Тимур — повелитель времени. Проклятье затерянного города

Тимур — повелитель времени. Проклятье затерянного города

Ростислав Эндри

© Ростислав Эндри, 2026

ISBN 978-5-0071-0600-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я ИГРАЮ В САЛОЧКИ НА ВЫЖИВАНИЕ С МИЛОЙ ПТИЧКОЙ

Сразу хочу сообщить, что в произошедшем нет моей вины (или почти нет). Во взрыве Эрмитажа виновата тайная организация и золотой павлин.

Весь наш класс по случаю окончания восьмого класса повезли на экскурсию в Эрмитаж. Никто особо рад не был (а особенно я), но все же я сидел в школьном автобусе и смотрел через окно на здания девятнадцатого века. Рядом со мной сидел Артур. Я был его единственным другом, а, вернее, это он был моим единственным другом.

Артур отличался от остальных в классе. Никто ничего не знал о его родителях, у него были кудрявые черные волосы и смуглая кожа, и он просто обожал историю. К нам он перешел в прошлом году из какой-то школы (как мне помнилось, его оттуда вышибли) и у нас сразу стал тихоней. Правда, все это было его глупым розыгрышем, ведь я видел, как он в одиночку уложил десятиклассника неделю назад! Тем не менее, сегодня он розыгрыш-не-розыгрыш решил продолжить и потому сидел под бомбежкой шариков из бумаги, летящих изо рта местного нашего абьюзера Марка. Марком его звали только я и еще кто-то в классе (то есть простые смертные), а остальные звали его Мопсом. По мне, ему бы больше подошло погоняло бегемот, скрещенный со свиньей и мозгами, которым позавидовала бы курица. А еще Мопс вел себя как типичный гопник со двора, что никак не сочеталось с тем, что он носил «Salvatore Ferragamo».

— Марк, успокойся! — наконец сказал я, когда мне уже надоели летящие в моего друга бумажки.

— Успокойся? — переспросил он, словно слышал это слово впервые. — А ты что такой дерзкий, давно не получал? Это легко исправить!

Он усмехнулся и направил в меня бумажный комок.

— Анисов, ты что делаешь? — спросила Елена Викторовна — наша классная руководительница.

— Да так, ухо зачесалось от писклявого комара, — отозвался Марк. — Ну живи пока, комар, а то мне скучно будет.

С этими словами он отвернулся к своей недоразвитой стае.

— Я его придушу, — проворчал я гневно.

— Да все в порядке, — ответил Артур. — К тому же мне нравится история. Кажется, эти обертки из тетради по этому предмету.

— Зачем ты его терпишь?

— А что я могу ему сделать? Этот гений заключил альянс со всеми тупицами нашей школы.

Я немного усмехнулся. Нет, Артур просто делает вид, что ничего не может. Но зачем?

Автобус остановился на парковке перед золото-бирюзовым зданием Эрмитажа, и ученики, следом за Еленой Викторовной, вышли на улицу.

— Так, — строго сказала учитель. — Надеюсь, вы понимаете, что такое Эрмитаж. Если увижу, что кто-то что-то портит… Вам лучше не знать, что будет далее…

— Не переживайте, Елена Викторовна. Мой отец покроет все расходы. Только за этих дурачков он платить не будет, хе-хе…

Марк кивнул на Артура и меня. Тут стоит заметить, что папаша Марка был богатым бизнесменом, и МОПС этим постоянно пользовался не в благих намерениях.

Классная вздохнула, а мои уши покраснели так, что кто-то в толпе хихикнул.

— Так, за мной, — скомандовала классная руководительница, и класс двинулся за ней вглубь Эрмитажа.

Нас тут же встретил роскошный зал со всякими экспонатами. И вообще все выглядело очень богато. Марк тупо усмехнулся, обращаясь к своим друзьям по интеллекту:

— О, не плохо. У нас дома точно такой же туалет.

Его свита заржала как лошади. При этом ничего смешного не было.

Мое внимание привлек золотой павлин, восседающий на золотом дереве. Интересно, сколько денег в него вложили?

— Макеев, не отставай! — крикнула Елена Викторовна (оказывается я засмотрелся на птицу и отбился от группы).

— Да он на своего брата смотрит, — заржал Марк тихо, но я это услышал и мне стало обидно. Захотелось Марка в шашлык превратить, хотя, по расчетам, в данное блюдо он быстрее превратил бы меня.

