Истинная для дракона, или попробуй догони!

Для жены правителя совсем негусто и по сравнению с другими частями дворца бедненько.

— Пойдемте, донна, отведу вас к нашей портнихе, скажите ей про свои штаны. Но тана Саржена, думаю, вам запретит.

— Это мы еще посмотрим, — отозвалась я, опять рассматривая убранство комнат и коридоров. — Ты лучше скажи, почему у меня ремонта нет в комнате.

— Когда тана Саржена делала ремонт дворца, вы отказались менять свою комнату. Вам так лучше.

— Ложь, — хмыкнула я, но больше ничего говорить не стала. Арита все же у меня доверия не вызывала. — Чем я обычно занимаюсь?

— Так читаете, вы любите читать, донна Альсун. Еще вышиваете.

— Здесь есть библиотека?

— А как же, — удивилась Арита, — вы там любите читать, говорите, что там дышать легче.

В общем, до ужина я успела познакомиться с портнихой, которая работала в небольшой каморке, на отшибе нежилых комнат. Заказала ей штаны и рубахи, пару комплектов. Женщина, усталая, с припухшими веками, без разговоров приняла мой заказ. Я же в благодарность за молчание приказала одному из слуг отнести портнихе дополнительное освещение. Сидит в полутемной комнатушке, так и зрение потерять недолго. Арита качала головой, не одобряя мои действия, но мне было все равно на ее бурчание.

Потом я обследовала дворец, насколько это было возможно, и нашла прекрасную библиотеку, где со счастливым вздохом обнаружила, что могу читать по-местному. Было бы печально учиться читать заново. Казалось бы, незнакомые буквы вдруг слаживались в понятные слова и приобретали смысл. Настоящая магия, а может, просто память тела. В библиотеке я и пропала до обеда, рассматривая книги и читая небольшую брошюрку об империи Готран.

Империя была расположена на огромном материке и была поделена на ар-доны. Драконы правили ими, но людей было больше, и после постоянных войн решили, что доны будут жениться на человеческих девушках. В плане детей здесь не было ничего страшного, от дракона рождается только дракон. В каждом доне для выбора жены использовали свои правила. В Каторе это был жребий. Собирались имена всех девушек в брачном возрасте, обязательно богатых наследниц, и дон вытаскивал из кувшина кругляшек с именем. Конечно, в праздничной торжественной обстановке.

Брак скрепляется ритуалом, при котором муж с женой обмениваются браслетами. Я посмотрела на свои тонкие браслеты. Широкие серебряные полоски с красивым растительным узором, пыталась их снять, не смогла. В этом браке один плюс, и то сомнительный, много лет жизни. Если ты живешь в прекрасном дворце и возле тебя свора слуг, желающих тебе угодить, и муж, который с тебя пылинки сдувает, это прекрасно, а если нет? Годы превращаются в пытку, ведь жить рядом с деспотом и тираном — это жуть. Я вздохнула и перевернула последнюю страничку. В общем, все понятно, теперь бы понять, почему меня сюда перенесло. Что связывает меня с этим миром? Мне вдруг стало интересно, а Альсун где. Если она перенеслась в мое тело… да-а-а, я ей не завидую. Наш мир для нежного создания будет адом.

— Встала! — Услышала я вдруг возле себя четкий приказ. Вздрогнула от неожиданности и с удивлением посмотрела на тану Саржену с перекошенной мордой. — Встала, я тебе сказала, мерзавка! — Рявкнула она мне. Я встала, но не потому, что испугалась, а потому что сидеть и смотреть на драконицу снизу вверх не хотела. — Как смеешь ты не слушаться моего приказания и не идти, когда тебя зовут?

Я с удивлением рассматривала пышущую злостью женщину. А ведь она еще не старая и вполне красивая, если бы не злобная гримаса. Позади заламывала руки Арита, глаза на мокром месте, и, поддерживая живот, стояла Райка, с ухмыляющейся физиономией.

