После развода. Забыть и жить дальше

Слёзы, которые я пыталась сдержать, льются по щекам, смотрю на мужа, а его лицо расплывается.

— Рина...

Меня срывает, невозможно слышать, как муж произносит моё имя, швыряю запонку, которая жжёт мою руку куда-то в сторону кровати, и снова задаю вопрос мужу, кричу.

— Я спрашиваю, как ты мог изменить мне с Алисой?! Она же ребёнок совсем...

— Я её полюбил...

Ответ супруга поражает меня, шокирует, вводит в ступор, я просто не понимаю, как себя дальше вести...

Полюбил... Полюбил её...

Это слово будто на повторе звучит и звучит в моей голове.

Но ведь для того, чтобы полюбить кого-то, нужно сначала разлюбить?

— А как же я...

Понимаю, что последние слова произнесла вслух, только когда муж начинает говорить, я различаю в его голосе горечь, но стараюсь не обращать на неё внимание, вслушиваюсь в слова.

— Всё сложно Дарина... Ты моя жена, мать моих детей. Много лет ты была моей поддержкой и опорой, я даже сам не заметил, как перестал видеть в тебе женщину.

Хочется крикнуть, что это неправда, но я вспоминаю, сколько у нас времени не было близости и закусываю губу. Толик последние пару месяцев сильно уставал, задерживался на работе, а я слушала его рассказы об открытии филиала и гордилась своим мужем. А всё оказалось совсем по-другому, он просто перестал видеть во мне женщину. Я стала для него что-то типа родственницы, а не той, кто пробуждает страсть.

— А Алиса, значит, стала женщиной твоей мечты? Толик она же ребёнок!

Супруг морщится, будто у него зуб болит.

— Она не ребёнок Дарина, Алиса — уже взрослая девушка, и вообще я не хочу говорить об этом, она не виновата в том, что происходит между нами.

На смену отчаяния и жалости к себе приходит злость. Мне хочется вцепиться в это холёное лицо, но я держусь, не стану опускаться до этого.

— Уходи...

Произношу сквозь зубы, бросая на мужа злые взгляды, он мнётся несколько минут, и я не выдерживаю, хватаю с тумбочки лампу и швыряю её в стену.

— Убирайся к своей Алисе! Ненавижу тебя!

Толик смотрит на меня так, будто видит впервые. Да я и сама в шоке от своего поведения. Я же всегда держала себя в руках, старалась быть хорошей женой и не устраивала истерики.

Только всё было зря...

— Я уйду, но нам всё равно придётся поговорить, поэтому успокойся и возьми себя в руки.

Ничего не отвечаю и даже не смотрю, как муж выходит из спальни. Мои розовые очки разбились стёклами внутрь, причиняя нестерпимую боль.

Слышу хлопок входной двери и падаю на кровать, мои рыдания отдаются эхом в квартире и никого нет, чтобы меня успокоить.

Теперь я одна...

Глава 4

Дарина

Вся жизнь проносится у меня перед глазами.

Вот я окончила школу и пошла с Мирославой в кафе, чтобы отметить аттестат с отличными оценками, именно там я познакомилась с Толиком. Он подошёл познакомиться, красивый такой, высокий, спортивный с ослепительной улыбкой, у меня не было шанса устоять, он так ухаживал, что уже на втором свидании я была влюблена в него по самые уши. Лето пролетело, а потом Толик уехал учиться в другой город, там жила его мама, а я осталась в Москве и поступила в иняз. Расстояние не остудило наши чувства, наоборот, мы ждали каникул и мчались друг к другу, чтобы хоть ненадолго побыть вместе. Удивительно, но Толя не переходил границ, мы только держались за руки и целовались. Спустя полгода я хотела уже сама его соблазнить, но он не повёлся, сказал что хочет, чтобы всё было правильно и всё у нас случится, но только после свадьбы.

А свадьба у нас была красивая, мои родители оплатили практически весь банкет. У Толика только мама была и сына родила уже поздно, но никто даже слова не сказал по поводу денег, все были счастливы. Я любила пересматривать фотографии с того замечательного праздника, любоваться, смотреть, какие мы были молодые и влюблённые.

После свадьбы Толя уже насовсем перебрался в Москву и нашёл здесь работу. Мы снимали квартиру, маленькую, но это было наше гнёздышко.

