и кружевной треугольник, который едва прикрывал ту часть моего тела, которая уже изнывала от желания.

Эл наконец-то разделся и сам. Я старалась не смотреть ниже его пояса, боясь, что от одного созерцания таких размеров я инстинктивно вся сожмусь и вновь буду долго впускать его в себя. Эл проводил меня до кровати и уложил спиной на бархат покрывала. Лизнул в живот, оставляя длинный мокрый след, ведущий вниз... Устроился у меня в ногах, согнул их в коленях и, разводя колени в стороны, прильнул лицом к тому месту, где только что было кружево трусиков.

Я, догадавшись, что он собрался делать, выгнулась и начала сопротивляться - не было в моей жизни ни одного мужчины, которому я позволила делать это. Неприятно само осознание этого вида плотских утех. Брезгливо как-то.

- Не надо... - жалобно попросила я. Эл приподнял голову:

- Расслабься, Ди... Что же ты так все время напрягаешься? Тебе понравится, - уверенно сказал он, опуская голову.

Действительно, Дашка, что же ты так? Ты и так уже многое позволила. И себе, и ему. Так почему бы не позволить еще и это?... А вдруг тебе, и в правду, понравится? Я глубоко вздохнула и решилась. Расслабилась.

Эл, наверно почувствовав это, начал целовать меня там, где еще никогда и никто этого не делал. Я, выровняв дыхание, прислушалась к ощущениям, и, для пущего эффекта, закрыла глаза. Ощущение внизу нарастало и заставляло напрягать живот, вызывая жгучий прилив к тому самому месту, которое Эл старательно ласкал языком. Порой интенсивно, порой замедляясь. Порой аккуратно покусывая, порой помогая себе рукой...

Стеснение исчезло, от брезгливости не осталось и следа... Я начала извиваться на кровати, цепляясь руками за покрывало... Боже, что это? Что это такое?! Так, так бывает? Дашка, ты знала?!... Ох... "Эл умеет пользоваться своим языком", - с наслаждением повторила я мысленно... Бугорок импульсивно забился, словно в судорогах, Мужчина умело меня распалял, я прикусила нижнюю губу и громко простонала.

- Я же говорил - тебе понравится, - с каким-то особенным удовольствием констатировал Эл, отстраняясь. Потом он лег грудью мне на живот, посмотрел в мои пьяные от удовольствия глаза и спросил: - Это с тобой тоже было впервые?

- Да.

- Девочка... - прошептал он с улыбкой и чмокнул меня в пупок.

Я закрыла глаза и облизнула губы, чувствуя на них легкое пощипывание... Боже, Дашка, как же хорошо! Все тело говорило об этом - легкая дрожь, особенно в бедрах, тяжелое дыхание, так часто подымающее и опускающее живот...

А внизу живота было мокро. Очень мокро. Настолько мокро, что мне показалось, что я могу с легкостью сейчас впустить Эла в себя... Только я подумала об этом, как низ живота заныл. И я вцепилась руками в голову Эла, потянула его наверх, к себе.

- Иди ко мне, - прошетала я.

- К тебе? - лукаво спросил он.

- Ко мне.

- Ты меня хочешь?

- Хочу.

И Эл поддался моей просьбе. Но медленно, по пути покрывая мою кожу едва ощутимыми поцелуями. Груди и шее достались более чувстствительные прикосновения губ Эла. Я, сама от себя не ожидая, недовольно промычала от его неторопливости и услышала ехидный и довольный смешок мужчины, пустившего в этот момент в ход свои пальцы. Они скользнули по бедрам, аккуратно коснулись все еще пульсирующего бугорка, на секунду доставляя ему легкую боль, и устремились дальше. Вошли. Легко и свободно... Два, три...

- Какая ты... готовая, - заявил Эл

Тут же устроился между моими ногами и потянулся к вазочке за защитой, но я остановила движение Эла, коснувшись его руки. Он бросил на меня удивленный взгляд, и я, набравшись смелости, украдкой предложила:

- Давай без... - Эл замер. Его губы совершили попытку задать мне вопрос, но я его опередила: - Как давно ты проверялся?

- На прошлой неделе... - ответил он, а потом, наверное, подумав, что этого не достаточно, добавил: - Результаты анализов можно посмотреть у администратора...

