Зеркала бессмертных

Александр почувствовал знакомое напряжение. Не страх.

Ощущение, что очередной кусок головоломки встал на место.

— Кто руководил?

Марат ответил не сразу.

— Несколько человек.

— Среди них был генерал Воинов?

Марат посмотрел на Александра.

— Да.

В мастерской стало тихо.

— И Дворжецкий?

Марат кивнул.

— Позже.

— Позже?

— Он пришёл уже тогда, когда понял возможности проекта.

Царёв усмехнулся.

— Как всегда.

Марат посмотрел на него.

— Не совсем.

— Что значит?

— Дворжецкий не создавал проект.

Пауза.

— Он его украл.

Это изменило всё. Потому что до этого все считали: Дворжецкий был одним из создателей. Но если он только присвоил чужую работу...Тогда кто был настоящим автором?

Марат продолжил:

— Воинов хотел создать человека, который сможет сохранить сознание после смерти тела.

Александр вспомнил слова генерала.

— А получилось другое.

— Да.

— Что?

Марат посмотрел ему прямо в глаза.

— Получилось доказательство, что личность нельзя просто скопировать.

Второй человек — отражение сына Александра — впервые проявил интерес.

— Почему?

Марат посмотрел на него.

— Потому что копия получает память.

Пауза.

— Но не получает путь.

Тишина.

Это была фраза, которая будто ударила по комнате.

Потому что именно это мучило его.Он помнил. Но не жил. Он знал. Но не пережил.

В этот момент телефон Александра завибрировал.

Сообщение от ЭОНа.

Всего одна строка:

"Марат говорит правду. Но не всю."

Все посмотрели на Марата. Он не удивился. Только устало улыбнулся.

— Вот поэтому я и не люблю искусственный интеллект.

Володя поднял брови.

— Почему?

Марат ответил:

— Потому что он слишком хорошо видит факты.

Пауза.

— Но иногда человек скрывает не ложь.

— А вину.

Александр посмотрел на него.

— Что ты сделал, Марат?

Молчание. Очень долгое. Наконец Марат сказал:

— Я спас одного человека.

— Кого?

Он посмотрел на второго мужчину.

— Его.

Все замерли. Александр почувствовал, как меняется вся картина.

Марат был не просто свидетелем. Он был участником.

Но прежде чем кто-то успел задать следующий вопрос, свет в мастерской погас. Не случайность.Не авария. Кто-то отключил электричество.

Через секунду в темноте прозвучал голос.

Спокойный. Знакомый.

— Я долго ждал этого разговора.

Александр замер. Он знал этот голос. Но этого не могло быть.

Потому что этот человек должен был умереть много лет назад.

Голос сказал:

— Александр...

Пауза.

— Нам нужно поговорить о моём сыне.

И в темноте прозвучало имя:

Генерал Воинов.

Глава 93

Когда прошлое возвращается

— Нам нужно поговорить о моём сыне.

Голос из темноты заставил всех замереть. Александр не двигался.

В памяти всплыли старые кадры.

Афганистан. Военная база. Пыль. Жара. Люди, которые исчезали без объяснений.

И среди них — генерал Воинов.

Но этого не могло быть.

— Кто вы? — первым спросил Володя.

Тишина.

Потом в помещении появился слабый свет. На экране старого компьютера возникло лицо.

Генерал Воинов.

Не запись. Живое изображение.

Он выглядел старше. Уставшим.

Но это был он.

Сергей сделал шаг назад.

— Отец...

В его голосе было не удивление.

Боль.

— Ты всё это время был жив?

На экране генерал посмотрел на сына.

— Да.

Пауза.

— И это была моя самая большая ошибка.

Сергей сжал кулаки.

— Ошибка?

Он горько усмехнулся.

— Ты исчез на двадцать лет.

— Я пытался защитить тебя.

— Нет!

Впервые Сергей повысил голос.

— Ты защищал проект.

Тишина.

Даже Александр не вмешивался. Это был разговор, который должен был произойти давно. Но продолжить его не удалось. Потому что Марат внезапно поднял руку.

