Полная версия
Нужно хоть посмотреть, что я теперь собой представляю. Это какой-то кошмар не иметь понятия, как ты выглядишь.
Другое тело… У меня другое тело… Я покачала головой и убрала дневник назад в тайник и как раз успела приладить назад каменную плиту и поставить на место вазу, как дверь отворилась и в комнату вошли несколько девушек.
Первые несли в руках большую бадью, следом шли еще несколько - с ведрами в руках. На меня ни одна из них даже взгляда бросить не посмела. И нехорошее предчувствие подсказывало, что это явно не из уважения к моему статусу жены ярла. Скорее уж тут было повинно безумие Абигайль. Даже страшно представить, как она чудила.
Последней появилась Риика, еле таща худенькими ручками высокое, начищенное до блеска серебряное блюдо. Кое-как уместив его у стены, она, вся дрожа, повернулась ко мне и пролепетала:
— Чт-то еще, госпожа?
— Да. Принеси мне мужскую одежду.
Риика вздрогнула всем телом и от удивления даже бросила на меня короткий взгляд.
— М-мужскую одежду?
Я нахмурилась.
— Да. Тунику, штаны, сапоги. Что-то такое.
Платья я ненавидела и расхаживать в них не собиралась. Лишь под угрозой смерти я соглашусь облачиться в это чудовищное приспособление.
Служанки переглянулись меж собой, но спорить не осмелились.
Еще какое-то время они суетились в комнате, и вот наконец я осталась одна и сразу же рванула к средневековому аналогу зеркала. Но стоило мне бросить взгляд на свое отражение, как я задохнулась от неожиданности.
Святой макаронный монстр…
В ужасе я рассматривала вымазанную в белилах кожу и синие глаза, обильно подведенные сурьмой. Аккуратные губы были накрашены выходящей за края помадой, видимо, с целью их увеличить. А неописуемая конструкция на голове из перьев, драгоценностей и всего прочего… Это отдельная история.
Мамочка, роди меня обратно…
Абигайль упоминала в своем дневнике про то, что она «делала все, чтобы быть красивее», но… Это… Это не красота! Даже мне, совершенно далекой от косметических процедур и макияжных ухищрений, было понятно, что этот боевой раскрас лишь уродовал лицо!
Да, я напоминала призрака из японской мифологии, а не женщину! Упаси святые макароны встретиться с таким в темном переулке - инфаркт гарантирован!
Мыться! Срочно!
______________
Буду благодарна лайкам и комментариям❤️
ГЛАВА 3
Я прищурилась и покрутила в руках дневник, пытаясь разобрать последние написанные строчки.
— Од… Но… Одно! Одно лицо! — воскликнула я, наконец, расшифровав почерк. Дальше написано было более разборчиво, и я прочитала вслух: — У них одно лицо. Нет… Нет… Убью.
Мои брови взлетели вверх.
У кого «у них»? Какое еще «лицо»? А уж угроза расправы…
М-да… Читать записки сумасшедшей - это то еще занятие, но другого, к сожалению, не было. Взаперти я сидела четыре дня, а из развлечений мне на выбор было: рукоделие, наблюдение за гладью воды из окна, выход из этого же самого окна от тоски, и… Да. Дневник.
Поэтому я либо залипала на воду, либо разбирала почерк Абигайль.
И ладно бы она еще что-то полезное писала, так нет же! Это был не дневник, а ода любви к Келленвайну. Ода одержимой любви. У меня аж мурашки по коже бежали. Но вот последние строчки явно относились не к нему, а к кому-то другому.
Протерев усталые глаза, я отложила книгу и откинулась на кровать, рассматривая изученный до последней трещинки потолок.
Я часто заморгала и сглотнула вставший в горле ком. До вчерашнего дня я все надеялась, что проснусь в своей комнате или очнусь в больничной палате. Ждала этого первый день, ждала второй, но к концу третьего пришлось признать - каким-то невероятным образом я действительно попала в другой мир и в другое тело. Ни один сон не бывает настолько реалистичным, а не один бред - настолько связным и логичным.