- Я тебе верю. Я тоже на прошлой неделе сдавала... - ответила я с улыбкой. - А о другой... безопасности я позаботилась сама.

И это была правда. В начале недели, после покупки корсета, я отправилась в поликлинику и сходила к тому же гинекологу. Сей поход был с определенной и конкретной целью - подобрать себе специальные таблетки. До этого я никогда не предохранялась подобным образом, перекладывая эту обязанность на своего партнера. В конце концов, ему это нужно было больше, чем мне. Без средств защиты ложиться в постель я категорически отказывалась.

А сейчас мне хотелось других, настоящих ощущений. Целиком и полностью, без всяких преград... Хотелось прочувствовать каждую его клеточку каждой своей. До самого конца... И мысль об этом, а ведь и это случится со мной тоже впервые, распаляла еще больше.

- Ты уверена? - спросил Эл.

- Да.

Он усмехнулся, навис надо мной и, не отрывая от меня своего довольного взгляда, провел горячим кончиком своего достоинства по нежным складочкам и резко проник. И действительно, с первого и безболезненного раза...

. Это были другие ощущения. Поистине. Более осязаемо, чем с использованием самых распространенных контрацептивов, заботливо лежащих в круглой вазочке... Мне показалось, что наслаждение приближалось быстрей. Причем не только ко мне. Эл тяжело дышал, даже не пытаясь это скрыть, я впивалась ногтями в кожу его спины, заставляя его вздрагивать. Отчего проникновения Эла становились все глубже. Мои крики все громче. Дыхания обоих все чаще... А в комнате все жарче.

Эл задвигался резче, а я словно неслась ему на встречу, чувствуя всю его длину и упругость... Почему, Дашка? Почему раньше всего этого не было? Почему именно этот мужчина стал тем, кто открыл мне сексуальное удовольствие, которое не хочется останавливать, несмотря на то, что все тело сводит, а в груди все горит? Я почти задыхаюсь от жара и стонов... Эл слегка приподнял мою попку, хотя визуально поза не особо поменялась, но чувствительность стала ещё больше... Все, я почти... Почти...

Изнеможенные, уставшие, но счастливые, мы оторвались друг от друга. Тела блестели от пота, руки и ноги отказывались пошевелиться... А о том, что творилось внутри меня, я вообще молчу...

Даже на следующий день отголоски бурной субботней разрядки давали о себе знать. Легкой пульсацией...

Стоит ли говорить, что Эл полностью развеял миф о моей фригидности? Да, стоит. Не была я такой. Просто мне все же попадались не те мужчины - не умели они управлять мной и моим телом. А Эл умел. Управлять, направить, завести. И довести до такого наслаждения, о котором можно только мечтать, а потом вспоминать длинными и холодными одинокими ночами.

В статусе красных масок мы уже давно. Все летние субботы прошли в бурной страсти. И в соблюдении правил: и установленных клубом, и тех, которые мы придумали сами. Мы ни разу не целовались, ни разу не снимали масок, ни разу не проговорились о своей реальной жизни. И ни разу после того, как облачили свои лица в красный цвет, ни с кем даже не заговорили и не познакомились. Мы встречались в зале и сразу проходили в ВИП зону. Где я могла, без стеснения, позволять себе получать все виды и эстетического, и физического удовольствия. Их, оказывается, так много. И каждое уникально и восхитительно по-своему.

У меня, как оказалось, есть эрогенная зона. Точнее - появилась. И я говорю не про какую-нибудь точку Джи или про другие, распространенные у девушек зоны. Я говорю про свою, личную: любые прикосновения к моей спине между лопаток стали вызывать во мне желание. И Эл, поняв это, теперь всегда знал, как можно настроить меня на нужную волну.

Поначалу я с замиранием только что бушевавшего сердца боялась окончания наших с Элом свиданий. Боялась, что, выйдя в "прихожую", Эл подойдет к стойке администратора и сообщит девушке в черной маске о своем намерении сменить красную маску на зеленую. Эта мысль пугала меня. Чем больше времени проходило, тем сильнее...

