ID Null. Ошибка протокола

И голем развалился. Его тело, состоявшее из ржавых пластин, разлетелось на части, как разбитая ваза. Металл с глухим звоном упал на каменистую землю, оставив после себя только кучу обломков.

Калем упал на колени, глядя на то, что осталось от его первого голема. Того самого, который он создал в сторожевой башне. Который защищал его от волков. Который был с ним с самого начала.

— Нет... — прошептал он. — Нет, ты не можешь... ты был...

Он замолчал. Перед глазами всплыло окно:

Бронзовый голем-рядовой

Статус: РАЗРУШЕН

Причина: критический урон, превышающий прочность

Это было всё. Конец. Рядовой ушёл. И Калем понял — он остался только с Лучом и Щитоносцем. И с чувством, что мир только что отобрал у него часть его души.

Но в тот же миг всплыло второе окно:

НАВЫК «УПРАВЛЕНИЕ ГОЛЕМАМИ» ПОВЫШЕН!

Текущий уровень: 3

Открыта новая способность: создание Усиленных големов

Требуется: материал высокого качества, больше маны

Калем смотрел на окно и не верил своим глазам. Он потерял Рядового. Но навык вырос. Смерть голема дала ему опыт.

— Так вот что ты имела в виду, — прошептал он Системе. — Смерть — это тоже опыт. Я не должен цепляться за прошлое. Я должен идти вперёд. Создавать новых. Более сильных.

Он поднялся. Встал над обломками Рядового и поклялся:

— Я не забуду тебя. Но я пойду дальше. И я создам таких големов, которые не развалятся. Таких, которые смогут спасти этот мир.

Он повернулся к Лучу и Щитоносцу.

— Мы идём дальше. У нас есть деньги, есть опыт. И у нас есть цель. Мы найдём способ спасти мир, в котором живут все мне близкие люди. Даже если для этого придётся потерять всё.

Он ушёл с мельницы, оставив за спиной обломки своего первого голема. Но внутри него, там, где жила его решимость, что-то изменилось. Он понял, что для того, чтобы стать сильнее, нужно терять. И терять больно. Но без потерь нет роста.

Глава 5

Город Серебряные Ворота встречал Калема серым утром, пропитанным влажным туманом и запахом гниющих листьев. Он шёл по улицам, мимо застывших фигур, и его шаги гулко отдавались в тишине, нарушаемой только шелестом чешуи Луча и тяжёлым грохотом Щитоносца.

Калем чувствовал пустоту там, где раньше ощущал присутствие Рядового. Связь оборвалась, оставив после себя зияющую дыру в сознании, словно кто-то вырвал кусок его души. Он знал, что смерть голема — это опыт, что без потерь нет роста, но это знание не облегчало боль. Рядовой был его первым. Его первенцем. И теперь его не было.

Он остановился у старого колодца, набрал воды в ладони, плеснул на лицо. Холодная, с привкусом ржавчины, она немного привела его в чувства.

— Надо найти кузницу, — сказал он себе. — Починить Луча и Щитоносца. И.… найти материал для нового голема.

Он пошёл вглубь города, туда, где запах дыма становился сильнее, а воздух — горячее. Здесь, в ремесленном квартале, ещё теплилась жизнь. Несколько кузнецов работали у открытых горнов, но их движения были медленными, словно у них не было сил делать даже самое простое дело. Рядом с одной из кузниц стоял старый, покосившийся дом с вывеской, на которой почти стёрлись буквы: «Кузница Громнира. Металл. Оружие. Доспехи».

Калем толкнул дверь. Внутри было жарко — от горна шёл такой сильный жар, что Калему показалось, будто он вошёл в печь. В углу, на старом, потёртом стуле, сидел старик.

Он был стар. Очень стар. Кожа его была покрыта морщинами, как кора векового дуба, а руки — огромные, мозолистые, с пальцами, которые помнили не одно столетие работы. Вместо левого глаза у него был вставлен небольшой круглый кристалл, который тускло светился голубоватым светом. Калем знал этот свет — он был похож на свечение системных окон.