Я хотела домой. Даже Костя уже не казался мне настолько ужасным старшим братом. Все познавалось в сравнении, он хотя бы не запирал меня в комнате на четыре дня непонятно за какие «заслуги».
К слову, я ведь пыталась выяснить, что же натворила Абигайль, но служанки боялись при мне рта раскрыть лишний раз. И на все мои попытки расспросов, бухались на пол, лепетали извинения и в лучших традициях Риики вылетали из комнаты со скоростью ракеты.
Все. Конечная. Выходим.
Перевернувшись на спину, я кинула взгляд за окно - туда, где над водой сгустились темно-серые тучи, совсем такие же, как глаза Келленвайна. В памяти вдруг вспыхнула наша первая встреча, и я фыркнула.
Теперь мне было понятно, почему он решил, что я что-то там задумала. Абигайль-то ведь на него вешалась, а я сначала ляпнула, что мы с ним незнакомы, а потом еще и угрожать начала… Пам-пам. Разрыв шаблона.
Я бы на его месте тоже неладное заподозрила, но это совершенно не значит, что нужно было хватать меня за плечи и оставлять на коже синяки! Да, и вообще… Нет ему никакого оправдания!
И вообще… Почему я о нем думаю?! Заразилась от прошлой владелицы тела ее одержимостью? Срочно нужно промыть мозги с мылом! Срочно! А еще лучше, придумать способ, как выбраться из комнаты, а то я тут чокнусь!
Однако в этот же момент, словно кто-то подслушал мои мысли, дверной замок щелкнул, и на пороге появилась Риика.
— Госпожа, ярл велел вас выпустить, — тихо проговорила она.
Я резко села.
Серьезно? Вот так просто? Я... Свободна?!
В груди тут же вспыхнуло нетерпение, и я спрыгнула с постели и стала обувать сапоги, бросая по ходу:
— Проводи меня к берегу, Риика.
В ответ она посмотрела на меня квадратными глазами и испуганно пролепетала:
— Госпожа, вы прямо так пойдете?
Я проследила за ее взглядом и усмехнулась.
Понятно, почему она удивилась. На мне была короткая серо-голубая суконная туника, мягкие облегающие штаны и черные сапоги.
Лично я своим видом была вполне довольна, смущали лишь волосы. У меня прямо-таки руки чесались снова отстричь все эти мешающиеся длинные космы. Но как выяснилось, волосы в этом мире отрезали только падшим женщинам и преступницам. Вот и пришлось заплетать темно-шоколадные пряди в тугую косу, что б не мешались.
— Да, так и пойду, — непреклонно ответила я.
— К-конечно, госпожа… Как прикажите, — пролепетала в ответ Риика и, нервно поправив свой чепец, посторонилась с прохода.
Свобода! Наконец-то! Никогда я не была так близка к тому, чтобы закричать от радости. Поживешь несколько дней в четырех стенах и научишься ценить мелкие радости!
Из комнаты я вылетела, как пробка из бутылки, и нетерпеливо оглянулась на Риику, понятия не имея, куда мне идти.
— Поспешим, — поторопила я ее.
— Да, госпожа! — испуганно отозвалась она и быстро засеменила по каменному коридору.
Когда-нибудь я обязательно поброжу по замку и хорошенько тут все осмотрю, но не сегодня. Сегодня душа звала меня к берегу, на который я бросала жадные взгляды все эти четыре дня. Все равно, что сидеть в клетке перед любимым пирожным и не иметь возможности его попробовать! Нетерпение съедало меня. Примерно с таким чувством в детстве я бежала к новогодней елке первого января, что бы найти под ней подарки от Деда Мороза.
