Пока мы живы

Тереза Вайборн

Пока мы живы

Глава 1. Кейт

Оказавшись в ночном кошмаре, найди безопасное место. Спрячься там. Но не оставайся один. Если хочешь выжить — найди других. Узнай их страх. Стань им другом, стань им семьёй. Защищайте друг друга. Пока вы вместе — вы сможете преодолеть всё. Но если разделитесь — тьма явится за вами.

Я ненавидела леденцы.

Когда я была ребёнком, тётя дала мне конфету. Круглая карамелька с красивыми красными волнами и клубничным вкусом оставляла на языке странный молочный привкус. Но спустя несколько секунд я сделала вдох, и лакомство скользнуло в горло.

Ох уж это чувство удушья. Слюна, стекающая по подбородку. Паника, когда воздух переставал проходить в лёгкие.

Моя жизнь до сих пор ощущалась именно так. Я всё ещё задыхалась, только никто больше не шёл мне на помощь и не пытался вытрясти из меня эту сладость. Теперь её запихивали глубоко в горло, чтобы я даже не пыталась дышать.

Сидя в своём трейлере за маленьким складным столиком, я смотрела на искусственный цветок в горшке, который подарила матери восемь лет назад. Он никогда не был живым, но хотя бы оставался единственным ярким пятном в доме.

На облезших стенах всё ещё висели плакаты из салонов красоты с причёсками, вышедшими из моды лет десять назад. Когда-то матери нравилось подобное, и она завесила ими разводы на стенах, пытаясь создать уют. Без особого успеха.

Серость и мрачность всё равно поработили это место, а запах сигарет и алкоголя настолько глубоко въелся в стены, что выветрить его уже не удалось бы, даже распахнув все окна и дверь. Но занавески всегда оставались закрытыми. Какой смысл их открывать, если за окном всё равно ждал уродливый трейлерный парк с разбитым асфальтом? Чужие жизни, истоптанные так же, как и моя собственная.

Самым страшным было застрять здесь ещё хоть ненадолго.

Мне уже исполнилось восемнадцать, школа скоро должна была закончиться, а я совершенно не имела понятия о своём будущем.

От подгоревшего тоста на языке осталась горечь, но я уже не морщилась. Сама виновата, что пропустила момент, когда он начал подгорать, отвлекаясь на всё остальное. Хлеб закончился, и приходилось дожёвывать хоть что-то, иначе до обеда пришлось бы сидеть на одних мыслях о еде.

А пустой желудок в школе превращал обычный урок в отдельный вид пытки. Сидишь, слушаешь учителя, а живот урчит так громко, что, кажется, все вокруг оборачиваются и прекрасно знают, что происходит у тебя внутри. Хотя ничего катастрофического в этом не было. Просто я ненавидела привлекать к себе внимание без собственного желания, особенно в моменты тишины, поэтому сжимала зубы и делала вид, будто всё в порядке.