— А собственно, какого хрена ты на меня орешь? — Не стала я миндальничать с тетушкой. Если она так всё время разговаривала с Альсун, то понятно, почему бедная девочка всего боялась. Тетушка чуть слюной не подавилась и даже отшатнулась от меня, но потом ринулась в бой. Схватила меня за руку и куда-то потащила:

— Не смей мне перечить, тварь порченная, не смей смотреть на меня своими бесстыжими глазами, я научу тебя повиноваться, как положено.

Я вырвала руку из жесткого захвата:

— Ты это мне, ящерица-переросток, — сказала я наглым голосом дворовой девчонки, — совсем попутала, я сделала шаг к ней, — кто ты такая тут и кто я, напомнить?

Саржена не стала со мной миндальничать и наотмашь ударила меня по щеке, отчего у меня в глазах потемнело, а сама опять схватила меня за руку, потащила в сторону небольшой комнатки, что тут использовалась как небольшая кладовая для старых фолиантов.

— Ты пожалеешь, что открыла рот, шавка.

Я пришла в себя и сгруппировалась, злясь, что тело такое слабенькое, постаралась ловко подставить драконице подножку. Свалить эту бандуру было нелегко, но на моей стороне было то, что она не ожидала от меня нападения. Арита рядом охнула и прижала ко рту ладошку, а пузатая стала отступать к дверям, смотря на нас со страхом. Саржена запуталась в длинном вычурном платье и упала на пол, я тут же её оседлала, ухватила за волосы и приложила пару раз об пол мордой.

— Нельзя так разговаривать с донной, — шипела я драконнице, — нельзя поднимать руку на донну, нельзя мне мешать.

Саржена все же была драконица, и удержать ее в положении лежа было тяжело, она рычала и пыталась вырваться, как взбешенный необъезженный конь.

— Что тут происходит? — Услышал я холодный голос Фернира, а Райка, всхлипнув, кинулась к нему, ища утешения на широкой груди дракона.

— А ты как думаешь? — На меня накатила бесшабашная веселость. Я луплю его тетку, сидя на ней сверху, и вряд ли он мне поверит, что я защищаюсь. — Учу твою тетушку хорошим манерам, знаешь ли, старых тяжело учить.

— Слезь с нее, — рявкнул Фернир, отодвигая от себя Райку.

— Она напала на нас как сумасшедшая, — довольно артистично всхлипывала девушка, — Она так нас скоро всех убьет, Фер, ее надо в башню убрать.

— В башню ты пойдешь, — не осталась я в долгу.

— Альсун! — Дракон не выдержал и подошел к нам. Стянул меня с тетки, которая уже притворялась немощной и призывно страдала.

— Она подошла и стала требовать, чтобы я ей подчинялась, потом ударила меня, — не стала я молчать.

Фернир посмотрел на тетку, которая уже встала и поправляла волосы на голове. Они распались из строгой прически и делали ее похожей на ведьму, коей она в принципе и являлась.

— Мы просто пришли в библиотеку, взять нужные книги, а она набросилась на нас, говоря, что мы одержимые бездной, и тьма вокруг нас, мальчик мой, это уже становится опасным.

— Она врет, — возмутилась я, — Арита, — повернулась к девушке, — скажи, как было на самом деле.

Горничная тискала в руках свой передник и смотрела испуганными глазами на меня, на драконицу, на Фернира.

— Донна Альсун напала на тану Саржену, — пролепетала она дракону.

— Капец, — подытожила я, — как у тебя тут все запущенно, — посмотрела на муженька, — и что теперь?

— Ты наказана, — холодно сказал Фернир, — будешь сидеть в своей комнате, пока не придешь в себя.

— Мальчик мой, — вмешалась драконица, — нужно убрать её в башню, сам понимаешь, такое нельзя спускать, она стала опасна.

— Кто тут опасен, так это ты, старуха, — сказала я.