Я и представить себе не могла, что буду делать в этом случае, как буду себя вести, а главное - что буду чувствовать. Ведь у меня самой за все эти четыре месяца такого намерения не появилось. С Элом мне хорошо. Настолько хорошо, что ради этого "хорошо" я безоговорочно готова соблюдать все правила. Эл, судя по тому, что все мои страхи иопасения до сих пор не оправдались, тоже готов. Поэтому одинаковые красные маски продолжали скрывать наши лица, нашу жизнь за стенами клуба... Иногда мне казалось, что там я и не живу, а лишь существую в ожидании суббот... По сути, готовлюсь к ним всю неделю, получаю желаемое и... Все по кругу. Все циклично.

Да, Дашка, это самая настоящая зависимость. От масок, от клуба и от тела моего Эла...

Порой мне становится по-настоящему страшно. Когда я, сидя дома, выполнив работу и оставшись с собой наедине, задумываюсь о том, что от этой зависимости мне когда-нибудь придется избавиться. Вдруг Эл познакомится с кем-то в реальной жизни, влюбится и решит оставить клуб и меня, чтобы скрепить союз со своей избранницей? Ведь он сейчас пока свободен в том плане, что не женат - на безымянном пальце правой руки нет следа от кольца... Хотя... Он же может просто встречаться с кем-то? Может же, Дашка?

Спрашивать об этом тоже страшно. Не хочу спугнуть и оттолкнуть. И предлагать перевести наши отношения в безмасочное состояние я пока не решаюсь. Да и Эл никак на это не намекает. Ему, видимо, это не нужно. Возможно - пока... Какое коварное это слово - возможно. Коварное, дающее надежду, но и забирающее ее... В общем, повторюсь - мне и так хорошо. Меня вполне устраивает то, что есть у нас сейчас. Пусть так.

Каждый раз мы пробовали что-то новое: позы, ласки, места... Ох уж эти места! Казалось бы - их не так много в этой небольшой комнате. Но стоит только лишь проявить фантазию и подобрать к ней позу... Из всемирно известной книги с эротическими картинками, найденной нами в шкафу.

Кстати, про шкаф, а точнее про остальное его содержимое. В какой-то момент и на некоторые игрушки я согласилась. И не пожалела. Они действительно оказались не так страшны и опасны, как казались на первый взгляд: плетки, кляпы, стеки, зажимы... они добавляют острых ощущений, не нанося телу никакого вреда. Ну, разве что небольшие синяки от некоторых предметов, если кто-то из нас слегка разошелся и вошел в азарт... А вот на силиконовые и резиновые "заменители" половых органов я даже не смотрела. Даже не думала и не хотела. Они без надобности, нам хватает настоящих, естественных.

С появлением Эла и клуба "Три маски" в моей обычной жизни многое изменилось. Во-первых, я стала более уверенной в себе. Эл с таким восхищением нахваливал мои женственные формы, что я, в конце концов, ему поверила. И мои комплексы исчезли сами по себе. Мне теперь нравилось мое отражение в зеркале, мне нравилось поддерживать себя в форме и ходить по магазинам. В моем гардеробе появились яркие, стильные, даже довольно открытые вещи, которые носить раньше я не решалась. А сейчас надеваю, и не только на встречи с Элом.

Во-вторых, клуб помог мне научиться "читать" людей по глазам, подсознательно представляя всех в масках. Мы же все носим маски. А глаза - это единственное, что может сказать правду. Вот, например, глаза Эла: они у него особенные, никогда не меняют свой оттенок и всегда остаются насыщенными, темно-синими. Но я научилась читать Эла по их выражению - и оно говорит мне о большем, чем какая-нибудь мимика на лице, которую всегда при желании можно сыграть... В работе с клиентами это очень пригодилось.

В-третьих, моя проснувшаяся чувствительность сделала меня более нежной и сопереживающей. Готовой понять и, по-возможности, помочь. Друзья и знакомые стали меня за это еще больше ценить.

В конце концов, активная и постоянная сексуальная жизнь положительно влияла на мое женское здоровье и улучшала настроение. Я чувствовала себя бодрой, готовой свернуть горы, энергия во мне била ключом. Я успевала и делала то, что когда-то и не собиралась начинать. Причем делала с желанием и энтузиазмом, а не абы-как. Как говорит Жанка: удовлетворенная женщина - счастливая женщина.