Мы двинулись дальше. Елена Викторовна что — то рассказывала из курса истории, но ее кроме Артура никто не слушал, уткнувшись в мобильники.

— Тебе это серьезно интересно? — удивился я.

— Очень, — ответил Артур. — Представь, этому зданию более двухсот лет!

— Да хоть пять тысяч, — буркнул я.

Артур пожал плечами.

Наша группа вошла в следующий зал, обогнув группу каких-то иностранных туристов, глазеющих на витражи и массивные люстры. Этот зал был большим, с мраморным полом, с белокаменными колонами и арочными окнами. Повсюду были витрины, подсвеченные желтыми и янтарными прожекторами, а в них были всякие древние и непонятные мне штуки. Так же по середине зале стояло пару массивных предметов из камня, похожих на древние саркофаги.

— Итак, — начала Елена Викторовна. — Сейчас мы с вами находимся в одном из интереснейших залов Эрмитажа. Это отдел древнего востока, в котором собраны экспонаты древнего Египта, древней Передней Азии и доколумбовой Америки.

Кто-то в группе зевнул.

— Вот невежи, — прошипел Артур.

Я хотел было сказать Артуру чтобы он не обращал на них внимания, как у меня резко закружилась голова, и я бы упал, если бы Артур вовремя не поддержал меня.

— Елена Викторовна! — испуганно крикнул Артур, и его голос долетел до меня откуда-то из далека. — Тимуру плохо!

— Ничего не плохо, все хо… — попытался отмахнуться я, попытавшись улыбнуться, но тут заметил то, от чего голова закружилась еще сильнее: у витрины под арочным окном в тени стоял какой-то мужик в старомодной одежде, с густой курчавой бородой, который то и дело возносил руки вверх и кланялся кому-то. Я готов было поклясться, что секунду назад его там не было! И при этом его… НИКТО не замечал!

Ко мне подбежала испуганная учительница, а наш класс стал таращиться на меня как на музейный экспонат.

— Тимур, ты как? Сколько пальцев? — спросила Елена Викторовна, показывая мне пальцы на руке, которые плыли перед глазами.

— Три? — наугад спросил я.

— Все ясно, — запаниковала Елена. — Так, Артур, помоги доставить его в медпункт, живо!

А далее я потерял сознание.

Голова все еще кружилась, но не так сильно. Я открыл глаза и обнаружил, что лежу на койке в больничном кабинете. Виднелись ширма и лицо врача, совавшего мне в нос дурно пахнущую вату. Нашатырный спирт, догадался я. Завидев, что я оклемался, доктор убрал вату и отодвинулся в сторону.

— Ну что, очухался, боец? Ты здорово нас напугал.

Я кивнул и повернул голову влево. На стуле сидели Елена Викторовна и Артур, заставляя меня гадать, где я сейчас.

— Доктор, что с ним было? — спросила Елена.

— Головокружение. Стоит полагать, от недосыпа. Ты как спишь, мальчик?

— Хорошо, — ответил я, дивясь тупости вопроса. И на всякий случай добавил: — Я высыпаюсь!

Доктор пробормотал что-то и кивнул.

— Ну, тогда, если все хорошо, можешь идти.

— А если опять повторится? — спросил я.

— Тогда сдай ан…

— Не повторится, — уверенно сказал Артур.

— Не повторится? — переспросил доктор. — Стоит полагать, вы — врач?

— У меня папа — доктор медицинских наук.

— А, ну раз так… Тогда ладно. Хорошо, идите. Экскурсию можете продолжить.

— Спасибо, — поблагодарил я доктора. Тот кивнул.

Через пять минут мы уже оказались в Эрмитаже (больница была через дорогу) и коридором шли к группе, за которой остался присматривать водитель автобуса. Я чувствовал себя как огурчик, но все же мне не давали покоя две вещи: 1) с чего вдруг Артур так уверен, что это не повторится вновь, и 2) почему у меня были такие глюки, что мне померещился какой-то мужик, явно из этого столетия? А, может, все это нормально и сейчас просто снимают какой-то фильм, а меня не предупредили? «В смысле не предупредили? — осадил я сам себя. — А ты у нас что, особенный? Других что ли предупредили?» Но все же я хотел проверить и потому спросил у Елены Викторовны:

— А сегодня в Эрмитаже снимают какой-нибудь фильм?

— Нет, а что? — удивилась учительница.