— А ты смелый, мальчик, — сказал старик, и голос его был низким, гулким, как звук колокола. — Редко кто заходит в мою кузницу. Боятся. Думают, я проклят. Или, что ещё хуже — думают, что я сумасшедший.

— Я ищу кузнеца, — сказал Калем. — Мне нужно починить големов. И.… я хочу создать нового. Более сильного.

Старик поднялся со стула. Его фигура была массивной, несмотря на возраст. Он подошёл к големам и внимательно осмотрел их. Его рука скользнула по чешуйчатой броне Луча, по щиту Щитоносца. И когда он повернулся к Калему, в его кристаллическом глазу зажглась искра интереса.

— Ты управляешь ими, — сказал он, и это был не вопрос. — Не просто создаёшь, а управляешь. Связь — ментальная. Чувствуешь их, как свои руки. Это редкость. Очень большая редкость.

— Я.… я не знал, что это редкость, — признался Калем. — Я просто делаю то, что умею.

— И как называется твой навык?

— «Управление големами», F-ранг.

Старик замер. Его кристаллический глаз вспыхнул ярче, а лицо перекосилось в странной улыбке — той улыбкой, что появляется у человека, который только что нашёл что-то, чего искал всю жизнь.

— F-ранг, — тихо повторил он. — Забытый. Ты знаешь, что означает этот ранг?

— Мне говорили, — сказал Калем. — Забытый, значит очень редкий, мертвый, никому не нужный. Но я не верю, что навык мёртв. Я создал несколько големов, один погиб в бою, но я научился большему. Я вижу, как наш мир умирает, и я хочу найти способ спасти его.

Громнир, старый кузнец, склонил голову, разглядывая его. Его живой глаз — чёрный, с жёлтым зрачком — смотрел пристально, а кристаллический мерцал ровным голубым светом.

— Ты знаешь, кто я? — спросил он.

— Вы — кузнец, — ответил Калем. — Вы — Громнир. Я читал вывеску.

Старик хрипло рассмеялся, и смех этот звучал как скрежет ржавого механизма.

— Меня зовут Громнир. Я был придворным кузнецом у трёх королей. Я ковал оружие для героев, для рыцарей, для магов. И я помню их. Я помню игроков.

Калем почувствовал, как сердце забилось быстрее. Это был тот самый человек, который мог дать ему ответы.

— Вы их помните? — спросил он. — Кто они такие? Откуда пришли? Куда ушли?

— Игроки... — Громнир сел обратно на стул, и его голос стал тише. — Я помню их, как помню своё имя. Я работал на них, когда они проходили через Серебряные Ворота. Они заказывали мечи, доспехи, артефакты. Они платили золотом, которое не имело цены. И они смеялись. Всегда смеялись, даже когда умирали. Потому что для них смерть была не концом, а просто... возвращением.

— Возвращением?

— В их мир, — Громнир поднял голову, и его кристаллический глаз вспыхнул. — Они уходили, умирали, а потом возвращались. Через день, через час, через минуту. Снова живые, снова целые, снова готовые к бою. Мы, NPC, мы не можем так. Мы умираем один раз. И это делает нас... меньше. Слабее.

Калем смотрел на старого кузнеца и чувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Он знал, что игроки были сильными, но он не знал, что они были бессмертными.

— И что случилось? — спросил он. — Почему они ушли?

— Они не ушли, — ответил Громнир. — Они просто перестали появляться. Как будто кто-то отключил их мир от нашего. Я не знаю почему. Я помню тот день, когда в последний раз стоял у ворот и ждал. Но в наш мир никто больше не пришёл.

Он замолчал. Тишина в кузнице стала густой, почти осязаемой. Калем чувствовал тяжесть этих слов — словно они давили на плечи, напоминая о масштабе потери.