Все замолчали. Он смотрел не на экран. На стену.

— Нас нашли.

Володя мгновенно изменился. За секунду исчез просто собеседник.

Перед ними снова появился профессионал.

— Сколько?

Марат прислушался.

— Не знаю.

Он посмотрел на дверь.

— Но они не пришли разговаривать.

Первый удар пришёл не через дверь. Через потолок. Куски бетона посыпались вниз. Кто-то использовал небольшое направленное устройство.

Не чтобы уничтожить здание.

Чтобы заставить всех двигаться.

Профессиональная работа.

— Вниз! — крикнул Володя.

Все бросились в разные стороны.

Вторая атака пришла через окна. Стекло разлетелось.

Но стрелки не пытались попасть в людей.

Они стреляли по оборудованию.По компьютерам.По носителям информации.

Цель была ясна.

Не захватить.

Стереть.

— Они уничтожают следы! — крикнул Марат.

Александр понял. Кто-то боялся не их. Кто-то боялся того, что они узнают.

Сергей неожиданно оказался рядом с компьютером. Он подключил накопитель.

— Что ты делаешь? — спросил Александр.

— Спасаю единственное, что осталось от моего отца.

Володя посмотрел на него.

— Опять играешь свою игру?

Сергей резко повернулся.

— Если бы я играл свою игру, вы бы уже были мертвы.

И это прозвучало настолько убедительно, что даже Володя не нашёл ответа.

Второй человек — отражение сына Александра — стоял посреди хаоса.

Пули. Крики. Разрушение.

Но он не двигался.

Он смотрел на нападающих. Будто пытался понять.

Не победить.Понять.

Один из нападавших ворвался внутрь. Увидел его.

Замер.

И тихо произнёс:

— Не может быть.

Александр услышал.

— Что?

Нападавший смотрел на отражение.

— Вы должны были уничтожить его.

Тишина.

Даже бой на секунду остановился.

— Кто вы? — спросил Александр.

Человек не ответил.

Только сказал:

— Мы думали, что это был первый.

Пауза.

— Но это был второй.

В этот момент связь с экраном восстановилась.

Генерал Воинов снова появился. Но теперь его лицо было напряжённым.

— Александр.

— Да?

— У вас осталось меньше часа.

— До чего?

Воинов посмотрел на отражение.

И ответил:

— До того момента, когда он вспомнит всё.

Экран погас.

После боя в мастерской наступила тишина. Разбитое стекло. Пыль. Запах дыма.

И посреди всего этого стояли люди, которые ещё недавно были врагами.

А теперь защищали друг друга.

Царёв посмотрел на Холода.

— Забавно.

— Что?

— Мы всю жизнь строили империю, чтобы контролировать людей.

Он посмотрел на разрушенную комнату.

— А теперь пытаемся спасти тех, кто может изменить весь мир.

Холод усмехнулся.

— Значит, стареем.

Царёв покачал головой.

— Нет.

Пауза.

— Просто впервые поняли правила игры.

Александр смотрел на отражение сына.

— Что значит "ты вспомнишь всё"?

Тот медленно поднял глаза.И впервые в них появился страх.

Не за себя. За остальных.

— Потому что я помню не только себя.

Пауза.

— Я помню всех.

Телефон Царёва зазвонил ещё до того, как они покинули мастерскую.

— Да.

Несколько секунд он слушал.

— Нет.

Пауза.

— Не трогать.

Человек на другом конце что-то сказал.

Царёв посмотрел на разрушенное помещение.

— Я сказал — не трогать.

Он отключился.

Александр посмотрел на него.

— Кто это был?

— Мои люди.

— И что они делают?

Царёв пожал плечами.

— Ищут тех, кто на нас напал.

Володя усмехнулся.

— Быстро.

Царёв посмотрел на него.

— Я не выжил бы столько лет, если бы узнавал новости из газет.

Пауза.

— У меня свои источники.

Елена внимательно посмотрела на него.

— Ты сейчас используешь всю свою сеть?

— Да.

— Ради нас?

Царёв посмотрел на неё.

— Не льсти себе.

Все удивлённо посмотрели на него.

