Могла ли не быть я Мариной?

Марина Ламбертц-Симонова

Могла ли не быть я Мариной?

© М. Ламбертц-Симонова, текст, 2026

© Издательство «Четыре», 2026

От автора

Эта книга родилась не сразу – она складывалась из мгновений моей жизни, встреч, воспоминаний и размышлений, которые со временем обрели форму стихов.

Она росла вместе со мной – тихо, изнутри, как растёт чувство, которому однажды находишь слова.

Я никогда не писала стихи «просто так» – из желания рассказать о чём-то более изысканно и замысловато.

Для меня поэзия – это не только способ выразить чувства, но и возможность услышать «голоса эпохи»: голоса людей, событий, памяти семьи и собственного жизненного опыта. Но ещё это способ почувствовать жизнь глубже, услышать в ней главное, попытка сделать мир чуть теплее и человечнее.

В каждом стихотворении я попыталась сохранить то, что особенно важно и дорого мне самой, и передать это дальше – вам, дорогие читатели, поделиться тем светом, который помогает идти вперёд.

В этих строках – моё детство, моя семья, моя память, мои сомнения и надежды. И больше всего – желание поделиться теплом.

Особое место в моём творчестве занимает тема преемственности поколений. Мы все являемся частью большого пути, в котором прошлое, настоящее и будущее неразрывно, а порой и незримо связаны. Поэтому так важно помнить, хранить и делиться – не только знаниями, но и опытом, теплом, любовью, умением находить внутреннюю опору.

Эта книга – мой диалог с жизнью, с памятью, с читателями. И если в каких-то строках вы узнаете себя, свои чувства или воспоминания – значит, этот диалог состоялся и, возможно, станет для кого-то тихой поддержкой в нужный момент и поможет не потерять веру в себя и людей.

Я открыта для дальнейшего общения с вами, дорогие читатели. Вы можете не только откликаться на прочитанное, но и делиться со мной своими историями и переживаниями.

Возможно, именно они станут основой моих новых поэтических и прозаических книг – помогая через слово лучше понимать себя и происходящее вокруг, видеть мир глубже, ярче и многограннее, находить выход из трудных ситуаций и помогать мечтам и надеждам сбываться.

Если мои стихи помогут кому-то из вас сделать шаг к своей мечте и найти свой путь к счастью – значит, всё было написано не зря.

Я верю, что слово может быть тихой опорой. И если вы почувствуете это – я буду рядом с вами на этих страницах.

