Огненная Лилия для дракона

Правда, радости мгновенно поубавилось, стоило только почувствовать на своей спине его горячую руку, скользнувшую вниз и задержавшуюся на талии.

Глава 6

*** Родерик тер Дэлваар

Это было каким-то наваждением. Близость девушки сводила дракона с ума и меня заодно, поскольку, чувствуя эмоции зверя, я будто ступал по краю пропасти, где любое неосторожное движение может привести к падению в омут безрассудства. А это безусловно напугает Лилиэн, чего я точно не хотел.

Меня бросало из крайности в крайность, заставляя совершать необдуманные поступки, которые в обычном состоянии никогда бы себе не позволил. Вот только за эти несколько дней я начал забывать о щемящем чувстве одиночества, которое в последние месяцы не давало мне покоя, заставляло вставать на крыло и лететь навстречу ветру, в поисках непонятно чего. А это дорогого стоило. Ведь когда мысли заняты одной единственной девушкой, с которой нас вроде бы не должно ничего связывать, но вопреки всему связывает, ломаются привычные стереотипы, меняется мышление. Становится важнее всего её жизнь, её счастливая улыбка и безопасность.

Я терялся под напором новых эмоций и ощущений, совершенно мне не свойственных и это выводило из равновесия. Признаться, даже не предполагал, что могу так запросто разозлиться, но всё когда-то случается впервые.

Сначала один из молодых егерей предположил, что Скилур притащил Лилиэн в стан егерей для собственного пользования. Отчего дракон внутри меня взъярился так, что я едва сдержался, чтобы не оторвать голову сперва этому дуболому, позволившему открыть себе рот, а потом и начальнику егерей заодно.

А потом девчонка, услышав о том, что её отец жив, рванула к воротам, похоже, собираясь идти на его поиски пешком, да притом одна. И я испугался, что отпустив сейчас, уже больше никогда её не увижу, поэтому вмешался, за что и получил обидным словцом по собственному самолюбию.

Лилиэн оказалась остра на язык, весьма темпераментна и лишена всяческого понятия о субординации. Но что задело больше всего, она смотрела на меня так же равнодушно, как и на всех остальных. Именно это заставило меня совершить то, за что потом было искренне стыдно — обернуться в дракона и унести своё сокровище подальше от любопытных глаз, под понимающее фырканье Вэйнора.

Помнится с Заринией, моей сестрой, он в первое время тоже вёл себя как настоящий придурок, пока не осознал простой истины — они пара и созданы друг для друга. Но Риния — драконица и поведение Вэйна вполне объяснимо. Со мной-то что не так?

Я как самый отъявленный собственник отнёс Лилиэн на вершину скалы, перекрыв ей все пути к отступлению. Желая оказаться с ней наедине, почувствовать, что она в моей власти, почувствовать, что она моя. И это сводило с ума. И лишь увидев обиду в её взгляде, я начал успокаиваться, вдруг осознав, что веду себя хуже Вэйна, которого сам же ругал за несдержанность. Вот же попал…

Чтобы хоть как-то смягчить своё положение, я решил начать разговор, но и с этим вышла накладка, пока не додумался пообещать Лили то, что на данный момент, похоже, для неё было важнее всего — доставить в низовья реки, чтобы она смогла найти отца. Вот тогда-то я и получил то, что желал сейчас больше всего — прикоснутся к ней, ощутить её неповторимый аромат, сладкий и манящий, поскольку в порыве благодарности Лилиэн бросилась меня обнимать.

*****Лилиэн

Дракон осторожно притянул меня ближе и, наклонившись, шумно вдохнул воздух, почти касаясь носом моего виска, а я замерла, как перепуганная мышь, готовая рвануть куда подальше в любую секунду, ругая себя последними словами за свой необдуманный поступок. Ну почему рядом с ним я веду себя как дура?

— Ты приятно пахнешь, — прошептал он, снова глубоко вдохнув, будто наслаждаясь ароматом какого-нибудь цветка.

Вот и что ему на это ответить?

— Ага, я вообще состою из одних только положительных качеств, — нервно хохотнула, пытаясь свести к шутке весьма щекотливую ситуацию.

— Точно, — усмехнулся он и отодвинулся, отчего мне стало так грустно, хоть плачь.

Странная реакция, если учесть, что не так давно мечтала учинить над ним расправу.

