Поэзия. Все в одной книге
Полная версия
Поэзия. Все в одной книге
Язык: Русский
Год издания: 2026
Добавлена:
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Александр Александрович Блок
Поэзия
Все в одной книге
© Издательство АСТ, 2026
Стихотворения
Ante Lucem (1898–1900)[1]
«Пусть светит месяц – ночь темна…»
Пусть светит месяц – ночь темна.Пусть жизнь приносит людям счастье, —В моей душе любви веснаНе сменит бурного ненастья.Ночь распростерлась надо мнойИ отвечает мертвым взглядомНа тусклый взор души больной,Облитой острым, сладким ядом.И тщетно, страсти затая,В холодной мгле передрассветнойСреди толпы блуждаю яС одной лишь думою заветной:Пусть светит месяц – ночь темна.Пусть жизнь приносит людям счастье, —В моей душе любви веснаНе сменит бурного ненастья.Январь 1898. С.-Петербург«Друг, посмотри, как в равнине небесной…»
Друг, посмотри, как в равнине небеснойДымные тучки плывут под луной,Видишь, прорезал эфир бестелесныйСвет ее бледный, бездушный, пустой?Полно смотреть в это звездное море,Полно стремиться к холодной луне!Мало ли счастья в житейском просторе?Мало ли жару в сердечном огне?Месяц холодный тебе не ответитЗвезд отдаленных достигнуть нет сил…Холод могильный везде тебя встретитВ дальней стране безотрадных светил…Июль 1898«Мне снилась смерть любимого созданья…»
Мне снилось, что ты умерла.
ГейнеМне снилась смерть любимого созданья:Высоко, весь в цветах, угрюмый гроб стоял,Толпа теснилась вкруг, и речи состраданьяМне каждый так участливо шептал.А я смотрел вокруг без думы, без участья,Встречая свысока желавших мне помочь;Я чувствовал вверху незыблемое счастье,Вокруг себя – безжалостную ночь.Я всех благодарил за слово утешеньяИ руки жал, и пела мысль в крови:«Блаженный, вечный дух унес твое мученье!Блажен утративший создание любви!»10 ноября 1898«Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене…»
Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене,Безумная, как страсть, спокойная, как сон,А я, повергнутый, склонял свои колениИ думал: «Счастье там, я снова покорен!»Но ты, Офелия, смотрела на ГамлетаБез счастья, без любви, богиня красоты,А розы сыпались на бедного поэтаИ с розами лились, лились его мечты…Ты умерла, вся в розовом сияньи,С цветами на груди, с цветами на кудрях,А я стоял в твоем благоуханьи,С цветами на груди, на голове, в руках…23 декабря 1898«Разлучаясь с девой милой…»
Разлучаясь с девой милой,Друг, ты клялся мне любить!Уезжая в край постылый,Клятву данную хранить!..Там, за Данией счастливой,Берега твои во мгле…Вал сердитый, говорливыйМоет слезы на скале…Милый воин не вернется,Весь одетый в серебро…В гробе тяжко всколыхнетсяБант и черное перо…8 февраля 1899«Когда толпа вокруг кумирам рукоплещет…»
К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы.