— Но я верю, — сказал Громнир, поднимаясь снова. — Я верю, что однажды они вернутся. Или кто-то вернётся за ними. Или, может быть, появится тот, кто сможет заменить их.

Он посмотрел на Калема. В его взгляде было что-то, что Калем не мог до конца понять. Смесь надежды и отчаяния, сплавленная вместе, как сталь.

— Твой навык, — сказал Громнир. — «Управление големами». F-ранг. Я знаю этот ранг. Я знаю, почему он был забыт. Потому что в эпоху игроков им никто не пользовался. Слишком слабый, слишком медленный, слишком бесполезный, если сравнивать с их быстрыми умениями. Но мир изменился. И то, что было слабым, может стать сильным.

— Я хочу стать сильнее, — твёрдо сказал Калем. — Я хочу создать големов, которые не развалятся. Которые смогут защищать. Которые смогут спасти этот мир.

Громнир улыбнулся. Впервые за всю их беседу он улыбнулся искренне.

— Тогда я покажу тебе кое-что, — сказал он.

— Я давно ждал такого как ты.

Он подошёл к дальнему стеллажу, сдвинул несколько ящиков и открыл небольшую нишу. Оттуда он достал древний свиток, пожелтевший от времени, с обгоревшими краями.

— Это рецепт, — сказал он. — Рецепт сплава, который называется «Сталь возрождения». Её ковали в эпоху игроков, но секрет был утерян. Или почти утерян. Я знаю его. Я хранил его все эти годы, потому что ждал того, кто сможет использовать его.

Он развернул свиток, и Калем увидел сложные схемы, руны и текст, написанный на древнем языке.

— Сталь возрождения, — продолжил Громнир, — это не просто металл. Это сплав, который помнит. Он адаптируется к владельцу, становится частью его. Если ты создашь голема из этой стали, он будет сильнее, быстрее, прочнее. Он сможет расти вместе с тобой.

Калем смотрел на свиток и не верил своим глазам. Это было то, что он искал. Материал, который изменит всё.

— Что мне нужно сделать? — спросил он.

— Три компонента, — сказал Громнир. — Три редких компонента, которые находятся в опасных местах. Первый — «Слеза замерзшего огня». Она находится в ледяных пещерах к северу от города. Второй — «Пепел живого пламени». Он хранится в башне некроманта. Третий — «Кровь павшего чемпиона». Её можно найти на старой арене, где когда-то сражались игроки.

Калем почувствовал, как его мана запульсировала в ответ на эти слова.

— Начну с первого, — сказал он.

В этот момент перед его глазами вспыхнуло системное окно. Оно было необычным — не голубым, как обычно, а золотым, с мерцающими рунами по краям.

ПОЛУЧЕН КВЕСТ: «Поиск компонентов для Стали возрождения»

Тип: Эпический

Этап 1/3: «Слеза замерзшего огня»

Описание: Найдите Слезу замерзшего огня в ледяных пещерах к северу от Серебряных Ворот.

Опасность: Высокая

Награда: 2000 опыта, компонент, доступ к следующему этапу

Примечание: Данный квест предназначен для игроков. NPC не рекомендуется брать его.

Калем прочитал сообщение, и холодок пробежал по его спине. «Для игроков». Он знал, что система считала его NPC. Но он также знал, что она дала ему этот квест. Значит, она считала, что он способен справиться.

— Я приму его, — сказал он вслух.

Система мигнула и исчезла. Громнир кивнул, как будто ожидал этого ответа.

— Возьми с собой големов, — сказал он. — В пещерах водятся ледяные волки. Они сильнее обычных, быстрее, злее. И у них есть вожак — альфа-самец. Он носит Слезу в своей груди. Убей его, и получишь компонент.

Калем кивнул. Он повернулся к Лучу и Щитоносцу.

— Мы идём, — сказал он. — На север.