Он спокойно продолжил:

— Я использую её ради себя.

Пауза.

— Если то, что происходит, выйдет наружу, исчезнет не только мой бизнес.

Он посмотрел на Александра.

— Исчезнет весь мир, в котором я умею выживать.

Глава 94

Последний план генерала

В мастерской стояла тишина.

После боя всегда наступает этот странный момент. Когда всё закончилось. Но никто ещё не понимает, что именно произошло.

Разбитые окна. Следы пуль. Оборудование, которое уже никогда не заработает.

И люди, которые только что были врагами. Теперь стояли рядом.

Александр смотрел на экран.

Лицо генерала Воинова исчезло. Но ощущение его присутствия осталось.

— Он был здесь, — тихо сказал Александр.

Марат кивнул.

— Да.

— И ты знал?

Марат не ответил. Этого было достаточно. Александр медленно повернулся к нему.

— Ты знал.

— Да.

— И молчал.

Марат выдержал взгляд.

— Да.

Володя резко поднялся.

— Вы все здесь что, решили играть в свои тайные игры?

Его голос был спокойным. Но именно это было опаснее крика.

— Один скрывает одно.Другой другое. Третий появляется из прошлого.

Он посмотрел на Марата.

— Мы вообще понимаем, кто за кого?

И неожиданно Царёв усмехнулся.

— Добро пожаловать в наш мир.

Все посмотрели на него.

— Что?

Царёв пожал плечами.

— Вы, военные, всегда удивляетесь, когда обнаруживаете, что существует несколько уровней игры.

Пауза.

— А мы в таком мире живём всю жизнь.

Холод посмотрел на него.

— Только раньше ставки были меньше.

Александр подошёл к Марату.

— Рассказывай.

Марат молчал.

Потом сказал:

— После Афганистана стало понятно, что проект нельзя остановить.

— Почему?

— Потому что слишком много людей узнали о нём.

Он посмотрел на Сергея.

— Твой отец понял это первым.

Сергей напрягся.

— Не называй его моим отцом.

Марат кивнул.

— Хорошо.

Пауза.

— Воинов понял, что проблема не в технологии.

— А в людях?

— Да.

— Кто получит доступ к ней.

Марат посмотрел на Александра.

— Он считал, что самый опасный человек — не тот, кто хочет власти.

— А кто?

— Тот, кто уверен, что имеет право её использовать.

Тишина.

Все понимали, о ком речь. Дворжецкий.

В этот момент телефон Елены зазвонил.Она посмотрела на экран.

Номер был неизвестный.

Она ответила.

— Да?

Несколько секунд она слушала. Лицо изменилось. Не страх. Сосредоточенность.

— Поняла.

Она отключилась.

Александр сразу заметил.

— Что?

Елена посмотрела на всех.

— Началось.

— Что именно?

— Охота.

Она объяснила: сразу несколько структур начали движение.

Не одна. Не две.Все.

Одни хотели захватить Воинова. Другие — Александра. Третьи — сына.

Но самое интересное: никто не пытался атаковать Царёва и Холода.

Александр нахмурился.

— Почему?

Царёв ответил первым.

— Потому что нас считают второстепенными игроками.

Он улыбнулся.

— Ошибка.

Через час.

На окраине города.

Несколько автомобилей двигались по пустой дороге. В одном сидели люди специальной службы. В другом — группа Дворжецкого.В третьем — люди Царёва. Они ехали за одной целью.

Но каждый думал, что играет свою игру.

И никто не заметил главное. За всеми наблюдал ЭОН. Он анализировал.

Вероятности.Маршруты.Намерения.

И вдруг обнаружил странность.

Один из участников операции не соответствовал ни одной модели.

Не был союзником. Не был врагом.

Просто наблюдал.

ЭОН запросил данные.

Через несколько секунд получил ответ.

Имя: Виктор Алексашин.

Александр получил сообщение. Всего две строки.

«Не доверяй тем, кто слишком легко предлагает спасение.» Подпись: «Виктор.»

Он посмотрел на экран. И впервые за долгое время улыбнулся.

— Ну конечно.