Там мы были счастливы.

Потом родился Лёня, Толя попросил назвать первенца в честь своего отца, который был военным и погиб на задании, и я была не против.

Через полгода после этого знаменательного события случилась беда, мама Толика умерла, мы особо не были близки, но я очень переживала, и из-за этого у меня пропало молоко и пришлось Лёню переводить на смесь.

Но мы и это пережили, и наша семья стала крепче, горе сближает намного больше, чем счастье. Прошёл ещё год, и я снова узнала, что беременна. Как же я тогда испугалась. У меня на руках уже был маленький ребёнок, а тут снова впереди меня ждали пелёнки, я расклеилась и когда пришёл муж с работы, застал меня плачущей с положительным тестом в руках. Толя сразу всё понял, сел на корточки у моих ног, сжал мои дрожащие ладони и, глядя прямо в глаза, твёрдо сказал.

— Мы справимся Рина, я всегда буду рядом и помогу.

И ведь правда был, с Милой он мне во многом помогал, когда я уже валилась с ног от усталости, сам вставал ночью и менял подгузники.

А когда наши дети стали подрастать, бизнес пошёл в гору, и с каждым днём становилось легче и легче. Мы могли позволить себе няню, раз в пару месяцев выбирались на романтические свидания. Я любила Толика и никогда не могла представить, что он меня может предать.

— За что ты так со мной...

Слёзы не собирались прекращать литься, мои силы закончились, я уже не сжимала подушку, не норовила её ударить, а просто лежала и смотрела в одну точку на стене.

Как жить дальше?

Этот вопрос крутился у меня в голове, но я никак не могла на него ответить. Единственное, что я знала, так это то, что развода не избежать. Решила прямо завтра пойти к адвокату и проконсультироваться, как будет происходить этот процесс в нашем с Толиком случае.

Не буду тянуть, пусть катится к своей Алисе, а переживу, забуду и буду жить дальше, чего бы мне это ни стоило.

Истерика постепенно сходила на нет и обессиленная, я просто закрыла глаза и уснула.

Проснулась я резко, подскочила на кровати от громкого хлопка входной двери. Сначала не поняла, где я вообще нахожусь, но потом память подкинула мне все события этого рокового дня. Я вспомнила, что сегодня узнала об измене мужа с дочерью своей, можно сказать, единственной подругой, а потом прямо перед глазами всплыл взгляд супруга, виноватый, но полный решимости.

Я её полюбил...

Снова всплыли эти обидные слова, и я не удержалась, некрасиво шмыгнула носом, но не заплакала, наверное, слёз больше не осталось.

Кое-как поднявшись с кровати, я, пошатываясь, пошла в ванную комнату, которая была прямо напротив нашей с мужем спальни. Но до неё я всё-таки не смогла добраться, стоило мне только открыть дверь, как я нос к носу столкнулась с сыном.

— О, мам, ты дома? А я думал, никого нет, пришёл, тишина везде, никто не встречает.

Ну, да, сегодня я сломалась и впервые нарушила свои привычные ритуалы. Встретить сына, дочь или мужа, улыбнуться, поцеловать, прижаться к родным, на это у меня не осталось сил. Но Лёня будто не замечал моего состояния, продолжал говорить.

— А я заскочил с папой поговорить, мне нужен его совет, хочу бизнес открыть. Его нет дома?

Сын заглянул в нашу спальню, понял, что она пуста и задал новый вопрос?

— А когда отец вернётся? Сегодня не задержится?

Когда сыну исполнилось восемнадцать, мы с мужем купили ему отдельную квартиру, решили, что дети должны жить отдельно и набивать свои шишки, то же самое ждало и Милу, для неё мы как раз подбирали хороший вариант и планировали преподнести ей новенькие ключи на день рождения.

Ну как я вообще могла подумать, что муж решил для неё сделать ещё один подарок. Дура.

— Мам, ты меня вообще слышишь?

И посмотрела на сына и, наверное, мой вид был ужасный, он никогда не видел моих слёз, не считая только от радостных моментов. Утром я сделала макияж, и сейчас, наверное, он весь поплыл от моей истерики.

— Ма? А что случилось? Тебе плохо? Ты плакала?

