Марго

– Она была ужасная, – сказала Елена.

– Футболка?

– Марго.

Александр рассмеялся.

– А футболка?

– Ещё хуже.

Елена положила ладонь на его руку.

– Ты опять где-то не здесь.

– Здесь.

– Нет.

Она сказала это без обиды. Александр посмотрел на неё.

– Устал.

– От меня?

– От себя.

– Это серьёзнее.

Она улыбнулась и не стала спрашивать дальше. И именно за это Александр почувствовал к ней нежность. Вечером Елена осталась у него. Телефон Александр выключил. Не перевёл в беззвучный режим. Именно выключил.

* * *

Утром он включил его раньше, чем встал с постели. От Марго было одно сообщение. Отправлено в 01:43. Потом удалено. На экране осталось только серое:

«Сообщение удалено».

Александр почувствовал раздражение, совершенно несоразмерное пустому месту на экране. Он открыл чат. Закрыл. Открыл снова. Написал:

«Что ты удалила?»

Не отправил. Встал, умылся, сварил кофе. Через двадцать минут отправил. Ответа не было до полудня. Потом:

«Ничего».

«Ничего обычно не удаляют».

«Я удаляю».

«Почему?»

«Потому что могу передумать».

Он набрал:

«Я успел увидеть начало?»

Стер. На самом деле не успел. И почему-то хотел, чтобы она думала иначе.

«Это было про меня?»

Три точки.

«Самоуверенный».

Он усмехнулся.

«Это уже было».

«Значит, ничего не изменилось».

* * *

В следующие дни удалённые сообщения стали почти отдельным языком. Иногда Марго писала и стирала до того, как Александр успевал открыть уведомление. Иногда он видел одну строку.

«Вы вообще понимаете, что…»

Удалено. Или:

«Иногда мне кажется, мама…»

Удалено. Однажды ночью:

«Я ненавижу, когда ты…»

Александр успел прочитать только это. Через секунду сообщение исчезло. Он сразу написал:

«Когда я что?»

Марго была в сети. Не отвечала.

«Марго?»

Статус сменился: была в сети минуту назад. Он позвонил. Вызов оборвался после первого гудка. Через минуту пришло:

«Не звоните».

«Тогда ответь».

«На что?»

«Что ты написала?»

«Ничего».

«Я видел начало».

Пауза.

«Поздравляю».

Александр почувствовал, как злится.

«Марго, не играй».

Ответ появился сразу.

«А вы не командуйте».

Он положил телефон. Через секунду снова взял.

«Я не командую».

«Тогда почему я должна объяснять?»

Он не нашёл хорошего ответа. И написал плохой:

«Потому что ты отправила это мне».

Долгая пауза.

«А потом удалила».

«Я успел прочитать».

«Начало».

«Тем более скажи конец».

Три точки появились и исчезли. Наконец:

«Нет».

Одно слово. Александр перечитал его несколько раз.

* * *

На следующий день он встретил Марго у бассейна. Она лежала на шезлонге, закрыв лицо книгой. Телефон был рядом. Александр остановился.

– Нам надо поговорить.

Книга опустилась.

– Звучит страшно.

– Что было в сообщении?

Марго несколько секунд смотрела на него.

– Вы серьёзно?

– Да.

– Прошло двенадцать часов.

– И?

– И вы всё ещё об этом думаете?

– Ты написала это мне.

– А потом удалила.

– Я видел начало.

– Это моя проблема?

– Не выворачивай.

Она села.

– Что именно я выворачиваю?

– Ты прекрасно понимаешь, что делаешь.

Марго улыбнулась, но глаза остались холодными.

– Нет. Расскажите.

Александр замолчал. Сказать вслух означало бы признать слишком многое. Что он ждал её сообщений. Что различал её настроение по длине пауз между ними. Что несколько слов, которые она передумала ему отдавать, теперь казались ему почти украденными.

– Ты провоцируешь, – сказал он.

Марго медленно сняла солнцезащитные очки.

– А вы ведётесь.

Точно. Коротко. Он почувствовал удар и раздражение оттого, что она попала.

– Я просто хочу понять.

– Всё?