С теплом и благодарностью за совместное движение вперёд,

ваша Марина

Пролог

О самой себе

Не всё про себя ещё знаю,Что скрыто во мне, что таится,Не зря же двадцатого маяМне выпало счастье родиться.Мне выпала эта УдачаК Неве прирасти пуповиной!Её огласив своим плачем,Могла ли не быть я Мариной?Какие ещё варианты?Раз выбрала эта малявкаМорских медицинских курсантовВ свои повивальные… бабки.Не в счёт ей тревожное время:Закутанной мигом в пелёнки…Что ж, жизнь начинать с «академий» —Судьба ленинградской девчонки,Рождённой сестрой-фронтовичкой,На кафедре служащей этой,И «знающей» только в кавычкахПро миссию мамы-поэта.Сложившего первые перлыПронзительным утренним криком —Призывным, щекочущим нервы,А значит – Твореньем великим!Входила я в жизнь как по трапу,И волны безмолвно качалиКоляску в руках мамы с папой,Несущих войну за плечами,Их юность повергшую в бездну.Пульсируя больно в их венах,Она никуда не исчезла,Навек затаённая в генах,Что дочке они передали,Но было особенно ценно,Когда в колыбельных звучалиКуплеты из песен военных.И в доме, где бросили якорь,Где двор величали колодцем,Я сразу училась не плакать,Без страха за правду бороться.Чтоб прыть никогда не остыла,Не грызли тоска и печали,Меня коммуналка растила,Пять острых углов закаляли.И мчали меня по дороге —В огонь за друзей (как и в воду!) —Босые в царапинах ноги,В простых сапогах… скороходах.Нас, мелких, ковры-самолётыНе раз над землёй поднимали,Ах, сколько прекрасных полётовПорой на метле совершали!Коньки-горбунки, Сивки-БуркиПитали богато наш разум,Зато и в глухих переулкахНе липли к нам грязь и зараза.В растущих без всяких режимов,Была и такая в нас жилка:Всем сердцем сочувствовать джиннам,Сидящим столетья в бутылках.Мы их выпускали оттудаПод магию честного слова,И ждали с надеждою Чуда,И к подвигам были готовы.Взаправдашним, вовсе не книжным,С врагами чтоб насмерть бороться!И было быть честным престижноИ петь с хрипотцой, как Высоцкий.Камней за душой не держали,Ни разу не пользуясь маской,Мы книги запоем читали,А верили – в мифы и в сказки.Нет-нет, не от рыбьего жираВзрослели мы так полноценно —Ведь Пушкин стихов эликсиромПодпитывал нас внутривенно.Не магний, не хлористый кальций,Не суп крупяной с овощамиОгонь разжигал в ленинградцах,Ходящих пешком под столами.Чуковский им был аскорбинкой,Маршак был отличной прививкой!Такой вот росла я – Маринкой —Не только на кашах с подливкой.Я скатерть свою самобранкуВсегда расстилала с восторгом,Ведь школьнице с речки ФонтанкиСмешно же не быть фантазёркой?Теперь я большая-большаяИ мама, и бабушка даже,Задачки покруче решаюИ опыт огромнейший нажит.Я в куклы уже не играю?Да как бы не так! Это враки!И сердце опять замирает,Ввязаться готова я в драки.Всё так же – за правое дело,Кого-то от леших спасаю,А если вдруг в лужу я села,Не ногти, а локти кусаю.Да, стала я взрослою тётей,Стихи я пишу и рассказы,Но дома меня не найдёте,Мне отдых Судьбой не показан.Да, воздухом часто питаюсь,А с близких сдуваю пылинкиИ быстро умею разгладитьСтихами я чьи-то морщинки.Ничуть не похожа на дам я,Ворчливых и загнанных в угол.Я счастлива, если роман мойВам станет спасательным кругом.Ведь жизнь для меня – это море,И, зная его назубочек,Готова помочь тем, кто в ссоре,Для мира найти островочек.А те, чьё здоровье хромает,Лицом пусть не падают в грязь!Зря, что ли, двадцатого маяМаринка на свет родилась?Ей имя дано не напрасно:Бурлящее, словно родник!Пусть жизнь ваша будет прекраснаОт маленьких солнечных книг!Что призваны высушить слёзы,Затеплить любви уголёк!Поэзией, песнями, прозойНесётся весенний поток.И в жизненной снежной лавинеВ сугробах по горло, в метельСпешите, спешите к Марине,В стихов окунуться купель.Здесь терпящим бедствия муку,Безверья сплошную тоскуПротянут немедленно руку,А к сердцу больному – строку!Для раны душевной как пластырьРоманса послужит куплет,Ведь даже в глухое ненастьеПегаса седлает поэт.И мчится, и мчится, и мчится,Он в небе обязан парить!Я знаю, что нужно учиться,Всю жизнь чтобы радость дарить.Хотя не всегда отрыватьсяЛегко от лесов и полей!Но важно ребёнком остатьсяНавек – до конца своих дней!Привет, дорогой Чиполлино!Незнайка, я рядом с тобой!Для мамы близка и для сынаДолжна быть святая Любовь.К живой, согревающей книжкеИз тёплых и крохотных букв,Дающей уютную нишу,Украсившей скучный досуг,И в праздник, и в серые будниЕё неизменен маршрут…Прекрасно, когда тебя любят,Чудесно, когда тебя ждут!Я знаю, теперь понимаю,Зачем так стремилась родиться,И вас от души обнимаюВсех книг моих каждой страницей!

Часть 1

Цветы взойдут назло любым преградам!

Весенняя книга

Весенней книги шелестят страницы,Листая их, услышать можешь ты:«Нам надоело прозябать в темнице!»Так голосят из-под земли цветы.Цветы взойдут назло любым преградам,Не соблюдая календарных дат.Ты их обнять ещё не в силах взглядом,Лишь… сердцем ощущаешь аромат.Снега и лёд от их дыханья тают,Несущих смело в мир заряд тепла,Цветы и сквозь решётку прорастают,Какой она бы прочной ни была.Их час пришёл, и страх цветам неведом!Они шагают к солнцу напролом,Как символ неминуемой победыТепла над стужей и добра над злом.Они как знак: вот-вот должна сменитьсяЗимы неограниченная власть!А у прохожих расцветают… лица,Улыбками весенними светясь!