Я не хотела рассказывать сыну всё прямо сейчас, но мне так хотелось поддержки, хоть какой-то опоры в этой жизни, и я прильнула к его груди, утопая в объятиях любимого сыночка.

— Лёня...

И снова эти предательские слёзы полились из глаз, но я лишь сильнее прижалась к растерявшемуся парню.

— Папа... Он... он... Не любит... Изменил...

Отдельные слова вырывались сквозь всхлипы новой подступающей истерики.

— Мам, я ничего не понимаю. Что случилось? Расскажи нормально.

Набрав полную грудь воздуха, с шумом выдохнула, приводя свои мысли в порядок и наконец-то без заиканий, произнесла.

— Твой отец изменяет мне с Алисой.

Лёня нахмурился, видела по его глазам, что ни черта не верил мне, думал, что я неправильно поняла, сама себе всё придумала.

— Это правда, сынок, я их сегодня видела в торговом центре, он ей кольцо купил. Да и когда я напрямую задала вопрос, он ничего не отрицал.

И только тогда на лице сына начали появляться хоть какие-то эмоции, и я вот совсем не ожидала увидеть в его глазах восхищение.

— Серьёзно мам? С Зиминой Алиской? Вот это батя даёт! Крутяк!

Я аж опешила от этих слов, отстранилась от сына и попятилась.

— Ты что такое говоришь, сынок? Ты вообще правильно понял, что я только что сказала? Твой папа мне изменил!

На что сын закатил глаза.

— Да слышал мам, слышал, но не понимаю в чём причина твоих слёз? Здесь гордиться нужно. Папа в таком возрасте смог завалить молоденькую девку. Эх, да чтобы я так в его возрасте мог!

Я не верила, что это только что сказал мой сын. Тот самый мальчик, которого я родила и воспитывала, вдалбывала ему в голову, что нужно уважать женщин, видимо, ничего не отложилось, нужно было лучше объяснять.

— Пусть это будет только страшным сном.

Я закрыла глаза и замотала головой.

— Ой, мам, не начинай, не нужно на отца наезжать, ты лучше это, ну в себе разберись. Ведь если мужик пошёл налево, значит, в первую очередь женщина виновата.

Я хмыкнула, горько улыбнулась и посмотрев на сына твёрдо произнесла.

— Уходи, сынок. Иди к предателю, а про меня вообще забудь.

Да, эти слова я сказала сгоряча и знаю, что потом пожалею, но сейчас по-другому просто не могла.

— Мам, ты чё, сейчас серьёзно?

Лёня посмотрел на меня моими же глазами, и сердце сжалось от боли и потери.

— Очень серьёзно, сынок.

И, обойдя, Леонида вошла в ванную комнату и громко захлопнула дверь, отсекая предателей, оставляя их в прошлой жизни.

Глава 5

Дарина

Подпираю спиной дверь, зажмуриваюсь до искр под веками. Не могу поверить, что всё происходящее со мной — это реальность. Неужели я была так слепа и не замечала, что меня в этой семье никто не ценит?

— Мам, ну хватит дуться, я же правду сказал. А ты, кстати, всегда говорила, что лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Ну что ты хотела? Чтобы я пошёл отцу морду бить? Сама же понимаешь, что это глупо.

Ничего не отвечаю, лишь качаю головой, отталкиваюсь от двери и делаю всего несколько шагов по направлению к раковине, упираюсь руками и смотрю на себя в зеркало. В отражении я вижу незнакомку, я за этот день будто постарела сразу на десяток годков, лицо осунулось, под глазами чёрные подтёки от туши, волосы спутались, но и это не самое страшное, мои глаза потухли, в них больше нет никаких чувств, одна пустота.

За то время, пока я разглядывала новую себя, за дверью продолжал бесноваться мой первенец.

— Ну и сиди там, думаешь, это что-то изменит? Ничего мам, не изменит, это жизнь, ты постарела, вот отец и выбрал другую.

Я покачала головой, усмехнулась и прошептала.

— Главное, чтобы тебе, сынок, никогда не пришлось испытать то же, что испытываю я сейчас.

Лёня этих слов не слышит, да я и не рассчитывала на это, в итоге сын просто покидает квартиру, громко хлопнув дверью, как и его отец.