Ледяные пещеры находились в трёх часах хода к северу от города. Дорога шла через заснеженную равнину, где ветер выл так сильно, что казалось, он может сбить с ног. Калем шёл, согнувшись, укрываясь за массивным телом Щитоносца. Луч двигался рядом, его чешуйчатая броня покрылась инеем.

Вход в пещеру был похож на пасть гигантского зверя. Лёд покрывал стены, свисая с потолка острыми сосульками, и внутри было так холодно, что каждый вздох превращался в облачко пара.

Калем остановился на мгновение, вглядываясь в темноту.

— Не нравится мне это место, — сказал он Лучу. — Но выбора нет.

Он шагнул вперёд, и пещера поглотила его.

Внутри было темно. Только слабый свет, проникающий снаружи, освещал первые несколько метров. Калем достал из мешка небольшой кристалл — подарок Громнира. Он был заряжен магией и излучал тёплое свечение, разгоняя тьму.

Они прошли около ста метров, когда Калем услышал звук. Тихий, похожий на скрежет камня о камень. Он замер, прислушиваясь.

— Он слышит. — сказал он шёпотом.

Из темноты вышли они. Волки. Но не те, что он видел в лесах Горнила. Эти были другими — их шерсть была белой, как свежевыпавший снег, и покрыта тонким слоем инея. Из пасти вырывался пар, а глаза горели холодным, ледяным огнём.

Калем быстро активировал системное окно:

Ледяной волк

Уровень: 12

Здоровье: 65/65

Тип: Ледяной мутант

Опасность: Высокая

Калем сглотнул. Двенадцатый уровень. Это было в два раза больше его собственного. И их было трое.

— Отступаем, — сказал он големам. — Медленно. Не делайте резких движений.

Они пошли назад, но волки последовали за ними. Они не атаковали, но не давали разорвать дистанцию. Калем чувствовал, как они оценивают его, ищут слабое место.

И тогда он понял — они не отступят. Им нужно сражаться.

— Щитоносец, впереди! — скомандовал он. — Блокируй проход! Луч, на высоту!

Големы повиновались. Щитоносец выдвинулся вперёд, поднял свой массивный щит и встал в узком проходе, перекрывая путь волкам. Луч мгновенно отскочил к стене, и Калем услышал звук натягиваемой тетивы. Калем отступил к стене пещеры, наблюдая за первым ударом.

Первый волк, самый крупный, прыгнул на Щитоносца. Его когти царапнули по щиту, оставляя белые царапины на металле. Послышался противный скрежет.

— Луч, стреляй!

Стрела просвистела в воздухе. Но волк, словно предчувствуя удар, отпрыгнул в сторону, и стрела вонзилась в лёд, отколов кусок.

— Чёрт, — прошептал Калем.

Второй волк, не теряя времени, рванул вперёд, пытаясь обойти Щитоносца сбоку. Калем заметил это движение и мысленно отдал приказ — Щитоносец развернулся и нанёс удар мечом. Металл встретился с плотью, и волк взвизгнул, откатываясь.

— Сработало! — Калем выдохнул. — Луч, повтори!

Но третий волк — более быстрый и хитрый — бросился вперёд и вцепился в колено Щитоносца. Металл заскрипел, и перед глазами Калема замигало окно:

Щитоносец

Получен урон: 12 ед.

Прочность: 88/100

— Убирайся! — крикнул Калем, и голем сделал шаг вперёд, наступая на волка. Послышался хруст — кости ломались под тяжестью металла. Волк взвыл, но не отпускал.

Луч послал ещё две стрелы. Одна попала в бок первого волка, вторая — в плечо второго. Волки завыли, но не отступали. Они стояли, готовясь к новой атаке.

Калем чувствовал, как мана уходит из него, связывая его с големами. Он управлял каждым движением Щитоносца, каждым выстрелом Луча. Это было изнурительно — его разум был перегружен.