— Альсун, — рявкнул на меня дракон, — в свою комнату.

Позади, как по волшебству, материализовались две служанки довольно габаритного вида и, подхватив меня под руки, потащили в комнату.

— Я сама пойду, отпустите, — попыталась вырвать руки, но не тут-то было, держали меня крепко.

— Вот же наглая девка, — сказала одна из служанок, — на тану Саржену руку подняла.

— Недолго ей осталось, — хихикнула другая.

Я попыталась лягнуть то одну, то другую, но они вовремя отодвигались и даже не скрывали, что я тут пустое место. Все это похоже на заговор.

— Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! — Заорала я что есть силы, — Пощады никто не желает!

Меня, как нашкодившего котенка, закинули внутрь комнаты и захлопнули за спиной дверь.

— Это вы зря! — Крикнула я своим надсмотрщицам.

Потом встала с пола и выругалась. Нет, это уму непостижимо, вокруг этого дурака бабы заговор замышляют, а он сидит и в ус не дует. Наказана я! Это вы наказаны! Это я не выйду из комнаты!

Немного поорала и успокоилась. Давненько у меня так весело не проходили дни. Все серость и бытовуха. Рассмеялась. Потом задумалась. А если я не вернусь в свое тело? Натворила ты, Алла, дел, никогда не могла изворачиваться. За что мне это? Ну ладно, я вернусь, а как же Альсун тут жить будет, в таком-то гадюшнике. Нужно помочь девочке, вот что.

Как стемнело, ко мне пришел Фернир, мрачный и холодный.

— Альсун, ты сегодня перешла все границы, напала на мою тетю и испугала других. Я думаю, что мне придется принять крайние меры.

— Это какие? — Я лениво потянулась, так как лежала на кровати и читала книгу. Магические светильники на полочке были хорошие и света давали много.

— Мне придется объявить тебя сумасшедшей и держать в башне безмолвия. Поверь, это довольно неприятно, когда до тебя не доносятся звуки, вообще никакие, но лекари душ говорят, так сумасшедшим жить легче.

— А ты не хочешь послушать, что скажу тебе я? — Спросила я и села, свесив ноги, оглядела пол в поисках тапочек.

— Я знаю все твои слова и все твои мольбы о прощении. Я много прощал, но нападение на разумных — это уже слишком.

— Значит, слушать ты меня не хочешь? — Я встала с кровати и вперила руки в боки. — Тогда, думаю, «Ваше» нахождение тут, дон Фернир, будет бесполезным. Дверь там. — Я кивнула в сторону двери.

— Альсун, — маска безразличия на секунду треснула. — Ты ведь можешь взять себя в руки?

— Я Алла, — добавила в голос льда, — и не собираюсь слезно о чем-то умолять. Я ни в чем не виновата. Твоя тетя напала на меня, а все твои слуги издеваются над Альсун. Если ты мне не веришь, то разговор окончен. Я сжала зубы, чтобы не добавить, чего похлеще.

— Тебе принесут ужин в комнату с сегодняшнего дня, ты сидишь тут, пока я не решу, что с тобой делать. — Фернир был зол, это было слышно по его голосу, видно по кулакам, по ходящим под смуглой кожей желвакам и пробегающим по вискам серебристым чешуйкам.

Впервые вижу проявление его дракона, и это красиво, значит, дракон у него серебристый. Еле сдержала свои ручки, чтобы не пощупать, какие они на ощупь. Потом пришла в голову мысль, что я спала с мужчиной другой расы! Точно будет что вспомнить в старости, если доживу… Фернир вышел, а почти следом вошла Арита с полным подносом еды. Ее вид был лучезарным, словно не она недавно меня предала. Когда она поставила поднос, я хмыкнула и сказала лишь одно слово:

— Вон! — При этом сжала кулаки, словно собираюсь на нее напасть.

— Донна Альсун, я должна быть тут!

— Я сказала вон! — Рявкнула я.