— Не, ничего. Так, интересуюсь.

Ага. Фильм, значит, не снимают… Но тогда выходит какой-то бред. Что это было — высшая степень шизофрении? Расскажи я училке все, что видел, она подумает, что у меня все еще не в порядке голова. Так что я решил спросить это у Артура (да-да, нашел себе советчика-экстрасенса…).

— Слушай, Артур… М… там в музее, когда мне стало плохо… Э… у окна стоял мужчина… э… который прибыл сюда как будто из прошлого… Скажи мне, пожалуйста, что ты его видел! — взмолился я.

Артур уставился на меня как на идиота вселенского масштаба.

— Видать, ты бредишь, — усмехнулся он. — Какие еще мужик из прошлого в 21 веке?

— Хватит шутить! — разозлился я от безысходности. — Он там правда был! Я его сам видел вот этими глазами!

— О, так ты экстрасенс! — улыбнулся Артур, словно я был пятилетнем ребенком. — Может, там и скифский воин на коне был?

Я хотел было крикнуть на него, но тут замер, и моя челюсть ударилась об мраморный пол Эрмитаж.

Деревянная дверь слева от меня отворилась и в коридор вышел человек в бронзовых доспехах сидя на коне. Едва не касаясь меня, он скрылся за другой дверью.

— Э… Тимур? — неуверенно спросил Артур, глядя на меня. — У тебя такой вид… Ты словно приведение увидел

Но я стоял и как рыба безмолвно открывал и закрывал рот. Наконец мне еле как удалось совладать эмоциями, и я спросил:

— Но вот его-то ты видел?!

— Прости… Но кого?

— Солдата на коне! — вскричал я.

Артур поджал губы и нахмурился. На мой крик подбежала Елена Викторовна.

— Что опять случилось? — спросила она сколько недовольно, чем взволнованно.

— Ничего, — буркнул я. — Можем идти.

— Мне надо в туалет, — сказал Артур. — Можно?

Елена Викторовна кивнула, и он ушел, а мы вдвоем прошли в зал древнего Востока, где стояла вся наша группа, уткнувшись в смартфоны и делая вид, что очень нас ждет. Марк и его дружки, завидев меня, стали тыкать в меня пальцем и хихикать. Но я, к своему удивлению, не обратил на них совершенно никакого внимания. В моем сложившемся положении, дела с какими-то задирами казались мне мелочью. Я два раза обежал глазами зал, но так и не увидел того мужчину у окна. А может, подумал я, мне и в правду показалось? «Показалось? — усмехаясь, переспросил я сам себя. — Нет, Тимур, так отчетливо и натурально два раза подряд показаться не может!»

Мои размышления прервал голос Елены Викторовны:

— Так, ребята, за мной в соседний зал! Мы и так много времени потеряли с экскурсии.

Мы двинулись в соседний зал. Он был раза в два меньше предыдущего, но зато раза в три богаче. За стеклянными витринами стояли разные украшения, драгоценности и все такое, что заставило весь наш класс позабыть о телефонах.

— Ну-ну… ну-ну, — оценивающе закивал Марк. — Отныне я ваш новый царь!

Его тупоголовая свита синхронно закивала и начала поддакивать. А Марк аж надулся от самодовольствия. А я огляделся: что-то Артур долго. Как он узнает в каком мы зале? Елена Викторовна заговорила, но я ее не слушал.

Я уже стал успокаиваться и уговаривать себя, что тот мужчина у окна и тот мужчина на коне больше не появятся, как откуда-то спереди донесся крик павлина. Да-да, крик павлина, который никогда не водился не то что в Эрмитаже, но и во всем Питере! Внезапно на крик павлина пришли крик и визг туристов. Мимо нас пробежала женщина лет сорока с криками: «Спасайся кто может!»

— Что произошло? — испуганно спросил Марк. — Это ч-что, т-террористы?!

— Никуда не уходите, — строго сказала Елена Викторовна. — Я быстро!

И она бегом удалилась, а меня кто-то схватил за футболку и развернул лицом к себе, так что я уловил сильный арбузный запах изо рта Марка.

— Слышь, придурок! — крикнул он испуганно, тряхнув меня. — Это все твои фокусы?! Это ты террористов сюда привел?!

— Что? — изумился я.

— Хрен через плечо! — вскипел Марк. Он попытался меня ударить, но я ущипнул его за руку и освободился от его хватки. — Я тебя им сдам, чтобы тебя на колбасу пустили, чмо! Я из-за твоих тупых мозгов сдыхать не буду, понял!