Он знал — так не пойдёт. Нужно было менять тактику.

— Щитоносец, встань в проходе! — приказал он. — Луч, уходи вглубь. Я приманю их.

И он вышел из-за спины голема. Волки сразу заметили его. Их взгляды метнулись к Калему, и они, бросив Щитоносца, рванули к нему. Они узнали слабого — человека.

Калем побежал. Он знал, что не сможет обогнать волков, но у него был план. Он бежал в узкий коридор, где стены сходились почти вплотную. Он слышал, как волки дышат ему в спину, как их лапы стучат по льду.

И тогда он нырнул в сторону, в небольшой закуток.

Волки, не успевшие среагировать, влетели в тупик. Там, где стены были слишком узкими, чтобы они могли развернуться. И в этот момент Щитоносец, подоспевший сзади, перекрыл выход.

— Теперь вы в ловушке, — сказал Калем.

Следующие минуты были жестокими. Щитоносец, зайдя сзади, наносил удар за ударом, не давая волкам вырваться. Они пытались царапать, пытались кусать, но их движения были скованы — стены мешали им. А Луч методично, один за другим, выпускал стрелы.

Сначала пал первый волк, получив три стрелы в бок. Затем второй — он попытался прыгнуть через Калема, но Щитоносец снёс его ударом щита и добил мечом.

Остался только альфа. Он стоял чуть в стороне, скаля зубы, и его глаза горели холодным, злобным светом. Он был крупнее остальных, выше, мощнее. Его шерсть была покрыта инеем, а на груди — прямо над сердцем — Калем увидел едва заметное свечение. Голубоватое, как у системных окон. Слеза.

— Сейчас мы закончим, — сказал Калем.

Альфа прыгнул. Он был быстрее, чем Калем мог себе представить — его прыжок был почти мгновенным. Калем не успел бы увернуться, но Щитоносец среагировал.

Он шагнул вперёд и принял удар на себя. Альфа вцепился в щит, пытаясь разорвать его, но Щитоносец держался.

— Луч, сейчас! — крикнул Калем.

Стрела вонзилась в бок альфы. Он взвыл, но не отпустил щит. Вторая, третья.

Альфа слабел, его движения становились медленнее, но он держался. И тогда Калем сделал то, чего не делал никогда.

Он выбежал из укрытия и, размахнувшись, вонзил меч в глаз альфы. Меч отца — короткий, острый, тот самый, который подарил ему Торган. Он вошёл мягко, почти без сопротивления.

Альфа замер на секунду, а затем рухнул на лёд.

Калем стоял над его телом, тяжело дыша. Его руки дрожали, мана была почти на нуле. Но он сделал это.

И тогда из груди альфы, медленно, как будто просыпаясь, вытекла капля. Она была прозрачной, но внутри неё горел огонь — странный, ледяной, пульсирующий. Она упала в ладонь Калема и застыла, превратившись в камень.

ПОЛУЧЕН КОМПОНЕНТ: «Слеза замерзшего огня»

Тип: Редкий ингредиент

Эффект: Компонент для создания сплава «Сталь возрождения»

Калем сжал камень в кулаке. Он был холодным, но внутри него чувствовалось тепло. Это была победа. Первая из трёх.

Когда Калем вернулся в кузницу, он чувствовал себя так, как будто его выжали досуха. Он упал на стул, опустил голову и закрыл глаза.

— Я принёс его, — сказал он, протягивая Громниру камень.

Старый кузнец взял Слезу, осмотрел её, и одобрительно кивнул.

— Ты сделал это, мальчик, — сказал он. — Ты справился с тем, с чем не справлялись многие.

— Мои големы... — начал Калем. — Они сражались хорошо. Но я заметил кое-что странное. Иногда они двигаются сами. Без моей команды. Щитоносец, когда я уходил вглубь, он... он сам пошёл за мной. Он понял, что я хочу сделать, ещё до того, как я сказал.

