Я буду в маске

а) если вы решили сменить статус новичок, за вами приезжает такси с зеленой маской.

б) если вы нашли постоянного партнера и желаете проводить время только с ним, за вами с вашим партнером приезжает такси с красными масками (в данном случае за парой заранее будет закреплена ВИП-комната).

в) если вы желаете сменить партнера и присмотреться к другим членам клуба, за вами вновь приезжает такси с зеленой маской.

ВНИМАНИЕ:

Чтобы перейти из статуса ЖЕЛТОЙ в статус ЗЕЛЕНОЙ маски, новички обязаны пройти медицинское обследование и предъявить администратору справку о своем здоровье. Список необходимых анализов и справок от врачей новичок получит в свой первый раут у администратора.

Остальные члены клуба так же обязаны проходить подобное обследование каждые две недели. В противном случае участник не будет допущен в ВИП зону.

В КЛУБЕ СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО:

1. Снимать маски.

2. Представляться настоящем именем и раскрывать свое инкогнито.

3. Целоваться в губы.

4. Без добровольного согласия склонять других участников к чему-либо.

5. Производить фото\видео съемку.

Организаторы обязуются:

1. Ни при каких обстоятельствах не разглашать личных данных всех участников клуба... "

- Это что такое? - закончив читать, нахмурившись, спросила я.

- Это правила клуба.

- Это я поняла... - я еще раз прочитала второй абзац, и тут до меня дошло, где моя подруга, оказывается, пропадает по всем субботам. - Ты - член этого клуба? - Жанна кивнула. - И как давно?

- Месяца три.

Значит, Жанка вступила в клуб еще до нашего знакомства. Удачно она скрывала свое это "таинство" - ни разу не проговорилась. Ни разу!

Я похлопала ресницами и поинтересовалась:

- И это ты называла священным таинством? Это же... разврат какой-то...

- Не будь брюзгой, - улыбнулась она. - Для меня это таинство, потому что там все так... таинственно, так загадочно. Полумрак, люди в масках, шампанское, свечи, сама атмосфера... Ты можешь прийти в любой одежде. Они даже периодически устраивают тематические вечера. Вечеринка 60-х была просто бесподобна. - Жанка вдруг облизнулась. - Заниматься сексом совершенно не обязательно, но да, большинство членов клуба приходят туда именно за этим. По сути, это ничем не отличается от банального съема на любой обычной вечеринке. Но люди там проверенные, только свои. Общайся, кокетничай, играй, наслаждайся. Захотелось интимного продолжения? Милости просим в отдельное помещение. И обязательное по правилам ношение масок добавляет таких особенных, незабываемых ощущений и эмоций... Ты не видишь лица. Ты видишь только тело, слышишь голос... Под маской может скрываться кто угодно... одна мысль об этом уже заводит.

- Меня не заводит, - замотала я головой. - Да там, небось, одни физиологические уродцы и извращенцы!

- Я тоже уродец и извращенка? - даже как-то обиженно спросила Жанка. Я растерялась:

- Ты... нет, конечно... Но другие разве не такие? Ты видела хоть кого-нибудь без маски?

- Только того, кто меня спротежировал. Он... Я не буду называть его имя, но скажу, что этот человек уже давно не является членом клуба - сам ушел. Сейчас создал семью, и насколько я знаю, очень счастлив в браке.

- Я его знаю?

- Знаешь.

Я тут же принялась вспоминать всех Жанкиных знакомых, пытаясь вычислить среди них "уродца" или "извращенца". Уродцев, прямо таких явных, с физическими и генетическими недостатками, я не вспомнила. А вот с извращенцами трудней. Не все же открывают свое истинное лицо - да, Дашка, тебе ли не знать? - и, по сути, носят свои, невидимые маски. Иногда или постоянно...

О, черт! Это умозаключение тут же встало у меня в голове: Все! Носят! Маски!

Быть может, человек, одевая визуально видимую маску, тут же сбрасывает с себя незримую? Ведь когда окружающие не знают, кто ты есть - твое имя и лицо - прятать свое истинное нутро нет никакого смысла?

- Тебе надо попробовать, - взяв меня за руку, сказала она тихо. - Тебе надо раскрепоститься. Под маской сделать это проще всего - придумаешь себе не только имя, а еще и образ. Хочешь быть роковухой - пожалуйста! Хочешь быть Госпожой - пожалуйста. Хочешь быть скромницей? И тут ценители найдутся. Повторюсь, принуждать тебя к сексу никто не будет. Это в клубе строго наказывается исключением, - Жанка говорила взволнованно, с какой-то безумной радостью и с нескрываемым удовольствием.