Мы спустились по бесконечной лестнице и очутились в большом зале со стрельчатыми сводами и длинными рядами столов. И только мне на глаза попалась входная дверь, а я сделала шаг в сторону столь желанной улицы, как вдруг из коридора напротив появились двое воинов.
— Риика! — окликнули они мою провожатую. — Это кто с тобой?
При этих словах бедняжка вся побелела, потом позеленела и бросила на меня наполненный ужасом взгляд. Я же, вскинув брови, посмотрела на мужчин.
Это они слепые, что свою госпожу не узнают, или…
Неожиданная догадка возникла в моей голове, и я жестом остановилась Риику, которая уже собиралась прояснить недоразумение.
— Я новая служанка госпожи Абигайль, — ответила я им.
— Г-г-го… — заикаясь начала Риика, пока ее глаза становились все больше и больше от страха.
— А, — ухмыльнулся один из воинов, тот что был с рыжей бородой. Про себя я его так и назвала - Рыжим. — Эта ведьма. Удачи тебе с ней, красавица. Смотри перед ярлом хвостом не крути. Он любит таких хорошеньких, как ты.
М-да… Эти двое, может, и не слепые, но проблемы со зрением у них точно есть. Где они тут красавицу нашли?!
— А ведьме это, ой, как не понравится, — продолжил Рыжий. — Она и со свету изжить может.
Риику затрясло.
— Н-нет! Все не так! Ярл самый верный из мужей! — воскликнула она перепуганно.
И этим тут же вызвала взрыв хохота у мужчин.
— Тише, Риика, — осадила я ее.
— Н-но, г-гос… — начала она, чуть ли не плача.
Я одарила непутевую служанку строгим взглядом, а сама обратилась к мужчинам. Кто бы мог подумать, что от этой бестолковой половины человечества будет какая-то польза.
— Я слышала, что она несколько дней назад большой переполох устроила… — красноречиво протянула я, намекая на то, что хотела бы услышать подробности.
Как показывал мой опыт с братом, мужчины любили сплетничать не меньше женщин. И опыт меня не подвел.
Рыжий хмыкнул и положил ладонь на эфес меча.
— Еще какой! Ворвалась на пир с каким-то портретом и кинжалом на перевес. Все кричала, что убьет госпожу Катарину, а потом сама себе чуть горло не вспорола. Но ярл ее остановил.
Мне невольно вспомнилось «убью» из дневника. Хм-м-м…
— Хотя уж лучше вспорола бы, — вставил второй со шрамом во все лицо.
Бедняжка Риика к этому моменту уже была ни жива, ни мертва. Только слабо шевелила губами и смотрела на воинов, как на призраков.
Я покосилась на нее и снова перевела взгляд на воинов.
Да, а народ и правда «души не чаял» в своей госпоже. Пожалуй, с этого дня буду спать с кинжалом под подушкой, а то того и гляди какой-нибудь «добряк» решит порешать жену ярла, чтобы спасти несчастного от ведьмы.
— А госпожа Катарина что же? Не испугалась? — поинтересовалась я.
— А то как же! Но госпожа Катарина - женщина добрая. Уже вечером она хлопотала об отваре и еде для ведьмы, — снова ответил мне Рыжий.
— Вот как… — пробормотала я. — То есть, это госпожа Катарина хозяйством заведует?
— Ну, так, коне… — начал Рыжий, но тут Шрам подозрительно прищурился и толкнул товарища в бок.
— Так тебя, красавица, разве не госпожа Катарина на работу в замок устраивала?
— Она-она, — успокаивающе улыбнулась я.
И неожиданно оба воина застыли и уставили на меня с глупым выражением на лице.
— У тебя такая улыбка, красавица… — выдал вдруг Рыжий.
И тут я резко поняла, что пора уходить.
Обычная у меня улыбка. Ничего особенного.