– Что?

– Вы всё хотите понимать?

– Обычно да.

– Зачем?

– Чтобы не ошибаться.

Марго посмотрела на него почти с жалостью.

– Не помогает.

Она снова взяла книгу. Александр не ушёл.

– Марго.

– Что?

– Скажи хотя бы, это было про меня?

Книга снова опустилась.

– Да.

Ответ оказался хуже неизвестности.

– И?

– Что «и»?

– Что ты ненавидишь, когда я делаю?

Марго посмотрела ему в глаза. На этот раз без игры.

– Вот это.

– Что?

– Когда считаете, что имеете право на продолжение.

Александр нахмурился.

– Я не понимаю.

– Понимаете.

Она взяла телефон и показала экран. Их переписка была открыта. На месте сообщения – пустота.

– Я его удалила. Значит, не хотела, чтобы вы это читали.

– Но отправила.

– На секунду.

– Этой секунды хватило.

Марго опустила телефон.

– Вам?

– Что мне?

– Хватило вам. А мне – нет.

Он молчал.

– Я передумала, – сказала она. – Разве я не могу передумать?

– Можешь.

– Тогда почему мы всё ещё разговариваем об этом?

Александр не ответил. Марго встала.

– Переписка – это не договор, Александр.

Она впервые за долгое время назвала его по имени без насмешки.

– Если я вам что-то сказала вчера, это не значит, что сегодня вы можете прийти и забрать остальное.

– Я ничего не забираю.

– Уже забираете.

– Что?

Марго посмотрела на него.

– Право не договаривать.

Она ушла.

* * *

Вечером Елена пришла к нему с бутылкой вина и двумя бокалами.

– У меня прекрасная новость.

– Какая?

– Я завтра никуда не иду.

– Это новость?

– Для моего календаря – сенсация.

Она поставила бокалы на стол и поцеловала его. Александр ответил. Но на середине поцелуя телефон в кармане коротко завибрировал. Он не достал его. Елена отстранилась.

– Работа?

– Наверное.

– Посмотри.

– Потом.

– Александр, я не ревнивая.

Он улыбнулся.

– Это заявление обычно делают именно ревнивые.

– Хорошо. Я умеренно ревнивая.

Она снова его поцеловала. Телефон больше не вибрировал. Через час Елена ушла в душ. Александр сразу достал телефон. Сообщение было от издателя. Он почувствовал облегчение. И почти одновременно – разочарование. Это было уже невозможно объяснить усталостью.

* * *

Марго не писала три дня. Александр тоже. Днём они виделись несколько раз. Здоровались. Иногда она шутила с Еленой. Иногда спрашивала у Александра что-то совершенно бытовое.

– Машину не будете ставить у ворот?

– Нет.

– Спасибо.

И всё. Он впервые понял, насколько интимной стала их ночная переписка именно потому, что днём ничего подобного между ними не существовало. Днём Марго принадлежала самой себе. Друзьям. Музыке. Матери. Своим маршрутам, шуткам, фотографиям, внезапным планам. Ночью ему казалось, что существует другая дверь. И она иногда открывала её сама. Ошибка была в том, что Александр уже начал считать: если однажды его впустили, дверь больше не должна закрываться. На четвёртую ночь пришло сообщение.

«Не злитесь».

Он ответил не сразу.

«Я не злюсь».

«Врёте».

«Немного».

«Из-за сообщения?»

«Из-за того, что ты не доверяешь».

Три точки.

«Я вам много чего говорю».

«Знаю».

«Больше, чем почти кому-нибудь».

Александр почувствовал тепло, слишком похожее на победу. Следующее сообщение пришло прежде, чем он успел ответить.

«Но это не значит всё».

Он перечитал.

«Я не прошу всё».

Марго долго печатала.

«Пока».

Александр замер. Он мог возразить. Вместо этого спросил:

«Ты правда так обо мне думаешь?»

Ответа не было несколько минут. Потом:

«Я пока сама не знаю, что о вас думаю».

И ещё одно:

«Наверное, поэтому и пишу».