Я глубоко вздохнула и поинтересовалась:

- И какое же у тебя там имя?

- Аж, - кокетливо ответила она. - Здорово, да? Многим нравится... И вообще - в клубе я пользуюсь популярностью.

- Популярностью? О, Господи! - я закатила глаза, так до конца и не веря своим ушам. - Как тебя туда вообще занесло, как?

- Как? Я же сказала - меня спротежировал знакомый, - она улыбнулась. - А я уже спротежировала тебя. В субботу нас ждут.

- О, нет! - возмутилась я. Но Жанка покачала головой и, оглядевшись, тихо сказала:

- Чего тебе стоит? Что ты потеряешь? Попробуй. Уверена, ты захочешь прийти туда еще раз...

- А если не захочу?

- Если не захочешь, я, клянусь, больше никогда не заведу с тобой разговоров о клубе. И мы попросту обо всем об этом забудем.

- Но я уже об этом знаю и вряд ли смогу забыть, - ответила я ей. - И каждую субботу, когда ты будешь отправляться на эти рауты, я буду об этом думать.

- Пойдем со мной, - предложила она, сложив губки, как капризно-просящий ребенок. - Это может решить проблему с твоей псевдо-фригидностью. Поверь мне, такого удовольствия, которое я испытала в клубе, я не испытывала нигде... - Жанна облизнула губы. - Не отказывайся сразу, подумай. У тебя есть время до пятницы - днем я должна буду отзвониться администратору и сказать, поедем мы или нет.

Я посмотрела на подругу с сомнением... Сама не понимая, в чем я сомневаюсь? В абсурдности Жанкиного предложения? В нормальности такого времяпрепровождения? Или в понимании того, что в жизни все нужно попробовать? Попробовать и, если не понравится, забыть... А если понравится, Дашка?

В общем, ее слова звоном засели в моих ушах, и во все последующие дни я ни о чем другом и думать не могла, только об этом закрытом клубе. Даже начала представлять, как и что там может происходить. Когда ты не знаешь чего-то точно, твоя фантазия может унести тебя очень далеко. Вот и меня уносила... Настолько далеко, что щеки начинали пылать от стыда.

Я не встречалась с Жанкой, но на ее звонки отвечала. Мы беседовали на другие темы, Жанна принципиально не вспоминала про клуб, давая мне понять, что если я откажусь - в нашей жизни ничего не изменится. Но она была не права: уже изменилось. Во мне что-то переломилось. В странную для меня сторону.

Подумав пять дней, взвешивая все за и против, я все-таки пришла к выводу, что уж лучше я пожалею о сделанном, чем потом буду жалеть, что отказалась попробовать. В конце концов, кроме Жанны об этом никто не узнает. А она распространяться не станет, раз уж сама посещает это место.

В пятницу утром, сразу после душа, я позвонила Жанне.

- Я поеду, - как только она сняла трубку, сказала я. - Что-то нужно брать с собой?

- Молодец, Дашка, правильное решение, - радостно ответила Жаннка. - Нет, ничего брать не надо. Просто послушай совета: придумай себе образ, подбери под него одежду и, прихватив шмотки с собой, приезжай сегодня ко мне. Водитель будет забирать нас завтра от моего дома...

Глава 2. Желтый. Новые ощущения

Такси должно было приехать за нами в полтретьего. Собираться мы стали заранее. Разошлись по разным комнатам Жанкиной квартиры-мастерской и, дав друг другу полчаса, начали прихорашиваться.

Через обозначенные полчаса мы одновременно вышли из комнат и встретились в прихожей. Это, конечно, скорее территориальное понятие для этого места в квартире, по предназначению здесь находилась и прихожая, и гостиная, и своебразная "выставочная" для картин хозяйки-художницы.

На Жанке было красивое золотистое платье с открытыми плечами и с вырезом на правом бедре. На ноги подруга надела туфли в тон, на высоченном каблуке. На довольном лице ровный слой тональника и пудры, под которым не было видно ни одной милой веснушки, зато на ее личике выделялись серые глазищи, которые она накрасила таким образом, что они казались раза в два больше. Я удивленно улыбнулась - в обычной жизни Жанна так не одевалась и не красилась, и встретив ее в таком виде на улице, я бы ни за что Жанку не узнала. Передо мной сейчас была не моя привычная Жанка, а кокетливая девушка по имени Аж - бесспорно яркий член особенного, закрытого клуба.