А еще я наконец-то начала испытывать возбуждение от так горячо любимых мной романов. Вот на днях Жанка подарила мне книгу. Книга не была эротикой, - хороший, качественный роман, - но страстное и чувственное описание ночей любви, происходящих между героями, заставило меня возбудиться так, что я искренне пожалела, что сегодня не суббота и рядом нет Эла...

Да, как бы это смешно не звучало, но я ему не изменяю. Не познакомилась за все это время с другими не только в клубе, но и в обычной жизни. Ни нарочно, ни даже случайно. Просто - не хочу.

Но вернемся к книге. У нее символичное для меня название: "Холодный Жемчуг". Поэтому, читая этот роман, я постоянно мысленно возвращалась к нашему последнему свиданию с Элом, когда он подарил мне бусы из черного жемчуга. Когда попросил меня надеть их в следующий раз.

И сегодня, в очередную нашу субботу, я взяла их с собой. Сегодня они были на мне: сначала связанные на запястьях, а сейчас холодный жемчуг от интенсивных толчков катался по моей набухшей груди...

Пусть это продолжается как можно дольше.

Глава 5. Холодный жемчуг

Если суббота стала для меня днем страсти и исполнения эротических фантазий и желаний, а пятница - днем предвкушения, то воскресенье - днем осознания и расслабления.

В этот день я полностью погружалась в свои воспоминания о предыдущем и ничего делать больше не хотела. Отходила, пыталась абстрагироваться и вернуться в суровую действительность. Жанка уже поняла и привыкла, что в воскресенье меня лучше не беспокоить. Так и в этот раз - напоминание о себе от нее я получила только ближе к ночи: "Встретимся завтра, в три часа дня, в кафе издательства". Ответив утвердительно, я приняла ванну и легла спать, продолжая пребывать в умиротворительном блаженстве.

Кафе – слишком громкое название для того предприятия общепита в Жанкином издательстве, которое она имела в виду в своем сообщении. Скорее столовая, маленькая, уютная, с весьма неплохой едой. Но все же это не кафе. Однако мне нравилось здесь бывать, тем более, данное заведение было открыто не только для сотрудников издательства, но и для их гостей и друзей.

В общем, в три часа дня я уже входила в столовую. Окинула взглядом небольшое помещение – Жанка еще отсутствовала. Я не удивилась, пунктуальность не ее конек. Она обычно либо сильно опаздывает, либо приходит намного раньше. Ну нет у нее чувства времени.

Смиренно вздохнув, я купила чай и присела за столик в центре зала напротив окна. Отсюда открывался вид на главный городской парк - издательство находилось в центре нашего небольшого регионального городка. За окном уже осень. Сентябрь. Еще чуть-чуть и начнет холодать. Листья уже меняют свой цвет, ветер пытается их срывать с насиженных веток и кружить в своём танце... Не люблю осень. Даже несмотря на то, что в этот увядающий сезон моей скромной персоне было суждено появиться на этот свет. Я достала из сумки телефон, посмотрела на время и, качая головой, положила мобильник на стол.

Чай был горячий, здесь его подавали в граненых стаканах в металлических подстаканниках, и большинство людей покупали себе этот напиток именно ради такой почти исчезнувшей раритетной атрибутики. Приятное и странное ощущение – пить вот так чай. Подув на воду, я звучно отхлебнула травяной напиток. Фи, дурной тон, Дашка, как не красиво! Сидевшие за соседним столом люди, которые годились мне по возрасту в родители, на меня покосились и укоризненно покачали головой. Ну и черт с вами. Пью и живу, как хочу.

Бросив взгляд в сторону входа, откуда должна была появиться моя Жанка, я вдруг встретилась глазами с мужчиной. Он сидел за столиком в одиночестве с маленькой чашкой кофе в руках и смотрел на меня, не отводя задумчивого взгляда. Я нахмурилась. Было в мужчине что-то знакомое, но я никак не могла вспомнить и понять, что именно. Может, просто где-то когда-то встречались или пересекались. Не в первый раз я бываю в издательстве.