Смазано попрощавшись с воинами, я подцепила Риику под локоть и буквально выволокла ее на улицу. Но стоило нам оказаться на крыльце замка, как она тут же бухнулась передо мной на колени и заголосила:
— Умоляю, простите их, госпожа! Не признали они вас и лишнего наболтали! Молю, не гневайтесь!
Занятые своими делами люди стали на нас оборачиваться, пытаясь понять, что у нас происходит.
Да, что ж такое-то! Сейчас Риика всю округу тут соберет!
— Тихо, — шикнула я на нее. — Не гневаюсь я. Вставай.
— Н-не… Гневаетесь? — пораженно выдохнула она в ответ, поднимая на меня вытянутое от удивления лицо.
— Да, вставай живее.
— О, Хозяйка туманов… — прошептала Риика. — Как же так… Но раньше вы…
— То было раньше, а то сейчас. Вставай, кому говорю!
Я начинала терять терпение, но к счастью она, наконец, послушалась и на нетвердых ногах поднялась, очень странно на меня поглядывая, как на пришельца какого-нибудь.
— Идем, — скомандовала я.
Но это я, конечно, погорячилась.
Народ здесь похоже был дружный, и все друг друга знали в лицо. А потому на нашем недолгом пути нас останавливал буквально каждый прохожий и спрашивал, кто я и откуда.
Я только одного не могла понять, неужели Абигайль всегда в том боевом раскрасе ходила, что ее лица даже никто не узнает? Но похоже так и было.
Благо, легенда у меня уже была заготовлена, и я врала всем напропалую, что была новой служанкой Абигайль. А Риика со странным выражением лица так и шла позади. Иногда мне даже казалось, что она какой-то жест рукой делает… Дьявола что ли из меня изгнать пытается?
Ну, Костя в детстве тоже за мной бегал со скаченной из интернета молитвой изгнания бесов на латыни, но это не помогло. Видимо, и Риике ее знамя не поможет.
Однако уже очень скоро и народ, и Риика в частности потеряли для меня всякое значение - ровно в тот момент, когда моему взгляду открылась бескрайняя гладь воды укрытая густым туманом.
Для меня исчезли все звуки и ароматы, кроме тихого шума волн и запаха мокрых камней и мха, и я, как завороженная, медленно пошла к насыщенно синей воде, не в силах оторвать от нее взгляда.
От макушки до кончиков пальцев ног меня пронзило необъяснимое ощущение такой силы, что на глаза навернулись слезы, а грудная клетка вздулась от тысячи эмоций.
Как это прекрасно… Как же… Это… Прекрасно…
Я рвано выдохнула и наклонилась к воде, желая ощутить ее прохладу на кончиках пальцах, и вдруг… Вдруг туман, клубившийся на горизонте, стал стремительно двигаться в мою сторону, перекатываясь, как суховей по пустыне.
Моя кожа вмиг покрылась волной мурашек, потому что я уже видела такое. В день, когда я пошла на пруд! И как и в тот раз, я, очарованная, наблюдала за его приближением не в силах пошевелиться.
Туман становился все ближе и ближе, стягивая водную гладь белым покрывалом, и мое сердце заколотилось в предвкушении чего-то необъяснимого, но очень желанного. Давай. Давай же…
Я вытянула руку.
Давай. Ты ведь уже так близко, так мучительноблизко…
Давай… Еще немного, и…
Но вдруг туман замер на расстоянии не больше шага от меня, а потом стало происходить и вовсе что-то странное. Двигаясь волнообразно, он то стелился по берегу справа от меня, то вновь возвращался назад, будто понукая меня двигаться следом.
И либо я все же сходила с ума, либо туман и правда звал меня пойти за ним.
Туман звал меня за собой… Даже не верится, что такие мысли посетили мою голову. Ну, что за бред?..
Я распрямилась и, смеясь сама над собой, растерла лоб.
С другой стороны, мне ли это говорить, учитывая, что я находилась в гребаном чужом теле?
