Недруга

Анна Бронникова

Недруга

Глава 1

Можно ли всю жизнь болеть одним человеком? Мечтать, чтобы он исчез из твоей жизни и больше всего бояться этого? Ненавидеть свою зависимость от него и делать все, чтобы она стала еще сильнее? Завидовать его успехам и радоваться им? Злорадствовать, когда ему плохо и расшибаться в лепешку, чтобы ему помочь? Наслаждаться его искренним восхищением тобой и злиться, что он тебе не завидует? Убежать от него в другую жизнь и перечеркнуть ее, чтобы поскорей вернуться?

Ленка. Без нее я была бы более сильной, более самодостаточной. Но зачем мне эта самодостаточность, когда есть ее пытливый и умный взгляд? Зачем, если, выслушав, она не начинает фальшиво-сочувственно охать, а сразу озадачивается вопросом: что здесь можно сделать, чем помочь? И проблемы вдруг перестают быть нерешаемыми, положения безвыходными, а ситуации тупиковыми.

- Понимаете, у нее всегда все лучше, чем у меня! Даже тогда, когда у меня все лучше, чем у нее.

- Поясните.

- Ну, например музыкальная школа.

После второго класса мы решили стать певицами, а в мае как раз шел набор в музыкальную школу – единственную в нашем городе, но весьма сильную. Уже несколько ее выпускников поступили в музучилище, а потом в консерваторию. Меня приняли сразу, а Ленку отсеяли. Выяснилось, что она обладает пассивным музыкальным слухом: прекрасно слышит, когда кто-то фальшивит, но и сама правильно воспроизвести мелодию не может. У меня же наличие слуха, чувства ритма и прочих обязательных навыков, необходимых для учебы в детской музыкальной школе, сомнения ни у кого не вызвали. Я ликовала: у меня есть музыкальные способности, а у нее нет!

Приняли меня по классу скрипки. Я бы предпочла фортепиано, но там все места были прочно заняты. На скрипку тоже был полный комплект. А вот на домбру и контрабас – ни одного человека. Почему люди не хотят учиться играть на контрабасе?..

И начались музыкальные будни: сольфеджио, хор, общее фортепиано и, конечно, специальность. Сольфеджио я возненавидела сразу и навсегда. Особенно диктанты – это когда преподаватель играет мелодию на фортепиано, а ты должен записать ее нотами. Скрипка продвигалась со скрипом, да простят мне этот каламбур. Единственный предмет, который мне нравился – это общее фортепиано. Но он был один раз в неделю и шел не 45 минут, как остальные уроки, а всего полчаса. Честно говоря, учиться мне было нелегко. Раньше после школы мы с Ленкой домой не спешили: там нас ждал неизменный суп на обед, а также уроки и противные домашние обязанности типа мытья посуды и уборки своей комнаты. Куда приятней было, выйдя из школы, первым делом зайти в расположенную рядом кулинарию, купить там кексы по 16 копеек, или коржики по 8, или что-то одно напополам, если не хватало денег. Иногда везло и на пирожные, но нечасто: их обычно привозили утром, и пока мы учились, наши сограждане успевали все смести. Потом, блаженно поедая выпечку, мы садились на лавочку возле песочницы во дворе ближайшего к кулинарии дома и долго разговаривали. Сначала обсуждали наши школьные дела, учителей, одноклассников, потом пересказывали друг другу прочитанные книги или просто о чем-нибудь мечтали. А теперь три или четыре раза в неделю я после школы бежала домой, чтобы успеть до начала занятий в музыкалке переодеться, что-нибудь проглотить, засунуть в футляр скрипку и проехать несколько остановок в переполненном автобусе. Одно меня поддерживало: я была единственной в нашем классе, кто ходил в музыкальную школу, и это знали как одноклассники, так и учителя. Меня уважали и ставили в пример. На мою успеваемость учеба в музыкальной школе если и повлияла, то только в положительную сторону: я стала более собранной и научилась планировать свое время так, чтобы все успевать.