Отвернувшись, чтобы скрыть навернувшиеся глупые слёзы, я устремила свой взгляд вдаль. С того уступа, где мы находились, открывался чудесный вид на раскидистые кроны деревьев, растущие далеко внизу, на крыши домов в долине, на зеленеющие луга и сверкающую полоску реки, в низовьях которой должен находиться мой отец.

Задумавшись, провела рукой по волосам, наткнувшись, на один сплошной спутанный клубок и тяжело вздохнула.

— У вас расчёска в кармане случайно не завалялась? — поинтересовалась у парня, который присев рядом, разглядывал открывающиеся взгляду пейзажи, завораживающие своей красотой.

— Что? — переспросил он, похоже, не уловив с первого раза сути вопроса.

— Расчёска есть? — повторила я, указав на спутанные волосы, которые безуспешно пыталась разобрать на пряди пальцами.

— Нет, — улыбнулся он, покачав головой, — зато есть кое-что получше.

— И что именно? — недоверчиво фыркнув, вскинула бровь, ожидая ответа.

— Магия, — улыбка парня стала шире, — предлагаю отойти подальше от края и попробовать исправить эту небольшую неприятность, случившуюся с твоими волосами.

Родерик подал мне руку, а я на миг замешкалась, удивлённо уставившись на его длинные крепкие пальцы, но опомнившись, всё же вложила свою ладонь в его.

— У тебя красивые волосы, но очень сложные в уходе, — осмотрев фронт работы, поделился он своим мнением.

— А то я не знаю, — сморщила свой нос, услышав подобное высказывание, — иногда мне так и хочется остричь их покороче, чтобы мороки меньше было.

— Нет, не стоит портить такую красоту, — поспешно произнёс он, недовольно нахмурив брови и, вскинув руки, начал водить ими по волосам, окутывая волнами тепла, — лучше разучи парочку заклинаний, способные помочь тебе в уходе. Я чувствую, в тебе есть внутренняя сила и ты вполне способна ею пользоваться.

— Может быть когда-нибудь и разучу, — вздохнула я, не став озвучивать свои тайные мечты относительно учёбы в магической школе, правда, поделиться всё же хотелось.

— Ну вот, теперь твои волосы в полном порядке, — спустя пару минут выдал дракон, при этом ухватив за локон и пропустив его между пальцами. — Хочешь взглянуть на результат?

— Ещё спрашиваете, — встрепенулась от нетерпения, — конечно хочу.

Через пару секунд я с удивлением разглядывала зависшее передо мной зеркало, появившееся казалось бы из ниоткуда.

— Вот это да-а, — присвистнула с восхищением, коснувшись гладкой поверхности, — просто чудо какое-то!

— Здесь нет чудес, лишь умелое использование внутренней энергии, — произнёс парень, будто цитируя кого-то.

Время шло, а я всё продолжала любоваться искусно выполненным зеркалом, осторожно касаясь плавных изгибов резной рамы.

— Может, всё-таки заглянешь в него, или пусть просто повисит здесь, так сказать для красоты? — сложив руки на груди, насмешливо поинтересовался дракон.

— Ой, конечно, — смутилась я и, шагнув ближе, придирчиво взглянула на собственное отражение.

Взволнованный взгляд голубых глаз, приоткрытые пухлые губы, пылающие щёки, а волосы… Волосы тяжёлыми волнами спускались по плечам, ловя солнечные лучи, изредка пробивающиеся из-за туч.

— Ты очень красивая, — встав за спиной, произнёс парень, положив руки мне не талию. Это было так неожиданно, что я замерла, хлопая в растерянности ресницами.

Так мы и стояли, глядя друг на друга через отражение, пока в какой-то момент платье, что было мне великовато, не стало сползать, оголяя плечо.

— Большое спасибо за помощь, — пробормотала, торопливо поправляя провокационный предмет одежды, поставивший меня в неловкое положение, и высвобождаясь из рук парня.

— Кстати, я могу с помощью магии и одежду привести в порядок, — кашлянув, предложил он. — Соглашайся, это не займёт много времени, зато больше не будет таких неловких моментов.

С одной стороны он, конечно, прав, не хотелось бы повторения подобной ситуации, и отказываться было весьма неразумно, но с другой…

— И какова будет плата за помощь? — решила уточнить внезапно пришедший в голову вопрос.