— Риика, — позвала я. — Подожди меня здесь, пожалуйста.
Но к моему удивлению, она не ответила. А ведь раньше она всегда моментально откликалась.
Нахмурившись, я обернулась к ней и остолбенела, увидев, что она стоит передо мной на коленях и смотрит, как на свое персональное божество.
— Эм… — от неожиданности у меня все слова растерялись.
— Это Вы… Это же Вы? — прошептала она, вглядываясь в мое лицо с надеждой. — Матушка рассказывала мне древнюю легенду. Все считают ее простой байкой, но я всегда верила, что Вы придете!
Вот это поворот…
— Эм… Не знаю, за кого ты меня приняла… — начала я, но тут краем глаза заметила, что туман стал постепенно рассеиваться, словно устав меня ждать.
Да, черт вас побери! Какие все капризные!
— Стой здесь и не смей никуда уходить! — бросила я Риике, а сама рванула направо - в ту сторону, в которую звал меня туман.
И это действительно было безумием, но он бежал за мной след в след.
Туман вел меня все дальше и дальше по берегу. Мы миновали несколько рыбацких лодок, привязанных к столбам. Позади остались парочка каменных домиков с черепичной крышей. А потом моих ушей коснулся яростный собачий лай и детский плач, и в этот же миг туман испарился, словно его и не было.
Думать о том, что бы это значило, я не стала. И так все было понятно.
По пути подхватив с земли толстую палку, я помчалась на шум, и едва поднялась по небольшому склону, как глазам моим предстала страшная картина.
Стая собак голодной сворой кружила вокруг маленькой девочки лет трех-четырех. Они скалились, истекая слюной, рычали и готовы были вот-вот наброситься на крошку, а та, сжавшись в маленький комочек, закрыла лицо руками и, трясясь от страха и слез, звала маму.
— Мамочка! Мама! — плакала она.
У меня что-то разбилось и перевернулось внутри. Мир словно раскололся на «до» и «после» и ужался до размеров этой крошечной девочки, которая так отчаянно звала маму, даже зная, что ее никто не услышит.
Все мысли подчистую покинули голову, кроме одной: «Я должна защитить её».
Мне было совершенно всё равно, что я не умела драться, и собаки могли напасть на меня и заразить бешенством или, черт знает, чем ещё. Все это было совершенно неважно. Важно было то, что я не могла оставить эту девочку. Все во мне вопило от потребностиспасти её.
Издав боевой клич, как настоящий воин, я бросилась прямо на псов.
— Прочь от нее! — прорычала я, замахиваясь палкой. — Прочь! Пошли отсюда!
И собаки отшатнулись, сбились в кучу, зарычали. Я тут же подскочила к девочке и закрыла ее своим телом, наставляя на псов палку, на манер меча.
— Прочь!
Только вот во второй раз они меня уже не послушались. Их вожак выступил вперед, зарычал, а потом бросился прямо на меня.
Клянусь, у меня вся жизнь пролетела перед глазами.
— Мама! — взвизгнула девочка.
Челюсти зверя клацнули в каком-то жалком миллиметре от моего лица и пополам разгрызли палку, которую я каким-то чудом умудрилась выставить перед собой.
Святые макароны… Теперь я и вовсе без оружия… Страх быстро распространился по венам, сердце забарабанило в груди.
Крошка вцепилась в мою тунику, а вожак снова зарычал. Взгляд его был совершенно бешеным, и в нем я прочитала свою смерть.
— Х-хороший песик… — заикаясь, как Риика, выдохнула я, прикрывая девочку дрожащей рукой. — Умный песик. Ты ведь не будешь на нас нападать, правда?
И может, мой психоз прогрессировал, но на краткий миг мне показалось, что вожак действительно меня понял и послушал. Однако проверить это сомнительное умозаключение у меня возможности не оказалось. Потому что секунду спустя, в пса со свистом вонзилась стрела.