ЛермонтовКогда толпа вокруг кумирам рукоплещет,Свергает одного, другого создает,И для меня, слепого, где-то блещетСвятой огонь и младости восход!К нему стремлюсь болезненной душою,Стремлюсь и рвусь, насколько хватит сил.Но, видно, я тяжелою тоскоюКорабль надежды потопил!Затянут в бездну гибели сердечной,Я – равнодушный серый нелюдим…Толпа кричит – я хладен бесконечно,Толпа зовет – я нем и недвижим.23 февраля 1899«На гладях бесконечных вод…»
(Картина В. Васнецова)
На гладях бесконечных вод,Закатом в пурпур облеченных,Она вещает и поет,Не в силах крыл поднять смятенных.Вещает иго злых татар,Вещает казней ряд кровавых,И трус, и голод, и пожар,Злодеев силу, гибель правых…Предвечным ужасом объят,Прекрасный лик горит любовью,Но вещей правдою звучатУста, запекшиеся кровью!..23 февраля 1899«Я шел к блаженству. Путь блестел…»
Я шел к блаженству. Путь блестелРосы вечерней красным светом,А в сердце, замирая, пелДалекий голос песнь рассвета.Рассвета песнь, когда заряСтремилась гаснуть, звезды рдели,И неба вышние моряВечерним пурпуром горели!..Душа горела, голос пел,В вечерний час звуча рассветом.Я шел к блаженству. Путь блестелРосы вечерней красным светом.18 мая 1899«Сама судьба мне завещала…»
Сама судьба мне завещалаС благоговением святымСветить в преддверьи ИдеалаТуманным факелом моим.И только вечер – до БлагогоСтремлюсь моим земным умом,И полный страха неземногоГорю Поэзии огнем.26 мая 1899«Не проливай горючих слез…»
Не проливай горючих слезНад кратковременной могилой.Пройдут часы видений, грез,Вернусь опять в объятья милой.Не сожалей! Твоим страстямГотов любовью я ответить,Но я нашел чистейший храм,Какого в жизни мне не встретить.Не призывай! Мирская властьНе в силах дух сковать поэта.Во мне – неведомая страстьЖивым огнем небес согрета.Тебя покину. Скоро вновьВернусь к тебе еще блаженнейИ обновлю мою любовьЛюбовью ярче и нетленней.8 июня 1899«Зачем, зачем во мрак небытия…»
Зачем, зачем во мрак небытияМеня влекут судьбы удары?Ужели всё, и даже жизнь моя —Одни мгновенья долгой кары?Я жить хочу, хоть здесь и счастья нет,И нечем сердцу веселиться,Но всё вперед влечет какой-то свет,И будто им могу светиться!Пусть призрак он, желанный свет вдали!Пускай надежды все напрасны!Но там, – далёко суетной земли, —Его лучи горят прекрасно!29 июня 1899«Помнишь ли город тревожный…»
К. М. С.
Помнишь ли город тревожный,Синюю дымку вдали?Этой дорогою ложнойМолча с тобою мы шли…Шли мы – луна поднималасьВыше из темных оград,Ложной дорога казалась —Я не вернулся назад.Наша любовь обманулась,Или стезя увлекла —Только во мне шевельнуласьСиняя города мгла…Помнишь ли город тревожный.Синюю дымку вдали?Этой дорогою ложнойМы безрассудно пошли…23 августа 1899Неведомому Богу
Не ты ли душу оживишь?Не ты ли ей откроешь тайны?Не ты ли песни окрылишь,Что так безумны, так случайны?..О, верь! Я жизнь тебе отдам,Когда бессчастному поэтуОткроешь двери в новый храм,Укажешь путь из мрака к свету!..Не ты ли в дальнюю страну,В страну неведомую ныне,Введешь меня – я вдаль взглянуИ вскрикну: «Бог! Конец пустыне!»22 сентября 1899Servus-Reginae[2]