— Мешок золота и поцелуй в придачу, — задорно подмигнув, ответил дракон, и тут же рассмеялся, глядя на моё вытянувшееся лицо. — Не переживай, Цветочек, ничего ты мне не будешь должна, так что стой смирно.

*****

Я, конечно, уже знала — магия штука хорошая, но чтобы НАСТОЛЬКО!

Уже через пару минут платье на мне сидело как влитое. Мало того, что Родерик его уменьшил, сделав по размеру, так ещё и ткань подновил, удаляя потёртости на краях. Короче, не мужчина, а мечта… Ой, в смысле не магия — а мечта хозяйки.

— Спасибочки! — выдохнула, крутясь возле зеркала. — Как же здорово! Не такой вы, оказывается, и злой, как думалось сначала.

— Да и ты не такая вредная, как мне показалось, — усмехнулся дракон. — Ну, так что, готова отправляться на поиски отца?

— Конечно, готова, — откликнулась решительно, и якобы невзначай, провела ладонью по своим многострадальным рёбрам, проверяя, а готовы ли они к повторному полёту в драконьих лапах, и тут же немного побледнев от резкой боли, прикусила губу.

— Да уж не сомневаюсь, — нахмурился он, скользнув взглядом по моему лицу и задержавшись на губах, — но на этот раз полетишь на драконьей спине.

— Как так? — побледнела ещё сильнее. — А если я не удержусь и свалюсь? С такой вышины от меня и мокрого места не останется.

— Ты мне доверяешь? — заглянув в глаза, поинтересовался парень.

— Что? — моргнув, переспросила я, на миг выпав из реальности, разглядывая яркую синеву его необычной радужки.

— Ты мне доверяешь? — задал он повторно свой вопрос и, подняв руку, потянулась к моей щеке, но тут же, словно опомнившись, опустил её вновь.

— Э-эм, да, наверное, доверяю, — кивнула, покраснев, и ведь даже не соврала.

— Вот и хорошо! — ласково улыбнулся он, и моё глупое сердце от этой улыбки забилось ещё сильнее. — Тогда отойди к стене, чтобы я невзначай тебя не задел при трансформации и когда перевоплощусь, забирайся по крылу на спину.

Следуя его совету я, на трясущихся ногах, отошла к каменной стене утёса и, выдохнув, сжала руки в кулак. В конце концов, чего я боюсь? Даже если упаду, поймал же он меня в первый раз, там, над рекой, значит, поймает и во второй. Но как себя ни уговаривала — страх не отступал.

Задумавшись, я пропустила момент обращения, и очнулась только тогда, когда наглая шипастая морда выдохнула мне в лицо облачко дыма, заставив закашляться.

— Да иду я, иду, — проворчала, вытерев рукавом набежавшую слезу, — надо же было прочувствовать торжественность момента: не каждый день приходиться летать на драконах.

Нет, ну а что я ещё могла сказать? Не признаваться же, что мне страшно.

Хотя судя по раздавшемуся в могучей чешуйчатой груди рокоту, отдалённо напоминающему смех, мне никто не поверил.

Неуклюже забравшись по крылу на спину и устроившись между костяными наростами гребня, при этом подпихнув под себя подол платья, чтобы не развевался при полёте и не пугал пролетающих мимо птиц откровенными видами моих панталон, я, вздохнув, немного поёрзала, усаживаясь поудобнее. На что дракон раскатисто зарокотал, напомнив весенний гром, видимо недовольный моими телодвижениями.

— Сам бы попробовал здесь посидеть, — проворчала, замерев на месте, — это тебе не бабушкина перина, и даже не деревянный стул.

Но уже через пару секунд мне было не до ворчания, поскольку этот чешуйчатый тип, сложив крылья, шагнул прямо с обрыва.

Забыв как дышать, я вцепилась в роговую пластину, зажмурив глаза, и с силой сжала ногами тёплые бока, только тогда ощутив, как раскрылись по сторонам могучие крылья.

Ловя восходящие воздушные потоки, дракон взмыл в небо и устремился к долине, а меня накрыло подобием кокона из магических силовых нитей, который оберегал от резких порывов ветра и нечаянного падения.

Только спустя несколько минут я нашла в себе силы открыть глаза и посмотреть вниз.