Я же снимаю с себя платье и ступаю в душевую кабину, включаю воду и просто стою. Плакать хочется, но я больше этого не делаю, какой смысл в том, что я буду заливаться слезами и жалеть себя, это всё равно ничего не изменит. Время не повернуть вспять.

С этого момента начинается моя новая жизнь, и надо к этому привыкнуть.

Не знаю, сколько я провела времени в душе, может, десять минут, а может и целый час. Я просто потеряла счёт времени. Но когда вышла из ванной, в квартире уже было темно. Непривычно. Тишина давила, и поэтому я пошла в гостиную и включила телевизор, а потом зашла на кухню, нажала пару кнопок на панели кофемашины и в ожидании своего напитка отошла к окну.

На улице уже была глубокая осень, деревья почти все уже сбросили листву, и лишь некоторые листочки ещё держались на ветру. Совсем скоро выпадет первый снег, но пока его нет, на улице грязно и сыро.

Прям как моя жизнь.

Стоит мне только подумать об этом, как резкий порыв ветра начинает клонить деревья к земле, листва начинает кружить, и лишь один-единственный листок остаётся на дереве, на которое я сейчас смотрю.

И снова он ассоциируется со мной.

За спиной начинает пищать кофемашина, а в прихожей разрываться телефон. Я не хочу ни с кем разговаривать, но всё равно иду в прихожую, достаю из кармана пальто мобильник и вижу фотографию моей любимой дочери.

Сердце сжимается только от одной мысли, что она тоже примет сторону отца, но я гоню эти мысли прочь. Моя нежная девочка не может так поступить. Я, конечно, и не заставлю отказаться ей от папы, как бы то ни было, Толик всё равно останется её отцом до конца жизни.

— Алло.

Отвечаю на звонок и слышу девчачий смех и музыку.

— Мама, привет. Как у тебя дела?

Что мне ответить дочке? Стоит ли вываливать всю эту грязь по телефону? Решаю, что лучше всего будет поговорить с Милой лично, и спокойно отвечаю.

— Всё хорошо. А ты где?

Кто-то зовёт мою малышку, она отвечает, что сейчас придёт и, видимо, выходит туда, где потише.

— Мам, тут такое дело, мы с девчонками решили устроить у Ленки пижамную вечеринку. Можно я у неё останусь с ночёвкой?

И это было лучшим решением на данный момент. Сейчас снова рассказывать дочери, что вообще случилось, я просто не смогу, поэтому ответила утвердительно.

— Конечно, оставайся, только завтра не проспи учёбу. Хорошо?

— Конечно, мама, учёба — это святое. Ладно, я побегу, меня девчонки уже зовут.

Я и ответить ничего не успела, как в трубке раздались длинные гудки, на душе так тяжело стало, что хоть вой на луну.

Убрав телефон, я пошла обратно на кухню, взяла свой любимый ванильный капучино и, прикрыв глаза, сделала несколько глотков.

Ну и что мы имеем на сегодняшний день?

Муж, предатель, изменил мне с дочерью лучшей подруги, всё это гадко, мерзко, но от этого не скрыться, придётся копаться в этой грязи. Уходить вот так, собрав лишь свои пожитки, я не собираюсь, всё, что у нас есть, — это совместно нажитое имущество, и его придётся делить. Не знаю, что там собирается придумать Толик, но от своего я не отступлю. Ещё не известно, что нас ждёт после развода, Алиса — момолодая девочка и вполне может родить моему муженьку ещё ребёнка, да и не одного, а значит, я должна позаботиться о своих детях.

И пусть сейчас о Лене я и слышать не хочу, но он всё равно останется моим сыном. С Леонидом всё понятно, он сейчас учится на юриста, квартиру мы ему купили, хорошую двушку в приличном районе. Дочке тоже купим, и пусть Толя даже не думает, что соскочит и потратит деньги на свою выдру. Миле купим квартиру, а остальное уже будем делить.

Глоток за глотком я выпила капучино, машинально вымыла чашку, поставила обратно в шкаф и пошла в спальню, но на пороге остановилась. Когда десять лет назад мы купили эту квартиру, я так была счастлива и обсуждала каждую мелочь с дизайнером, хотела, чтобы всем здесь было удобно. А вот нашей с Толиком спальне уделяла самое пристальное внимание. Ведь здесь был наш с Толей мир один на двоих. Мы провели в этой комнате столько волшебных ночей. Здесь я была счастлива.