Не призывай. И без призываПриду во храм.Склонюсь главою молчаливоК твоим ногам.И буду слушать приказаньяИ робко ждать.Ловить мгновенные свиданьяИ вновь желать.Твоих страстей повержен силой,Под игом слаб.Порой – слуга; порою – милый;И вечно – раб.14 октября 1899Dolor Ante Lucem[3]
Каждый вечер, лишь только погаснет заря,Я прощаюсь, желанием смерти горя,И опять, на рассвете холодного дня,Жизнь охватит меня и измучит меня!Я прощаюсь и с добрым, прощаюсь и с злым,И надежда и ужас разлуки с земным,А наутро встречаюсь с землею опять,Чтобы зло проклинать, о добре тосковать!..Боже, боже, исполненный власти и сил,Неужели же всем ты так жить положил,Чтобы смертный, исполненный утренних грез,О тебе тоскованье без отдыха нес?..3 декабря 1899«Ярким солнцем, синей далью…»
Ярким солнцем, синей дальюВ летний полдень любоваться —Непонятною печальюДали солнечной терзаться…Кто поймет, измерит оком,Что за этой синей далью?Лишь мечтанье о далекомС непонятною печалью…17 февраля 1900«Восходишь ты, что строгий день…»
Восходишь ты, что строгий деньПеред задумчивой природой.В твоих чертах ложится теньЛесной неволи и свободы.Твой день и ясен и велик,И озарен каким-то светом,Но в этом свете каждый мигИдут виденья – без ответа.Никто не тронет твой покойИ не нарушит строгой тени.И ты сольешься со звездойВ пути к обители видений.25 февраля 1900«Прошедших дней немеркнущим сияньем…»
Прошедших дней немеркнущим сияньемДуша, как прежде, вся озарена.Но осень ранняя, задумчиво грустна,Овеяла меня тоскующим дыханьем.Близка разлука. Ночь темна.А все звучит вдали, как в те младые дни.Мои грехи в твоих святых молитвах,Офелия, о нимфа, помяни.И полнится душа тревожно и напрасноВоспоминаньем дальным и прекрасным.28 мая 1900«Не призывай и не сули…»
Не призывай и не сулиДуше былого вдохновенья.Я – одинокий сын земли,Ты – лучезарное виденье.Земля пустынна, ночь бледна,Недвижно лунное сиянье,В звездах – немая тишина —Обитель страха и молчаньяЯ знаю твой победный лик,Призывный голос слышу ясно,Душе понятен твой язык,Но ты зовешь меня напрасно.Земля пустынна, ночь бледна,Не жди былого обаянья,В моей душе отраженаОбитель страха и молчанья.1 июня 1900«В часы вечернего тумана…»
В часы вечернего туманаСлетает в вихре и огнеКрылатый ангел от страниц КоранаНа душу мертвенную мне.Ум полон томного бессилья,Душа летит, летит…Вокруг шумят бесчисленные крылья,И песня тайная звенит3 июня 1900«На небе зарево. Глухая ночь мертва…»
На небе зарево. Глухая ночь мертва.Толпится вкруг меня лесных дерев громада,Но явственно доносится молваДалекого, неведомого града.Ты различишь домов тяжелый ряд,И башни, и зубцы бойниц его суровых,И темные сады за камнями оград,И стены гордые твердынь многовековых.Так явственно из глубины вековПытливый ум готовит к возрожденьюЗабытый гул погибших городовИ бытия возвратное движенье.10 июня 1900«Отрекись от любимых творений…»
Отрекись от любимых творений,От людей и общений в миру,Отрекись от мирских вожделений,Думай день и молись ввечеру.Если дух твой горит беспокойно,Отгоняй вдохновения прочь.Лишь единая мудрость достойнаПерейти в неизбежную ночь.На земле не узнаешь награды.Духом ясный пред божьим лицом,Догорай, покидая лампаду,Одиноким и верным огнем.1 ноября 1900«Ты не обманешь, призрак бледный…»
К. М. С.