Девушка вздрогнула и быстренько ретировалась за дверь. Я подошла и подергала дверь, она, естественно, не поддалась. В нос ударил запах еды, я сглотнула.

Травят они Альсун однозначно, и травят давно, так что от одного ужина ничего не изменится, по крайней мере, я пойму, что с ней потом происходит. На подносе стояли тарелочки и плошки. Парил белым туманом наваристый бульон, посыпанный зеленью, мелко нарезанное мясо лежало рядом вместе с вареными овощами. Я заметила, что тут не варят суп, а подают все отдельно. Я опять сглотнула набежавшую слюну. Отдельно лежали нарезанные фрукты и стоял стакан с терпким ягодным напитком, я такой уже пила.

Тело качнулось в сторону еды, а я плюнула на осторожность и села за столик, на который оставила еду Арита. Потом я просто отключилась, так, оказывается, проголодалась. В какой-то момент по телу пробежалась горячая волна, поднимая все волоски на теле. Мне показалось, что я сейчас просто сгорю, так стало жарко изнутри. Но через какое-то мгновение все прошло. Я прислушалась к себе и ничего больше не чувствовала, лишь приятную тяжесть в желудке.

Потом я умылась и легла спать, так как глаза мои слипались от желания отрубиться. Все же опасно было есть все, Алла, ты обжора, укорила я себя и заснула.

А утром я открыла глаза, потому что мне показалось, что кто-то рядом шевелится. Почему-то подумала, что приперся Фернир, и готовила отповедь наглому дракону, но перед глазами маячила пушистая рыжая задница с торчащим вверх хвостом.

Я опешила, пошевелилась, отчего задница сменилась мордой, которая взглянула на меня презрительным зеленым взглядом и опять поменялась попой.

— Если это глюки, то они вполне милые, — хриплым со сна голосом сказала я.

Кот, а это был здоровенный котяра, мыркнул на своем кошачьем и попятился ко мне попой, словно что-то таща в зубах. Я привстала на локте с интересом, наблюдая за его попытками. Потом этот рыжий гад отошел в сторону и гордо задрал усатую морду кверху, показывая, что он там мне тащил с утра пораньше.

Как я орала, слышали, наверно, все во дворце. Думаю, то, что я сошла с ума, теперь подтвердят все, кто тут живет. Я терпеть не могла крыс. А тут у меня на кровати лежала огромная крысяра с длинным голым хвостом и перегрызенной шеей. Твою ж мать! Кот решил подкормить бедную затворницу, и ему было невдомек, что затворница боится крыс с детства. С того самого дня, как на нее напала в сарае крыса и укусила за ногу. Детские травмы — они такие.

В коридоре послышался топот, дверь открылась, и там возник Фернир. Кошак благополучно слинял в полуоткрытое окно, а я осталась с окровавленной крысой в постели и трясущимся телом.

— Альсун, — Фернир кинулся ко мне, увидел крысу и скинул ее на пол. — Что случилось?

— Тут был кот, он притащил мне крысу, — зубы у меня стучали от сдерживаемого плача.

— Кот? Какой кот? — Фернир держал меня на коленях и качал, как ребенка. — Все, успокойся, слуги уже ее убрали.

Я только заметила, что в комнату глазеют слуги и о чем-то перешептываются.

— Тут был кот, рыжий, — сказала я.

— Хорошо, что не пауки, — пробормотал под нос Фернир. — Альсун, у нас во дворце нет котов, тетушка не любит животных в доме.

— Ты, думаешь, я брежу, — возмутилась я. — Кто-то же принес мне эту крысу.

— Я верю, — Фернир соврал и не моргнул и глазом. Но я-то видела, что ему дела нет до крысы, он меня нагло ощупывает. Я ударила его по рукам и слетела с его колен, так как его детородный орган просился на работу.

— Спасибо, что спасли от крысы, дон Фернир, думаю, вам пора, — я сложила руки на груди, чтобы он не глазел на грудь, которая просвечивалась сквозь тонкую ткань рубахи.