Он улыбнулся. Не потому, что победил. Потому что дверь снова открылась. И только гораздо позже Александр поймёт: близость была в том, что Марго сама её открывала. Не в том, что он имел право войти.

Глава 5. Этого не было

В субботу Елена и Марго поссорились так, что Александр услышал их из гостевого дома. Сначала – только голоса. Потом хлопнула дверь. Потом наступила тишина, от которой хотелось закрыть окно. Он не собирался вмешиваться. После разговора у бассейна он вообще старался меньше вмешиваться в жизнь Марго. Отвечал, когда она писала. Не спрашивал, когда не писала. Не возвращался к удалённому сообщению. Это работало. Почти. Из большого дома донеслось:

– Ты вообще когда-нибудь можешь выбрать меня?

Голос Марго. Ответ Елены был тише. Он не разобрал слов.

– Нет, мам. Не переводи на меня.

Снова голос Елены.

– Я не маленькая!

Пауза. И совсем иначе:

– Я сказала, что не маленькая. Не что мне никто не нужен.

Александр закрыл ноутбук. Через минуту входная дверь большого дома распахнулась. Марго вышла в сад. На ней были домашние шорты, толстовка и кроссовки без носков. Телефон она держала в руке так крепко, будто собиралась им кого-то ударить. Она быстро прошла к калитке. Александр вышел на террасу.

– Марго.

Она не остановилась.

– Марго.

Теперь обернулась.

– Что?

– Ты куда?

– Какая разница?

– Никакой. Просто спросил.

– Тогда не спрашивайте.

Она открыла калитку. Александр ничего больше не сказал. Марго вышла. Через несколько секунд калитка снова открылась. Она вернулась, прошла мимо него к бассейну и села прямо на плитку. Александр остался стоять.

– Не смотрите на меня.

– Хорошо.

Он отвернулся.

– И не уходите.

Александр посмотрел на неё. Марго закрыла лицо ладонями.

– Я сама не знаю, чего хочу.

– Это нормально.

– Только не начинайте говорить красиво.

Он чуть улыбнулся.

– Постараюсь некрасиво.

Марго опустила руки.

– У вас не получится.

* * *

Елена уехала через двадцать минут. Александр увидел её машину из окна. Она ему не позвонила. Марго всё ещё сидела у бассейна. Пошёл дождь. Сначала редкий, почти летний. Марго не двигалась. Александр вынес ей куртку.

– Не надо.

Он положил рядом.

– Я не заставляю.

– Вы всегда так делаете?

– Как?

– Делаете вид, что ничего не заставляете.

Он остановился. Марго посмотрела на него и сразу отвела глаза.

– Простите.

– За что?

– Не знаю. За всё.

Он сел рядом, оставив между ними расстояние.

– Пойдём в дом.

– Не хочу.

– Заболеешь.

– Отлично.

– План слабый.

– Зато мой.

Александр усмехнулся. Марго тоже. На секунду. Потом лицо снова дрогнуло.

– Она уехала к нему.

– К кому?

– Неважно.

– Тогда откуда ты знаешь?

– Потому что она всегда куда-нибудь уезжает, когда я становлюсь неудобной.

Александр молчал.

– В детстве это была работа. Потом мужчины. Потом снова работа. Потом опять мужчины.

– Ты несправедлива к ней.

– Конечно.

– Я не сказал, что ты не имеешь права злиться.

– А что сказали?

– Что она тебя любит.

Марго рассмеялась. Коротко и зло.

– Все меня любят.

Он повернулся к ней.

– Папа любит. Поэтому живёт с другой семьёй и поздравляет меня сообщением в день рождения. Мама любит. Поэтому ей всегда надо куда-то срочно. Вы…

Она оборвала себя. Александр почувствовал это «вы» почти физически.

– Я что?

– Ничего.

Он вспомнил удалённое сообщение.

– Хорошо.

И замолчал. Марго ждала. Он не спросил. Прошла минута.

– Ненавижу вас, – сказала она.

– За что?

– За то, что сейчас послушались.

Александр рассмеялся. Марго пыталась удержаться. Не удержалась. Тоже рассмеялась. И вдруг заплакала. Без перехода. Она отвернулась, будто сама испугалась.