Ты не обманешь, призрак бледныйДавно испытанных страстей.Твой вид нестройный, образ бедныйНе поразит души моей.Я знаю дальнее былое,Но в близком будущем не ждуВолнений страсти. Молодое —Оно прошло, – я не найдуВ твоем усталом, но зовущем,Ненужном призраке – огня.Ты только замыслом гнетущимЕще измучаешь меня.25 декабря 1900«И ты, мой юный, мой печальный…»
И ты, мой юный, мой печальный,Уходишь прочь!Привет тебе, привет прощальныйШлю в эту ночь.А я всё тот же гость усталыйЗемли чужой,Бреду, как путник запоздалый,За красотой.Она и блещет и смеется,А мне – одно:Боюсь, что в кубке расплеснетсяМое вино.А между тем – кругом молчанье,Мой кубок пуст.И смерти раннее призваньеНе сходит с уст.И ты, мой юный, вечной тайнойОтходишь прочь.Я за тобою, гость случайный,Как прежде – в ночь.31 декабря 1900За гранью прошлых дней (1898–1903)
«В ночи, когда уснет тревога…»
В ночи, когда уснет тревога,И город скроется во мгле —О, сколько музыки у Бога,Какие звуки на земле!Что буря жизни, если розыТвои цветут и мне горят!Что человеческие слезы,Когда румянится закат!Прими, Владычица вселенной,Сквозь кровь, сквозь муки, сквозь гроба —Последней страсти кубок пенныйОт недостойного раба!Сентябрь (?) 1898«Последние лучи заката…»
Последние лучи закатаЛежат на поле сжатой ржи.Дремотой розовой объятаТрава некошеной межи.Ни ветерка, ни крика птицы,Над рощей – красный диск луны,И замирает песня жницыСреди вечерней тишины.Забудь заботы и печали,Умчись без цели на конеВ туман и в луговые дали,Навстречу ночи и луне!13 декабря 1898«Река несла по ветру льдины…»
Река несла по ветру льдины,Была весна, и ветер выл.Из отпылавшего каминаНеясный мрак вечерний плыл.И он сидел перед камином,Он отгорел и отстрадалИ взглядом, некогда орлиным,Остывший пепел наблюдал.В вечернем сумраке всплывалиПред ним виденья прошлых дней,Будя старинные печалиИгрой бесплотною теней.Один, один, забытый миром,Безвластный, но еще живой,Из сумрака былым кумирамКивал усталой головой…Друзей бывалых вереница,Врагов жестокие черты,Любивших и любимых лицаПлывут из серой темноты…Все бросили, забыли всюду,Не надо мучиться и ждать,Осталось только пепла грудуПотухшим взглядом наблюдать…Куда неслись его мечтанья?Пред чем склонялся бедный ум?Он вспоминал свои метанья,Будил тревоги прежних дум…И было сладко быть усталым,Отрадно так, как никогда,Что сердце больше не желалоНи потрясений, ни труда,Ни лести, ни любви, ни славы,Ни просветлений, ни утрат…Воспоминанья величаво,Как тучи, обняли закат,Нагромоздили груду башен,Воздвигли стены, города,Где небосклон был желт и страшен,И грозен в юные года…Из отпылавшего каминаНеясный сумрак плыл и плыл,Река несла по ветру льдины,Была весна, и ветер выл.25 января 1899«Там, за далью бесконечной…»
Там, за далью бесконечной,Дышит счастье прошлых дней…Отголосок ли сердечный?Сочетанье ли теней?Это – звезды светят вечноНад землею без теней.В их сияньи бесконечномВижу счастье прошлых дней.3–8 июня 1899Голос
Чей-то обманчивый голос поет,Кто пробудился от сна и зовет?Где-то в далеких знакомых краяхГаснут и тают лучи в облаках.Ночь наступает, но кто-то спешит,К ночи в объятья зовет и манит…Кто же ты, ночью поешь и не спишь?Чей же ты, голос, обман мне сулишь?9 сентября 1899«О, не тебя люблю глубоко…»