Цветы умеют размяг чать сердца

Цветы умеют размягчать сердцаИ даже у людей суровых самых,Примерно так, как их смягчают мамы,Стирая слёзы с детского лица.Примерно так, как тёплая ладонь,Что на плечо согбенное ложится,Как на рассвете пенье первой птицы,Как нам в глаза смотрящий старый конь…Цветы сердца умеют размягчатьИ на кустах, и в крошечных букетах,А иногда умеют превращатьЛюдей суровых в трепетных поэтов,Нас учащих цветенье замечать,Когда ещё не видно ни бутона,И заглушать в сердцах и плач, и стоны,А новые надежды возрождать!Цветы смягчать умеют боль утратИ незаметно заживляют раны…Пронзителен их тонкий аромат,Немного наркотический и пьяный.Прозрачный и текучий, как слеза,Когда в ушах звучит сердцебиенье…К нам прямо в души смотрят их глаза,В нас возрождая внутреннее зренье.И видит бородатый взрослый внук,Рассеянно коснувшись взглядом розы,В ней очертанья бабушкиных рук,Колючий куст укрывших от морозов,Который вместе с ней он посадилВ светящийся благословенный полдень,Когда ещё под стол пешком ходил,И кажется, что вряд ли мог запомнить,Как он уткнулся в фартук ей лицом,В слезах горохом, безутешных самых…И, вспомнив, ощутил себя мальцомПод крылышком давно ушедшей мамы…Кольнуло в сердце, а не в глаз и бровь,И Муза вдруг его… поцеловала!Ведь это так затейливо… ЛюбовьПрирода в лепестках зашифровала!Вложила нежность в скромный чайный цвет,Страстям позволив временно утихнуть,Произведя пророчески на светДля солнца идеальнейшую рифму.Прочтёшь – и наполняет сердце грусть,А заучив целебнейшие строчки,Ты будешь помнить вечно наизустьИзящнейших изгибов многоточье —Легко сердца смягчающих цветов!Дающих им подпитку тёплым цветом —Бесплатно, незатейливо, без слов…Вот наводнить бы ими всю планету!

Часть 2

Судьба ленинградской девчонки

Когда я вырасту большой

Меня считают маленькой, смешной,Но присмотритесь: это же не так!Вот-вот и стану я большой-большойВ туфлях на высоченных каблуках.Я знаю, очень трудно в них ходить,Наверняка я оступаться буду,Но я же страх сумею победить,И мне поможет в этом вера в чудо.В волшебников и магов, в добрых фей…Да и сама колдую я немножко:Вот я опять несу домой трофей —Спасённых мною голубя и кошку.И брошенного мокрого щенка…Я знаю, мне он встретился недаром,Хотя ещё мне десять лет пока…Я не мечтаю стать ветеринаром,Но просто мимо не могу пройти,Совсем забыв советы Мойдодыра…Кормлю, по шёрстке глажу и лечу,Когда за дверью холодно и сыро.Приходит Дед Мороз лишь раз в году,В которого по-прежнему я верю,Но тех, кто вот сейчас попал в беду,Быстрее, чем Снегурочка, согрею.А как иначе, я тогда на что?Ведь для спасенья каждый миг так ценен!Я быстро вырастаю из пальто,Но смысл моих мечтаний не изменен.Мой папа – слесарь, мама – медсестра.О них бы написать большую повесть!Мечты их отняла давно война,Осталось лишь желанье: «Жить на совесть».Прошла их юность в бедах и огне,Все их надежды детские разрушив…Зато с рожденья передали мнеОни к чужой беде неравнодушье.Теперь вздыхая сами, говорят,Что буду находиться в зоне риска:Ведь защищать берусь я всех подряд,Хоть вовсе не мечтаю стать юристом,Что было долго маминой мечтой,Когда она ещё училась в школе,Но та мечта унесена войной,Чтоб раненых спасать на боя поле.И папа на войну ушёл тогдаИз школы на защиту Ленинграда,Когда настигла город вдруг бедаИ голод отнял близких всех в блокаду.Артистом папа-школьник быть хотел…Лет с трёх об этом я мечтаю тоже,И план актрисой быть во мне созрел,Своё призванье чувствую я кожей.Стихи сама учу я наизусть,И я не я, когда я их читаю,В глазах у мамы замечая грусть,Отца печаль развеять я мечтаю.Когда вхожу в театре школьном в рольИ в студии при доме пионеров,Моя Мечта в мир взрослых как пароль,Она даёт мне в Будущее веру.Несправедливость победить и зло,Которые я сердцем ощущаю,Хотя оно ещё совсем мало,Но боль других давно в себя вмещает.Хочу на сцене петь и танцеватьИ так играть в комедиях и драмах,Чтоб у людей любовь завоеватьИ чтобы мной гордились папа с мамой.Когда смогу я в фильме показатьИли в большом спектакле театральном,Что мы наш мир обязаны спасать,Открыв на сущность зла завесу тайны,Легко распутав множество сетей,Освободив всех умных и хороших,Тогда не будет брошенных детей,Собак замёрзших и голодных кошек…Так и храню в себе я ту мечту,Как многие девчонки и мальчишки…И до сих пор по-прежнему расту,Когда… пишу о том же самом… книжки.