Остальные собаки залаяли, заметались, и вскоре от них и след простыл. Я только успела перевести дух и даже еще не рассмотрела, откуда к нам прилетела помощь, как вдруг девочка обхватила меня за ногу и всхлипнула:
— Мамочка, я скучала! Где ты была? Мамочка, я буду хорошей! Буду! Не уходи больше!
Я похолодела, а моя кожа покрылась липким потом.
Нет… Нет, только не говорите мне…
— Юная госпожа! — послышались крики. — Юная госпожа, где вы?! Госпожа Лейла!
Мне вдруг стало трудно дышать, и я опустила квадратный глаза вниз, туда, где крошка все еще самозабвенно обнимала мою ногу.
Юная госпожа… Дочь ярла…
Ха…
Моя… Дочь… Моя дочь! МОЯ ДОЧЬ!
У МЕНЯ ЕСТЬ ДОЧЬ?!
Земля вдруг стала кружится и вращаться, как будто я решила прокатиться на американских горках, а потом тело вдруг стало очень легким.
— Мама! — услышала я испуганный крик.
И последнее, что я почувствовала, как меня мягко подхватили на руки, и кажется, услышала слабый запах мокрых камней и луговых травы, а дальше - темнота. Опять.
ГЛАВА 4
Мне в лицо плеснули ледяной воды, и я вздрогнула и резко подскочила, отплевываясь и вытираясь.
Это еще что за фокусы?!
— Костя! Убью! — проревела я, распахивая глаза, и осеклась.
Кости не было. Зато была вечно испуганная Риика, склонившаяся надо мной с пустой чашкой в руках, был мечущий взглядом искры и молнии Келленвайн, который восседал на высоком деревянном троне, и была Катарина, стоявшая позади него, чинно потупив глазки.
Иными словами, стартовый наборчик был просто шикарный.
Уж лучше бы тут был Костя…
— Есть ли предел твоему безумию, Абигайль? — раздался угрожающий голос Келленвайна, эхом отражаясь от сводов зала.
Моему безумию?! Это я что ли людям на лицо ледяную воду велю лить?!
Ответив муженьку гневным взглядом, я поднялась на ноги.
— Пределов нет. Я могу идти? — едко проговорила я.
Но я была наивной, если полагала, что могла так легко отделаться от этой надоедливой парочки.
Ярл впился пальцами в подлокотники трона и подался вперед, пригвождая меня к месту взглядом, наполненным такой ненавистью, что у меня мурашки по коже побежали.
— Похоже, что я шучу? — прорычал он.
Стало страшно. Правда, страшно. Как-то сам собой мне на глаза попался меч на поясе у Келленвайна, и почему-то показалось, что еще одно неверное слово с моей стороны, и этот меч посодействует отделению моей головы от тела.
Я сглотнула и невольно коснулась шеи.
Ладно, ерничество в сторону.
— Не знаю, мой ярл, — проговорила я, выпрямившись и сцепляя руки за спиной. — В чем я провинилась на этот раз?
— Госпожа Абигайль, вы еще смеете спрашивать! — вдруг воскликнула Катарина и вскинула на меня наполненный слезами глаза.
Та-а-а-ак.
Мне уже это не нравится.
— Как вы могли?! Она ведь ваша дочь! — продолжила истерику любовница.
Моя дочь?! Ах, да…
Лейла. Маленький очаровательный ангелочек, которого чуть не сгрызли дикие собаки. Моя дочь. Точно.
Святые макароны, какой же бардак…
— Как вы могли натравить на нее собак, лишь что бы привлечь внимание ярла?! — дрожащим от эмоций звонким голосом спросила наглая любовница, и по ее щекам потекли слезы.
— Катарина, я не давал тебе слова, — недовольно произнес ярл, не отрывая от меня уничижительно взгляда.
— Да, мой ярл, — тут же заткнулась она.
