Семь маленьких огоньков

Регина М

Семь маленьких огоньков

Глава

Семь маленьких огоньков

Добрые сказки на ночь

Регина М.

Маленькому читателю

В этой книге живут те, кого иногда не замечают .

Светлячок Люми, облачко Луи, речка Тоя, звёздочка Астра, барашек Тиббс, слонёнок Али и мышонок Пип.

Иногда им бывает страшно. Иногда они теряются, грустят или думают, что у них ничего не получится.

Но рядом всегда находится маленький свет: друг, мамина лапка, песенка, луна или собственный огонёк.

Пусть эти истории будут с тобой в тихий вечер.

Когда хочется, чтобы кто-то был рядом.

Содержание

1. Светлячок, который боялся темноты

2. Облачко Луи, которое не умело плакать

3. Речка Тоя, которая забыла свой путь

4. Звезда, которая упала не туда

5. Барашек Тиббс и потерянный колокольчик

6. Слонёнок Али и танцующая лужа

7. Семь минут до рассвета

Светлячок, который боялся темноты

В высокой траве, за маленьким прудом, жил светлячок по имени Люми.

Днём его никто не замечал. Он был совсем крошечный: с тонкими лапками, прозрачными крылышками и круглым фонариком на животе.

А ночью Люми зажигался.

Вокруг него становилось тепло-золотисто, словно кто-то спрятал в траве маленькую звезду.

Другие светлячки очень любили ночь.

— Наконец-то наше время! — кричали они, вылетая из-под листьев.

Они кружились над прудом, мигали друг другу, устраивали настоящие световые танцы. Сверху это было похоже на небо, которое однажды решило спуститься на землю и немного погулять.

Но Люми не летел с ними.

Он сидел под большим листом лопуха, крепко закрывал глаза и ждал утра.

Потому что Люми боялся темноты.

Не просто немножко не любил её, как некоторые не любят холодную кашу или слишком громкий гром. Он боялся темноты по-настоящему.

Ему казалось, что в ней всё исчезает: тропинка к дому, знакомый камушек у пруда, мама, друзья, даже он сам.

— Но ведь ты светлячок! — удивлялась его подруга Лизи. — Ты же можешь светить!

— От этого ещё страшнее, — шептал Люми. — Когда я зажигаюсь, темнота вокруг становится ещё заметнее.

Лизи не знала, что на это ответить.

Она просто садилась рядом под лист лопуха. Иногда они молчали. Иногда Лизи рассказывала Люми, что у облаков тоже бывают разные формы: одни похожи на пароход, другие — на огромную булочку, а одно, самое смешное, она однажды приняла за слона в шляпе.

Люми слушал и чуть-чуть улыбался.

Однажды вечером над прудом начался большой праздник.

Все светлячки собирались танцевать до самой полуночи. Даже старый жук-скрипач мистер Джонс достал свою скрипку и натёр усики росой, чтобы они блестели.

— Ты придёшь? — спросила Лизи.

Люми посмотрел на небо. Солнце уже почти ушло за лес, и синие тени медленно ползли по траве.

— Я попробую, — сказал он.

Это было очень смелое слово для маленького светлячка.

Но когда последняя полоска света исчезла, Люми снова спрятался под лопух.

Он слышал музыку, смех, шорох крыльев. Светлячки вспыхивали над прудом — раз, два, сто раз, тысячу раз.

А потом раздался тоненький голос:

— Помогите!

Музыка оборвалась.

— Это кто? — испуганно спросил Люми.

— Кажется, кто-то в траве, — ответила Лизи.

Все светлячки опустились ниже и начали искать. Они светили вокруг пруда, между камнями, под листьями папоротника. Но голос звучал всё тише.

— Помогите… пожалуйста…

Люми сжал лапки.

«Я не могу, — подумал он. — Там темно. Там страшно. Вдруг я полечу и не найду дорогу обратно?»

И тут он услышал тихое всхлипывание совсем рядом.

Не у пруда. Не у папоротника.

Под корнями старой ивы, куда не долетал свет остальных.

Люми осторожно выглянул из-под листа.

Темнота была всё такой же огромной.

Она не стала меньше.

Но где-то внутри неё кто-то плакал.

Люми сделал один маленький шаг.

Потом ещё один.

Его фонарик дрогнул и загорелся.

Сначала совсем слабо — как огонёк в далёком окошке. Потом чуть ярче.

Он прошёл мимо мокрого камня, обогнул гриб и увидел маленькую улитку.

Она лежала на боку возле корня и никак не могла найти дорожку к дому.

— Я отстала от мамы, — всхлипнула улитка. — А здесь так темно…

Люми тоже хотел сказать: «Мне тоже страшно».

Но вместо этого он тихо спросил:

— Как тебя зовут?

— Дэйв, — прошептала улитка.

Люми посмотрел на его маленькие рожки, на мокрые глаза, на блестящую дорожку, которая терялась в темноте.

— Я буду рядом, Дэйв, — сказал он.

Дэйв поднял глаза.

— Правда?

— Правда. Мы найдём твою маму.

Люми светил не очень ярко. Его света хватало всего на несколько травинок впереди, на корень старой ивы, на блестящую дорожку Дэйва.

Но Дэйву этого хватило, чтобы увидеть, куда ползти.

Они пошли.

Точнее, Дэйв пополз — медленно-медленно.

А Люми летел рядом, совсем низко.

Вдруг впереди блеснул знакомый след.

Потом ещё один.

— Мамина дорожка! — ахнул Дэйв.

Вскоре к ним прилетела Лизи, а за ней — другие светлячки.

И все вместе они осветили траву золотыми огоньками.

Из-за большого гриба послышалось:

— Дэйв! Дэйви, где ты?

— Мама! — крикнул Дэйв.

Он пополз так быстро, как только умеют ползать маленькие улитки.

Под листиком клевера ждала мама-улитка.

Она обняла Дэйва рожками.

— Я так тебя искала, — прошептала она.

Потом посмотрела на Люми.

— Спасибо, маленький огонёк.

Люми всё ещё боялся темноты.

Она стояла вокруг, большая и тихая.

Но теперь Люми заметил кое-что ещё.

В темноте не обязательно быть одному.

И свет не обязательно должен быть сильным, как солнце.

Иногда достаточно маленького золотого огонька, чтобы кто-то увидел следующий шаг.

В ту ночь Люми не танцевал высоко над прудом.

Он сидел на листе кувшинки рядом с Лизи и смотрел, как в воде отражаются огоньки.

— Ты был очень храбрым, — сказала Лизи.

Люми подумал.

— Нет, — ответил он. — Мне всё ещё страшно.

Лизи улыбнулась.

— Тогда, наверное, храбрость — это когда страшно, но ты всё равно остаёшься рядом.

Люми ничего не сказал.

Он только зажёгся чуть ярче.

А потом поднял глаза и увидел: над прудом светили сотни маленьких фонариков.

И ни один из них не был лишним.