Дракон не стал со мной спорить и вышел, прикрыв дверь, а я пошла в ванную, чтобы освежиться. Неужели я вижу галлюцинации, как Альсун? Да нет, крыса же не галлюцинация. Хотя этим заговорщикам ничего не стоит сказать, что я уже крыс убиваю. Р-р-р, хотелось ругаться.

— Ну, погоди, рыжая морда, я тебя поймаю и хвост откручу.

Кошек я любила всегда, но заводить не заводила, так как за ними нужно ухаживать, а у меня работа такая, что не до кошек. Странно, что рыжий пришел ко мне, а может, он кот Альсун. И никто его не видит, кроме нее, я хмыкнула. Повод подумать, что я вчера поела отравленной еды и, может быть, сама словила крысу и положила себе на кровать. Ну бред же!

Одевалась я сама, рыкнув на заглянувшую ко мне Ариту, чтоб проваливала. Вот еще, терпеть соглядатаев под боком. Нашла штаны, которые нельзя носить, если ты не собираешься ездить на лошади, и оделась, как мне было удобно. Шли бы все эти драконы и драконицы куда подальше. Сделала зарядку, нужно подкачать тело, а то ручки-ниточки, трясутся от любого усилия. Выглянула в окно, намечая путь и план побега. Оставаться в этом доме я не собиралась. В башню он меня заточит, дракон недоделанный. Аллу не так легко напугать!

День прошел довольно быстро. Я ела все, что мне приносили, опять испытывая странные жаркие приливы, но нужно быть в силе, когда придется уносить отсюда ноги. Дракон больше не заглядывал, чему я была рада. Меня он бесил и хотелось сделать ему гадость. Но мне принесли книги, много книг, и я читала все подряд. Про магию, про драконов, попался даже легкий роман о любовной истории человечки и дракона, когда расы еще не помирились. Поржала от высокопарного слога и неземной любви истинных, смешно.

А вечером пришел он, здоровенный наглый котище, сидел на окне, облизывая лапки и жмуря зеленые глаза.

Я как раз сидела за столом и доедала ужин. Пару раз моргнула и положила на стол ложку.

— И чего приперся? — Спросила я, словно кот мог мне ответить. — Нагадил с утра и приперся, кормилец.

Кот соскочил с окна и подошел ближе, пару раз прошелся туда-сюда, обтираясь об ноги. Я нагнулась и погладила его по голове, почесала за ушками. Рыжий утробно мурчал и топорщил усы. Надо же, какой красавец и на глюк непохож совсем. Дала ему кусочек мяса. Рыжий обнюхал подношение и аккуратно взял из рук.

— Удивительно, — я хмыкнула, когда-то в детстве у меня был рыжий кот, деревенский, закаленный в битвах с крысами и собаками. Каждую весну он пропадал на пару месяцев и возвращался раненым и истощенным, но преисполненным своей значимости, ведь кругом бегали одни рыжие котята. Так вот, этот кот был похож на того из детства, только более молодой, чем помнила я, и более рыжий.

Спать мы легли вместе. Сначала я, потом приполз меховой комок, долго топтался возле моей руки, пытаясь пристроиться так, чтобы положить свою морду, а когда у него это получилось, рядом словно завелся трактор. Мелкая вибрация от его мурлыканья убаюкивала и дарила успокоение.

Утром меня разбудила впорхнувшая в комнату Арита с ворохом платьев.

— Донна Альсун, у дона гости и приказано вас одеть, как подобает донне.

Я посмотрела на кровать, где вчера спал кот, и его, естественно, не увидела, но нашла подтверждение тому, что он не галлюцинация, ведь иллюзии не оставляют после себя рыжий мех.

Глава 6

— Неинтересно, — фыркнула я на показную веселость Ариты.