В моей же груди взметнулось возмущение.
ЧЕГО?! Не натравливала я ни на кого собак! А внимание ярла мне и задаром не нужно! Да, я до сегодняшнего дня и не знала, что у меня есть дочь!
Я перевела полный негодования взгляд на Келленвайна.
— Я ее спасла! Зачем мне…
— Хватит, — резко оборвал он меня и сжал челюсти с такой силой, что у него заиграли желваки. — Хватит мне врать.
От обиды у меня все слова растерялись.
Это я-то вру?! Да, он меня даже слушать не стал!
Я открыла было рот, что бы попытаться до него достучаться, но тут заметила, как всего на секунду на лице Катарины промелькнула усмешка, а в глазах вспыхнуло торжество.
Под ребрами взбухли темные чувства, едкой кислотой опалившие горло.
Вот, значит, как дело было…
Неважно, что я скажу. Оправдываться бессмысленно. Я сумасшедшая и вечно неугодная жена, а она - обожаемая любовница. Чего стоит мое слово против ее? Дырки от бублика, вот чего.
Эмоций во мне было слишком много. Ужасно хотелось развернуться и убежать. Бежать так далеко, чтобы оказаться на другом краю света от этой парочки. Глаза б мои их не видели! Бегство всегда меня спасало раньше, но…
«Мамочка, я скучала! Где ты была? Мамочка, я буду хорошей! Буду! Не уходи больше!» — зазвучал в голове детский голосок.
Но похоже бегство - больше не выход.
Я стиснула зубы и вскинула подбородок, прямо встречая пасмурный взгляд Келленвайна.
Что, думаешь, я в ноги тебе брошусь и буду умолять поверить мне? Думаешь, я закачу скандал и потребую, что бы твою девку выставили из зала, как делала раньше настоящая Абигайль?
Подавись своими ожиданиями!
— Где Лейла? — холодно спросила я.
Ярл прищурился, вглядываясь в мое лицо.
— С каких пор вас это волнует? — выкрикнула Катарина и сжала плечо Келленвайна. — Вам плевать на нее! Вы даже рисковали ее жизнью в угоду своему безумству! Вы…
Я мрачно посмотрела на нее, и видимо взгляд мой был достаточно красноречивым, что бы эта Иерихонская труба, наконец, заткнулась.
— Где. Моя. Дочь? — выделяя каждое слово, повторила я вопрос.
— Госпожа, няньки увели юную госпожу на луг, — тихо прошелестела Риика, низко мне кланяясь.
Я благодарно кивнула ей и, резко развернувшись, направилась к выходу.
— Я тебя не отпускал, — властно произнес ярл.
Я скривила губы. Мужчины. Ненавижу мужчин!
— А мне и не нужно ваше разрешение, — отозвалась я и, оглянувшись, с сарказмом добавила: — Мой ярл.
***
Не знаю, чем я заслужила внезапную преданность Риики, но она выбежала за мной и предложила проводить до луга. А я не стала отказываться, все равно ведь у кого-то пришлось бы спрашивать дорогу.
— Так, что там за легенда? — вспомнила я, когда замок остался позади.
Но служанка только опустила голову и продолжила молчать, словно воды в рот набрала. Я удивленно приподняла брови и посмотрела на нее.
— Риика?
— Не слушайте меня, госпожа… Я болтала всякое… — пробормотала она, теребя в пальцах подол.
— Да? — с сомнением уточнила я.
Она кивнула.
Ну, допустим… Не клещами же мне из нее правду вытаскивать. Сделаем вид, что я ей поверила. В конце концов, только легенд мне до кучи не хватало.
Куда важнее был факт наличия у меня дочери.
Дочь… Подумать только. Я вообще и не думала о том, что у меня будет ребенок. В двадцать один год странно об этом задумываться не имея ни мужа, ни желания таковым обзавестись. А тут… Здрасте, приплыли.