Он снова попытался меня схватить, но я увернулся и пустился бежать в соседнюю комнату, слыша за спиной крик Марка

— Стой, хрен, мы не договорили!

— Я забежал в какой-то зал с египетскими артефактами: сфинксами и так далее. И спрятался за одной из витрин, сев на корточки и став думать, что делать дальше. Ведь если что-то случилось, то надо уносить ноги, но я не мог это сделать, не убедившись, что с Артуром все хорошо. А, значит, мне надо было вставать и идти на разведку. Вот только как избавиться от Марка? Он же мне покоя не даст!

— Эй, я знаю, что ты тут! — крикнул Марк, и следом послышались его шаги в зале. — Что, решил спрятаться, да? Вылезай!

— Зачем тебе это? — спросил я. — Давай лучше объединимся!

— Объединиться с тобой? Да ты шутишь! — разозлился Марко. — Просто… Ай-яй-яй!

Его крик заставил меня вскочить. И что я увидел? Марко, скорчившись, лежал на полу, а по стене, цепляясь за нее как паук и всматриваясь в витрины, перебирался тот самый золотой павлин, что стоял статуей у входа в Эрмитаж.

Я быстро пригнулся. Нет, конечно, я давно знал, что мое везение выкручено до минус ста, но что бы в один день у меня поехала крыша!.. Сначала какие-то галлюцинации, а теперь по залам Эрмитажа гуляет ожившая статуя… Это уже было через чур!

— Тимур Авдеев! — закричал павлин. — Где ты, жалкий мальчишка! Ты мне нужен!

От его режущего душу голоса у меня похолодела кровь. То есть я, никому кроме мамы не нужный, теперь, оказывается, пригодился какой-то птице. АГА! ПОВЕРИЛ!

— Ну же, где ты, мой птенчик? — захихикал павлин (если птицы умеют хихикать).

— Он за витриной с египетской древностью! — простонал Марк.

— Да ты что? — спросил, скрипя и хихикая, павлин. — Друга выдаешь? По моим данным ты должен был быть малость меньше и тоньше.

— Он мне не друг! Все вам скажу, только пощадите меня! — взмолился Марк.

— О, конечно! Буду признателен, хи-хи. Ну, там так там…

Мимо моего уха со свистом что — то пролетело и вонзилось в стену. Этим «что-то» оказалось острое, как бритва, металлическое перо. Я тяжело сглотнул. Ноги и руки дрожали, а сердце стучалось так, словно хотело покинуть мое тело. Мимо снова пролетело перо и вонзилось в сантиметре от моей ноги. Да, похоже это существо проходило курсы «ВРОДЕ ПОПАДАЮ, А ВРОДЕ НЕТ».

Дальше меня повел инстинкт самосохранения — кем бы этот павлин не был и как бы все бредово не выглядело, дела были нешуточные. Пригнувшись, я кинулся в сторону выхода, петляя между витрин. За спиной я то и дело слышал звук бьющегося стекла.

— Стой! — закричал павлин и в следующее мгновение я услышал лязг над собой. Я быстро поднял голову. Золотой павлин летел, как бомбардировщик, прямо на меня.

Его клюв открылся и в эту же секунду в меня полетел столп пламени.

— А! — вскрикнул я и кинулся в сторону. За спиной послышался треск огня, пожирающего артефакты 5000-летней давности. — Что вам от меня надо?!

— Крови, идиот! — зашипел павлин, и мимо моего уха вновь просвистело острое железное перо.

— Мою… Что? — ахнул я.

Павлин не ответил (наверное, словарный запас был ограничен, несмотря на то, что он знал слово «идиот», а не какое-нибудь нормальное, например, «еда»).

Я огляделся в поисках Марко, но тот, по все видимости, уже смылся, спасая свою жирную задницу. Я побежал к двери как никогда быстро и при этом мне как никогда везло, ибо я все еще не стал шашлыком.

— Тимур! — услышал я голос со стороны двери. В мою сторону бежал Артур, держа в меч… МЕЧ?! — Лови!

С этими словами он кинул его мне. Каким-то невероятным образом я поймал меч без единого пореза.

— ТЫ! — зашипел павлин, кидаясь на Артура.

— Нет! — заорал я самое банальное в критических ситуациях и, ощущая себя полным идиотом, бросился на железного терминатора.