Свой образ я тоже старалась продумать до мелочей. И очень надеялась, что узнать меня, Дарью Агафоподову, в нем, как и Жанку, будет невозможно: надела чулки в крупную черную сетку, купленные по пути к подруге в переходе, короткое красное платье с пышной юбочкой, оставшееся с какой-то студенческой вечеринки, а поверх платья - черный кожаный жилет, сделанный на манер корсета. Губы подвела красной стойкой помадой, а ресницы накрасила так, что глаза с трудом моргали от тяжести туши.

- Мулен Руж нервно курит в сторонке, - хихикнув, сказала Жанна.

- Что, настолько вульгарно? - терзая короткий подол платья, спросила я.

- Вульгарно, - кивнула подруга. - Но это - образ. И мне он нравится. Тебе идет.

- Мне идет быть похожей на... шалаву? - возмутилась я.

- О, Господи! - воскликнула Жанна и, с улыбкой подмигнув, стала напевать песню: "шалава-лава-лава-лава, опять на улице облава..."

- Жанка! - завопила я. - Прекрати! Мне и так... не комфортно... Вот сейчас передумаю и никуда не поеду.

- Ой, и кому ты этим хуже сделаешь? Только себе. Любопытство тебя сожрет, - она пригрозила мне пальчиком. - А не комфортно тебе от твоей же замкнутости и от твоих глупых и необоснованных комплексов.

Тема про мои комплексы - самая любимая у Жанки. На протяжении всего того времени, что мы знакомы, Жанна пытается уверить меня в том, что я закомплексованная дура. "Закомплексованная" - понятно почему, тут я никогда не спорю, а вот "дура" - потому что комплексую я, оказывается, зря.

"Семьдесят процентов мужчин честно признаются, что им нравятся женщины с формами, а тридцать процентов врут, что им нравятся худые", - одно из любимых Жанкиных выражений по этому поводу, заставляющее меня каждый раз закатывать глаза. Другое её любимое выражение, более популярное и часто цитируемое везде и многими - "Мужики не собаки, чтоб на кости бросаться". Ну и третье, более поэтическое: "На каждый товар найдётся свой купец".

Вот с последним изречением я была согласна - ведь я искренне верила, что где-то по земле ходит тот самый "купец", который позарится на такой "товар", как я. Это реальней, чем поверить в то, что все мужики без исключения не собаки и предпочитают "женщин с формами".

Сама Жанка была худышкой. Не то чтобы очень, но худей меня на два размера. И я ей очень завидовала. Нет, не ее фигуре, а замечательной особенности организма подруги - Жанка могла тоннами есть сладкое и мучное, и совсем не поправляться. В интернете я вычитала, что тут во всему виной какой-то там уникальный метаболизм, а Жанка же предпочитала творческое объяснение: сладостями через Жанкино тело питается ее Муз. Именно Муз, а не Муза, ведь Жанна считала, что мифическое существо, отвечающее за её вдохновение, именно мужского пола.

Таксист приехал вовремя: ровно в четырнадцать тридцать за нами прибыла машина, о чем сообщило смс-сообщение, пришедшее на Жанкин телефон. Мы, накинув тонкие плащи на наши "образы", в спешке покинули квартиру. "Три маски" - единственное место, в которое Жанка, судя по всему, никогда не опаздывала.

Машина стояла у подъезда. Жанка направилась к автомобилю и открыла правую заднюю дверь, молча предлагая мне сесть первой. Я залезла в салон, нервно кутаясь в свой плащ, а Жанка с широкой улыбкой устроилась рядом.

От водителя нас отгораживала ширма. Мы не видели того, кто нас везет, и он так же не имел никакой возможности нас разглядеть. Но все равно мне было как-то неуютно. Я непроизвольно оглядывалась, чтобы отвлечься и успокоить безумное сердце, устроившее в моей груди рок-вечеринку. И тут заметила между сиденьями, посередине салона, лежащие друг на дружке две коробки. На верхней был приклеен неоновый стикер с буквами "АЖ". Жанка тут же взяла коробку, адресованную ей, а я, догадавшись, что в этих коробках лежат наши маски, взяла в руки вторую. На ней тоже был стикер: "добро пожаловать в клуб".