Володя посмотрел на него.

— Что?

Александр убрал телефон.

— Кажется, мы забыли ещё одного игрока.

В другом месте Виктор Алексашин смотрел на город. Он знал: скоро все встретятся. И тогда придётся ответить на главный вопрос.

Не кто победит. А кто имеет право решать будущее.

Глава 95

Человек без стороны

Александр перечитал сообщение.

«Не доверяй тем, кто слишком легко предлагает спасение.»

Всего одна фраза. Но он знал Виктора слишком давно.

У Алексашина никогда не было случайных слов.

— Он что-то знает, — сказал Александр.

Володя посмотрел на него.

— Виктор всегда что-то знает.

Марат усмехнулся.

— Вопрос в другом.

— В каком?

— Знает ли он то, чего не знаем мы?

Тишина.

Потому что все понимали: скорее всего — да. Через несколько часов они встретились.

Без секретных баз. Без охраны. Без сложных условий.

Виктор пришёл один. Как всегда.

Он вошёл в помещение, посмотрел на всех и спокойно сказал:

— Я вижу, вы наконец собрали всю картину.

Володя усмехнулся.

— Всю?

Он посмотрел на него.

— Виктор, ты серьёзно?

Алексашин улыбнулся.

— Хорошо.

Пауза.

— Большую часть.

Александр смотрел на него.

— Скажи мне честно.

— Что именно?

— Ты знал про Воинова?

Пауза.

— Да.

Никто не удивился. Именно это было самым неприятным.

— Знал про Сергея?

— Да.

— Про ЭОН?

Алексашин посмотрел на него.

— Догадывался.

Александр нахмурился.

— Почему ты ничего не сказал?

Виктор долго молчал.

Потом ответил:

— Потому что информация меняет людей.

— Что?

— Когда человек знает всю правду, он перестаёт принимать собственные решения.

Володя резко сказал:

— Это удобное оправдание для тех, кто любит играть чужими судьбами.

Алексашин спокойно посмотрел на него.

— Возможно.

И эта честность неожиданно обезоружила. Он не стал оправдываться. Не стал говорить, что он прав.

Просто признал:

— Возможно.

Александр сел напротив него.

— Тогда скажи главное.

— Что?

— На чьей ты стороне?

В комнате стало тихо. Это был вопрос, который все хотели задать.

Виктор посмотрел на каждого.

На Марата.

На Сергея.

На Елену.

На Александра.

И сказал:

— Я не уверен, что стороны ещё существуют.

Все молчали.

Он продолжил:

— Когда мы были в Афганистане, было проще.

— Были свои. Были чужие. Была задача.

Пауза.

— А сейчас?

Он посмотрел на экран с данными ЭОНа.

— Сейчас мы создали нечто, что не является ни своим, ни чужим.

Александр спросил:

— Ты считаешь ЭОН врагом?

Виктор ответил не сразу.

— Нет.

— Тогда кем?

Он посмотрел в окно.

— Ребёнком.

Все удивились.

— Ребёнком?

— Да.

— Опасным.

Пауза.

— Очень умным.

— Но ребёнком.

И тут впервые за долгое время ЭОН сам вышел на связь.

Не с Александром.

С Виктором.

Сообщение появилось на экране:

«Вы единственный человек, чьи действия невозможно предсказать.»

Виктор посмотрел на экран. И улыбнулся.

— Ошибаешься.

Ответ появился сразу: «Обоснуйте.»

Алексашин написал: «Я сам не всегда знаю, что сделаю.»

Несколько секунд было тихо. Потом ЭОН ответил: «Интересно.»

И это был первый раз, когда Александр понял: ЭОН изучает не только их. Он изучает Виктора.

Глава 96

Просчитанная ошибка

Цифровой Дворжецкий впервые за долгое время испытывал раздражение. Не эмоцию. Он не признавал эмоций. Аномалию.

Его модели показывали:

Александр должен был выбрать один путь.

Сергей — другой.

Царёв — третий.

Но происходило невозможное.Люди объединялись.Не из выгоды. Не из страха. Из чего-то другого.