Громнир нахмурился, подошёл к Щитоносцу и внимательно осмотрел его. Его рука скользнула по броне, по шарнирам.

— Ты прав, — сказал он. — Они начинают проявлять самостоятельность. Это редкость, Калем. Очень большая редкость.

— Но почему? — спросил Калем. — Это из-за моего навыка?

— Не совсем, — Громнир сел напротив него. — Твой навык растёт. Каждый раз, когда ты создаёшь голема, когда ты сражаешься, когда ты теряешь — ты становишься сильнее. Но есть ещё кое-что.

— Что?

— Твой Интеллект. У тебя высокий Интеллект для твоего уровня. Ты вложил все очки в него. И этот Интеллект влияет на големов. Чем выше твой Интеллект, тем больше осознанности получают твои конструкты. Они не становятся разумными, нет. Но они начинают чувствовать. Понимать. Предугадывать.

Калем посмотрел на своих големов. Луч стоял неподвижно, но Калем чувствовал, как он ждёт, как наблюдает. Щитоносец же… он смотрел на Калема. Прямо в глаза. И в этом взгляде было что-то, что заставило сердце Калема биться быстрее.

— Это называется псевдо-разум, — продолжил Громнир. — Они не станут личностями, но они станут лучше. Быстрее. Умнее. Они начнут предугадывать твои желания. И если ты продолжишь расти, если твой навык будет повышаться, они могут стать... чем-то большим.

— Чем-то большим? — переспросил Калем. — Что это значит?

Громнир пожал плечами.

— Никто не знает, мальчик. Ты единственный за долгое время, у кого есть этот навык. Ты единственный, кто идёт этим путём. Возможно, ты откроешь то, чего не знал никто. Возможно, ты создашь не просто големов. Возможно, ты создашь... друзей.

Калем замер. Друзей. Это слово звучало странно, но в нём было что-то тёплое. Что-то, что он хотел почувствовать.

— Я вернусь, — сказал он, поднимаясь. — Я найду остальные компоненты. И тогда мы создадим Сталь возрождения.

Он вышел из кузницы, и его шаги эхом отдавались в пустых улицах города. Луч и Щитоносец шли за ним.

Глава 6

Город Серебряные Ворота растворился в тумане, как призрак, которому наконец-то позволили уйти. Калем шёл по старой дороге, если эту вытоптанную звериными тропами колею можно было назвать дорогой, и чувствовал, как мир за спиной обретает иное качество. Не просто опустошение — тишину. Ту самую, перед которой боятся не только дети, но и старики, знающие, что в тишине рождается не покой, а ожидание.

Лес сомкнулся над головой, и солнце, едва пробивавшееся сквозь свинцовые тучи, окончательно сдалось. Деревья стояли, словно отбившиеся от армии солдаты, выстроенные в бессмысленный строй. Их стволы были искривлёны спиралями, коры — чёрные, мокрые, словно пропитанные смолой. Но самое жуткое — наросты. Грубые, бугристые выпуклости на коре, которые в полумраке казались лицами. Не просто похожи — они смотрели. Следили за каждым шагом путника, за каждым движением его големов.

Калем старался не встречаться взглядом с этими деревянными масками, но зрение, обострённое годами чтения системных подсказок, цеплялось за детали само по себе.

Древо скорби

Возраст: не определён

Состояние: Мутация (сильн.

Примечание: Не рекомендуется вести зрительный контакт дольше 5 секунд

— Чудесно, — буркнул он себе под нос, отводя глаза. — Ещё немного, и я начну считать их родственниками Урты. Помнится, она тоже умела так смотреть — словно в душу, но только чтобы найти там грязное бельё.

Луч шёл впереди, его чешуйчатая броня, покрытая тонким слоем дорожной пыли, едва шелестела при движении. Голем-лучник двигался плавно, почти кошачьей походкой, которую Калем вложил в него, экспериментируя с суставами в кузнице отца. Щитоносец, напротив, громыхал. Каждый его шаг был ударом по мёртвой тишине леса, и Калем то и дело оборачивался, боясь, что этот грохот разбудит что-то, чего лучше бы не будить.