Детская площадка

Передо мною детская площадка —Она так манит, словно шоколадка —Та у которой в детстве слаще вкус…Сама себя порою я боюсь —Такой вот расфуфыренной и взрослой,Которую не дёргают за косы,Не дразнят «малолеткой», не толкаютИ шалостям моим не… потакают…И мне порою за себя так горько:Не для меня теперь качели, горки…Хотя и я, и я на самом делеВсю жизнь свою качаюсь на… качелях…То вверх – на высоту, то снова вниз,И это долг мой – вовсе не каприз, —Так я, то лебезя, то огрызаясь,По лестнице… карьерной продвигаюсьПо-прежнему при помощи… локтей…Так далеко теперь мне до детей —Наивных драчунов и непосед,Меня среди которых явно нет…А есть другие Светки и Маринки —В песком набитых туфельках, ботинкахИ в порванных колготках на коленках…Не шмыгать носом мне на переменке,Во всём Серёжку рыжего виня…Но почему тоска берёт… меня?

Часть 3

Память сердца

Блокада

Не только ради красного словцаЯ снова про войну пишу упрямо,А ради светлой памяти отцаИ юности, потерянной в ней мамой.Зачем со смертью оживлять бои?Их лучше бы из памяти изгладить.Но там остались бабушки мои,Навечно замурованы в блокаде.И только в ней под пеплом чёрным след,У голода коварного в объятьях,Оставили не узнанный мной дедИ тётин сын – мой годовалый братик.Там сделал он свой первый в жизни шагИ шаг свой, ставший для него последним,В том доме, где давно погас очаг,Как в том, другом, по горечи – соседнем,Откуда увозили малышей,Простившихся в нём с мамочкой навечно.И дома в мире не было пустей,И голода того бесчеловечней…Он иссушал и скручивал телаИ эту Мать подверг экспериментам,Что восемь деток в муках родила,Став бабушкой мне лишь по документам.Дом этот бомбой стёрт с лица земли…Война пощады вовсе не сторонник!Но в памяти… цветы там зацвели,В горшках, что украшали подоконник…Должна и той я образ сохранить,Чьей тёзкой стала, девочки Марины…Ей тётей никогда моей не быть,А стать она мечтает балериной!Но, Бог, девчушку эту вразуми,Вмешайся в то, что происходит, небо!Не дай идти за этими людьми,Что обещают дать кусочек хлеба.А мне ей крикнуть хочется: «Не верь!И не меняй на хлеб свои ботинки!Ведь за тобой навек захлопнут дверь,А… мясо будут продавать на рынке…»В конце войны убийц расплата ждёт!А жертвы так по-прежнему и немы…Я этот близкий мне, родной народЗапечатлеть должна в своих поэмах!Тех ленинградцев, вечно молодых,Красивые, улыбчивые лица!Я чётко и так ясно вижу их,Когда пишу страницу за страницей.Я теми не могу не дорожить,Кто дьявольской войны закон нарушил,В нас продолжая бесконечно жить,Когда их обнимают наши души!