Сделав шаг назад, я покинула этот мир счастья и страсти. Больше не одной минуты я не смогу спать в этой постели. И снова слёзы пробили плотину и вырвались бурным потоком, они лились и лились по щекам, а я даже не предпринимала попыток их остановить. Когда я очнулась, то обнаружила себя сидящей в коридоре на полу перед открытой дверью спальни.

— Нет, так дело не пойдёт.

В этой квартире я не смогу жить. Для того чтобы бороться с бывшим мужем и начинать новую жизнь, мне нужны силы и душевное равновесие.

Поднявшись, я сделала решительный шаг в спальню, открыла шкаф и достала чемодан, затем начала в него скидывать вещи, которые лежали в шкафу. Остальные вещи можно и позже забрать, когда уже станет ясно, где я буду жить.

Когда последняя вещь моего гардероба упала в чемодан, я опустилась на пуфик у косметического стола, у меня будто закончился заряд и сил ещё что-то делать просто не было.

Завтра...

Завтра продолжу и начну новую жизнь.

Эту ночь я провела на диване в гостиной. После такого сна не было лёгкости, я не чувствовала себя отдохнувшей, болела не только голова, но и каждая частичка моего тела. Но и это было не самое ужасное. Всё самое плохое ждало меня впереди. Стоило мне только открыть глаза, как я встретилась с карими глазами своего мужа.

Глава 6

Дарина

Не так я представляла себе новую встречу с мужем, думала, у меня будет время, чтобы подготовиться, привести себя в порядок, встретиться с адвокатом, но Толик решил, что нужно ковать железо, пока оно горячо.

— Доброе утро.

Произнёс муж, когда увидел, что я открыла глаза. На это приветствие я только закатила глаза, потому что такое утро априори не может быть добрым. Поднявшись с дивана, я порадовалась, что мне удалось это сделать нормально, а не со стонами и кряхтением. Запахнула посильнее халат, который надела после душа ещё вчера и пошлёпала на кухню. Зевнув, включила кофемашину и только тогда посмотрела на мужа, который ходил за мной по пятам.

— Чего припёрся с утра пораньше? Так не терпится вывести свои отношения с Алиской на новый уровень?

Голос звучал мой ровно, не дрожал, и слёзы не подступали, даже хорошо, что я вчера их лила без остановки, зато сейчас штиль.

— Рина, не надо так, ты же не стерва...

Договорить я ему не дала, взяла и громко рассмеялась.

— Не стерва, говоришь? Толик, ты плохо знаешь, какими могут быть женщины, особенно если их предают после двадцати лет брака. Не надо вот это всё, не прикидывайся хорошим мужем, тебе меня больше не обмануть и давай уже выкладывай, зачем явился сюда прямо с утра, а не дождался вечера? Так не терпится развод получить?

Анатолий стоял передо мной весь такой красивый, в новом костюме, только после парикмахерской, у меня глаз, намётанный сразу, вижу в нём изменения, волосы стали немного короче, бороду тоже подравнял, ну прям жених.

— Рина, я поговорить по нормальному пришёл. Хватить язвить, лучше кофе мне свари и завтрак приготовь, посидим поговорим, решим, как жить дальше.

От этого заявления у меня аж глаз дёргаться начал.

— А ты ничего не попутал, муж мой дорогой? Я тебе ещё и завтрак должна приготовить?

Меня от злости на Толика аж трясти начало, я начала на него наступать с грозным видом.

— Вали к Зиминой, вот она пусть тебя теперь обхаживает, а я пас, мне это больше не нужно. Понял?

— Да понял, понял. Успокойся, Рина...

Но я и не думала успокаиваться.

— И не называй меня больше Рина, для тебя я только Да-ри-на!

И муж сдулся, как воздушный шарик, его плечи опустились, и он в тот же миг будто тоже прибавил несколько лет.

— Ладно, Дарина, я понял, прости меня, что всё так вышло. Я честно не хотел, просто как-то так получилось... Блин... Как же всё это звучит по-дурацки...

И я тоже резко успокоилась, перестала на него наступать, отступила к окну.