О, не тебя люблю глубоко,Не о тебе – моя тоска!Мне мнится – вечер недалеко,Мне кажется, что ночь близка…Укроет мрачной пеленоюВсё то, что я боготворил…О, день, исполненный тобою!Нет, нет! Я не тебя любил!9 марта 1900Две любви
Любви и светлой, и туманнойРавно изведаны пути.Они равно душе желанны,Но как согласье в них найти?Несъединимы, несогласны,Они равны в добре и зле,Но первый – безмятежно-ясный,Второй – в смятеньи и во мгле.Ты огласи их славой равной,И равной тайной согласи,И, раб лукавый, своенравный,Обоим жертвы приноси!Но трепещи грядущей кары,Страшись грозящего перста:Твои блаженства и пожары —Всё – прах, всё – тлен, всё – суета!19 декабря 1900«В передзакатные часы…»
В передзакатные часыСреди деревьев вековыхЛюблю неверные красыТвоих очей и слов твоих.Прощай, идет ночная тень,Ночь коротка, как вешний сон,Но знаю – завтра новый день,И новый для тебя закон.Не бред, не призрак ты лесной,Но старина не знала фейС такой неверностью очей,С душой изменчивой такой!5 мая 1901При посылке роз
Смотрел отвека бог лукавыйНа эти душные цветы.Их вековечною отравойДыши и упивайся ты.С их страстной, с их истомной леньюВ младые сумерки твоиИ пламенной и льстивой теньюВойдут мечтания мои.Неотвратимы и могучи,И без свиданий, и без встреч,Они тебя из душной тучиЖивою молньей будут жечь.24 декабря 1901«В пути – глубокий мрак, и страшны высоты…»
В пути – глубокий мрак, и страшны высоты.Миндаль уже цветет, кузнечик тяжелеет,И каперса осыпались цветы.Но здешней суеты душа не сожалеет.Свершай свои круги, о, чадо смертных чад,Но вечно жди суда у беспощадной двери.Придет урочный час – и стражи задрожат,И смолкнут жернова, и смолкнут пенья дщери.Январь 1902«В сумерки девушку стройную…»
В сумерки девушку стройнуюВ рощу уводит луна.Смотрит на рощу спокойную,Бродит, тоскует она.Стройного юноши пениеВ сумерки слышно в лугах.В звуках – печаль и томление,Милая – в грустных словах.В сумерки белый поднимется,Рощу, луга окружит,Милая с милым обнимется,Песня в лугах замолчит.10 апреля 1902«Мы – чернецы, бредущие во мгле…»
Мы – чернецы, бредущие во мгле,Куда ведет нас факел знаньяИ старый жрец с морщиной на челе,Изобличающей страданья.Молчим, точа незнаемый гранит,Кругом – лишь каменные звуки.Он свысока рассеянно глядитИ направляет наши руки.Мы дрогнем. Прозвенит, упав, кирка —Взглянуть в глаза не всякий смеет…Лишь старый жрец – улыбкой свысокаНа нас блеснет – и страх рассеет.24 сентября 1902«Блаженный, забытый в пустыне…»
Блаженный, забытый в пустыне,Ищу небывалых распятий.Молюсь небывалой богине —Владыке исчезнувших ратей.Ищу тишины и безлюдий,Питаюсь одною отравой.Истерзанный, с язвой кровавой,Когда-нибудь выйду к вам, люди!Октябрь 1902Сфинкс
Шевельнулась безмолвная сказка пустынь,Голова поднялась, высока.Задрожали слова оскорбленных богиньИ готовы слететь с языка…Преломилась излучиной гневная бровь,Зарываются когти в песке…Я услышу забытое слово ЛюбовьНа забытом, живом языке…Но готовые врыться в сыпучий песокВыпрямляются лапы его…И опять предо мной – только тайный намек —Нераскрытой мечты торжество.8 ноября 1902Noli Tangere Circulos Meos[4]
Символ мой знаком отметить,Счастье мое сохранить…Только б на пути никого не встретить,Не обидеть, не говорить…Не заметить участливого сомнения,Не услышать повторенную речь,Чтоб когда-нибудь от сновиденияСвой таинственный факел зажечь!Миновать не знавших сияния,Не истратить искры огня…Кто не знал моего содрогания,Отойди от меня!Дальше, дальше, слепые, странные!Вас душит любопытство и смех!Мои думы – веселые, слова несказанные!Я навек – один! – Я навек – для всех!19 марта 1903Рассвет