Тут появилась моя Жанка. Увидев меня, она махнула рукой и направилась к моему столику. Она была в наушниках, и, приближаясь ко мне, Жанна начала хаотично дергаться. Пританцовывала. Те же самые люди за соседним столом, посмотрев на мою подругу, вновь покачали головой. Они, по всей видимости, не одобряли не только ее поведение, но и громкие звуки, доносившиеся из ее наушников. Помнится, на этой неделе Жанка решила подсесть на Rammstein. Громко. Жестко. Порой мрачно. Не в Жанкином духе. Просто у моей Жаннушки в последнее время появилась такая фишка - каждый четверг она методом тыка выбирала какую-нибудь музыкальную группу, скачивала все их доступные песни на свой плеер и всю последующую неделю при любой возможности, в свободные моменты слушала только их. Периоды групп "Звери", "Nirvana" и "Сплин" я пережила с ней нормально. На "Касте" я немного сломалась. Просто не мое. А вот сейчас этот немецкий хардкор. Хотя терпимо, местами очень даже ничего, и все лучше, чем "Каста".

Жанка дотанцевала до моего столика и, вынимая один наушник из ушей, плюхнулась на пластиковый стул напротив:

- Привет, Ди, - сказала она.

- Привет, Аж, - отозвалась я, и мы одновременно засмеялись.

- Обедала? - спросила у меня Жанка.

- Нет. Только чай взяла. Тебя ждала.

- Молодец. За твое ожидание я за тобой поухаживаю, - сказала Жанна, выключая музыку в плеере. Потом поднялась с места и спросила: - Что будешь?

- Пожалуй, только борщ. Здесь он у вас шедеврален. Прям как у моей бабушки.

Жанка кивнула и пошла за нашей едой к окошку с буфетчицой. Вернулась с полным подносом на руках. У Жанки бывали моменты, когда она могла не есть несколько дней подряд, называя этот период "разгрузочными днями для ее зажравшегося Муза". А иногда наоборот – поглощала все, что только было разрешено употреблять в пищу - "праздничный пир для оного в знак благодарности". Сегодня, судя по принесенной Жанкой еде, был второй вариант. Что ж, значит, ее Муз плодотворен и чревоугоден.

Подруга переставила две тарелки с борщом, два разных салата, стакан чая и тарелочку с двумя сахарными булочками и, положив поднос на соседний, уже пустующий стол, присела обратно.

- Приятного аппетита, - сказала Жанка, пододвигая ко мне тарелку с супом.

- Угу. И тебе, - ответила я и, взяв ложку, принялась за обеденную еду.

Несколько раз я невольно возвращалась взглядом к мужчине за столом у входа. Он продолжал за мной наблюдать. Но теперь не с задумчивостью, а с интересом.

- Слушай, только сразу не оборачивайся, за столом у входа сидит мужик и пристально на меня смотрит... - не успела я договорить, как Жанка, не послушав меня, резко обернулась. Я мысленно чертыхнулась, а Жанка, с улыбкой кивнув мужчине, повернулась обратно.

- Это брат владельца издательства, Лев Михайлович Майский, - ответила Жанка.

- Лев Майский? - переспросила я, нахмурившись. Где-то это имя я уже слышала. - А чем он занимается?

- Ну, во-первых, он совладелец брата, Леонида Майского. А во-вторых, писатель... - Жанка призадумалась и добавила: - Я же тебе давала его книгу "Холодный жемчуг", не прочитала еще?

- Точно, - кивнула я, вспоминая книгу, которую как раз на днях закончила читать.

Сначала, изучив аннотацию на обороте, я отнеслась к этому произведению настороженно и скептически: ну как мужчина может писать роман от женского лица? Но все-таки решилась прочитать, раз уж его посоветовала моя подружка. Где-то на сотой странице я напрочь забыла об этом факте. Роман был хорош – написан приятным языком, не лишен интересных и даже познавательных деталей, в меру откровенен. В нем не было банальных "розовых соплей", но на протяжении всей книги присутствовала нежная и цепляющая романтичность.

Я зачиталась и "проглотила" роман за несколько часов. А закрыв книгу и вновь увидев имя автора, окончательно усомнилась в авторстве мужчины, решив, что это псевдоним. Но не может сильный пол так нежно, трогательно и душещипательно писать о любви и так скрупулезно прописать все чувства и эмоции хрупкой молодой главной героини.