Секунда, и меч пронзил павлина ровно по середине груди, войдя в железо как нож в масло. Птица замерла и в следующее мгновение с громким лязганьем рухнула на пол. Я, дрожа, выронил меч и замер, молча глядя на павлина.

— Фу, почти попал. Хорошая работа, — улыбнулся Артур.

— Ты ш-шутишь? — опешил я. — Я ведь только что его у-убил…

— Ну… Не совсем убил, — ответил Артур. — Ты прихлопнул дух какой-то там древней твари, залезшей — непонятно как — в тело статуи павлина. Но чудовища никогда не погибают. Рано или поздно они возрождаются.

Я посмотрел на горящий пол египетского зала. Древние артефакты медленно, но уверенно сгорали.

— Грустное зрелище, — вздохнул друг. Где-то на улице гудели сирены. — Бери меч и пошли отсюда. А то еще нас во всем обвинят.

— Пошли? — снова опешил я. — Куда? К группе?

— Нет, поедем к тебе домой. О происшествии не переживай. Никто ничего не поймет.

— В смысле? Разве такое возможно? — удивился я. — А как же древности? Ну, те, которые сгорели? А павлин с дыркой?..

— Это не твои проблемы. Доверься мне. Вот увидишь, все будет нормально.

Я промолчал. От всех происходящих странностей мой мозг готов был взорваться на атомы.

— Уменьши меч, — сказал Артур. — И дай мне, если не сложно. Пожалуйста.

Я особо возражать не стал. Я был только рад избавиться от этого оружия. Вот только как возможно уменьшить меч?

— Как? — спросил я. — Это же невозможно!

— Красный камень на рукоятке, — пояснил Артур.

Я, сомневаясь в здравости всего происходящего, довольно быстро заметил вставленный красный камень в рукоять. Кажется, это был рубин? Я, как и сказал Артур, нажал. В следующее же мгновение лезвия меча всосались в рукоять, она уменьшилась, и у меня в ладони легла металлическая ручка.

Моя челюсть упала мне на ноги. Я ошалело уставился на Артура.

— Позже объясню, — лишь кинул он, принимая ручку. — Сейчас нам надо поскорее отсюда уходить. Пошли!

Мы с Артуром осторожно выбрались из музея и по дороге направились к остановке. Туристы с работниками музея стояли возле машин скорой помощи, пожарной и полиции. Кому-то оказывали помощь. Я искал свой класс и спустя минуту нашел его возле машины Скорой помощи. Елена Викторовна что-то рассказывала мужчине лет сорока в смокинге. Тот что-то отвечал и кивал. Марк, стоящий возле доктора, что-то ему горячо рассказывал. Ага, подумал я, продолжай изображать из себя жертву, предатель двуличный!

— С кем это разговаривает Елена Викторовна? — спросил я, всматриваясь в лицо мужчины.

— Это Маркиз, — отозвался Артур. — Наш водитель.

— Э… Ваш? — изумился я.

Я был в гостях у Артура, и никакого Маркиза там не было. Да и семья Артура была не богатой, чтобы нанимать частных водителей. Так что это удивило меня даже больше, чем то, что пять минут назад я прихлопнул какое-то чудовище.

— Да. Наш, — кивнул мой друг.

— Прости, но когда у твоей семьи появился таксист? — спросил я.

— У нашей? — вопросом на вопрос ответил Вася и внезапно рассмеялся. — О, вот ты как понял! Вовсе нет. Маркиз работает на тайную организацию под названием «Ложа».

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ЛОЖУ

Когда все самое странное позади, и ты вдруг узнаешь от своего друга о какой-то «Ложе», начинаешь думать, что ты адекватен, а вот у него как раз-таки шизофрения.

— Ага. Хорошо, — кивнул я. — Это сборище ботаников или чиновников?

— Что? — опешил Артур. — Нет… Прости, мне нельзя говорить тебе ничего раньше времени.

— И ты оттуда? — спросил я.

— Ну… Потом скажу, — отмахнулся он.

— Ясно. Понятно, — ответил я, оглядываясь. У остановки стоял черный «Минивэн». Рядом причалил автобус. — Пока.

— Что… — начал было Артур, но я уже во всю прыть бежал к автобусу.