Медленно открыв свою коробку, первым делом я увидела небольшую пластиковую фигурку с тремя разноцветными выпуклыми масками: желтая, зеленая и красная.

- Символ клуба, - поведала мне Жанка. - Это магнитик. Сувенир.

- А зачем?

Жанна пожала плечами:

- Повесишь на холодильник и всегда будешь помнить.

"Как о таком можно вообще забыть?" - подумала я, но переложила магнитик в свою сумочку и вновь вернулась к коробке. Развернув шуршащую гофрированную бумагу, я наконец увидела свою маску. Желтую маску новичка.

Она была довольно большой – больше, чем я себе представляла: по задумке маска скрывала почти все лицо, оставляя открытым носогубный треугольник - подбородок, губы и кончик носа. Прорези для глаз тоже имелись: круглые и позволяющие видеть не только то, что перед тобой, но и, должно быть, открывающие вид с боку. Я взяла маску в руки: она была очень тонкой, сверху покрытой материалом, чем-то похожим на кожу - гладкая, блестящая и прохладная. Помимо основной части, прячущей лицо, к "лобовому" краю маски оказалась прикреплена ткань. Длинная, черная и приятная на ощупь. Я попробовала - ткань легко снималась.

- А это зачем? - спросила я у Жанки.

- Это... Этим прикрывают волосы. Чтобы еще больше скрыть свою внешность, - ответила она, разворачивая свою маску. - В принципе, эта деталь не обязательна. Хотя многие все-таки предпочитают носить ее в общем зале.

- Ты носишь?

- Конечно! У меня же очень выделяющийся цвет волос. Зачем всем знать, что я рыжая?

Я, соглашаясь, кивнула. Прикрепила ткань обратно. И с каким-то новым и еще не совсем понятным мне чувством наконец-то примерила маску.

Она плотно села на лицо, словно была сделана специально под меня. Сидела вполне удобно, не мешая видеть, дышать и говорить. Создателям сего изделия нужно отдать должное: чем дольше я находилась в маске, тем больше мне казалось, что на моём лице ее вовсе нет, как будто тонкая маска становилась со мной единым целым. Жанка тоже надела свою маску - кроме цвета, ничем другим они не отличались.

Такси вывезло нас из города. За окном мелькали деревья с молодой, девственно-зеленой листвой. Весна. Май. Природа полностью ожила после продолжительной в этом году зимней спячки и радует нас теплом. Пусть этот субботний весенний день станет и моим пробуждающим.

Ехали не долго. Вскоре свернули в частный сектор. Доехали до самого крайнего участка на этой линии и заехали через автоматические ворота на участок с высоким забором. Такси притормозило у резного крыльца большого кирпичного дома. Дом был совершенно обыкновенным, внешне ничем не выделялся и не выбивался из общего ряда - как я успела заметить по пути, все дома этого сектора были совершенно одинаковыми. И соседи, подозреваю, даже не догадывались, что у них под боком расположилось подобное заведение - закрытый клуб "Три маски".

Мы с подругой одновременно покинули автомобиль, выходя из разных дверей, и сразу же направилась к крыльцу. Когда мы не спеша поднимались по ступенькам, я почувствовала, как мое сердце опять учащенно забилось... Волнуешься, Дашка? Боишься? Или предвкушаешь?

Зашли в дом и сразу оказались в небольшом темном помещении без окон. На самом деле здесь было не так уж темно, но после наполненной солнечными лучами улицы казалось именно так. Надо просто привыкнуть.

В этом помещении, которое я сразу мысленно назвала "прихожей", были две светлые двери по двум смежным стенам, стойка с шкафчиками, как на ресепшен в каком-нибудь офисе, и напротив стойки - угловой диван. С Жанкой тут мы были не одни - у широкой стойки спиной к нам стояла высокая девушка в черном коротком платье и с угольно-черными волосами. Я подметила, что ее волосы как-то тяжело и неестественно лежат на худеньких, открытых плечах. "Парик" - подумала я.