— Я принесу ваши вещи, портниха их уже пошила, — заговорщицки сказала она, — никто не узнает, но прошу вас не злить тану Саржену. Пусть она забудет о вас хотя бы пока у нас гости. — Горничная сложила ручки на груди в молебном жесте.

— Хорошо, — кивнула я, сдаваясь, мне нужны штаны, как сбегать в этих юбках, — неси вещи, а я так и быть, согласна быть покладистой на этот день. Постой, — окликнула я Ариту, когда она уже взялась за ручку двери. — Ты не видела тут рыжего кота, может, он ко мне приходил уже раньше.

— Кот? — Девушка странно посмотрела на меня. — Именно рыжий кот?

— Да, — нетерпеливо поторопила ее с ответом.

— Донна Альсун, рыжий кот считался талисманом, духом вашего рода, но я вам этого не говорила, — Арита испуганно прикрыла рукой рот и выскочила из комнаты.

— И что в этом такого, — хмыкнула я. — Хотя на духа он точно непохож, что такое дух рода?

Потом я забыла на время о коте. Завтракала, в который раз претерпевая жар в груди и молясь про себя, чтобы не откинуть копыта раньше времени. А когда пришла Арита, погрузилась в выбор платья, укладки высокой прически и бесконечной болтовне горничной. В принципе я зря ее выгоняла, такой источник информации рядом иногда нужен.

— Императорский артефактор известен всей империи, он редко нас посещает. Дон Фернир его хорошо знает. — Между тем щебетала Арита, словно между нами нет непонимания. Я не собралась давить на ее совесть, каждый сам выбирает, как ему жить и каких принципов придерживаться. Она выбрала невмешательство и сохранения своей шкурки, я не могу ее в этом упрекать, своя рубаха ближе к телу.

В столовую меня позвал слуга. За дверью две дебелые служанки, которые проводили меня до самых дверей столовой и остались стоять за дверью. Я вдруг подумала, что сегодня можно найти момент и сбежать. Вещи есть, еду можно сейчас немного взять, спрятать в матерчатую сумочку. Хоть на пару дней перекусов точно вместится.

В столовой меня встретили гробовым молчанием. Фернир спохватился, помог мне сесть за стол, я его не благодарила, сам такие платья покупал, что в них лишний раз не двинешься.

— Ты уверен, что она нас не опозорит? — Прошипела змеей Саржена, а сидевшая тут же Райка сверкнула довольным взглядом.

— Не беспокойтесь, тетушка, я буду бросаться едой только в вас. — Сказала я ей весело, Саржена сжала губы от злости, а Фернир рявкнул на нас.

— Хватит! Обе закройте свои рты и молча ешьте.

— Мальчик мой… — попыталась возразить Саржена, но получила в ответ убийственный взгляд племянника и прозрачную чешую на висках взбешенного дракона. Я благоразумно промолчала.

Пара гостей вошла за слугой. Склонились в поклоне. Мужчина довольно симпатичный, девушка с легкой грустью в глазах. Фернир был рад видеть гостя. Я не прислушивалась к их разговору, насыщалась неотравленной едой и украдкой совала в сумочку хлеб и сыр.

После обеда гостей выгуливали в парке, и пока все рассматривали местные красоты, я тактично испарилась из длинного общего кортежа, надеюсь, меня сразу не хватятся. Я запоминала дорогу и на память не жаловалась, но незаметно идти по дворцу полного прислуги было тяжело. В какой-то момент я заметила рыжего кота, который мелькал то в одном месте, то в другом, и решила довериться духу рода, как сказала Арита. Так быстро перемещаться настоящий кот не смог бы… наверно. В моей комнате сидела в кресле Арита и спала, когда я вошла, она открыла глаза и удивленно на меня посмотрела. Я чуть не матюгнулась, эта курица, что тут делает?

— Донна Альсун, почему вы одни?

— Не твоё дело, — рявкнула я ей. Руки и ноги у меня тряслись от переизбытка адреналина, а в висках стучало от быстрого пульса. Я, не жалея платье, стала его сдирать с себя.