Я забежал в него за секунду до закрытия дверей. Не глядя в сторону Артура, я сел у окна и поехал. Хорошо, согласен. Может, я поступил неправильно, но поймите меня правильно: после всего произошедшего я не мог доверять ни Артуру ни уж тем более его болтовне про какую-то «Ложу». Ало, двадцать первый век на дворе, какая ложа! Бред же какой-то. Ну, или это была первоапрельская шутка, опоздавшая аж на два месяца. Может, я сейчас вообще лежу без сознания и это все мне снится в бреду.

Я оглянулся назад, но никто автобус не преследовал. Я облегченно вздохнул и попытался выкинуть мысли о произошедшем из головы.

Через десять минут автобус остановился на «Проспекте Бакунина» и я, перейдя на Невский проспект, 136, направился к дому.

Дома пахло свежевыпеченным пирогом, из кухни доносилась музыка. Я закрыл за собой дверь и прошел в коридор.

— Тимур, привет. Рано как-то у вас экскурсия закончилась, — сказала мама, появляясь из кухни в своем обычном голубом спортивном костюме, на этот раз поверх которого был одет фиолетовый фартук — под ее любимый цвет.

— Нас отпустили пораньше. Все устали, — солгал я.

— Ну ладно… Давай, мой руки и иди кушать.

— Я не голоден, — ответил я и это было правдой.

— Ну, как хочешь. Иди тогда поболтай с тетей Валей. Она погостит у нас, ты не против?

— Нет, — отозвался я и направился в зал

Тетю Валю я любил. Она была маминой сестрой, но была на десять лет ее старше и не имела детей. Может поэтому она всегда привозила мне чего-нибудь вкусненького каждый раз.

Тетя Валя сидела в зале на диване и жевала шоколадные конфеты так, что на кофейном столике уже скопилась небольшая горка разноцветных фантиков. Завидев меня, она заулыбалась.

— Тимур! — воскликнула она и, встав с дивана, обняла меня. — Два месяца не виделись, а вырос-то как! Ну садись рядом, бери конфеты. Кажется, эти твои любимые.

Осмотрев конфеты, я кивнул. Затем сел рядом с тетей и принялся за их поглощение.

— Ну, как закончил седьмой класс? — спросила тетя.

— Хорошо, — отозвался я, жуя. Конфеты явно поднимали мне настроение, ибо о происшествии в Эрмитаже я начал забывать.

— Ну ладно, — кивнула тетя Валя и порылась в упаковке из-под конфет. — М-да… быстро как-то кончились…

— Я могу сходить купить, — предложил я. — Возьму деньги и…

— Нет-нет! Возьми мои, — предложила тетя и дала мне пять тысяч.

— Но…

— Маме ничего не скажешь, — подмигнула она и улыбнулась

Я улыбнулся в ответ (чисто ради приличия) и кивнул.

Наверное, я сделал это зря, ибо моя голова снова закружилась и зал начал медленно куда-то плыть. Я едва держал себя, чтобы устоять на ногах. Сердце начало сильно биться ни то от давления, ни то от страха.

— Тимур, тебе плохо? — встревоженно спросила тетя.

— Нет-нет… Все отлично. Хорошо, я схожу за конфетами… — ответил я, пытаясь улыбнуться, но улыбка явно или не вышла, или вышла ужасная.

Я вышел в коридор и бросил маме.

— Мам, я за конфетами!

— Хорошо, — донесся ее голос из кухни. — Возьми еще тогда батон.

— Ладно!

С этими словами я спустился по лестнице и вышел на улицу. На Невском как всегда у домов колесили сотни машин. Я огляделся. Магазин был напротив нашего дома, через улицу, а так как возле нашего дома светофор и пешеходный переход не придумали, мне, чтобы поскорее сбегать в магазин и вернуться домой, пришлось перебегать дорогу, слыша недовольные крики водителей (максимально осуждаю данные действия). Зато возле магазина было спокойно. БЫЛО секунды три. Затем я посмотрел в сторону нашего дома и душа моя ушла в пятки. Тот самый черный «Минивэн», что стоял у Эрмитажа и управлялся каким-то Маркизом из мифической ложи въехал на тротуар и стал подъезжать к нашему дому. Мое сердце забилось еще сильнее, а перед глазами все снова поплыло. Что делать? Бежать домой или идти в магазин? В моем нынешнем состоянии едва ли можно было сделать даже одно из двух. Я повернулся и уперся в каких-то идиотов по типу «МОБИЛА ЕСТЬ? А ЕСЛИ НАЙДУ?».