*****

Внизу, под драконьим крылом, мелькали небольшие рощицы и зеленели изумрудные луга, расцвеченные пёстрыми полянками цветов. Небо окончательно разъяснилось и теперь, в лучах заходящего солнца, всё приобрело мягкий золотистый оттенок. Над крышами редких поселений кое-где поднимался дымок протопленных к вечеру бань, в которых уставшие селяне приводили себя в порядок после тяжёлого трудового дня, усердно поддавая парок и обмахиваясь дубовыми веничками.

Когда-то так делали и мы с отцом, пока не появилась Марфа и не заставила сделать в доме умывальню, утверждая, что баня вредна для её хрупкого здоровья.

Я часто скучала по тем беззаботным дням, по своему босоногому детству, когда могла прибежать зарёванная к отцу и, уткнувшись в его плечо, найти защиту от всех навалившихся бед, будь то ссора с соседскими мальчишками или жалость к выпавшему из гнезда птенцу, которого однажды пыталась выхаживать, пока тот куда-то не исчез.

Отец, утирая мои слёзы, тогда утверждал, что его забрали обратно домой пернатые родители, и он снова живёт со своей семьёй где-то под крышей амбара. И только став гораздо взрослее, я узнала правду о том, что на самом деле птенец стал добычей соседской кошки. Но нужна ли мне была на тот момент эта правды? Нет! Батечка, как иногда я ласково его называла, всегда мог найти нужное слово, чтобы успокоить и поддержать, подарить надежду. А для маленького человечка — это главное!

А мама… Маму я не могла вспомнить, как ни старалась, каждый раз будто натыкаясь на некий барьер, надёжно хранивший память о ней. Лишь изредка мне казалось, что в мыслях всплывает её тихий ласковый голос, с любовью и нежностью напевавший мне колыбельные. Было ли это правдой или навязчивым желанием ребёнка, лишившегося материнского тепла, я не знала. Хотя, если честно, даже не уверена, хотела бы знать наверняка, боясь разрушить единственное светлое чувство, связанное с ней.

Многое изменилось с женитьбы отца на Марфе — он перестал говорить о маме, уделял мне гораздо меньше внимания из-за того, что всё время приходилось зарабатывать деньги, поскольку запросы мачехи росли не по дням, а по часам. Но от этого отец не стал мне менее дорог, наоборот, как только я смогла быть ему полезной, начала помогать, чтобы чаще находиться с ним рядом… Но меня чуть не лишили даже этой малости.

Поэтому новость о том, что после падения он выбрался на берег, несмотря на ледяную воду и каменистые пороги, стала для меня путеводной звездой, которая заставляла двигаться вперёд несмотря ни на что.

Время в полёте пролетело быстро, и когда солнце коснулось горизонта, дракон начал снижаться над небольшой деревенькой в низовьях реки. Наше прибытие не осталось незамеченным, поскольку явление чешуйчатого ящера народу в этих краях было редкостью, а уж то, что на его спине сидела я, и подавно. Так что уже через минуту на нашу диковинную пару вышли поглазеть все жители поселение — от старого до малого. Даже карапуза в одной рубахе по колено родители вынесли на руках, и теперь тот с восторгом разглядывая зверя, растопыривал пальцы и кричал «дать».

Представив, как на глазах у всей толпы, я, гордой павой, перебравшись с драконьей спины на крыло, важно спускаюсь на землю, под «охи» и «ахи» местных, попыталась проделать задуманное. Но в итоге затёкшее от долгого сидения тело, двигалось в раскорячку, не оставив от моей важности и следа. Ну и ладно, не покрасоваться же сюда летела. Тем более среди местных жителей отца я пока так и не заметила, что испортило настроение окончательно, возвращая утихшие страхи.

— Вечер добрый, уважаемые, — выступил вперёд крепкий коренастый мужичок с редкой проседью в волосах, видимо, местный староста. — Чем обязаны?

— Мы ищем мужчину, который на днях выбрался неподалёку от этих мест из реки, — ответил Родерик, положив руку на моё плечо. И когда только успел обернуться? — Эта девушка — его дочь.

— Как же, как же, был такой, — закивал староста и, покосившись на остальных, кивнул в сторону добротного дома, стоявшего неподалёку, — идёмте, гости дорогие, поговорим в хате, негоже в сумерках топтаться на улице: места у нас неспокойные, зверья и всякой нечестии водится в избытке. Так что в это время суток лучше всего разговоры вести за закрытой дверью.

Словно в подтверждение его слов со стороны леса раздался протяжный волчий вой, заставив селян мигом разбежаться по своим домам.