Выбор - сила активного воображения

Описание подобной мутации можно найти в романе Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». Творчество там считается опасным и ненужным, поскольку способно породить нестабильность и нарушить общественный порядок. Смерть лишена духовного смысла и сведена к естественному процессу. Общество поддерживает иллюзию счастья и стабильности при помощи наркотика «сома». Mundus Imaginalis оказывается подменён искусственным миром иллюзий, подавляющим сакральное измерение человеческой природы.

Духовный поиск подавляется. Творчество объявляется опасным. В этом мире творчество воспринимается как бунт против установленных норм. Поэзия и музыка, способные выражать самые глубокие чувства и мысли человека, почти полностью вытеснены. Произведения искусства и книги спрятаны в хранилищах, а их распространение запрещено, чтобы исключить их влияние на общество.

Главный герой, выросший за пределами этого мира, сохраняет связь со светом. Его переживания и размышления вступают в противоречие с поверхностным счастьем «цивилизованных» людей и обнаруживают пропасть между подлинными человеческими чувствами и искусственно созданным миром стабильности.

Драматический ночной режим представляет собой пространство вечного возвращения дервиша на родину. Чтобы соединиться со светом, необходимо пройти сквозь сверкающую тьму. Но эта тьма не является воплощением зла. Это путь, позволяющий увидеть внутренний свет. Именно в пространстве этого режима, при максимально возможном приближении к внутреннему свету, человек творит. Он совершает открытия, пишет картины, создаёт стихи и музыку.

Жертва или творец?

Пчеловод существует за пределами реальности, доступной пониманию пчелы. Для неё мёд просто время от времени исчезает. Подобно пчеле, человек постоянно сталкивается с явлениями, причин которых не способен понять, поскольку его восприятие ограничено. Есть то, чего мы не можем увидеть глазами, ощутить обонянием или услышать ушами. Но существует иной орган восприятия. Он доступен каждому человеку, хотя степень и качество этого доступа различны.

Изучив труды Сухраварди, Анри Корбена, Жильбера Дюрана и Панайотиса Дойкоса, я пришла к выводу, что осознание нашей связи с бесконечным позволяет человеку преодолеть парализующий страх смерти. Именно этот страх порождает потребительское и разрушительное отношение к другим людям, природе, планете и даже к собственному телу.

Преодолевая страх смерти, человек посредством активного воображения становится творцом собственной жизни и принимает ответственность за свои поступки.

Его тело перестаёт быть темницей и становится храмом души, позволяющим её свету освободиться ещё при жизни. Теперь человеком движет уже не желание успеть захватить как можно больше на своём пути, а стремление отдавать, наполнять, делать лучше, созидать, оставлять после себя.

Этот вывод привёл меня к мысли, что под властью страха смерти человек освобождает себя от ответственности, перекладывая её на предопределённую судьбу и объявляя Всевышнего трансцендентным.

Но творец имманентно присутствует в человеке. Возвращение к свету и осознание единства со Всевышним возлагают на человека ответственность. Ему предстоит вновь вернуться к периферии и встретиться с тьмой, но уже в новом качестве. Он возвращается как человек, осознавший, что жизнь не является линейным потоком времени, следующим заранее написанному сценарию судьбы. У него всегда остаётся выбор, чем наполнить свой путь к смерти. Тимшел. А там, где есть выбор, есть и ответственность.

«Тимшел» – это слово встречается в Библии, в истории Каина и Авеля. Широкую известность слово получило благодаря роману Джона Стейнбека «К востоку от Эдема», где оно трактуется как «ты можешь», то есть у человека есть выбор победить грех.

Жильбер Дюран выстраивает свою концепцию на пересечении нескольких интеллектуальных традиций. Он обращается к коллективному бессознательному Карла Густава Юнга, к размышлениям Гастона Башляра о соотношении воображения и рационального мышления, к идее синхронистичности, развивавшейся в диалоге Юнга с физиком Вольфгангом Паули.

Не менее важны для Дюрана Mundus Imaginalis Анри Корбена и связанный с восточной философией образ «восьмого климата», особого пространства между чувственным и умопостигаемым мирами. К этому добавляются исследования мифа и сакрального пространства Мирчи Элиаде, а также структурная антропология Клода Леви-Стросса.

Соединяя эти направления, Дюран приходит к мысли, что миф не противоположен реальности, а является одним из фундаментальных способов её организации и понимания. Поэтому рациональное он стремится объяснить через структуры мифологического воображения.

С помощью мифоанализа он объясняет рациональное через иррациональное. Миф лишь принимает обличье Логоса. В этом заключается одна из важнейших возможностей метода, интерпретация позволяет обнаружить мифологические структуры, скрытые за внешней рациональностью.

В культуре миф зачастую виден. Но в политике, войнах и разрушении планеты он маскируется, представая борьбой против тьмы и во имя света, который на деле может оказаться ложным. Символ представляет собой видимое выражение невидимой реальности. Он позволяет раскрыть глубинные смыслы, недоступные рациональному анализу. Поэтому символы становятся ключами к пониманию причин нигилизма.

За каждым проявлением Логоса стоят его составляющие. Возьмём, например, изобретение Эдисоном электрической лампы. Если разложить это событие на глубинные элементы, мы обнаружим архетипы, режимы и мифы. В данном случае это дневной режим, борьба с тьмой и стремление к свету.

Но война, убийство и разрушение в современном мире также могут принадлежать дневному режиму. Только здесь происходит скрытая подмена света. Вместо встречи со смертью и борьбы за истинный свет мы видим принесение тел в жертву на периферии тьмы.

Архетипы, которые поддерживает общество, становятся частью личности. Те же её стороны, которые общество отвергает, вытесняются и превращаются в «тёмную сторону», вызывая страх и агрессию. Для победы дневному режиму необходимы сила, мужество и устремлённость к цели. Ночному режиму необходимы любовь, эмпатия и гибкость.

Каждый враг, возникающий в жизни человека, воспринимается через определённую архетипическую структуру, основанную на мифе.