А сейчас, убедившись, что автор все-таки мужского пола, я нашла разгадку незамедлительно: Лев Майский просто нетрадиционной сексуальной ориентации. Точно. По-другому быть не может.

- А ты откуда его знаешь? - поинтересовалась я.

- Я оформляла его книгу. Да и на корпоративных тусовках мы периодически встречаемся, - ответила Жанка, уплетая за обе щеки свекольный суп.

Здесь Лев Майский поднялся со своего места и уверенной походкой направился в нашу сторону.

- Привет, Жанна, - поздоровался он и без приглашения, одолжив стул у соседнего стола, сел за наш столик. - Познакомишь меня со своей подругой?

Хоть он и обращался к Жанке, в ее сторону даже не взглянул, а пристально разглядывал меня. Нет, геи так на женщину не смотрят... хотя, может со мной просто что-то не так: тушь размазалась или прическа примялась? Проверить это незаметно я не смогу и, мысленно плюнув на все (какая мне разница - как я выгляжу в глазах гея?), тоже решила повнимательней разглядеть писателя. Ухоженный шатен лет тридцати-тридцати пяти с карими, нет, с кофейными глазами, высокий, стройный. Симпатичный. Эх, жаль... С ним мы раньше не встречались. Такие глаза я бы запомнила.

- Это Дарья, а это Лев, - кивнув, представила нас Жанка. Лев, не отводя от меня своих темных глаз, протянул руку, и я, коснувшись пальцами горячей ладони, торопливо пожала его руку.

- Даша, - произнес мое имя Лев. Произнес странно, словно прислушиваясь, как оно звучит из его же уст.

- Вы тоже здесь работаете?

- Нет, - замотала я головой. - Я просто люблю иногда здесь обедать. Тут вкусный борщ.

- Согласен, - кивнул Лев.

- Вот черт! - громко ругнулась вдруг Жанка, чем вызвала удивление на наших со Львом лицах, потом она стукнула себя ладошкой по голове и пояснила: - Забыла эскиз обложки поварской книжки у редактора, - и, отодвинув пустую тарелку из-под супа, поднялась из-за стола. - Мне до завтра его нужно подредактировать. Автор придет смотреть, - Жанка взглянула на часы. - А редактор сейчас уйдет. Я быстренько, ладно, Дашка? Лев пока составит тебе компанию, - и, втыкая наушники в ухо, направилась к выходу.

Я проводила ее взглядом, называя Жанку про себя безалаберной и забывчивой. С ней такое часто бывает. Творческий человек. Потом я посмотрела на Льва - он продолжал с интересом меня разглядывать. Как ему еще не надоело?

- Красивые бусы, - заметил он вдруг, опустив глаза на мою грудь, где лежал связанным узлом жемчуг.

А точно ли он смотрит на бусы? Понять сейчас по его взгляду невозможно...

- Это черный жемчуг, - ответила я и, невольно поправив бусы, а точнее пытаясь прикрыть ими ложбинку груди, посмотрела на свои руки. Идеально круглые следы от этих самых бус предательски выступали на коже запястий. Не такие яркие и заметные, но все же. Я резко убрала руки под стол. Лев улыбнулся и, продолжая меня разглядывать, спросил:

- Подарок любимого?

Меня как кипятком ошпарило... Любимого? А, Дашка? Или нет?

- Скорее друга, - неожиданно для себя самой ответила я.

- Дорогой подарок. Друг вас ценит.

- Вы разбираетесь в жемчуге? - поинтересовалась я и мысленно себя обругала, вспомнив, что в своей книге Лев Майский посвятил целую главу этому природному минералу: описал все виды жемчуга, его образование, добывание и даже приметы, с ним связанные.

- Есть немного, - кивнул он. - А еще я разбираюсь в мужчинах.

"Точно гей”, - подумала я.

- А точнее, - продолжил Лев, - с какой целью мужчина может подарить женщине такой подарок... Вот вы знаете, что в Древней Руси мужчины дарили жемчуг только своей избраннице? И что этот минерал не стоит носить человеку, который не нашел свою пару? Одинокие люди будут испытывать от него чувство тоски...