— Донна! — Арита любимым жестом приложила руки ко рту.

— Если еще хоть раз вякнешь, я тебя свяжу, — пригрозила девушке, та замолкла и с ужасом наблюдала за моими сборами. Когда я уже почти была готова, послышался топот в коридоре, и Арита крикнула:

— Быстрей, она сбегает!

— Да чтоб тебя икота пожрала! — Я выругалась и, схватив свою сумку, рыбкой прыгнула в открытое окно. Повисла на вьюне и быстро стала спускаться. Я даже не думала, что у меня может не получиться, поэтому спустилась со второго этажа довольно быстро, не успев испугаться. В окно выглянули надсмотрщицы.

— Стой, мерзавка!

Ага, слышал бы сейчас их Фернир, донну обзывают мерзавкой. Я, не разбирая дороги, неслась в сторону выхода в город. С ужасом понимала, что план мой непродуманный, плохой и, скорее всего, меня сейчас поймают, и от этого прибавлялось и сил, и злости. В груди полыхало жаром, может, от быстрого бега или отрава начала действовать, зато умру свободной. Остановилась, чтобы отдышаться, прижалась к дереву и вдруг почуяла запах паленого. Под рукой потеплело, я оттянула руку и с удивлением смотрела, как вокруг моей ладони разгорается пламя. Пламя, мать его!

Заорать не хватало духа, а тут еще кот появился и ластился к ногам, мурлычет. Очень вовремя обнаружила я у себя магию, прям ко времени, сдержала истеричный смех, боясь, что он превратится в истерику.

— Лучше бы крылья, — сказала с возмущением, — чтобы улететь!

Потрясла рукой, сбивая пламя. Я в таком смятении, что даже страха не было. Прислушалась к окружающему пространству и услышала отдаленные крики. А зверушку-то загоняют, усмехнулась, а я даже до забора не добежала еще. Кот не отставал от меня, петлял рядом и мешал мне идти, перебегая дорогу:

— Ты мне помогаешь или мешает?! — На ходу подхватила упитанного котяру, да какой он дух, весит не меньше десяти кило. — Я с тобой точно отсюда не сбегу! — Возмутилась я толстопузу.

В какой-то момент мне показалось, что мои ноги оторвались от земли, забарахталась в воздухе, с ужасом понимая, что земля становится все дальше, а когти кота все глубже впиваются в кожу, пробив насквозь две рубашки, которые я на себя натянула.

Когда под ногами показались верхушки деревьев, я заорала. Вцепилась в рыжего, закрыла глаза и орала. Ладно огонь, я как-то даже не поняла, что это может быть больно, но, когда под ногами пролетают верхушки домов, скорость становится все сильнее, а высота все больше, тут уже не до побега, как бы уцелеть… А-а-а-а!

Фернир

Все беды от женщин! Я полностью с этим согласен! Закрываю глаза, перед моим взором Алла-Альсун с вызывающим взглядом! Открываю глаза, тетушка мелькает рядом с поджатыми губами и требованием упечь жену в башню! Поворачиваюсь чуть в сторону, бледная Райка поддерживает живот и страдает. Хочет рыкнуть на всех и просто улететь куда подальше.

Как разберусь с делами, так и сделаю, мне нужен перерыв, чтобы все обдумать.

— Мальчик мой, — Саржена не упустила случая, чтобы поныть об Альсун, — ты же понимаешь, что она опасна, пока только напала, потом начнет нас убивать.

— Ни за что не поверю, что вы боитесь человечки, тетушка, — хмыкнул я, — есть сразу расхотелось, надо было не идти на завтрак. Подумалось, что, наверно, Альсун, или, как я называю ее про себя в последнее время, Алла, сейчас с аппетитом уплетает пышные блинчики, поливает вареньем из золотых ягод, облизывает тонкие пальчики…