— Ты бы потише, — шепнул он Щитоносцу. — Мы же не на ярмарку идём. Хотя, признаться, ярмарка сейчас показалась бы мне раем. Даже с Уртой в главной роли.

Щитоносец не ответил. Он не мог ответить. Но Калем заметил, что голем слегка изменил походку — стал ставить ноги мягче, перенося вес с пятки на носок. Псевдо-разум. Громнир называл это так. Крошечная искра понимания, которая не должна была гореть в металле, но горела.

— Вот видишь, — Калем улыбнулся, хотя улыбка вышла кривой. — Ты уже учишься. Ещё немного, и сам начнёшь ругаться, когда наступишь в лужу.

Луч остановился. Резко, без предупреждения, словно наткнувшись на невидимую стену. Его голова, закованная в открытый шлем, повернулась вправо. Калем замер, рука инстинктивно легла на эфес меча отца.

— Что? — прошептал он. — Что ты видишь?

Луч не двигался. Он смотрел в густые заросли, где среди чёрных стволов мелькнуло что-то белое. Не светлый камень. Что-то... движущееся. Калем напряг зрение, и тогда увидел:

???

Статус: Неопознанный

Уровень: ???

Примечание: Объект скрыт системной тенью

— Системная тень? — Калем нахмурился. — Что за...

Белое пятно исчезло, растворившись между деревьями. Не убежало — именно растворилось, словно его стёрли с полотна мира ластиком. Калем почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не знал, что такое "системная тень", но интуиция, выкованная годами насмешек и выживания, кричала: не лезь.

— Идём дальше, — скомандовал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Быстро. Не оглядываясь.

Они шли ещё два часа. Лес редел, деревья становились ниже, искривлённые, словно старики, согнувшиеся под тяжестью веков. Под ногами хрустел не снег — сухой, серый налёт, похожий на пепел. Запах изменился: если раньше лес пах гнилью и смолой, то теперь повеяло чем-то иным. Химическим. Запахом перегретой магии, разряженной атмосферы перед бурей.

И тогда лес кончился.

Не постепенно, не перешёл в поляну — он просто оборвался, словно кто-то провёл ножницами по полотну природы. Перед Калемом открылась поляна, и посреди неё, словно гигантский чёрный клык, вонзённый в землю Эраты, стояла она.

Башня Некроманта.

Калем замер на опушке, затаив дыхание. Он видел сторожевую башню в лесу, где нашёл Бронзового Рядового. Он видел руины замков, о которых рассказывал Элло. Но это было иное. Это не сооружение. Это было чудовище, замаскировавшееся под камень.

Башня уходила ввыше, теряя вершину в низкой, тяжёлой облачности. Стены, сложенные из чёрного камня, не отражали свет — они его пожирали. Калем заметил, как лучи серого солнца касались поверхности и умирали, не оставляя бликов. Мох, покрывавший камни, был не зелёным — он был цвета гниющей плоти, фиолетово-чёрным, и пульсировал, словно дышал.

Окна — узкие, стрельчатые, как глаза хищной птицы — были забиты не стеклом и не досками. Их заливала тёмно-коричневая масса, похожая на засохшую кровь. Входная дверь, массивная, обитая ржавым железом, висела на одной петле. Вторая петля была вырвана, и от двери осталась зияющая чернота, напоминающая пасть.

А вокруг — цветы.

Чёрные. С лепестками, похожими на бархат, но не мёртвым — живым. Они тихо пульсировали, и с каждым пульсом из них выделялось слабое фосфоресцирующее свечение, зеленоватое, тошнотворное. В такт этому свечению что-то стучало. Не громко — как сердце, спрятанное под землёй.