Я встал и трижды поднял руки.Ко мне по воздуху неслисьЗари торжественные звуки,Багрянцем одевая высь.Казалось, женщина вставала,Молилась, отходя во храм,И розовой рукой бросалаЗерно послушным голубям.Они белели где-то выше,Белея, вытянулись в нитьИ скоро пасмурные крышиКрылами стали золотить.Над позолотой их заемной,Высоко стоя на окне,Я вдруг увидел шар огромный,Плывущий в красной тишине.18 ноября 1903Стихи о прекрасной даме (1901–1902)
Вступление
«Отдых напрасен. Дорога крута…»
Отдых напрасен. Дорога крута.Вечер прекрасен. Стучу в ворота.Дольнему стуку чужда и строга,Ты рассыпаешь кругом жемчуга.Терем высок, и заря замерла.Красная тайна у входа легла.Кто поджигал на заре терема,Что воздвигала Царевна Сама?Каждый конек на узорной резьбеКрасное пламя бросает к тебе.Купол стремится в лазурную высь.Синие окна румянцем зажглись.Все колокольные звоны гудят.Залит весной беззакатный наряд.Ты ли меня на закатах ждала?Терем зажгла? Ворота отперла?28 декабря 1903I. С.-Петербург. Весна 1901 года
«Я вышел. Медленно сходили…»
Я вышел. Медленно сходилиНа землю сумерки зимы.Минувших дней младые былиПришли доверчиво из тьмы…Пришли и встали за плечами,И пели с ветром о весне…И тихими я шел шагами,Провидя вечность в глубине…О, лучших дней живые были!Под вашу песнь из глубиныНа землю сумерки сходилиИ вечности вставали сны!..25 января 1901. С.-Петербург«Ветер принес издалёка…»
Ветер принес издалёкаПесни весенней намек,Где-то светло и глубокоНеба открылся клочок.В этой бездонной лазури,В сумерках близкой весныПлакали зимние бури,Реяли звездные сны.Робко, темно и глубокоПлакали струны мои.Ветер принес издалёкаЗвучные песни твои.29 января 1901«Душа молчит. В холодном небе…»
Душа молчит. В холодном небеВсё те же звезды ей горят.Кругом о злате иль о хлебеНароды шумные кричат…Она молчит, – и внемлет крикам,И зрит далекие миры,Но в одиночестве двуликомГотовит чудные дары,Дары своим богам готовитИ, умащенная, в тиши,Неустающим слухом ловитДалекий зов другой души…Так – белых птиц над океаномНеразлученные сердцаЗвучат призывом за туманом,Понятным им лишь до конца.3 февраля 1901«Я понял смысл твоих стремлений…»
Я понял смысл твоих стремлений —Тебе я заслоняю путь.Огонь нездешних вожделенийВздымает девственную грудь.Моей ли жалкой, слабой речиБороться с пламенем твоимНа рубеже безвестной встречиС началом близким и чужим!Я понял всё, и отхожу я.Благословен грядущий день.Ты, в алом сумраке ликуя,Ночную миновала тень.Но риза девственная зрима,Мой день с тобою проведен…Пускай душа неисцелима —Благословен прошедший сон.26 февраля 1901«Ты отходишь в сумрак алый…»
Ты отходишь в сумрак алый,В бесконечные круги.Я послышал отзвук малый,Отдаленные шаги.Близко ты или далечеЗатерялась в вышине?Ждать иль нет внезапной встречиВ этой звучной тишине?В тишине звучат сильнееОтдаленные шаги,Ты ль смыкаешь, пламенея,Бесконечные круги?6 марта 1901Моей матери
Чем больней душе мятежной,Тем ясней миры.Бог лазурный, чистый, нежныйШлет свои дары.Шлет невзгоды и печали,Нежностью объят.Но чрез них в иные далиПроникает взгляд.И больней душе мятежной,Но ясней миры.Это бог лазурный, нежныйШлет свои дары.8 марта 1901«Всё бытие и сущее согласно…»