Девушка, услышав стук наших каблуков, обернулась. В ее руках была желтая открытая папка, а на лице - маска. И совсем не такая, как у нас: во-первых, маска была совсем другой формы и закрывала только область вокруг ее широко распахнутых глаз, а во-вторых - черного цвета. Когда я уже было собралась спросить у Жанки, что значит эта маска, увидела на груди девушки бейдж. С символом клуба, точно таким же, как и на магните - три разноцветные маски, и с надписью "Администратор". Чуть ниже были две более крупные буквы "Яя". Мой вопрос сразу же отпал.

- Добрый день, - улыбнувшись, сказала девушка и, закрыв папку, зашла за стойку.

- Добрый, - кивнула ей Жанна. Мы подошли к столу администратора, и Жанка сообщила: - Леди Аж плюс один.

Администратор Яя кивнула и, опустив глаза, принялась листать что-то, лежащее на ее столе.

- Протеже? - уточнила она, поднимая свое лицо и пристально посмотрев на меня.

- Да, - ответила Жанна.

- Замечательно, - кивнула Яя, - Вы ознакомились с нашими правилами? - я кивнула. - Как мне вас записать?

И вот тут я запоздало сообразила, что имя для клуба придумать я попросту забыла. Как-то не до этого мне было...

Порывшись минуту в своей плохо соображающей голове и ничего оригинального не придумав, я выдала первое, что пришло мне в эту самую голову:

- Ди.

Жанка резко ко мне повернулась и одобряюще кивнула. Администраторша размашистым почерком записала буквы выбранного мной имени в свою тетрадь.

- Телефон для связи оставить, Леди Аж? Или вы дадите нам свой? - спросила Яя. Мы с Жанкой переглянулись, а потом я уточнила:

- А можно я решу в конце вечера?

- Можно, - улыбнулась девушка в черной маске и, протянув мне руку, сказала. - Добро пожаловать в наш клуб, - я пожала ее изящную ладонь. - Здесь у нас общий зал, - сказала она, указывая на чуть приоткрытую дверь рядом со стойкой, - А там, - указала она на другую, - ВИП-зона.

Я тут же посмотрела в указанном направлении, где находилась вторая дверь, а рядом с ней на стене висела большая картина, на которой страстно целовались двое непонятных и неизвестных мне существ.

Я глубоко вздохнула и даже повела носом, как будто пробуя уловить запах того, что там происходит вообще, а может быть и в данный момент. Запах был сладкий, манящий. Но шел он не из ВИП-зоны, а из общего зала. Ароматизированные свечи? Может быть.

- Свои вещи вы должны сдать мне, - сказала администратор и кивнула на сумочку в моих руках. - Я уберу их в специальные шкафчики и за сохранность ваших вещей отвечаю лично.

Мы сняли плащи и сдали свои вещи. Администратор тут же убрала их в два разных шкафчика, запирая на ключ.

- Прошу, проходите в зал, - повернувшись к нам, с дежурной улыбкой пригласила девушка. - Приятного вечера.

И мы пошли. Жанка - на встречу со своим "священным таинством", а я - на встречу с чем-то неизведанному, но уже так меня манящему.

Мы зашли в зал и направились в самый его центр. Я шла медленно, нервно поглаживая плечи, осматриваясь и присматриваясь. "Прихожая" была довольно проста, а вот сам зал производил впечатление. Словно я попала в дорогой отель или в дом на Рублевке, к какому-нибудь пафосному олигарху. Везде недешевые вещи, позолоченные предметы, вычурная и явно антикварная мебель: несколько двухместных диванов и столиков. Зал был наполнен томным полумраком: общий свет горел приглушенно. Были, еще в "прихожей" мной замеченные, зажженные ароматизированные свечи. Но они не добавляли света, а лишь создавали особенную атмосферу. Еще атмосферу добавляла музыка. Она играла тихо, как едва уловимый фон. Прислушавшись, я узнала "Энигму". "Предсказуемо", - фыркнула я про себя.

В общем зале было человек десять. Помещение могло позволить вместить в себя еще как минимум вдвое больше людей. Возможно еще не все явились. Большинством из присутствующих были женщины - я насчитала всего четверых мужчин. Все члены клуба обернулись на нас, когда мы зашли, а потом вновь занялись тем, чем и занимались до этого момента, попивая что-то из длинных бокалов. Попивали они, скорее всего, шампанское: на всех без исключения столиках имелись бутылки с игристым вином в специальных ведерках со льдом. Рядом с ведерками на столах стояли те самые тонкие высокие бокалы и легкая порционная закуска на позолоченных блюдах.