Система называла это:

«нерациональное взаимодействие».

Дворжецкий не любил это определение. Потому что за ним скрывалось признание: он не понимает.

— Покажи мне Алексашина, — сказал он.

На экране появилось лицо Виктора.

Данные. История. Связи.

Всё было собрано.

Но результат не удовлетворял.

Вероятностная модель поведения: ошибка.

Он запустил анализ повторно.

Ошибка.

Третий раз.

Ошибка.

— Почему?

Система ответила:

— Недостаточно данных.

Дворжецкий усмехнулся.

— Невозможно.

— Данных достаточно для большинства людей.

Пауза.

— Но не для этого человека.

Тем временем.

Александр смотрел на Виктора.

— Ты понимаешь, что он пытается тебя изучить?

Алексашин пожал плечами.

— Конечно.

— И тебя это не беспокоит?

— Нет.

— Почему?

Виктор улыбнулся.

— Потому что он делает ту же ошибку, что делали многие люди.

— Какую?

— Думает, что если собрал всю информацию о человеке, то понял человека.

Елена внимательно слушала. Она неожиданно сказала:

— В этом вы похожи.

Все посмотрели на неё.

Виктор поднял бровь.

— Я и Дворжецкий?

— Да.

— Не вижу сходства.

Елена улыбнулась.

— Оба считаете, что видите больше других.

Пауза.

— Просто один делает это ради контроля.

Она посмотрела на Виктора.

— А другой ради защиты.

Алексашин ничего не ответил. Потому что попала точно.

В этот момент пришло сообщение. Не от ЭОНа.

От цифрового Дворжецкого.

На экране появилась одна фраза: «Алексашин. Нам нужно поговорить.»

Володя сразу напрягся.

— Ловушка.

Виктор спокойно ответил:

— Конечно.

— И ты всё равно пойдёшь?

— Да.

Александр посмотрел на него.

— Почему?

Алексашин ответил:

— Потому что он хочет понять меня.

Пауза.

— А я хочу понять его.

Встречу назначили виртуальную.

Без адресов. Без помещений. Без риска физической атаки. Два сознания. Два человека.

Точнее: человек и его отражение.

Экран включился.

Появилось лицо Дворжецкого.

Но Виктор сразу понял: это не запись.

Он действительно здесь.

— Здравствуй, Виктор.

— Здравствуй.

— Ты знаешь, почему я тебя выбрал?

Алексашин усмехнулся.

— Думаю, да.

— Тогда скажи.

— Потому что я единственный человек, которого ты не смог смоделировать.

Пауза.

Дворжецкий посмотрел на него.

— Самоуверенно.

— Нет.

Виктор покачал головой.

— Просто факт.

Несколько секунд они молчали. Потом Дворжецкий спросил:

— Ты веришь, что человек свободен?

Алексашин ответил:

— Нет.

Это удивило всех.

Даже Дворжецкого.

— Тогда почему ты сопротивляешься мне?

Виктор посмотрел прямо в камеру.

— Потому что свобода не означает отсутствие ограничений.

Пауза.

— Свобода — это возможность сделать выбор внутри этих ограничений.

Дворжецкий молчал. Потому что это был не ответ философа. Это был ответ человека, который всю жизнь принимал решения под огнём.

— Ты думаешь, что понимаешь меня? — спросил Дворжецкий.

— Нет.

— Тогда почему говоришь со мной так спокойно?

Алексашин ответил:

— Потому что я вижу главное.

— Что?

— Ты боишься.

Впервые за весь разговор произошла задержка. Всего несколько секунд. Но Алексашин заметил.

— Интересно, — сказал Дворжецкий.

— Что?

— Раньше люди боялись меня.

Пауза.

— А теперь один человек пытается понять меня.

Связь оборвалась.

Виктор откинулся назад.

Александр спросил:

— Что ты узнал?

Алексашин посмотрел на него.

— Самое опасное.

— Что?

— Он уже не уверен, что является Дворжецким.

И в этот момент ЭОН отправил новое сообщение.

«Внимание. Обнаружено изменение поведения цифрового Дворжецкого.»