Мама, девчонка шестнадцати лет

Мама, как странно,Что стройный твой станВ ватник дырявый закутан…Мама, ошибся, видать, Левитан,Что-то, наверно, напутал!А репродуктор… да всё он наврал!Что-то тут точно нечисто!Мама, а как же теперь школьный бал,Как же мечта стать юристом?Мама, сирены завыли опять…В бомбоубежище нужно…Мама, тебя же совсем не узнать,Ждёт тебя новая служба!Вот ты спешишь,Ну а смерть – по пятам,В мрачный израненный город:Трупы людей собирать по домам,Тех, задушил кого голод…Вместо того чтобы в школу бежать,Мама, ты роешь траншеи,Можешь в любую минуту ты стать…Стать для снаряда мишенью!Мама, не платья нарядные шитьБыло дано тебе свыше,А зажигалки шальные тушитьМолча на питерских крышах.Мама, дано тебе было узнатьЭто исчадие ада!И научиться читать и писатьПодлое слово «блокада».Мама всегда весела и нежна,Мамам с детьми бы резвиться…Мама и жуткое слово «война»Как же могли совместиться?Мама – одна из прекраснейших дев,Жертва чудовищной драмы.Мама – и этот опилочный хлеб,Сто двадцать пять горьких граммов.Папу они твоего не спасли…Как и других ленинградцев,С воем снега их тела замели,С жизнью заставив расстаться…Мама… почти что бесплотный скелет,Кости обтянуты кожей…Мама – девчонка шестнадцати лет,Разве на маму похожа?Мамочка, колешь ты лёд на Неве,Пьёшь ты из проруби жадно…Чёрный платок на твоей голове,Моды огрызок блокадной.Мама, скажи же, что всё это ложь:Бомбы, фашистские танки!Мама, по снегу ты… маму везёшь,Мёртвую маму на санках…Мамочка, вот ты в землянке сырой…Как же всё дико и странно!Мама, ты стала военной сестрой,Вот и бинтуешь ты раны.Стоны ты слышишь во сне до сих пор,Боли в ушных перепонках…Ранен в живот то солдат, то майор,Ты им сестричка, сестрёнка.Мама, какую уж ночь ты не спишь,Сотни повязок меняешь…Вот на посту ты с винтовкой стоишь,Госпиталь свой охраняешь.Мамочка, треск разорвавшихся мин!Всюду и горе, и беды…Но вот ваш госпиталь въехал в Берлин,Здесь ты и встретишь Победу!Мамочка, слышишь победный салют?Ждут тебя, мама, наградыЗа твоё мужество, доблесть и труд!Что же ты, мама, не рада?Ты не одну заслужила звездуВ дьявольской той круговерти…А вот теперь ты в тифозном бреду,Снова меж жизнью и смертью…Руки уже опустили врачи,Ты в ленинградской больнице…Мамочка, мама, прошу – не молчи,Знаю, не сдашь ты позиций!Знаю, ты сильная, ну же, крепись!Мама, за мир ты в ответе!Ведь впереди у тебя же вся жизнь,Счастье семейное, дети!Внуки и правнуки – всё впереди,Радости время настало!Только бы биться бесстрашно в грудиСердце твоё не устало!Вновь в честь тебя фейерверки и пир,Оды слагают поэты,Ведь на таких, как ты, держится мир,Светлое Завтра планеты!

Театр блокадного Ленинграда

Война, продрогший город, метроном,Звук бьющегося сердца Ленинграда…Театр стал единственным окномВ тот светлый мир, в котором нет блокады.Он совершил уже её прорыв,Пусть хоть над сценой сделав небо чистым,Где, амбразуру голода закрыв,Сражались до победного артисты,Отстаивая жизнь родной земли,И, хоть редело смелой труппы войско,Надежду, словно знамя, в зал несли,Порою на подмостках пав геройскиНе по сюжету пьесы, вовсе нет!Откуда смерти взяться в опереттах?И даже если гас на сцене свет,Фонарики несли потоки света.Их из карманов зритель доставал,А в светлые финальные моментыЗал молча с мест тихонечко вставал,Сил не имея на аплодисменты.Да, так рукоплескала тишина,Пусть хоть на час отодвигая голод,Сознанье, что вокруг идёт война,С бесчинствами её и произволом.Минутным счастьем наполнял финалОчередной весёлой, яркой пьесы,А если зритель с места не вставал,То значит, что вознёсся он над креслом!А тело отболело навсегда,Его не напугать теперь сиренам,Вещающим, кому, зачем, когдаСпешить в бомбоубежище со сцены…Для зрителей звоночком на антрактЗвучал сигнал: «Воздушная тревога!Покинуть зал!», хоть не закончен акт,Ведь это лишь на время, слава богу.А скоро снова пенье птиц, весна —Всё, чтоб влюбляться силы не иссякли…Не до еды теперь и не до сна!Война, блокада кажутся спектаклем…Упал артист и больше не встаёт?Но это не нарушило программы.Всё так же хор для зрителей поётИ вальс звучит из оркестровой ямы!За эту радость можно жизнь отдать,Забыв о хлебе из древесной стружки,Ведь музы и не думают молчать,Хотя должны, когда стреляют пушки!И нет конца блокадным жутким дням,Крадущим жизни близких безвозвратно,Но пулемётным всем очередямНе уничтожить очередь к театру!И мессершмиттам сколько ни кружить,А цели их для бомб недостижимы,И город жив, и будет вечно жить,И жители его непобедимы.Сезон спектаклей там назло врагам,Мечтающим увидеть пепелище,Где голод душит, но театр – храм,Способный накормить духовной пищей!Не сломят город голод, холод, тиф,Ведь есть театр в центре Ленинграда,Который, невозможное свершив,Рвёт каждый день в клочки кольцо блокады.Рвёт и не только в зрительских мечтах,Дав силы голод пережить и беды,Ну а врагов ждёт в Ленинграде крах,Театр тоже внёс свой вклад в Победу!

Ода котам-защитникам

Пускай кому-то верится с трудом,