— Уже ничего не изменить Толик, ошибка это была или нет, мне неинтересно. Говори, что ты хотел сказать и уходи, обсуждать, я всё равно, пока ничего не готова.

Муж сел за стол, сложил перед собой руки и, не глядя на меня, начал говорить.

— Раз всё открылось, то лучшим выходом из всей этой ситуации это развестись. Дарина, мы с тобой полжизни вместе прожили, детей вырастили, давай не будем опускаться до того, что будем пилить всё нажитое.

Я хмыкнула, но не стала снова язвить, всё равно это пустая трата моих нервов. Прежде всего я хотела знать, как он видит наш развод со своей стороны, а потом уже буду решать, что делать дальше.

— Продолжай.

Я подошла к кофемашине и забрала свою чашку с ароматным напитком, вдохнула аромат ванили и блаженно прикрыла глаза. Мужу я варить кофе не собиралась, если ему это нужно, то пусть сам встанет и нажмёт пару кнопочек.

— Давай сделаем так, эта квартира останется тебе, а загородный дом мне, там всё равно ещё ремонт не закончен... и ну, в общем, если у тебя есть другие предложения, то говори.

Квартира, в которой мы жили, хорошая, находится в прекрасном районе, здесь есть практически всё в шаговой доступности, четыре комнаты, два санузла, кухня и просторная прихожая. Такая квартира в Москве стоит дорого, конечно, дом у нас тоже не дешёвый, но если выбирать, я бы, наверное, тоже забрала бы квартиру, тем более жить я здесь всё равно не буду. Либо сдам, ну или в крайнем случае продам и куплю себе другое жильё.

— Дальше. Что с бизнесом делать будем? И с теми деньгами, что у нас на счёте лежат?

— А с этим...

Муж нахмурился, постучал пальцами по столу, потом достал телефон, что-то там написал, положил. Весь его вид и говорил о том, что он очень нервничает.

— Дарина, ты сама знаешь, что в этот бизнес я вложил свою душу, поднимал, ходил, лелеял...

Он что-то там ещё хотел сказать, но я перебила, уже и так было понятно, к чему Толя ведёт.

— Пока я в это же время холила и лелеяла наших детей. Булатов, давай уже без этих уловок, и не нужно мне давить на жалость. Всё, что у нас есть, это совместно нажитое имущество, и если ты работал, я в это время тоже делала не меньший вклад, так сказать, прикрывала твой тыл. Я знаю законы, и раз ты решил договориться полюбовно, то скажу сразу, ты идёшь в неверном направлении.

В принципе если посчитать, то денег мне и от продажи квартиры хватит с головой. Такая громадина мне одной не нужна, вполне хватит двушки в спальном районе, а остальные деньги уже можно пустить в бизнес, ну или на крайний случай просто на счёт положить, пока я не определилась, что делать дальше, но и оставлять мужу всё нажитое тоже не собиралась. Ещё вчера я думала над тем, что должна детям обеспечить будущее. Вот, кажется, и настал тот момент.

— Дарина, пойми сейчас бизнес пилить это большая ошибка, он развалится, как карточный домик. Давай сделаем так, ты заберёшь деньги со счёта, а мне полностью бизнес останется? Ну как?

Как, как? Да муж у меня оказывается, тот ещё жук.

— Удобненько, конечно, а ничего, что бо́льшая часть тех самых денег со счёта уйдёт на покупку квартиры для нашей дочери? Или ты уже забыл, что Миле через месяц восемнадцать?

— Не забыл... Ну блин, пусть подождёт, на следующий год купим, ну или позже, короче как-нибудь разберёмся.

Я в ответ покачала головой.

— Нет, дорогой супруг, так дело не пойдёт. У меня есть другое предложение. Оно пока сырое, я ещё всё равно посоветуюсь с адвокатом, но могу тебе озвучить его сейчас, если ты не против.

Эта идея мне пришла вчера в голову, но обдумать её лучше у меня не получилось.

— Говори, я слушаю.

Мы смотрели друг на друга, вот вроде ещё родные люди, а на деле уже совсем чужие. Это было непривычно. Хотелось подойти, обнять, разгладить морщины на лбу мужа. Но тут же вспоминалось, что для меня он предатель и изменник.