Код зависимости. Часть первая

Код зависимости. Часть первая

Иносказательный Человек

© Иносказательный Человек, 2026

ISBN 978-5-0071-1976-4 (т. 1)

ISBN 978-5-0071-1977-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Код зависимости

Пролог

Сей опыт был для меня нов. Никогда мне, доктору психологических наук, не доводилось встречаться с такой сильной проблемой. Наверное, потому что ранее моими пациентами были алкоголики, наркоманы, несчастные, которых власть ссылала сюда за правду, ну или просто люди, не желающие служить отечеству, — а если быть точнее, то, скорее, армии, чем родимой земле.

Этот же случай был как дождь среди зимы — внезапен и абсолютно независим в своей силе. Если взять весы и положить на одну чашу «Распятие Иисуса Христа», а на другую — данный случай, то это будет вполне равноценное сравнение. Ведь беда, случившаяся в нашей больнице, подобна тому горю, что познал Иерусалим две тысячи лет назад.

Как, по-вашему, можно изложить историю пациента, не поинтересовавшись его жизнью? Любой мой коллега скажет, что это невозможно, и будет прав. Поскольку судьба человека — это полотно его психологических диагнозов, которые ярко отражаются на его взаимодействии с миром. Иначе говоря, обыскав палату своего пациента после инцидента, я обнаружил тетрадь, в которой вёлся личный дневник. Ну или, лучше сказать, что именно в этой тетради была составлена история его болезни. Так будет точнее! И поэтому я, доктор Зубкин Виктор Владимирович, предлагаю вам ознакомиться с данной историей, чтобы сделать важные (по моему мнению) выводы, которые, как мне опять-таки кажется, кардинально изменят вашу жизнь.

Глава первая: «Фундамент проблемы»

Надеюсь, что дневники мои непременно попадут в руки уважаемого мной коллеги Виктора Владимировича Зубкина. От сего и буду предельно откровенен, как новорождённый перед богом. Но вряд ли разум мой будет способен оценивать такие понятия, как «откровенность» или «лицемерие» — неудивительно при моём будущем диагнозе.

Обращаться я буду непосредственно к Виктору Владимировичу, поскольку понятия не имею, кто иной, разве не он, сможет прочесть мои работы после моего беспамятства. А именно это (по моим предположениям) меня и ждёт.

Лирика так тонка, так светла, в то же время словно цепь, которая стягивает душу, образуя внутреннюю бойню. Это, пожалуй, и причина того, что я откровенно оттягиваю время перед началом своего эксперимента.

А заключается он в моём изучении такой популярной ныне заразы, как гаджетозависимость, более известная в народе как «телефонная наркомания». Мне, как врачу-психиатру, к которому обращаются родители несчастных подростков, стало вдруг интересно: а как же это лечить? Лечится ли это вообще?

Вчера ко мне привели Сашу, 16 лет. Три года в изоляции, всё время в телефоне. Мать плакала: «Он не ест, не спит, только скроллит». Я не знал, что ей сказать. И тогда решил: если не найду ответа извне, войду в проблему изнутри.

Чтобы не заниматься кощунством, беря подопытных и отравляя их дофаминовым ядом, я решил пойти иным путём — самому погрузиться в эту «иглу», дабы лучше ощутить данную муку и понять, как именно это устроено. Цель — создать методику лечения.

Затею свою я обговорил с Зубкиным и, получив добро, попросил его оградить мою семью как можно дальше от меня. Ведь одному богу известно, куда заведёт меня, казалось бы, обычный опыт. Но в любом случае я ободряю себя мыслью о том, что дело моё поможет бедным телефонозависимым наркоманам и тем, кто только собирается предаться данному наркотику.

Отчего и заявляю, что 20 марта 2026 года я, заведующий третьим отделением психиатрической больницы города Новосибирска, Петушков Сергей Романович, официально начинаю опыт, который, возможно, будет стоить мне собственного рассудка. Во имя спасения детских, подростковых, а может быть, и взрослых умов — того, что дороже любых жертв дофаминовой зависимости.

Обозначать дату окончания я не буду принципиально ввиду того, что сам ещё не знаю, сколько времени у меня займёт данный эксперимент, названный мной в шутку «Код зависимости». Да и в целом ставить определённые рамки — это всё равно что намеренно погружать себя в клетку духовных и умственных ограничений. То есть намеренно сжигать свои амбиции в печке собственного ограничения. Потому-то и думаю, что без обозначения мне будет проще и намного продуктивнее, чем так, как положено.

Сегодня я в последний раз посещу «Собор Александра Невского», находящийся по адресу: переулок Красный, 1а, дабы духовно попрощаться с привычной для меня отрадой и проститься с моей семьёй таким, какой я есть сейчас, поскольку вряд ли они захотят мучиться, видя меня таким, каким я стану вскоре.

Подумать только, сегодня я в последний раз увижу свою любимую дочку Верочку и не менее обожаемую мной жену Катюшу. Мысль эта гнетёт меня изнутри и как бы отговаривает от того, чтобы передумать, но не таков я человек, чтобы отказываться от задуманной мной думы. Я переломаю себя, чего бы это ни стоило, во имя светлых умов наших граждан. Пусть и цена всего счастья в разы выше, чем элементарные чувства, которые на самом деле проще побороть. Ведь траур внешний далёк от внутреннего, а попробуй загляни-ка в душу такого человека, да пойми, скорбит ли он духовно или внешне, напоказ.

На этом, пожалуй, и закончу данную дилемму. Решённого назад не воротишь, особенно если сильно и не пытаешься. Оттого будем ждать, что выдаст мне произвол судьбы, в котором совести, как вшей у облезшего до кожи пса, — то есть никакой! Да, теперь я твёрдо решил сделать жертвоприношение науке, ведь это то, что нужно в первую очередь не человечеству, а только лишь мне — для успокоения, что мир этот сможет обрести лекарство от дофаминовой зависимости. «Пусть слабый падёт духом, ну а сильнейший горы волочит». Так, по-моему, сказал мудрец, и мысль его абсолютно созвучна моему внутреннему настрою.

Глава вторая: «Плетёт судьбу веретено за чертою кулис»

Так как я обещал быть предельно откровенным, то не скрою того, как прошёл день, следующий после ранее сделанной мной записи, — о чувствах, пережитых мной, и о том, как я всё объяснил своей семье, ведь это важный аспект понимания человека в двух этапах «до и после», как обычно излагают слабочтивые люди.

Стоит также уточнить, что я допустил ошибку. Я сказал, что начинаю свой эксперимент 20 марта, но не уточнил, что сегодня (имеется в виду день предыдущей записи) всего лишь 18-е. Это важно лишь для того, чтобы вы понимали, что дальнейшие действия происходят не в дни, назначенные на эксперимент, а несколько ранее. Впрочем… Эти объяснения я считаю излишними. (Дальше текст был перечёркнут, и поэтому сложно с точностью сказать, что там было. Именно поэтому мы покажем то, что было написано далее.)