Всё бытие и сущее согласноВ великой, непрестанной тишине.Смотри туда участно, безучастно, —Мне всё равно – вселенная во мне.Я чувствую, и верую, и знаю,Сочувствием провидца не прельстишь.Я сам в себе с избытком заключаюВсе те огни, какими ты горишь.Но больше нет ни слабости, ни силы,Прошедшее, грядущее – во мне.Всё бытие и сущее застылоВ великой, неизменной тишине.Я здесь в конце, исполненный прозренья,Я перешел граничную черту.Я только жду условного виденья,Чтоб отлететь в иную пустоту.17 мая 1901«Белой ночью месяц красный…»
Белой ночью месяц красныйВыплывает в синеве.Бродит призрачно-прекрасный,Отражается в Неве.Мне провидится и снитсяИсполненье тайных дум.В вас ли доброе таится,Красный месяц, тихий шум?22 мая 1901II. С. Шахматово. Лето и осень 1901 года
«Одинокий, к тебе прихожу…»
Одинокий, к тебе прихожу,Околдован огнями любви.Ты гадаешь. – Меня не зови —Я и сам уж давно ворожу.От тяжелого бремени летЯ спасался одной ворожбой,И опять ворожу над тобой,Но неясен и смутен ответ.Ворожбой полоненные дниЯ лелею года, – не зови…Только скоро ль погаснут огниЗаколдованной темной любви?1 июня 1901. С. Шахматово«Предчувствую Тебя. Года проходят мимо…»
И тяжкий сон житейского сознанья
Ты отряхнешь, тоскуя и любя.
Вл. СоловьевПредчувствую Тебя. Года проходят мимо —Всё в облике одном предчувствую Тебя.Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо,И молча жду, – тоскуя и любя.Весь горизонт в огне, и близко появленье,Но страшно мне: изменишь облик Ты,И дерзкое возбудишь подозренье,Сменив в конце привычные черты.О, как паду – и горестно, и низко,Не одолев смертельные мечты!Как ясен горизонт! И лучезарность близко.Но страшно мне: изменишь облик Ты.4 июня 1901. С. Шахматово«Какому богу служишь ты…»
Какому богу служишь ты?Родны ль тебе в твоем пареньиПередрассветное волненье,Передзакатные мечты?Иль ты, сливаясь со звездой,Сама богиня – и с богамиГордишься равной красотой, —И равнодушными очамиГлядишь с нездешней высотыНа пламенеющие тениЗемных молитв и поклоненийТебе – царица чистоты?20 июня 1901«Сегодня шла Ты одиноко…»
Сегодня шла Ты одиноко,Я не видал Твоих чудес.Там, над горой Твоей высокой,Зубчатый простирался лес.И этот лес, сомкнутый тесно,И эти горные путиМешали слиться с неизвестным,Твоей лазурью процвести.22 июня 1901«Она росла за дальними горами…»
С. Соловьеву
Она росла за дальними горами.Пустынный дол – ей родина былаНикто из вас горящими глазамиЕе не зрел – она одна росла.И только лик бессмертного светила —Что день – смотрел на девственный расцвет,И, влажный злак, она к нему всходила,Она в себе хранила тайный след.И в смерть ушла, желая и тоскуя.Никто из вас не видел здешний прах…Вдруг расцвела, в лазури торжествуя,В иной дали и в неземных горах.И ныне вся овеяна снегами.Кто белый храм, безумцы, посетил?Она цвела за дальними горами,Она течет в ряду иных светил.26 июня 1901«Тебя в страны чужие звали…»
Тебя в страны чужие звали,Ты собиралась в дальний путь.Мы безнадежно провожали,И многим привелось вздохнуть.Зима подкралась незаметно,И с первым снегом со двораТы унесла весь пыл заветный,Которым жили мы вчера.Прощай, мы смотрим на дорогу,А вьюга заметает след.Мы возвратимся понемногуК безбожной лени прежних лет,И над мистической загадкойУже не будем колдовать,И поздней ночью, встав украдкой,При бледном месяце мечтать.28 июня 1901«Входите все. Во внутренних покоях…»
С. Соловьеву