- На что они существуют? На что все это покупают? - удивленно, но тихо спросила я у Жанны.

- На членские взносы.

- Что? - дернувшись, спросила я. - Ты мне про них не говорила. Да и в буклете про это ничего нет.

- Конечно. Это передается на словах, - кивнула Жанна. - Каждый месяц все члены клуба вносят определенную сумму, - я фыркнула и закатила глаза. Ну, конечно же! Вот ты наивная, Дашка - бесплатный сыр, он только в мышеловках, а здесь - целый клуб по весьма интимным интересам. - На эту сумму организаторы арендуют помещение и покупают для участников все самое необходимое... Не волнуйся, твой членский взнос я еще в прошлую субботу внесла. Считай это моим подарком на день рождения.

- Мой день рождения осенью, - напомнила я, а потом с грустью подметила. - Ты сразу знала, что я соглашусь?

- Знала, - кивнула Жанка. - Если бы не знала - ни за что бы не предложила. Ты же такая же, как и я, просто пока стесняешься и сдерживаешь себя, - подруга коснулась моего плеча и ласково сказала: - Расслабься, Ди, в таком виде ты должна вести себя по-другому.

- Хорошо, Аж, - с улыбкой кивнула я и с шипящим звуком прикоснулась пальцем к своему бедру, имитируя таким образом, свою "горячесть".

Жанка захихикала, а я огляделась, всерьез начав присматриваться к окружающим нас мужчинам в зеленых масках. Многие из них теперь в открытую смотрели в нашу сторону. Но подходить пока не собирались. Жанна еще вчера поведала мне, что в этом клубе у них равноправие полов, и что женщина, если ее кто-то заинтересовал, может подойти первой - это не зазорно и даже приветствуется. Но пока ни один из присутствующих здесь мужчин не вызывал у меня какой-то особенной заинтересованности.

Жанна шагнула к столу, взяла открытую бутылку шампанского и налила его в два бокала:

- На, - отдав мне один, сказала она, - Выпей немного. Для храбрости.

Я послушно взяла бокал и, пригубив, посмотрела в сторону двери. И тут в общий зал зашел мужчина. В стандартной зеленой маске. И в длинном, аж до пола, черном атласном балахоне с капюшоном, скрывающем все его тело. Разглядеть в нем что-то под таким обличьем было практически невозможно. Могу лишь сказать, что он был высок, широк в плечах, и при этом очень грациозно двигался - как хищник из семейства кошачьих. Подол его балахона плавно развевался в такт его движениям.

Я завороженно уставилась на мужчину, думая про себя, каким может быть его лицо? Брюнет он или блондин? А может, вообще лысый?... А какое у него тело прячется там, под чёрным атласом ткани?

- Это Эл. Только он приходит на наши рауты в таком балахоне, - проследив за моим взглядом, сказала Жанка, а потом шепотом добавила. - Не советую.

- Почему?

- Эл считается у нас вечной "Зеленой маской".

- Что это значит?

- Уже несколько девушек побывали с ним в ВИПке, и ни одна не зацепила его настолько, чтобы он решил сменить свою маску на красную.

- Может, он с... отклонениями? - подобрала я слово. Подобрала и усмехнулась - тут все с отклонениями. Чего греха таить, даже я.

Жанна пожала плечами:

- Не знаю. Я с ним в ВИПке не была. А распространяться, что происходит за закрытыми дверьми, здесь не принято, - Жанка уставилась на дверь, а точнее на только что вошедшего в зал мужчину в синем пиджаке. - Эл, кстати, очень любит новеньких. Так что к тебе, скорее всего, подойдет. Ты однозначно выделяешься, - Жанка хихикнула.

Я бегло оглядела местных дам, н-да уж, Дашка, у них внешний вид гораздо скромнее моего.

- Не в моих правилах давать такие советы, но... будь с ним осторожна. В общем - отдыхай, чувствуй себя, как дома. А я пойду, - и она действительно пошла навстречу к синему пиджаку.

"Чувствуй себя, как дома", - повторила я про себя. Легко ей говорить. Это Жанка уже ориентируется здесь, как рыба в воде. А я чувствовала себя, как брошенный в воду котенок - умение плыть вроде как заложено природой, но делать это страшно и неприятно. А желающих помочь пока не наблюдается. Да, смотрят в мою сторону; да, двое мужчин уже кивнули мне в знак приветствия. Но на этом пока все... А подходить самой...